Дата принятия: 29 октября 2020г.
Номер документа: 33-2917/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ЛИПЕЦКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 29 октября 2020 года Дело N 33-2917/2020
29 октября 2020 года судебная коллегия по гражданским делам Липецкого областного суда в составе:
председательствующего Торговченковой О.В.,
судей Долговой Л.П., Климко Д.В.,
с участием прокурора Кима И.Е.,
при секретаре Чумариной В.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Липецке апелляционную жалобу истицы Красновской Татьяны Геннадиевны на решение Усманского районного суда Липецкой области от 19 ноября 2019 года, которым постановлено:
"Красновской Татьяне Геннадьевне в удовлетворении исковых требований к ООО "Швейная фабрика "Усмань" о признании увольнения по приказу N 33 от 04.10.2019г. по основаниям п.п. "а" п. 6 ст. 81 ТК РФ незаконным, восстановлении на работе, взыскании денежных средств за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, отказать.".
Заслушав доклад судьи Торговченковой О.В., судебная коллегия
установила:
Красновская Т.Г. обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Швейная фабрика Усмань" (далее - ООО "Швейная фабрика Усмань", фабрика) о признании увольнения за прогул незаконным, восстановлении на работе в должности технолога административно-хозяйственного отдела ООО "Швейная фабрика Усмань", взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей и судебных расходов по оплате услуг эксперта в размере 18 000 рублей.
В обоснование заявленных требований истица указала, что с 08 августа 2011 года состояла с ответчиком в трудовых отношениях, последняя занимаемая должность - технолог административно-хозяйственного отдела. Приказом от 04 октября 2019 года N 33 была уволена по подпункту "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул. С увольнением истица не согласна, поскольку приказ об увольнении последовал после того, как она была ознакомлена с приказом от 25 сентября 2019 года N 1 о наложении дисциплинарного взыскания в виде замечания и выразила своё несогласие с ним. Отсутствие на рабочем месте вызвано уважительными причинами, истица находилась на лечении и ухаживала за больной матерью.
В судебном заседании истица Красновская Т.Г. и ее представитель - Елфимова Е.Ю. исковые требования поддержали, не отрицали факт отсутствия истицы на рабочем месте в период со 02 сентября 2019 года до второй половины дня 06 сентября 2019 года, ссылаясь на уважительность причин отсутствия. Суду истица объяснила, что 30 августа 2019 года она в присутствии мастеров Боевой Н.Д., Кидиновой И.А., Брыкиной Е.А. отпросилась у директора фабрики на два дня - 02 и 03 сентября 2019 года, так как ей как инвалиду дополнительно должно предоставляться два дня отдыха, а в свой очередной отпуск она эти дни не использовала. Кроме того, во время очередного отпуска в июне 2019 года она 10 и 11 числа выходила на работу для расстановки машинок после проведенного ремонта. 02 сентября 2019 года истице был необходим для посещения линейки в школе, так как ее дочь пошла в 11-й класс, а 03 сентября 2019 года - для подготовки матери к госпитализации в Липецкую областную клиническую больницу, куда она была перевезена 03 сентября 2019 года на машине скорой помощи из ГУЗ "Усманская МРБ". 04 сентября 2019 года истица не вышла на работу в связи с тем, что отвозила в Липецкую областную клиническую больницу недостающие документы в отношении матери и лекарства для неё, однако о причине невыхода на работу работодателя в известность не поставила, днём у неё разрядился телефон. Утром 05 сентября 2019 года истица уведомила директора фабрики по телефону о своем отсутствии и отпросилась на 05 сентября 2019 года, так как в этот день матери делали операцию. Утром 06 сентября 2019 года истица плохо себя чувствовала, позвонила директору, предупредив его об этом, пришла на работу к обеденному перерыву. 09 сентября 2019 года ответчик предложил Красновской Т.Г. написать объяснение, а также перевестись на должность швеи, на что она ответила отказом. В периоды с 09 сентября 2019 года по 13 сентября 2019 года, с 24 сентября 2019 года по 03 октября 2019 года истица была нетрудоспособна, а 04 октября 2019 года работодатель ознакомил её с приказом об увольнении. При ознакомлении с приказом об увольнении работодатель не ознакомил истицу с документами, послужившими основанием для увольнения, не выдал ей копию приказа об увольнении. Истица полагала, что приказ об увольнении от 04 октября 2019 года подлежит отмене по тем основаниям, что в его основу были положены те же документы, что и при издании приказа от 25 сентября 2019 года о привлечении её к дисциплинарной ответственности, а за один проступок недопустимо повторное привлечение к дисциплинарной ответственности. Кроме того, директор фабрики знала о тяжелом состоянии матери Красновской Т.Г., о наличии у самой истицы инвалидности 3 группы, а потому должна была учесть, что отсутствие истицы на рабочем месте вызвано уважительными причинами.
В судебном заседании представители ответчика ООО "Швейная фабрика Усмань" - Солодухин Ю.А. и директор Данковцева Н.Г. исковые требования не признали, суду объяснили, что 30 августа 2019 года истица отпросилась у директора фабрики на 1 час для посещения линейки в школе дочери 02 сентября 2019 года, однако на рабочем месте отсутствовала в период со 02 сентября 2019 года до второй половины рабочего дня 06 сентября 2019 года, о причинах неявки работодателю не сообщила. Работники, находившиеся в подчинении у истицы, обратились к директору фабрики с докладными, выражая недовольство поведением технолога, поскольку Красновская Т.Г. в силу своих должностных обязанностей обязана была составить отчеты о выполненной работе швей для начисления им заработной платы. 05 сентября 2019 года истица позвонила директору рано утром на сотовый телефон, сообщила, что в связи со злоупотреблением спиртными напитками не может выйти на работу и выйдет сразу после выздоровления. 05 сентября 2019 года Красновская Т.Г. на работу не вышла. 06 сентября 2019 года истица утром на работу не вышла, во время обеденного перерыва позвонила директору на сотовый телефон, уточнив, будет ли она на работе после обеда. После обеденного перерыва истица пришла в кабинет директора фабрики, куда были приглашены Боева Н.Д. и Брыкина Е.А., в их присутствии Красновская Т.Г. принесла извинения, не отрицая факт невыхода на работу из-за употребления спиртными напитками. Директор фабрики предложила истице написать объяснение. До 09 сентября 2019 года истица объяснение не представила, в связи с чем 09 сентября 2019 года ей вновь было предложено дать письменное объяснение. Объяснения были представлены Красновской Т.Г. в нескольких вариантах с указанием разных причин отсутствия на рабочем месте. Документов, подтверждающих уважительность невыхода на работу, Красновская Т.Г. не представила.
Суд постановилрешение, резолютивная часть которого изложена выше.
В апелляционной жалобе истица Красновская Т.Г. просит отменить указанное решение, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.
Выслушав истицу Красновскую Т.Г., поддержавшую доводы апелляционной жалобы, представителей ответчика ООО "Швейная фабрика Усмань" - Ковтонюка М.В. и Данковцеву Н.Г., возражавших против удовлетворения жалобы, заключение прокурора Кима И.Е., полагавшего решение суда законным и обоснованным, проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.
Частью 2 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан, в частности, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, выполнять установленные нормы труда.
Согласно части 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям, предусмотренным этим кодексом.
При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).
Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.
Статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (части первая - шестая данной статьи).
Основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя определены статьей 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Так, подпунктом "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, решение работодателя о признании конкретной причины отсутствия работника на работе неуважительной и, как следствие, об увольнении его за прогул может быть проверено в судебном порядке. При этом, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких как справедливость, соразмерность, законность) и, руководствуясь подпунктом "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с другими его положениями, оценивает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе причины отсутствия работника на работе (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2009 г. N 75-О-О, от 24 сентября 2012 г. N 1793-О, от 24 июня 2014 г. N 1288-О, от 23 июня 2015 г. N 1243-О, от 26 января 2017 N 33-О и др.).
В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.
При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте (пункт 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 ""О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").
В силу статьи 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной. Суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение. Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен (абзацы первый, второй, третий, четвертый пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").
По смыслу приведенных нормативных положений трудового законодательства, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при рассмотрении судом дела по спору о законности увольнения работника на основании подпункта "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул обязательным для правильного разрешения названного спора является установление обстоятельств и причин (уважительные или неуважительные) отсутствия работника на рабочем месте. При этом исходя из таких общих принципов юридической, а значит, и дисциплинарной ответственности, как справедливость, соразмерность, законность, вина и гуманизм, суду надлежит проверить обоснованность признания работодателем причины отсутствия работника на рабочем месте неуважительной, а также то, учитывались ли работодателем при наложении дисциплинарного взыскания тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Увольнение работника работодателем с соблюдением указанных принципов юридической ответственности является правомерным.
Как установлено судом и подтверждается материалами дела, Красновская Т.Г. с 08 августа 2011 года состояла в трудовых отношениях с ООО "Швейная фабрика Усмань" в различных должностях, с 17 октября 2011 года - в должности технолога административно-хозяйственного отдела (с 01 августа 2019 года - с окладом 24084 рубля) (т. 1 л.д. 79-101).
В соответствии с Правилами внутреннего трудового распорядка, утвержденными директором ООО "Швейная фабрика Усмань" 02 ноября 2015 года (далее - Правила), для работников административно-хозяйственного отдела установлен следующий режим работы и отдыха: рабочее время - с 08-00 до 16-30, перерыв на обед - с 12-00 до 12-30, выходные дни - суббота, воскресенье (т. 1 л.д. 62-72).
Истица с данными Правилами ознакомлена, что подтверждается ее подписью в листе ознакомления (т. 1 л.д. 73).
06 сентября 2019 года ответчиком издан приказ N 41 о проведении служебного расследования, в соответствии с которым в связи с отсутствием на рабочем месте в течение всего рабочего дня 02 сентября 2019 года, 03 сентября 2019 года, 04 сентября 2019 года, 05 сентября 2019 года, а также с 08-00 до 12-00 06 сентября 2019 года технолога Красновской Т.Г. для проведения служебного расследования по указанному факту создана комиссия в составе: председателя комиссии - Данковцевой Н.Г. (директора); членов комиссии - Порядиной Е.П. (инспектора отдела кадров) и Соболевской Т.А. (заведующей производством) (т. 1 л.д. 104). Комиссии поручено провести служебное расследование в срок до 30 сентября 2019 года, результаты работы комиссии оформить актом.
На заседании комиссии, созданной на основании вышеуказанного приказа, принято решение запросить у технолога Красновской Т.Г. письменные объяснения по факту отсутствия на рабочем месте 02 сентября 2019 года, 03 сентября 2019 года, 04 сентября 2019 года, 05 сентября 2019 года, а также с 08-00 до 12-00 06 сентября 2019 года (т. 1 л.д. 105).
В ходе служебного расследования были получены: служебная записка от 03 сентября 2019 года и докладная от 06 сентября 2019 года заведующей производством Соболевской Т.А., служебная записка от 04 сентября 2019 года и докладная от 03 сентября 2019 года мастера Брыкиной Е.А., служебная записка от 04 сентября 2019 года и докладная от 03 сентября 2019 года мастера Боевой Н.Д., акты об отсутствии на рабочем месте Красновской Т.Г. от 02 сентября 2019 года, от 03 сентября 2019 года, от 04 сентября 2019 года, от 05 сентября 2019 года, от 06 сентября 2019 года, объяснительные Красновской Т.Г. (т. 1 л.д. 110-119, 124-130).
26 сентября 2019 года комиссией составлен акт служебного расследования, по результатам которого установлено, что Красновская Т.Г. 02 сентября 2019 года, 03 сентября 2019 года, 04 сентября 2019 года, 05 сентября 2019 года, а также с 08-00 до 12-00 06 сентября 2019 года отсутствовала на рабочем месте без уважительных причин, то есть совершила прогул, в связи с чем предложено уволить технолога Красновскую Т.Г. по подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (т. 1 л.д. 106-107).
Приказом ООО "Швейная фабрика Усмань" N 33 от 04 октября 2019 года Красновская Т.Г. уволена по подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации 04 октября 2019 года (т. 1 л.д. 102). Основанием издания приказа послужили: акт служебного расследования, табель учета рабочего времени за первую половину сентября 2019 года, служебная записка от 03 сентября 2019 года и докладная от 06 сентября 2019 года заведующей производством Соболевской Т.А., служебная записка от 04 сентября 2019 года и докладная от 03 сентября 2019 года мастера Брыкиной Е.А., служебная записка от 04 сентября 2019 года и докладная от 03 сентября 2019 года мастера Боевой Н.Д., акты об отсутствии на рабочем месте Красновской Т.Г. от 02 сентября 2019 года, от 03 сентября 2019 года, от 04 сентября 2019 года, от 05 сентября 2019 года, от 06 сентября 2019 года, объяснительные Красновской Т.Г.
Красновская Т.Г. ознакомлена с приказом об увольнении 04 октября 2019 года, в тот же день получила его копию, что подтверждается подписью истицы (т. 1 л.д. 102).
Отказывая истице в удовлетворении требований о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, суд пришел к обоснованному выводу, что при увольнении Красновской Т.Г. по подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации нарушений норм трудового законодательства работодателем не допущено, при определении меры дисциплинарного взыскания работодателем учтены тяжесть совершенного проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований у ответчика для применения к Красновской Т.Г. такой меры дисциплинарного взыскания как увольнение, исходя из следующих обстоятельств.
Факты отсутствия истицы Красновской Т.Г. на рабочем месте 02 сентября 2019 года, 03 сентября 2019 года, 04 сентября 2019 года, 05 сентября 2019 года, а также с 08-00 до 12-00 06 сентября 2019 года подтверждаются соответствующими актами NN 1-5, составленными мастером Боевой Н.Д., мастером Брыкиной Е.А. и заведующей производством Соболевской Т.А. (т. 1 л.д. 115-119), служебной запиской от 03 сентября 2019 года и докладной от 06 сентября 2019 года заведующей производством Соболевской Т.А. (т. 1 л.д. 124, 125), служебной запиской от 04 сентября 2019 года и докладной от 03 сентября 2019 года мастера Брыкиной Е.А. (т. 1 л.д. 128, 130), служебной запиской от 04 сентября 2019 года и докладной от 03 сентября 2019 года мастера Боевой Н.Д. (т. 1 л.д. 126, 127).
Истицей Красновской Т.Г. было представлено пять письменных объяснительных: три из них датированы 09 сентября 2019 года (т. 1 л.д. 110-112), одна - 16 сентября 2019 года (т. 1 л.д. 113), одна - 18 сентября 2019 года (т. 1 л.д. 114).
В одной из объяснительных от 09 сентября 2019 года Красновская Т.Г. указала, что отсутствовала на работе со 02 сентября 2019 года по 06 сентября 2019 года в связи с тем, что находилась в ЛОКБ (Липецкая областная клиническая больница) и не предупредила, так как не работал телефон (т. 1 л.д. 110).
В другой объяснительной от 09 сентября 2019 года истица указала, что на 02 и 03 сентября 2019 года она отпрашивалась по семейным обстоятельствам у директора; 04 и 05 сентября 2019 года была в ЛОКБ с мамой, телефон, чтобы позвонить, не работал; 06 сентября 2019 года она вышла на работу (т. 1 л.д. 111).
В третьей объяснительной от 09 сентября 2019 года истица указала, что 02 сентября 2019 года собирала маму для перевода в Липецк; 03 сентября 2019 года отвозила маму в ЛОКБ; 04 сентября 2019 года отвозила нехватающие лекарства и документы, вечером, после того, как отвезла, плохо себя чувствовала и не могла уснуть, приняла много снотворных и проснулась 05 сентября 2019 года около 18-00, телефона директора не знала, была не сосредоточена, не помнит кому звонила (т. 1 л.д. 112).
Согласно объяснительной от 16 сентября 2019 года Красновская Т.Г. 02 и 03 сентября 2019 года отсутствовала на рабочем месте, отпросившись по семейным обстоятельствам, 04 и 05 сентября 2019 года отсутствовала на работе по причине ухода за мамой в ЛОКБ (т. 1 л.д. 113).
В объяснительной от 18 сентября 2019 года истица указала, что на 02 и 03 сентября 2019 года она отпрашивалась в счет "неотгулянного отпуска" (как инвалид имеет право на два дня отдыха), а 04 и 05 сентября 2019 года - посещала ЛОКБ (т. 1 л.д. 114).
В качестве доказательств, подтверждающих уважительные причины отсутствия на рабочем месте 02 сентября 2019 года, 03 сентября 2019 года, 04 сентября 2019 года, 05 сентября 2019 года, а также с 08-00 до 12-00 06 сентября 2019 года, истица представила выписку из истории болезни N 5039/1 больной Красновской Т.Д. (матери истицы), выданной отделением сосудистой хирургии ГУЗ "Липецкая областная клиническая больница" (т. 1 л.д. 195), а также заключение ГУЗ "Липецкая областная клиническая больница" в отношении Красновской Т.Г. (т. 1 л.д. 123).
Оценивая представленные доказательства по делу в их совокупности, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции об отсутствии у истицы уважительных причин невыхода на работу в первой половине дня (с 08-00 до 12-00) 02 сентября 2019 года, а также 03 сентября 2019 года в течение полного рабочего дня.
Как следует из трудового договора N 0000134 от 08 августа 2011 года и дополнительного соглашения к нему от 01 августа 2019 года, заключенных между ООО "Швейная фабрика Усмань" и Красновской Т.Г., технолог Красновская Т.Г. в своей деятельности подчиняется старшему технологу и вышестоящим должностям (т. 1 л.д. 79-82, 92).
Согласно объяснениям представителей ответчика, показаниям свидетелей Боевой Н.Д. и Брыкиной Е.А. 30 августа 2019 года Красновская Т.Г. в присутствии названных свидетелей отпросилась у директора фабрики Данковцевой Н.Г. на один час 02 сентября 2019 года для посещения линейки в школе, посвященной началу нового учебного года, поскольку дочь истицы пошла в 11-й класс. Разрешение директора фабрики было дано истице в устной форме без оформления каких-либо разрешительных документов.
Со слов истицы торжественная линейка закончилась около 11-ти часов, затем в течение некоторого времени она пообщалась с учителями дочери.
Учитывая, что истица отсутствовала на рабочем месте с начала рабочего дня 02 сентября 2019 года с разрешения директора ООО "Швейная фабрика Усмань", при этом ее отсутствие было обусловлено именно той причиной, по которой работодатель разрешилработнику отсутствовать на рабочем месте (посещением торжественной линейки, посвященной началу нового учебного года), а также то обстоятельство, что временные рамки начала и окончания указанного тожественного мероприятия не зависели от воли истицы, то, по мнению судебной коллегии, отсутствие Красновской Т.Г. на рабочем месте в течение четырех часов с 08-00 до 12-00 часов 02 сентября 2019 года вызвано уважительной причиной.
Свое отсутствие на рабочем месте 03 сентября 2019 года истица обосновывала необходимостью сопровождения матери (Красновской Т.Д.) из ГУЗ "Усманская центральная районная больница" в ГУЗ "Липецкая областная клиническая больница", поскольку Красновская Т.Д. нуждалась в посторонней помощи.
Доказательств, подтверждающих отсутствие истицы на рабочем месте в течение полного рабочего дня 03 сентября 2019 года с разрешения работодателя, в материалы дела не представлено. Доводы истицы о том, что ее отсутствие имело место быть с устного разрешения директора фабрики, опровергаются показаниями свидетелей Боевой Н.Д., Брыкиной Е.А., Соболевской Т.А., оснований не доверять которым у суда апелляционной инстанции не имеется.
В то же время, по сведениям ГУЗ "Усманская центральная районная больница" от 15 октября 2020 года, представленным по запросу суда апелляционной инстанции, Красновская Т.Д., 1938 года рождения (мать истицы), с 15 августа 2020 года находилась на стационарном лечении в ГУЗ "Усманская ЦРБ", а 03 сентября 2019 года была переведена в сосудистое отделение ГУЗ "Липецкая областная клиническая больница" на санитарном транспорте.
Поступление Красновской Т.Д. в экстренном порядке в отделение сосудистой хирургии ГУЗ "Липецкая областная клиническая больница" 03 сентября 2019 года подтверждается также выпиской из истории болезни N 5039/1 больной Красновской Т.Д., выданной отделением сосудистой хирургии ГУЗ "Липецкая областная клиническая больница" (т. 1 л.д. 195).
При таких обстоятельствах, учитывая возраст матери истицы (81 год), ее заболевание, которое связано с клиникой правой нижней конечности, лишающей возможности самостоятельного передвижения, отдаленность г. Усмани от г. Липецка (76 км) и количество времени, необходимого для преодоления указанного расстояния на санитарном транспорте (01 час 38 минут), судебная коллегия приходит к выводу о том, что, несмотря на наличие в действиях истицы дисциплинарного проступка, с учетом таких принципов дисциплинарной ответственности, как справедливость, соразмерность, законность, вина и гуманизм, причину отсутствия Красновской Т.Г. на рабочем месте 03 сентября 2019 года следует признать уважительной.
В части выводов суда первой инстанции об отсутствии истицы на рабочем месте без уважительных причин с 12-30 часов до 16-30 часов 02 сентября 2019 года, 04 сентября 2019 года, 05 сентября 2019 года, а также с 08-00 до 12-00 часов 06 сентября 2019 года судебная коллегия соглашается, находя их законными и обоснованными.
По делу установлено, что торжественная линейка в школе 02 сентября 2019 года, на посещение которой истица получила разрешение от работодателя, закончилась около 11-ти часов. Данное обстоятельство подтвердила сама Красновская Т.Г.
Согласно объяснениям сторон расстояние от школы до ООО "Швейная фабрика Усмань" является незначительным, в течение часа истица имела возможность вернуться на рабочее место.
Несмотря на данное обстоятельство, Красновская Т.Г. отсутствовала на рабочем месте в течение полного рабочего дня.
Доводы истицы о том, что ее отсутствие имело место быть с устного разрешения директора фабрики, опровергаются показаниями свидетелей Боевой Н.Д., Брыкиной Е.А., Соболевской Т.А., оценка которым дана судом первой инстанции по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Разрешения на отсутствие на рабочем месте в течение полного рабочего дня 02 сентября 2019 года у старшего технолога и других вышестоящих по должности лиц истица не получала, что ею не оспаривалось.
Ссылка Красновской Т.Г. на необходимость подготовить мать для перевозки на следующий день в ГУЗ "Липецкая областная клиническая больница" не подтверждена какими-либо доказательствами по делу. Более того, материалами дела подтверждается, что Красновская Т.Д. (мать истицы) с 15 августа 2019 года находилась на стационарном лечении в ГУЗ "Усманская центральная районная больница" и именно оттуда была доставлена в ГУЗ "Липецкая областная клиническая больница" на санитарном транспорте.
С учетом указанных обстоятельств суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии истицы на рабочем месте 02 сентября 2019 года с 12-30 часов до 16-30 часов без уважительных причин.
Проверяя доводы истицы о причинах ее отсутствия 04 сентября 2019 года, 05 сентября 2019 года и 06 сентября 2019 года с 08-00 часов до 12-00 часов, суд первой инстанции обоснованно исходил из противоречивости объяснений Красновской Т.Г. по данным фактам и правильно оценил представленные сторонами доказательства.
Так, истица не оспаривала того обстоятельства, что разрешения на отсутствие на рабочем месте 04 сентября 2019 года она не получала ни у директора фабрики, ни у старшего технолога, ни у других вышестоящих по должности лиц. В подтверждение уважительности причины отсутствия на рабочем месте в указанный день Красновская Т.Г. сослалась на необходимость ухода за матерью, доставки в ГУЗ "Липецкая областная клиническая больница" необходимых медицинских документов в отношении матери, а также недостающих лекарственных препаратов для нее. Какие именно документы необходимо было представить, истица не указала.
Вместе с тем, согласно ответу ГУЗ "Липецкая областная клиническая больница" от 27 октября 2020 года N 01-17/2774, представленному на запрос суда апелляционной инстанции, пациентка Красновская Т.Д. (мать истицы) в период с 03 по 05 сентября 2019 года в дополнительном уходе не нуждалась, Красновская Т.Г. (истица) уход за пациенткой Красновской Т.Д. не осуществляла. Из того же ответа следует, что в дополнительных лекарственных препаратах пациентка Красновская Т.Д. (мать истицы) не нуждалась, такие препараты Красновской Т.Г. (истицей) не предоставлялись.
Вся необходимая медицинская документация в отношении Красновской Т.Д. была предоставлена ГУЗ "Усманская ЦРБ" при доставке матери истицы на санитарном транспорте 03 сентября 2019 года.
Таким образом, необходимость присутствия истицы 04 сентября 2019 года в ГУЗ "Липецкая областная клиническая больница" не была обусловлена медицинскими показаниями состояния здоровья ее матери, либо инициативой медицинских работников. Каких-либо доказательств посещения данного лечебного учреждения по причинам, являющимися необходимыми, истица не представила.
Доводы истицы о том, что уведомить работодателя об отсутствии на рабочем месте 04 сентября 2019 года она не имела возможности, поскольку уехала в ГУЗ "Липецкая областная клиническая больница" рано утром, а телефон оказался разряженным, не подтверждаются какими-либо доказательствами по делу, хотя обязанность по доказыванию именно этих обстоятельств лежит на истице.
Более того, Красновской Т.Г. вообще не представлено никаких доказательств посещения данного лечебного учреждения в указанную дату 04 сентября 2019 года, а довод о неработающем телефоне опровергается ее личными объяснениями в суде апелляционной инстанции, согласно которым телефон у истицы отключился во второй половине дня, а сообщить работодателю в начале рабочего дня о причине отсутствия на рабочем месте она не подумала.
При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии Красновской Т.Г. на рабочем месте 04 сентября 2019 года в течение полного рабочего дня без уважительных причин.
Отсутствие на рабочем месте 05 сентября 2019 года Красновская Т.Г. обосновывает необходимостью ухода за матерью, которая в этот день была прооперирована, а в качестве основания невыхода на работу ссылалась на устное разрешение директора фабрики, полученное по телефону.
Однако доказательств получения такого разрешения со стороны работодателя истицей не представлено, ответчик данное обстоятельство отрицает.
Из представленной распечатки журнала вызовов с телефона истицы (т. 1 л.д. 194) действительно усматривается, что на номер телефона директора фабрики Данковцевой Н.Г. 05 сентября 2019 года имели место быть исходящие звонки: в 07 часов 06 минут продолжительностью 26 секунд, дважды в 07 часов 24 минуты, в 07 часов 25 минут продолжительность 1 минута 21 секунда. Ответчик, в том числе его директор Данковцева Н.Г., не оспаривая факт состоявшегося разговора между Красновской Т.Г. и директором, указывают, что разрешения на невыход на работу директор фабрики истице не давала, в данном телефонном разговоре Красновская Т.Г. сообщила директору о том, что не может выйти на работу в связи со злоупотреблением спиртными напитками.
Оценивая указанное доказательство по делу, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что сам факт исходящего звонка с номера телефона Красновской Т.Г. на номер телефона директора фабрики Данковцевой Н.Г. никоим образом не подтверждает получение согласия со стороны работодателя на отсутствие истицы на рабочем месте 05 сентября 2019 года, поскольку не содержит никакой информации о том, состоялся ли разговор или нет, а тем более о содержании данного разговора.
Объяснения ответчика об отсутствии у истицы уважительных причин невыхода на работу 05 сентября 2019 года подтверждаются показаниями свидетеля Брыкиной Е.А., которой Красновская Т.Г. звонила по телефону и сообщила об отсутствии возможности выйти на работу по причине злоупотребления спиртными напитками, а также показаниями свидетеля Кидиновой И.А., подтвердившей те же обстоятельства, известные ей со слов других сотрудников фабрики.
Довод истицы о необходимости ухода за матерью, которая 05 сентября 2019 года была прооперирована, опровергается ответом ГУЗ "Липецкая областная клиническая больница" от 27 октября 2020 года N 01-17/2774, содержащим сведения об отсутствии нуждаемости матери истицы в дополнительном уходе и об отсутствии такого ухода со стороны истицы.
Более того, доказательств посещения данного лечебного учреждения в указанную дату 05 сентября 2019 года Красновской Т.Г. не представлено, а из одного из письменных объяснений, данных истицей ответчику 09 сентября 2019 года, следует, что 04 сентября 2019 года она отвозила "нехватающие" лекарства и документы, вечером, после того, как отвезла, плохо себя чувствовала и не могла уснуть, приняла много снотворных и проснулась 05 сентября 2019 года около 18-00 (т. 1 л.д. 112). Таким образом, сам факт присутствия истицы 05 сентября 2019 года в ГУЗ "Липецкая областная клиническая больница" опровергается ее письменными объяснениями от 09 сентября 2019 года.
При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии Красновской Т.Г. на рабочем месте 05 сентября 2019 года в течение полного рабочего дня без уважительных причин.
Отсутствие на рабочем месте 06 сентября 2019 года в период времени с 08-00 час. до 12-00 час. Красновская Т.Г. обосновывает плохим состоянием своего здоровья, а в качестве основания невыхода на работу опять же ссылалась на устное разрешение директора фабрики, полученное по телефону.
Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что доказательств получения такого разрешения со стороны работодателя истицей не представлено.
Из представленной распечатки журнала вызовов с телефона истицы (т. 1 л.д. 194) также усматривается, что на номер телефона директора фабрики Данковцевой Н.Г. 06 сентября 2019 года имел место быть исходящий звонок в 06 часов 27 минут.
Ответчик в лице его директора Данковцевой Н.Г. не оспаривал факт состоявшегося разговора между истицей и директором, однако из содержания разговора следовала заинтересованность истицы о нахождении директора фабрики на рабочем месте в обеденный перерыв.
При оценке данного доказательства по делу суд первой инстанции обоснованно исходил из тех же обстоятельств, что при проверке довода истицы о получении разрешения работодателя по телефону об отсутствии на рабочем месте 05 сентября 2019 года, указав, что сам факт исходящего звонка с номера телефона Красновской Т.Г. на номер телефона директора фабрики Данковцевой Н.Г. никоим образом не подтверждает указанное истицей обстоятельство, поскольку не содержит никакой информации о содержании данного разговора.
Доказательств, подтверждающих состояние своего здоровья 06 сентября 2019 года до 12-00 часов, истицей не представлено.
При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии Красновской Т.Г. на рабочем месте 06 сентября 2019 года без уважительных причин в период времени с 08-00 час. до 12-00 час.
Доводы истицы о том, что отсутствуя на рабочем месте, она использовала дни отдыха, которые ей должны быть предоставлены по закону в связи с наличием группы инвалидности, являлись предметом исследования суда первой инстанции, который, дав надлежащую оценку представленным по делу доказательствам, обоснованно пришел к выводу о том, что истице предоставлялся основной отпуск в период с 13 мая 2019 года по 09 июня 2019 года, а также дополнительно оплачиваемый отпуск за инвалидность (два дня) с 10 июня 2019 года по 11 июня 2019 года (т. 1 л.д. 198-231).
Проверен судом первой инстанции и довод истицы о выходе ее на работу в период отпуска 10 и 11 июня 2019 года, который также не нашел своего подтверждения.
Представленное истицей заключение ГУЗ "Липецкая областная клиническая больница" в отношении Красновской Т.Г. (т. 1 л.д. 123) о том, что она проходила обследование в данном лечебном учреждении с 05 по 06 сентября 2019 года, правильно признано судом первой инстанции недопустимым доказательством по делу.
Так, согласно ответу ГУЗ "Липецкая областная клиническая больница" от 27 октября 2020 года N 01-17/2774 на запрос суда апелляционной инстанции Красновская Т.Г. 05 и 06 сентября 2019 года в Липецкую областную консультативную поликлинику, приемное отделение ГУЗ "ЛОКБ" не обращалась, медицинское заключение не оформлялось.
В суде апелляционной инстанции истица подтвердила фиктивность данного заключения, указав, что никакого обследования в ГУЗ "Липецкая областная клиническая больница" она не проходила, а предоставила данное заключение только потому, что работодатель требовал предоставления документов, подтверждающих причину отсутствия на рабочем месте в указанные даты.
Анализируя представленные доказательства, суд апелляционной инстанции, придя к выводу о том, что Красновская Т.Г. без уважительных причин отсутствовала на рабочем месте в течение полного рабочего дня 04 и 05 сентября 2019 года, соглашается с выводом суда первой инстанции о совершении истицей дисциплинарного проступка, то есть грубого нарушения работником возложенных на него трудовых обязанностей, предусмотренных трудовым договором, поэтому основания для привлечения Красновской Т.Г. к дисциплинарной ответственности у работодателя имелись.
Коль скоро, 02 сентября 2019 года и 06 сентября 2019 года истица отсутствовала на рабочем месте без уважительных причин по четыре часа (то есть не более четырех часов в течение рабочего дня), то оснований для вывода о совершении ею прогула в указанные дни не имеется, но имеются основания для вывода о наличии в действиях истицы дисциплинарного проступка.
При оценке соразмерности наложенного взыскания тяжести проступка судебная коллегия учитывает, что прогул относится к грубому нарушению трудовой дисциплины, имел место на протяжении двух дней.
Кроме того, коллегия учитывает отсутствие у истицы уважительных причин невыхода на работу 02 сентября 2019 года в период времени с 12-30 часов до 16-30 часов и 06 сентября 2019 года в период времени с 08-00 часов до 12-00 часов, а также принимает во внимание предшествующее отношение истицы к труду.
Так, приказом от 25 сентября 2019 года истица привлечена к дисциплинарной ответственности за нарушение трудовой дисциплины, за что ей было объявлено замечание (т. 1 л.д. 11).
Доводы жалобы о том, что приказ об увольнении был издан по тем же основаниям, что и приказ о привлечении истицы к дисциплинарной ответственности от 25 сентября 2019 года, являются необоснованными, поскольку замечание истице объявлено за ненадлежащее выполнение своих трудовых обязанностей (не произвела сводный расчет расценки составленной по технологической схеме разделения труда и количества единиц выпущенной продукции за август 2019 года), в то время как увольнение последовало за прогул.
Помимо указанных доказательств судебная коллегия учитывает докладные, которые подавались руководителю ответчика сотрудниками фабрики по факту ненадлежащего исполнения истицей трудовых обязанностей, но по которым работодателем не принимались меры дисциплинарного воздействия из гуманных побуждений: докладные заведующего производством Соболевской Т.А. от 27 июня 2012 года и от 30 ноября 2012 года, докладную главного бухгалтера Беспаловой И.И., служебные записки главного технолога Чернышовой Н.С. от 06 ноября 2018 года в количестве трех штук и от 13 ноября 2018 года.
Установленный статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации порядок применения дисциплинарного взыскания судом первой инстанции проверен и обоснованно признан соблюденным, срок привлечения к ответственности не нарушен, с приказом об увольнении истица ознакомлена, трудовая книжка ей получена.
Учитывая, что оснований для отмены приказа об увольнении не имеется, отсутствуют основания и для удовлетворения иска о взыскании заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.
По существу доводы апелляционной жалобы сводятся к позиции истицы в суде первой инстанции, которым судом апелляционной инстанции уже дана оценка.
Принимая во внимание, что судом постановлено правильное по существу решение, оснований к его отмене не имеется.
Доводы апелляционной жалобы, направленные на иную оценку исследованных судом доказательств по делу, не могут служить основанием к отмене решения суда.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
Решение Усманского районного суда Липецкой области от 19 ноября 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу истицы Красновской Татьяны Геннадиевны - без удовлетворения.
Председательствующий: (подпись)
Судьи: (подписи)
Копия верна: Судья: Секретарь:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
