Определение Судебной коллегии по гражданским делам Тульского областного суда от 16 августа 2018 года №33-3036/2018

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ТУЛЬСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 16 августа 2018 года Дело N 33-3036/2018
Судебная коллегия по гражданским делам Тульского областного суда в составе:
председательствующего Дмитренко М.Н.,
судей Чернецовой Н.А., Крыловой Э.Ю.,
при секретаре Жадик А.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе Шумилингой Е.А. на решение Узловского городского суда Тульской области от 27 апреля 2018 года по иску Шумилингой Е.А. к Муратовой М.В., действующей за себя и в интересах несовершеннолетней А.А., Демичевой Н.П. о признании прекращенным право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета и о выселении, и по встречному иску Муратовой М.В., действующей за себя и в интересах несовершеннолетней А.А., Демичевой Н.П. к Шумилингой Е.А. о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.
Заслушав доклад судьи Чернецовой Н.А., судебная коллегия
установила:
29.09.2016 года Шумилина Е.А. обратилась в суд с иском к Муратовой М.В., действующей за себя и в интересах несовершеннолетней А.А., Демичевой Н.П. о признании прекращенным право пользования жилым помещением, указывая на то, что является собственником квартиры, расположенной по адресу <адрес>, площадью 30,2 кв.м, на основании договора купли-продажи от 02.07.2015 года. Ответчики по настоящее время зарегистрированы в жилом помещении, однако, в нем не проживают. Они не являются членами ее семьи, соглашения о порядке пользования спорным жилым помещением не заключали, совместного общего хозяйства не ведут, не участвуют в расходах по оплате коммунальных услуг. Регистрация ответчиков ущемляет и ограничивает ее права как собственника.
Просила признать Муратову М.В., Муратову А.А., Демичеву Н.П. прекратившими право пользования жилым помещением - квартирой <адрес>, обязав отдел по вопросам миграции ОМВД России по Тульской области в Узловском районе снять Муратову М.В., А.А., Демичеву Н.П. с регистрационного учета по указанному адресу.
Заочным решением Узловского городского суда Тульской области от 08.11.2016 года по гражданскому делу N2-1231/2016 исковые требования Шумилиной Е.А. удовлетворены, право пользования Муратовой М.В., А.А.., Демичевой Н.П. жилым помещением - квартирой <адрес> признано прекращенным, Муратова М.В., А.А.. и Демичева Н.П. сняты с регистрационного учета по указанному адресу.
Заочное решение вступило в законную силу 22.12.2016 года.
05.07.2017 года Шумилина Е.А. обратилась в суд с иском к Муратовой М.В., действующей за себя и в интересах несовершенолетней Муратовой А.А., Демичевой Н.П. о признании прекращенным право пользования жилым помещением и выселении. В обоснование иска указала, что является собственником квартиры, расположенной по адресу <адрес>, площадью 30,2 кв.м., на основании договора купли-продажи от 02.07.2015. Ответчики по настоящее время проживают в указанном жилом помещении, нарушая права истца по владению, пользованию и распоряжению недвижимым имуществом. С момента регистрации права собственности именно она (истец) несет бремя содержания имущества - оплачивает коммунальные платежи, налоги. Членами семьи нового собственника жилого помещения ответчики не являются.
Просила признать Муратову М.В., А.А.., Демичеву Н.П. прекратившими право пользования жилым помещением - квартирой <адрес>, выселить их из указанного жилого помещения.
Определением судьи Узловского городского суда Тульской области от 07.07.2017 года в принятии искового заявления в части требований о признании Муратовой М.В., А.А.., Демичевой Н.П. прекратившими право пользования жилым помещением отказано в связи с тем, что имеется вступившее в законную силу решение суда по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям.
Заочным решением Узловского городского суда Тульской области от 31.08.2017 года по гражданскому делу N2-734/2017 исковые требования Шумилиной Е.А. к Муратовой М.В., действующей за себя и в интересах несовершеннолетней А.А.., Демичевой Н.П. о выселении удовлетворены. Постановлено выселить Муратову М.В., А.А., Демичеву Н.П. из жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>.
30.10.2017 года в Узловский городской суд Тульской области поступило заявление Муратовой М.В. и Демичевой Н.П. об отмене заочного решения суда от 31.08.2017 года по гражданскому делу N2-743/2017.
Определением Узловского городского суда Тульской области от 09.11.2017 года заочное решение от 31.08.2017 по делу N2-743/2017 отменено, рассмотрение дела по существу возобновлено. Гражданскому делу N2-734/2017 присвоен N2-1304/2017.
07.11.2017 Муратова М.В. и Демичева Н.П. обратились в Узловский городской суд Тульской области с заявлением об отмене заочного решения суда от 08.11.2016 года по гражданскому делу N2-1231/2016. Гражданскому делу N2-1231/2016 был присвоен N2-1425/2017.
Определением Узловского городского суда Тульской области от 16.11.2017 года в удовлетворении заявленного требования было отказано.
07.12.2017 года Муратова М.В. и Демичева Н.П. обратились в Узловский городской суд Тульской области с заявлением о пересмотре решения по гражданскому делу N2-1231/2016 по вновь открывшимся обстоятельствам.
Определением Узловского городского суда Тульской области от 14.12.2017 года в удовлетворении заявленного Муратовой М.В. требования о пересмотре решения по вновь открывшимся обстоятельствам отказано, заявление Демичевой Н.П. удовлетворено. Заочное решение суда от 08.11.2016 года по гражданскому делу N2-1231/2016 отменено по вновь открывшимся обстоятельствам, рассмотрение данного дела по существу возобновлено. Гражданскому делу N2-1425/2017 присвоен N2-81/2018.
Определением Узловского городского суда Тульской области от 19.12.2017 года производство по делу N2-1304/2017 приостановлено до вступления в законную силу определения Узловского городского суда Тульской области от 14.12.2017 года по делу N2-1425/2017. Гражданскому делу N2-1304/2017 (2-734/2017) присвоен N2-21/2018.
От представителя истца Шумилиной Е.А. по доверенности Ретюнского С.Л. поступила частная жалоба на определение суда от 14.12.2017 года по делу N2-1425/2017.
Апелляционным определением Тульского областного суда от 20.02.2018 определение Узловского городского суда Тульской области от 14.12.2017 оставлено без изменения, частная жалоба представителя истца Шумилиной Е.А. по доверенности Ретюнского С.Л. - без удовлетворения.
Определениями Узловского городского суда Тульской области от 22.03.2018 года производство по гражданским делам N2-21/2018 и N2-81/2018 возобновлено.
Определением Узловского городского суда Тульской области от 29.03.2018 гражданские дела N2-21/2018 и N2-81/2018 объединены в одно производство с присвоением регистрационного номера 2-21/2018.
В ходе рассмотрения дела от ответчиков Муратовой М.В., действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетней А.А.., и Демичевой Н.П. поступило встречное исковое заявление к Шумилиной Е.А. о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки. В обоснование иска они указали, что Муратова М.В. состоит в браке с Ж.В.., от которого имеют ребенка А.А.., ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Супруг Муратовой М.В. был осужден по приговору Пролетарского районного суда г.Тула от 16.12.2014 года за совершение преступления, предусмотренного ........ УК РФ к 6 годам 8 месяцам лишения свободы. С целью возмещения ущерба, причиненного преступлением, по указанию супруга обязалась возместить ущерб третьим лицам в размере 100 000 рублей. Поскольку денежных средств для этого не имела, приняла решение взять их в долг. Для этой цели, находясь в Узловском отделении МФЦ, подписала с Шумилиной Е.А. договор купли-продажи, изготовленный работником МФЦ, которым также были подготовлены заявления для регистрации в Управлении Росреестра по Тульской области перехода права собственности. При подготовке проекта договора купли-продажи стороны договора не оговаривали, где в дальнейшем будет проживать несовершеннолетний ребенок Муратовой М.В. В пункте 4 договора продавец Муратовой М.В. гарантировала, что на момент подписания договора иных лиц, кроме Муратовой М.В., А.А., и Демичевой Н.П., сохраняющих за собой право пользования и проживания в отчуждаемой квартире, нет. Исходя из буквального толкования данного пункта договора, следует, что Муратовой М.В. и А.А. и Демичева Н.П. не только зарегистрированы в данной квартире, но и сохранили за собой право пользования и проживания ней, а отсутствие других лиц, сохраняющих за собой такие права, продавец квартиры гарантировала. Полагали, что Шумилина Е.А. не приобрела право собственности на спорную квартиру по договору, поскольку исходя из смысла ст.209 ГК РФ собственнику принадлежит право владения, пользования и распоряжения имуществом, поэтому договор противоречит понятию содержания права собственности ст.288 ГК РФ. В договоре отсутствует разъяснение содержания ст.558 ГК РФ. Кроме того, заключая договор купли-продажи, Муратова М.В. являлась законным представителем своей несовершеннолетней дочери А.А.. и обязана была действовать в интересах ребенка, однако нарушила п.5 ст.21 Федерального закона РФ "Об опеке и попечительстве" от 24.04.2008 года, поскольку договор купли-продажи не был согласован с органном опеки и попечительства. Кроме того, заключая договор купли-продажи, Муратова М.В. нарушила жилищные права Демичевой Н.П., так как последняя осталась без жилого помещения. При таких обстоятельствах считают, что сделка заключена в нарушение норм права, изложенных в семейном законодательстве, Федеральном законе "Об опеке и попечительстве", Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 08.06.2010 года N13-П и является недействительной.
Просили признать недействительной сделкой договор купли-продажи, заключенный 02.07.2015 года между Муратовой М.В. и Шумилиной Е.А., погасить запись о регистрации N в ЕГРН от 10.07.2015 года, обязать Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области зарегистрировать право собственности на квартиру по адресу <адрес> за Муратовой М.В.
Истец (ответчик) по встречному иску Шумилина Е.А. в судебное заседание не явилась, о месте и времени его проведения извещена надлежащим образом, сведений о причинах неявки не представила.
Представитель истца (ответчика по встречному иску) Шумилиной Е.А. по доверенности Ретюнский С.Л. в судебном заседании исковые требования своего доверителя поддержал по основаниям, изложенным в исковых заявлениях, просил удовлетворить. Пояснил, что договор был заключен в надлежащей форме, денежные средства по договору в счет оплаты стоимости квартиры Муратовой М.В. были получены. При этом подтвердил, что в спорной квартире после совершенной сделки остались проживать Муратова М.В., ее ребенок и мать. Считал, что после заключения договора и регистрации перехода права на квартиру к Шумилиной Е.А. у бывшего собственника жилого помещения и членов его семьи прекращено право пользования жилым помещением, поэтому они подлежат выселению. Встречные исковые требования не признал. Указал, что требовать восстановления своего права пользования каким-либо жилым помещением Демичева Н.П. после заключения договора купли-продажи жилого помещения, в котором она проживала и состояла на регистрационном учете, должна у Муратовой М.В. Кроме того, считал, что срок исковой давности для обращения в суд с иском о признании сделки недействительной ответчиками (истцами по встречному иску пропущен), поскольку он составляет один год.
Ответчик (истец по встречному иску) Муратова М.В., действующая за себя и в интересах несовершеннолетней Муратовой А.А., в судебном заседании заявленные Шумилиной Е.А. исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении. Встречные исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в их исковом заявлении, просила удовлетворить. Пояснила, что при заключении сделки купли-продажи считала, что не продавала квартиру, а брала деньги в долг. Иного жилого помещения ни у нее, ни у дочери для проживания не имеется. Покупатель Шумилина Е.А. квартиру не осматривала, реальных мер к своему вселению не предпринимала, ее (Муратовой М.В.) семья с даты заключения договора купли-продажи по настоящее время продолжает проживать в спорной квартире, коммунальные платежи и задолженность по их оплате погашают по мере возможности.
Представитель ответчика (истца по встречному иску) Муратовой М.В., действующей за себя и в интересах несовершеннолетней А.А.., по ордеру адвокат Терешкин В.С. в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещен надлежащим образом, сведений о причинах неявки не представил.
Ответчик (истец по встречному иску) Демичева Н.П. в судебном заседании заявленные исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении. Встречные исковые требования поддержала по основаниям, указанным в их исковом заявлении, просила удовлетворить. Пояснила, что про сделку купли-продажи не знала до ноября 2017 года. С лета 2015 года Шумилину Е.А. не видела, та в квартиру никогда не приходила, свои права на нее не заявляла, как и требований о выселении. Все лицевые счета для оплаты коммунальных платежей до сих пор оформлены на имя Муратовой М.В.
Представитель третьего лица УМВД России по Тульской области в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещен своевременно путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", сведений о причинах неявки не представил.
Представитель органа, дающего заключение по делу, территориального отдела по Узловскому району министерства труда и социальной защиты Тульской области по доверенности Ускова Е.А. в судебном заседании полагала требования Шумилиной Е.А. не подлежащими удовлетворению, встречные исковые требования в интересах несовершеннолетней считала подлежащими удовлетворению, поскольку заключая договор купли-продажи квартиры Муратова М.В. необоснованно ухудшила жилищные условия своего ребенка.
Решением Узловского городского суда Тульской области от 27.04.2018 года в удовлетворении исковых требований Шумилиной Е.А. отказано.
Встречные исковые требования Муратовой М.В., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней М.А., Демичевой Н.П. удовлетворены.
Признан недействительным договор купли-продажи квартиры <адрес>, заключенный 02 июля 2015 года между Муратовой М.В. и Шумилиной Е.А.
Применены последствия недействительности сделки.
Прекращено право собственности Шумилиной Е.А. на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.
Квартира <адрес> возвращена в собственность Муратовой М.В.
С Муратовой М.В. в пользу Шумилиной Е.А. взысканы денежные средства в размере 500 000 (пятисот тысяч) рублей.
Восстановлено право пользования Муратовой М.В., А.А.., Демичевой Н.П. жилым помещением - квартирой <адрес>, а также их (Муратовой М.В., А.А.. и Демичевой Н.В.) регистрационный учет по указанному адресу.
Указано, что решение суда по вступлении в законную силу является основанием к погашению записи о праве собственности Шумилиной Е.А. на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> Едином государственном реестре недвижимости и о внесении (восстановлении) записи о праве собственности Муратовой М.В. на указанную квартиру.
В апелляционной жалобе Шумилина Е.А. просит отменить решение суда, принять новое решение, которым ее исковые требования удовлетворить. Выражает несогласие с определением Узловского городского суда Тульской области от 14.12.2017 года об удовлетворении заявления Демичевой Н.П. об отмене по вновь открывшимся обстоятельствам решения Узловского городского суда Тульской области от 08.11.2016 года по гражданскому делу N2-1231/2016. Полагает, что договор купли-продажи был заключен в соответствии с законом.
Проверив материалы дела по правилам ст. 327.1 ГПК РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения ответчика (истца по встречному иску) Муратовой М.В., действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетней А.А. ее представителя по ордеру Терешкина В.С., ответчика (истца по встречному иску) Демичевой Н.П., просивших оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, заключение прокурора Тульской областной прокуратуры Алисина М.М., полагавшего, что решение суда подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения, судебная коллегия приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что Муратова М.В. являлась собственником однокомнатной квартиры <адрес>, общей площадью 30,2 кв.м.
На регистрационном учете по адресу: <адрес> состоят Муратовой М.В. - с 01.04.2014 года, ее несовершеннолетняя дочь А.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения - с 12.08.2014 года, ее мать Демичевой Н.П. - с 01.04.2014 года, что подтверждается выпиской из домовой книги.
02.07.2015 года Муратова М.В. (продавец) и Шумилина Е.А. (покупатель) заключили договор купли-продажи квартиры <адрес>.
Согласно данному договору квартира оценена и продана за 500 000 рублей, которые покупатель передала продавцу полностью до подписания настоящего договора (п.3).
Передача денежных средств покупателем Шумилиной Е.А. продавцу Муратовой М.В. подтверждается копией расписки последней от 02.07.2015 года, в которой указано, что Муратова М.В. получила от Шумилиной Е.А. за квартиру <адрес> денежные средства в размере 500 000 рублей.
На момент подписания данного договора в квартире зарегистрировано проживание Муратовой М.В., А.А.. и Демичевой Н.П. Продавец гарантировала, что иных лиц, сохраняющих за собой право пользования и проживания в отчуждаемой квартире, на момент подписания договора нет (п.4).
Продавец передал указанную квартиру покупателю путем вручения ему относящихся к квартире документов и ключей до подписания настоящего договора (п.7).
Право собственности Шумилиной Е.А. на указанную квартиру зарегистрировано 10.07.2015 года, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права.
В обоснование своих доводов о признании сделки недействительной Муратова М.В. и Демичева Н.П. указали на отсутствие у Муратовой М.В. в момент подписания договора намерения продавать принадлежащую ей на праве собственности квартиру, при подписании договора она полагала, что заключает договор займа. Для нее и ее несовершеннолетней А.А. спорная квартира является единственным местом жительства, другого жилого помещения они не имеют. Демичева Н.П. до ноября 2017 года не знала о заключении договора купли-продажи. После подписания договора они продолжали проживать в спорной квартире, оплачивать коммунальные расходы, в квартире находятся их вещи, они из квартиры не выселялись, состоят на регистрационном учете в ней. Кроме того при совершении сделки купли-продажи спорной квартиры не были учтены интересы несовершеннолетней А.А.., которая в результате отчуждения ее матерью единственного имеющегося у ребенка для проживания жилого помещения фактически лишена места жительства, при совершении сделки разрешение органа опеки и попечительства не было получено.
Суд первой инстанции пришел к выводу о намерении Муратовой М.В. продать спорную квартиру, что подтверждается объяснениями сторон, письменными материалами дела, показаниями свидетеля Л.Н.., занимающейся частными риэлтерскими услугами.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции ответчик (истец по встречному иску) Муратова М.В. пояснила, что намерена вернуть Шумилиной Е.А. полученные по договору купли- продажи денежные средства.
Согласно ст.ст. 454, 549 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
По договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.
В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Согласно п.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным ГК РФ, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе (п.2)
В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п.1).
Согласно п. 1 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.
В соответствии со ст. 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные ст. 167 настоящего Кодекса.
Правовой целью договора купли-продажи являются переход права собственности на проданное имущество от продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены (ст.454 ГК РФ).
Суд первой инстанции пришел к выводам об обоснованности заявленных Муратовой М.В., действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетней А.А.., Демичевой Н.П. встречных исковых требований и об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований Шумилиной Е.А.
Судебная коллегия соглашается с данными выводами.
В судебном заседании ответчики (истцы по встречному иску) Муратова М.В. и Демичева Н.П. поясняли, что Шумилина Е.А. спорную квартиру не осматривала, реальных действий по вселению в нее не предпринимала, ключей от спорной квартиры она не имеет, они (Муратова М.В., несовершеннолетняя А.А.. и Демичева Н.П.) продолжают проживать в квартире, зарегистрированы по указанному адресу и несут расходы по содержанию имущества, оплачивают коммунальные услуги, лицевой счет оформлен на Муратовой М.В.
Данные обстоятельств истцом (ответчиком по встречному иску) Шумилиной Е.А. не оспаривались.
Шумилиной Е.А. не представлены доказательства, подтверждающие, что ей переданы ключи от спорной квартиры, она проживала в данном жилом помещении.
Из материалов дела следует, что Муратова М.В. и несовершеннолетняя А.А.. не имеют другого жилого помещения, кроме спорного.
В материалах дела отсутствуют доказательства, достоверно подтверждающие, что и Демичева Н.П. имеет в собственности какое-либо жилое помещение.
Таким образом, из материалов дела следует, что спорная квартира не выбывала из владения Муратовой М.В. и не поступала во владение Шумилиной Е.А.
Не свидетельствует о фактическом переходе право собственности на спорную квартиру от Муратовой М.В. к Шумилиной Е.А. и факт государственной регистрации сделки, поскольку государственная регистрация по смыслу положений ст. 158 ГК РФ, п. 1 ст. 2 Федерального закона от 21.07.1997 года N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" не является элементом формы сделки, а представляет собой юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с ГК РФ.
Согласно разъяснениям, данным в п. 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" отсутствие государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к покупателю не является основанием для признания недействительным договора продажи недвижимости, заключенного между этим покупателем и продавцом.
В связи с чем, государственная регистрация сама по себе не порождает и действительность сделки.
Совокупность имеющихся в деле доказательств свидетельствует о том, что заключение договора не повлекло за собой тех юридических и иных последствий, которые должны были возникнуть при смене собственника, а участники правоотношений не стремились к достижению тех правовых целей, для которых совершается договор купли-продажи.
Сам по себе факт государственной регистрации договора купли-продажи от 02.07.2015 года не свидетельствует о его действительности, его заключение не повлекло правовых последствий, которые должны были возникнуть при смене собственника, а участники правоотношений не стремились к достижению указанных в нем результатов.
В силу п.1 ст.432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
В соответствии с п. 1 ст. 558 ГК РФ перечень лиц, сохраняющих в соответствии с законом право пользования жилым помещением после его приобретения покупателем, с указанием их прав на пользование продаваемым жилым помещением, является существенным условием договора продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры, в которых эти лица проживают.
В силу ст. 292 ГК РФ члены семьи собственника, проживающие в принадлежащем ему жилом помещении, имеют право пользования этим помещением на условиях, предусмотренных жилищным законодательством.
Согласно п. 4 ст. 292 ГК РФ отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу опеки и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства.
Согласно ч.2 ст.38 Конституции Российской Федерации забота о детях, их воспитании - равное право и обязанность родителей.
В соответствии сп.1 ст.64 СК РФ защита прав и интересов детей возлагается на их родителей.
В силу п.1 ст.65 СК РФ родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей, Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 08.06.2010 года N13-П "По делу о проверке конституционности пункта 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки В.В. Чадаевой" забота о детях, их воспитание как обязанность родителей по смыслу статьи 38 (части 2) Конституции Российской федерации предполагают, что ущемление прав ребенка, создание ему немотивированного жизненного дискомфорта несовместимы с самой природой отношений, исторически сложившихся и обеспечивающих выживание и развитие человека как биологического вида, в связи с чем родители при отчуждении принадлежащего им на праве собственности жилого помещения не вправе произвольно и необоснованно ухудшать жилищные условия проживающих совместно с ними несовершеннолетних детей, и во всяком случае их действия не должны приводить к лишению детей жилища. Иное означало бы невыполнение родителями - вопреки предписанию статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации - их конституционных обязанностей и приводило бы в нарушение статей 55 (части 2 и 3) и 56 (часть3) Конституции Российской Федерации к умалению и недопустимому ограничению права детей на жилище, гарантированное статьей 40 (часть1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 38 (часть2).
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации законодателем должны быть установлены эффективные механизмы обеспечения приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних, недопущения их дискриминации, восстановления нарушенных прав ребенка, если причиной нарушения стали действия родителей, в том числе предусматривать - с учетом соблюдения баланса прав и законных интересов несовершеннолетних детей и родителей в случае их конкуренции - повышенного уровня гарантии жилищных прав несовершеннолетних детей как уязвимой в отношении с родителями стороны.
Вопрос же о том, нарушен или не нарушен баланс прав и законных интересов детей и родителей - при наличии спора о праве должен решать суд, который правомочен, в том числе с помощью гражданско-правовых компенсаторных или правовосстановительных механизмов, понудить родителей - собственника жилого помещения к надлежащему исполнению своих родительских обязанностей, связанных с обеспечением несовершеннолетних детей жилищем и тем самым к восстановлению их нарушенных прав или законных интересов.
Вопрос о том, имеется ли в действительности нарушение жилищных прав несовершеннолетнего в результате распоряжения его родителями жилым помещением, в котором он проживает, должен являться предметом судебной проверки и, в случае установления факта такого нарушения, права ребенка подлежат восстановлению и защите даже в случае их конкуренции с правами и интересами родителей.
Конституционный Суд Российской Федерации признал возможность применения правил отчуждения жилого помещения, предусмотренных пунктом 4 статьи 292 ГК РФ, при разрешении конкретных дел, связанных с отчуждением жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние дети, как способа обеспечения эффективной, в том числе судебной, защиты прав тех детей, которые формально не отнесены к находящимся под опекой или попечительством или к оставшимся (по данным органа опеки и попечительства на момент совершения сделки) без родительского попечения, однако фактически лишены его на момент совершения сделки по отчуждению жилого помещения, либо считаются находящимися на попечении родителей, при том, что такая сделка - вопреки установленным законам обязанностям родителей - нарушает права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего.
Вопреки указанным требованиям закона право пользования жилым помещением несовершеннолетней дочери ответчика (истца по встречному иску) Муратовой М.В. А.А.., которая был зарегистрирована и проживала в спорной квартире, приобрела право пользования ею, в договоре купли-продажи от 02.07.2015 года не оговорено. Другого жилья взамен проданного, где бы она могла проживать, не имеется.
Суд первой инстанции пришел к правильному выводу об обоснованности искового требования Муратовой М.В., действующей за себя и в интересах несовершеннолетней А.А.., Демичевой Н.П. к Шумилиной Е.А. о признании сделки недействительной.
В силу п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Представитель ответчика по встречному иску Шумилиной Е.А. по доверенности Ретюнский С.Л. при рассмотрении дела судом первой инстанции заявил о применении срока исковой давности, указав, что срок исковой давности по требованию о признании сделки недействительной в данном случае составляет один год с момента ее исполнения, полагал, что истцами по встречному иску Муратовой М.В. и Демичевой Н.П. данный срок пропущен.
В соответствии со ст.ст. 195,196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности устанавливается в три года.
В силу п. 1 ст. 181 ГК РФ в редакции, действующей на момент заключения договора купли-продажи, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.
Согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка, либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Суд первой инстанции, установив, что сделка купли-продажи от 02.07.2015 года по отчуждению жилого помещения совершена с целью ущемления жилищных прав малолетней Муратовой А.А., то есть характер этой сделки являлся несовместимым с основами правопорядка и нравственности, пришел к правильному выводу, что данная сделка ничтожна по основаниям, предусмотренным ст. 169 ГК РФ.
Из материалов дела следует, что договор купли-продажи от 02.07.2015 года, переход права собственности на спорную квартиру от Муратовой М.В. к Шумилиной Е.А. зарегистрированы в едином государственном реестре прав на недвижимость 10.07.2015 года.
Суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для применения срока исковой давности к требованию о признании сделки недействительной, поскольку указанный срок истцами по встречному иску не пропущен.
В соответствии с п.2 ст.167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Поскольку договор купли-продажи от 02.07.2015 признан недействительным по основаниям, предусмотренным ст. 169 ГК РФ, суд первой инстанции обоснованно применил последствия недействительности сделки (п. 2 ст. 167 ГК РФ), а именно прекратил право собственности Шумилиной Е.А. на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, возвратив ее в собственность Муратовой М.В.
Согласно разъяснениям, данным в п. 80 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по смыслу п. 2 ст. 167 ГК РФ взаимные предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное. При удовлетворении требования одной стороны недействительной сделки о возврате полученного другой стороной суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом.
Судом установлено, что Шумилина Е.А. уплатила Муратовой М.В. по договору купли-продажи квартиры от 02.07.2015 года 500 000 рублей, о чем имеются указания в пункте 3 договора купли-продажи, а также расписка от 02.07.2015 года.
Указанная сумма в размере 500 000 рублей в соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ подлежит взысканию с Муратовой М.В. в пользу Шумилиной Е.А.
Ссылку Муратовой М.В. о том, что за проданную квартиру от Шумилиной Е.А. она получила лишь 100 000 рублей, суд первой инстанции правильно признал несостоятельной, поскольку она опровергается вышеуказанной распиской, написанной самой Муратовой М.В., текстом договора купли-продажи, подписанного обеими его сторонами, а также объяснениями Л.Н., данных сотруднику ОМВД России по Узловскому району в ходе проведения проверки по заявлению Муратовой М.В. о принятии мер к Шумилиной Е.А.
Согласно п.2 ст. 292 ГК РФ переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.
Обращаясь в сентябре 2016 года в суд с иском, Шумилина Е.А. указала, что с момента регистрации ее права собственности на спорную квартиру Муратова М.В. и члены ее семьи утратили право пользования жилым помещением, однако она, как собственник жилья, не может в полной мере реализовать свое право собственности, поскольку ответчики продолжают проживать в спорной квартире, состояли в ней на регистрационном учете по состоянию на 07.10.2016 года.
Муратова М.В., А.А. и Демичева Н.П. сняты с регистрационного учета по месту жительства по адресу: <адрес> на основании решения Узловского городского суда от 08.11.2016 года.
Учитывая, что решение Узловского городского суда Тульской области от 08.11.2016 года по иску Шумилиной Е.А. к Муратовой М.В., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней А.А.., Демичевой Н.П. о признании прекращенным права пользования жилым помещением отменено по вновь открывшимся обстоятельствам, принимая во внимание, что настоящим решением договор купли-продажи от 02.07.2015 года, по условиям которого произошел переход права собственности на спорное жилое помещение от Муратовой М.В. к Шумилиной Е.А. признан недействительным, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований Шумилиной Е.А. о признании прекращенным право пользования Муратовой М.В., А.А. и Демичевой Н.В. жилым помещением, снятии их с регистрационного учета и выселении, о наличии оснований для восстановления права пользования Муратовой М.В., А.А.. и Демичевой Н.В. жилым помещением, расположенным по адресу <адрес>.
Судом первой инстанции правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, всем доказательствам дана надлежащая оценка с соблюдением требований ст.67 ГПК РФ, нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену решения суда, судом не допущено.
В основном доводы апелляционной жалобы основаны на несогласии Шумилиной Е.А. с определением Узловского городского суда Тульской области от 14.12.2017 года об отмене по вновь открывшимся обстоятельствам заочного решения Узловского городского суда по иску Шумилиной Е.А. к Муратовой М.В., действующей в своих и интересах и интересах несовершеннолетней А.А.., Демичевой Н.П. о признании прекращенным право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета от 08.11.2016 года. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тульского областного суда от 20.02.2018 года данное определение суда оставлено без изменения.
Иные доводы апелляционной жалобы Шумилиной Е.А. не могут быть приняты во внимание и служить основанием для отмены правильного по существу решения суда, поскольку данные доводы по существу сводятся к переоценке выводов суда, основаны на неправильной оценке доказательств и обстоятельств дела, ошибочном применении и толковании норм материального права.
При таких обстоятельствах судебная коллегия не усматривает оснований для отмены решения суда от 27.04.2018 года по доводам апелляционной жалобы Шумилиной Е.А.
Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Узловского городского суда Тульской области от 27 апреля 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Шумилингой Е.А. - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка