Дата принятия: 28 марта 2018г.
Номер документа: 33-2955/2017, 33-33/2018
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ КОСТРОМСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 28 марта 2018 года Дело N 33-33/2018
Судья Колесов Р.Н. Дело N 33-33
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
"28" марта 2018 года
Судебная коллегия по гражданским делам Костромского областного суда в составе:
председательствующего Ильиной И.Н.,
судей: Лукьяновой С.Б., Зиновьевой Г.Н.,
при секретаре Черемухиной И.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу генерального директора ООО "Оконная индустрия" Протас Михаила Викторовича на решение Свердловского районного суда г. Костромы от 26 сентября 2017 года, которым исковые требования Воробейникова Михаила Александровича к ООО "Оконная индустрия" о взыскании материального ущерба, полученного в результате дорожно-транспортного происшествия, удовлетворены.
Заслушав доклад судьи Лукьяновой С.Б., выслушав представителей ООО "Оконная индустрия" Бечина Р.С., Жила С.Н., Протас М.В., представителя истца Воробейникова М.А. - Козлову Е.Н., судебная коллегия
установила:
Воробейников М.А. обратился в суд с иском к ООО "ПРОТАС" (в настоящее время наименование изменено на ООО "Оконная индустрия") о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием (далее - ДТП). Требования мотивировал тем, что ДД.ММ.ГГГГ на <данные изъяты> км автодороги "<данные изъяты>" произошло ДТП с участием принадлежащего ему автомобиля МАРКА1, и принадлежащего ответчику автомобиля МАРКА2, под управлением водителя Чекунова А.А., работающего у ответчика. Виновником ДТП является Чекунов А.А., выехавший на полосу встречного движения. В результате ДТП его автомобиль получил значительные механические повреждения. Страховая компания "<данные изъяты>", в которой была застрахована его (истца) гражданская ответственность, произвела ему выплату страхового возмещения в максимальном размере 400 000 руб. Поскольку данной суммы недостаточно для проведения восстановительного ремонта автомашины, он обратился к эксперту-технику Г. для определения суммы материального ущерба. Согласно заключению N стоимость восстановительного ремонта его автомашины составляет 1 723 374 руб. Таким образом, с учетом выплаченного ему страхового возмещения, ответчик должен возместить материальный ущерб в сумме 1 326 374 руб., а также компенсировать расходы на оплату услуг эксперта-техника 6 000 руб., на диагностику автомобиля 1 881,60 руб. и на проведение замеров геометрии рамы автомобиля 9 100 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины за подачу иска в размере 14 916,78 руб.
В ходе рассмотрения дела представитель истца Козлова Е.Н. уменьшила исковые требования в части взыскания стоимости восстановительного ремонта автомашины до 1 326 331,29 руб.
Решением Свердловского районного суда г. Костромы от 26 сентября 2017 года в пользу Воробейникова М.А. с ООО "Оконная индустрия" взыскано возмещение ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 1 326 331,29 руб., расходы по оплате услуг эксперта-техника в размере 6 000 руб., расходы на проведение диагностики в размере 1 881,60 руб., расходы на проведение замеров геометрии рамы в размере 9 100 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 14 831,66 руб., а всего 1 358 144,55 руб.
Постановлено возвратить Воробейникову М.А. излишне уплаченную государственную пошлину в размере 85,12 руб. по чеку-ордеру от ДД.ММ.ГГГГ.
В апелляционной жалобе генеральный директор ООО "Оконная индустрия" Протас М.В. просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
Выражает несогласие с выводом суда о том, что водитель Чекунов А.А. управлял автомашиной в интересах и по заданию работодателя, в связи с чем обязанность по возмещению ущерба лежит на ООО "Оконная индустрия". Указывает, что данный вывод основан лишь на том, что в момент ДТП Чекунов А.А. состоял с ответчиком в трудовых отношениях, а также на первоначальном объяснении Чекунова А.А., из которого следует, что он управлял автомашиной на основании путевого листа. При этом судом не приняты во внимание пояснения, данные Чекуновым А.А. в ходе судебного разбирательства, не учтено, что сам путевой лист или его копия в материалах дела отсутствуют, а обстоятельства выдачи листа (выдавался ли он вообще, когда и кем) не выяснялись. Судом дана неверная оценка договору аренды, заключенному с Чекуновым А.А., представленному в материалы дела. Поскольку в момент ДТП груза и пассажиров в автомашине ответчика не имелось, путевой лист не должен был выдаваться, полагает, что само по себе наличие или отсутствие путевого листа, как и договора аренды, достоверно не свидетельствует о том, на каком именно праве Чекунов А.А. управлял автомашиной ООО "Оконная индустрия".
Несмотря на то, что оригинал договора аренды утрачен, в связи с чем возможность назначить почерковедческую экспертизу у суда отсутствовала, наличие между Чекуновым А.А. и ООО "ПРОТАС" (ООО "Оконная индустрия") арендных отношений подтверждается актами приема-передачи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, соглашением от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении договора аренды, приходно-кассовыми ордерами от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, актами об оказании услуг аренды от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, книгой учета доходов ООО "Оконная индустрия", которые, вопреки ошибочному выводу суда, не подтверждают факт заключения договора. В то же время судом оставлены без внимания имеющиеся в деле документы, из которых видно, что управление транспортным средством не входило в должностные обязанности Чекунова А.А. и ДТП произошло не в рабочее время, не дана оценка процессуальным документам, принятым по делам об административных правонарушениях, возбужденным по жалобам истца в отношении ООО "Оконная индустрия", которыми Общество и его директор были привлечены к административной ответственности за неприменение контрольно-кассовой техники при передаче автомашины в аренду Чекунову А.А.
Не соглашаясь с определенным судом размером материального ущерба, подлежащего выплате истцу, указывает, что в подтверждение факта искривления рамы автомашины в результате ДТП истцом представлен акт замеров рамы, составленный в сервисном центре "<данные изъяты>" г. <данные изъяты>. Вместе с тем в акте отсутствуют подписи лиц производивших замеры, сведения об использованном приборе, акт в оригинале не представлен, на запрос суда о подтверждении выполнения замеров, ответ не получен.
Поскольку иных доказательств наличия причинно-следственной связи между искривлением рамы и состоявшимся ДТП, материалы дела не содержат, для разрешения указанного вопроса судом была назначена автотехническая экспертиза, в определении о назначении которой суд указал на обязательность предоставления автомашины истца на осмотр. Между тем в ходе проведения судебной экспертизы истец не предоставил автомашину для осмотра, в связи с чем экспертом сделаны вероятностные выводы по вопросу о том, подлежит ли рама автомобиля замене.
Кроме того, вопрос об экспертном учреждении и кандидатуре эксперта не был поставлен судом на обсуждение, сторонам не разъяснялись положения ст. 79 ГПК РФ.
В этой связи полагает, что заключение судебной экспертизы не должно было учитываться судом при определении размера ущерба, такой расчет следовало производить по калькуляции страховой компании, согласно которой стоимость ремонта автомашины составляет 457 100 руб., расходы на проведение замеров геометрии рамы автомобиля также не подлежали взысканию.
Обращает внимание, что допрос специалиста, составившего заключение о стоимости ремонта, в судебном заседании 15 марта 2017 года произведен судом с нарушением требований процессуального законодательства.
В возражениях относительно апелляционной жалобы представитель истца Воробейникова М.А. - Козлова Е.Н. просит оставить решение суда без изменения.
В заседании суда апелляционной инстанции представители ответчика Бечин Р.С., Жила С.Н., Протас М.В. поддержали апелляционную жалобу.
Представитель истца Козлова Е.Н. возражала против удовлетворения апелляционной жалобы.
Истец Воробейников М.А., третье лицо Чекунов А.А. в суд апелляционной инстанции не явились, о дне слушания дела извещены надлежащим образом. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассматривается в отсутствие указанных лиц.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений относительно нее, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Статьей 1079 ГК РФ установлено, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях, то есть по правилам ст. 1064 ГК РФ.
На основании ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В силу ч. 1 ст. 1068 РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В соответствии со ст. 931 ГК РФ по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена.
В соответствии со ст. 4 Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, за свой счет страховать в качестве страхователей риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.
Страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего 400 000 руб. (п. "б" ст. 7 названного Закона).
Статьей 1072 ГК РФ предусмотрено, что юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935 ГК РФ), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
Как следует из материалов дела и установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> час. <данные изъяты> мин. на <данные изъяты> км федеральной автодороги "<данные изъяты>" водитель Чекунов А.А., работающий в ООО "ПРОТАС", управляя транспортным средством марки МАРКА2, принадлежащим на праве собственности ответчику, при торможении не справился с управлением автомобилем и, выехав на полосу встречного движения, совершил столкновение с автомашиной МАРКА1, под управлением Воробейникова М.А. и ему принадлежащей, в результате чего автомашине истца причинены механические повреждения.
Указанные обстоятельства, а также вина водителя Чекунова А.А. в данном происшествии подтверждаются материалами дела и участвующими в деле лицами не оспариваются.
На момент ДТП гражданская ответственность Воробейникова М.А. была застрахована в СПАО "<данные изъяты>", куда он обратился с заявлением о прямом возмещении убытков. Признав случай страховым, СПАО "<данные изъяты>" выплатила истцу страховое возмещение в пределах лимита ответственности - 400 000 руб.
Разрешая спор и удовлетворяя требования истца о взыскании с ООО "Оконная индустрия" материального ущерба в размере, превышающем стоимость страховой выплаты, суд пришел к выводу о том, что ответчик несет ответственность за вред, причиненный его работником, поскольку полученное истцом страховое возмещение недостаточно для возмещения ущерба.
При этом суд исходил из того, что дорожно-транспортное происшествие имело место по вине Чекунова А.А. который находился в трудовых отношениях с ООО "Оконная индустрия" и в момент ДТП исполнял трудовые обязанности. В этой связи суд пришел к выводу о том, что надлежащим ответчиком по делу является ООО "Оконная индустрия".
Оснований не согласиться с этим выводом суда у судебной коллегии не имеется.
Доводы апелляционной жалобы о том, что надлежащим ответчиком по делу является Чекунов А.А., приводились стороной ответчика в суде первой инстанции и были обоснованно отклонены судом.
Вопреки доводам жалобы, доказательствам, на которые ссылался представитель ответчика в обоснование позиции о том, что Чекунов А.А. в момент ДТП не исполнял трудовые обязанности, судом первой инстанции дана надлежащая оценка, с которой судебная коллегия соглашается.
Как правильно указал суд, из материалов дела, в т.ч. трудовой книжки Чекунова А.А., трудового договора N от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на момент ДТП Чекунов А.А. состоял с ответчиком в трудовых отношениях. В объяснении от ДД.ММ.ГГГГ, данном сотруднику ГИБДД на месте ДТП, Чекунов А.А. пояснил, что он управляет автомашиной ответчика на основании путевого листа N от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.4 материала проверки по факту ДТП).
Аналогичные объяснения Чекунов А.А. дал и в судебном заседании 19 января 2017 года, указав, что автомобиль в момент ДТП он использовал в рабочее время и для рабочих нужд, ехал из г. <данные изъяты> в г. <данные изъяты> за стройматериалами.
По делу также видно, что в подтверждение доводов о том, что ООО "Оконная индустрия" не является надлежащим ответчиком, его представителями в суд первой инстанции были представлены копии договора аренды транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ООО "ПРОТАС" и Чекуновым А.А., а также акты приема-передачи транспортного средства.
Поскольку представителем истца было заявлено о подложности указанных доказательств, судом первой инстанции была назначена технико-криминалистическая экспертиза для разрешения вопроса о соответствии дат составления документов дате выполнения на них рукописных записей от имени Протас М.В. и Чекунова А.А., оттиска печати ООО "Протас", на ответчика возложена обязанность представить подлинники указанных документов (л.д.113-115 том 1).
Вместе с тем ответчик от предоставления оригиналов договора аренды и акта передачи автомашины от ДД.ММ.ГГГГ отказался, сославшись на их утрату, предоставив их нотариально заверенные копии, в связи с чем суд правомерно указал, что ответчик намеренно уклонился от предоставления доказательств, без которых проведение экспертизы невозможно, а нотариальная копия свидетельствует лишь о техническом соответствии оригиналу, но не подтверждает факт действительного заключения договора в указанный в нем срок и подписавшими его лицами и факт передачи источника повышенной опасности от ответчика к третьему лицу именно в указанную дату.
В этой связи суд обоснованно исходил из того, что другие предоставленные ответчиком доказательства, а именно внутренние документы ООО "ПРОТАС", представленные в подтверждение факта заключения договора аренды и передачи автомобиля, сами по себе, при иных установленных по делу обстоятельствах о наличии между сторонами трудовых отношений, о передаче автомашины Чекунову А.А. в момент ДТП по договору аренды не свидетельствуют.
При таких обстоятельствах суд пришел к правильному выводу о том, что представленные по делу доказательства подтверждают, что в момент ДТП Чекунов А.А. действовал в интересах работодателя, исполняя свои трудовые обязанности, в связи с чем надлежащим ответчиком по делу является ООО "Оконная индустрия".
О правильности вывода суда свидетельствует и то обстоятельство, что согласно договору страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, заключенному между ООО "Протас" и АО "<данные изъяты>" и действующему с 00.00 час. ДД.ММ.ГГГГ по 24.00 час.ДД.ММ.ГГГГ (т.е. на момент ДТП), использование транспортного средства в целях проката и аренды исключалось, о чем ООО "Протас" уведомил страховщика, указав об этом в страховом полисе, в который каких-либо изменений в связи со сдачей транспортного средства в аренду им не вносилось (л.д.108 том 2).
В связи с этим, вопреки доводам жалобы, у судебной коллегии отсутствуют основания считать ошибочной произведенную судом первой инстанции оценку доказательств по вопросу о надлежащем ответчике, подробно приведенную в мотивировочной части решения.
Приходя к выводу об определении размера ущерба, причиненного истцу в результате ДТП, в сумме 1 726 331,29 руб., суд принял во внимание заключение комплексной автотехнической, трасологической экспертизы N-17 о стоимости восстановительного ремонта автомобиля по состоянию на дату ДТП без учета износа, выполненное ИП М., указав, что данное заключение ответчиком не оспорено, а его доводы о об отсутствии необходимости замены рамы ничем не подтверждены и опровергаются доказательствами, представленными истцом и заключением судебной экспертизы.
Однако с такими выводами судебная коллегия не соглашается, поскольку они материалам дела противоречат.
Как следует из материалов дела, определением суда первой инстанции от 07 апреля 2017 года по настоящему делу по ходатайству представителя ответчика, оспаривавшего необходимость замены рамы автомобиля стоимостью 632 000 руб. и работ по её замене на сумму 34 8000 руб., была назначена комплексная судебная экспертиза, на разрешение которой были поставлены вопросы о наличии повреждений автомашины истца, в т.ч. повреждений рамы автомобиля вследствие ДТП, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ, и об определении стоимости восстановительного ремонта автомобиля с учетом установленных повреждений на дату ДТП. В определении о назначении экспертизы суд указал на обязательность предоставления автомашины истца на осмотр и об извещении участвующих в деле лиц о времени и месте проведения экспертизы. Производство экспертизы поручено ИП М. (л.д.218 том 1).
Из поступившего в суд заключения эксперта N-17 следует, что осмотр автомашины не состоялся, а по имеющимся материалам гражданского дела установить наличие и степень повреждения рамы исследуемого автомобиля не представляется возможным. Сведений о том, по каким причинам не состоялся осмотр автомашины, а также о том, извещались ли стороны о дате и времени проведения экспертизы, а истец о необходимости предоставления автомашины на осмотр, заключение не содержит (л.д.2-66 том 2).
В судебном заседании 23 августа 2017 года эксперт М. пояснил, что для ответа на вопрос о необходимости замены рамы необходимо проведение диагностики с осмотром автомашины, который не состоялся, поэтому вывода по указанному вопросу он не делал. Повторные замеры рамы необходимо производить на оборудовании официального дилера, но согласовать этот вопрос с ответчиком, на которого были возложены расходы по проведению экспертизы, не получилось (л.д.85-86 том 2).
Между тем судом указанное обстоятельство, имеющее значение для правильного разрешения спора, несмотря на возражение представителя ответчика по данному вопросу и отсутствие у суда сведений о надлежащем извещении сторон о проведении экспертизы и уведомлении истца о необходимости предоставления автомобиля для диагностики и решения вопроса об организации диагностики в сервисном центре дилера, не было поставлено на обсуждение сторон, что не соответствует положениям ст.ст.84-85 ГПК РФ.
Учитывая, что судом первой инстанции обстоятельства, имеющие значение для дела, не были предметом проверки и оценки, судебная коллегия предложила представителям ответчика представить доказательства в обоснование своих возражений, приведенные, в том числе, и в апелляционной жалобе, в связи с чем стороной ответчика было заявлено ходатайство о назначении экспертизы, а представитель истца выразила согласие на предоставление автомашины на осмотр эксперту для разрешения вопроса о замене рамы.
Ввиду того, что экспертное заключение не содержит ответа на вопрос о том, требуется ли замена рамы автомобиля МАРКА1, а суд первой инстанции в нарушение ст.56 ГПК РФ указанное обстоятельство на обсуждение сторон не вынес, судебной коллегией в соответствии с пунктом 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 июня 2012 года N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции" по настоящему делу была назначена дополнительная экспертиза с постановкой указанного вопроса, производство которой поручено тому же эксперту ИП М. с разрешением ему при проведении экспертизы и осмотре автомобиля привлекать для инструментальных исследований рамы автомобиля МАРКА1 специалистов и использовать оборудование дилерского центра "<данные изъяты>" г. <данные изъяты> (ООО СП "<данные изъяты>"), с возложением на истца обязанности предоставить автомобиль на исследование.
Из полученного судом апелляционной инстанции заключения эксперта N-18 от ДД.ММ.ГГГГ, составленного при проведении осмотра автомашины в присутствии участвующих в деле лиц и в соответствии с требованиями вышеуказанного определения о назначении экспертизы, следует, что в результате проведенной диагностики автомобиля МАРКА1, установлено, что замены рамы автомобиля не требуется.
Вместе с тем эксперт пришел к выводу, что требуется замена картера заднего моста, поскольку в ходе осмотра автомобиля было установлено визуально фиксируемое отклонение заднего левого колеса от его нормального положения. Для определения причины этого отклонения были проведены инструментальные измерения, получив которые, эксперт сделал вывод, что это отклонение свидетельствует о деформации картера (корпуса) заднего моста. Ремонт и регулировка деформированного картера технологией завода-изготовителя не предусмотрены, соответственно, деталь подлежит замене.
Экспертом рассмотрен вопрос и дан положительный ответ о наличии причинной связи образования указанного повреждения с ДТП, имевшим место ДД.ММ.ГГГГ, поскольку смешение колеса могло быть образовано в результате удара, имеющего направление деформирующего воздействия спереди назад, что соответствует механизму контактного взаимодействия автомобилей в момент их столкновения.
С учетом этих обстоятельств экспертом определена стоимость восстановительного ремонта автомобиля в соответствии с требованиями "Единой методики определения расходов на восстановительный ремонт" без учета износа, которая составляет 1 120 633,09 руб.
Вопреки возражениям представителей ответчика относительно выводов эксперта в заседании суда апелляционной инстанции, судебная коллегия полагает, что экспертиза проведена с соблюдением требований ст.ст.84-86 ГПК РФ лицом, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов и имеющим длительный стаж экспертной работы, что следует из вводной части экспертного заключения, содержащего данные об образовании и квалификации эксперта М. Эксперт был предупрежден судом апелляционной инстанции об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.
Сделанные на основе исследования выводы подробно мотивированы экспертом, противоречий не содержат, основаны на непосредственном исследовании экспертом транспортного средства, подтверждены экспертом М., опрошенным в суде апелляционной инстанции.
Возражения ответчика сводятся к несогласию с включением в размер расходов на ремонт стоимости замены сиденья заднего левого в сборе в сумме 410 000 руб., мотивированные тем, что комплектация спорного автомобиля не предусматривает наличие в заднем сиденье подушки безопасности, оно подлежит ремонту, а не замене. Кроме того стоимость этой детали завышена экспертом и существенно отличается от стоимости, указанной в смете страховой компании.
Эти доводы судебной коллегией отклоняются, как противоречащие установленным по делу обстоятельствам.
Как следует из материалов дела, в т.ч. фотографий поврежденного транспортного средства с места ДТП, актов осмотра автомобиля страховой компании экспертом Ч. от ДД.ММ.ГГГГ, эксперта-техника Г. от ДД.ММ.ГГГГ и фотоматериалов к осмотру, в спорном автомобиле после ДТП визуально усматривается срабатывание подушки безопасности на заднем сиденье и его повреждение в связи с этим, что зафиксировано экспертами непосредственно после ДТП (л.д.90-97,36-42,162-163 том 1).
Как пояснил в заседании суда апелляционной инстанции директор ООО "Оконная индустрия" Протас М.В., на первом осмотре автомобиля представитель Общества присутствовал, и данный факт ему был известен.
Эксперт М. при производстве, как первоначальной экспертизы в период её проведения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, так и повторной экспертизы, руководствовался указанными актами осмотра, фотоматериалами, в связи с чем в состав запасных частей, подлежащих замене, им также было включено сиденье заднее левое в сборе.
В заседании судебной коллегии эксперт М. данные обстоятельства подтвердил и пояснил, что разница в стоимости этой детали в заключении Г. (385 000 руб.), в смете страховщика (96 126 руб. и подушка безопасности 33 000 руб.) и его (М.) заключении обусловлена некорректным выбором указанными оценщиками каталожного номера детали, в смете страховщика он вообще отсутствует. При производстве экспертизы им сделан запрос, определен правильный номер делали и его стоимость с использованием специального программного обеспечения. Правильность выбранного номера и стоимость сиденья с подушкой безопасности подтверждена при производстве повторной экспертизы в сервисном центре в присутствии стороны ответчика и истца. Ремонт сиденья при срабатывании подушки безопасности технологией завода-изготовителя не предусмотрен, подушки безопасности в отдельном виде не поставляются, в связи с чем данная деталь подлежит замене.
Поскольку указанные обстоятельства, а также заключение эксперта М. и его пояснения ответчиком не опровергнуты, доказательств неправильности выбранного экспертом каталожного номера и иной стоимости спорной детали не представлено, ранее факт замены сиденья ответчиком в суде первой инстанции не оспаривался, судебная коллегия приходит к выводу о том, что причиненный истцу материальный ущерб подлежит исчислению исходя из заключения повторной судебной экспертизы в сумме 1 120 633,09 руб.
Доводов о несогласии с выводами суда по вопросу определения размера ущерба без учета износа стоимости запасных частей, подробно приведенными в решении, апелляционная жалоба не содержит.
Ввиду того, что СПАО "<данные изъяты>" выплатило истцу страховое возмещение в пределах лимита ответственности в сумме 400 000 руб., с ответчика подлежит взысканию 720 633,09 руб. (1120633,09-400 000).
В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию понесенные по делу судебные расходы по уплате государственной пошлины пропорционально удовлетворенной части иска - 10 406,33 руб., а также связанные с рассмотрением дела издержки по оплате услуг оценщика - 3 240 руб. (с учетом удовлетворения иска на 54,33%).
При этом оснований для взыскания в пользу истца расходов на диагностику и замеры геометрии рамы в сумме 1 881,60 руб. и 9 100 руб. судебная коллегия не усматривает, поскольку замены рамы автомобиля не требуется, и в этой части заявленные истцом требования оставлены без удовлетворения.
В этой связи решение суда подлежит изменению.
Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Свердловского районного суда г. Костромы от 26 сентября 2017 года изменить.
Взыскать с ООО "Оконная индустрия" в пользу Воробейникова Михаила Александровича в возмещение материального ущерба 720 633 (семьсот двадцать тысяч шестьсот тридцать три) рубля 09 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в размере 10 406 (десять тысяч четыреста шесть) рублей 33 копейки, расходы по оплате услуг эксперта-техника в размере 3 240 (три тысячи двести сорок) рублей, остальные требования оставить без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
