Дата принятия: 04 марта 2020г.
Номер документа: 33-2838/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ РОСТОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 4 марта 2020 года Дело N 33-2838/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе председательствующего Хомич С.В.,
судей Головнева И.В., Михайлова Г.В.
при секретаре Димитровой В.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело
- по иску Кобищановой Нины Геннадьевны к администрации Ворошиловского района г.Ростова-на-Дону, третьи лица: нотариальная палата Ростовской области, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области, администрация г.Ростова-на-Дону, о признании действительным договора дарения квартиры, признании права собственности,
- по иску администрации Ворошиловского района г.Ростова-на-Дону к Территориальному управлению Росимущества в Ростовской области, третьи лица: Кобищанова Нина Геннадьевна, администрация г.Ростова-на-Дону, МИФНС России N 23 по Ростовской области, нотариальная палата Ростовской области, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области о признании имущества выморочным и признании права собственности,
по апелляционным жалобам администрации Ворошиловского района г.Ростова-на-Дону, администрация г.Ростова-на-Дону на решение Ворошиловского районного суда г.Ростова-на-Дону от 27 ноября 2019г. Заслушав доклад судьи Хомич С.В., судебная коллегия
установила:
Кобищанова Н.Г. обратилась в суд с иском о признании действительным договора дарения квартиры, признании права собственности, ссылаясь на то, что с 2016 года она с семьей проживает по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН. В соседней квартире N 52 по указанному адресу проживала К.Е.И., за которой истец осуществляла уход, а также получала ежемесячную компенсацию по уходу за нетрудоспособными гражданами.
Как указала истец в знак благодарности за оказанные помощь и уход 5 июля 2018 г. между К.Е.И. и истцом был составлен и подписан договор дарения принадлежащей на праве собственности К.Е.И. квартиры N 51, расположенной по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН. Договор К.Е.И. лично подписала левой рукой. Вместе с тем зарегистрировать право собственности на квартиру за истцом не представлялось возможным, так как К.Е.И. не могла прибыть в регистрирующий орган для оформления сделки по состоянию здоровья. Для оформления доверенности на регистрационные действия истцом был вызван нотариус, однако ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА К.Е.И. умерла.
Истец указала, что в августе 2018 года обратилась в Управление Росреестра по Ростовской области для регистрации права собственности на указанную квартиру, однако регистрирующий орган приостановил совершение регистрационных действия в связи с отсутствием доверенности от К.Е.И. на переход права собственности, а впоследствии отказал в регистрации права собственности.
На основании изложенного, ссылаясь на то, что договор дарения квартиры фактически исполнен, одаряемому были передано имущество, ключи от квартиры, правоустанавливающие и технические документы, одаряемый фактически вступил во владение и пользование спорной квартирой, оплачивает коммунальные платежи, делает ремонт, истец просила суд признать заключенным договор дарения от 05.07.2018 квартиры N 52, расположенной по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, общей площадью 63,8 кв.м, заключенный между ней и К.Е.И.; признать за ней право собственности на квартиру N 52, расположенную по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, прекратив право собственности К.Е.И. на указанную квартиру.
Администрация Ворошиловского района г.Ростова-на-Дону обратилась в суд с иском о признании имущества выморочным и признании права собственности, указав, что К.Е.И. на праве собственности принадлежит квартира АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, в которой последняя проживала на момент смерти 19.07.2018. В наследство после смерти К.Е.И. никто не вступил.
Таким образом, полагая, что спорная квартира составляет выморочное имущество, истец просил суд прекратить право собственности умершей К.Е.И. на квартиру АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН; признать указанную квартиру выморочным имуществом и признать за муниципальным образованием - город Ростов-на-Дону право собственности на указанную квартиру.
Решением Ворошиловского районного суда г.Ростова-на-Дону от 27 ноября 2019г. исковые требования Кобищановой Н.Г. удовлетворены в полном объеме.
В удовлетворении исковых требований администрации Ворошиловского района г.Ростова-на-Дону суд отказал.
С постановленным решением суда не согласилась администрация Ворошиловского района г.Ростова-на-Дону, подала апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований Кобищановой Н.Г. и удовлетворении исковых требований администрации Ворошиловского района г.Ростова-на-Дону.
В обоснование ссылается то, что договор дарения спорной квартиры от 05.07.2018 не может быть признан действительным, поскольку подпись К.Е.И. на указанном договоре нотариусом не удостоверена. По мнению апеллянта, К.Е.И. могла подписать указанный договор в состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, при том, что, в случае нотариального удостоверения заключаемого договора дарения, нотариус разъяснила бы К.Е.И. правовые последствия совершаемых дарителем действий.
Заявитель жалобы обращает внимание на то, что в соответствии с положениями ст. 163 ГК РФ и ФЗ "О государственной регистрации сделок", договор дарения подлежит обязательному нотариальному удостоверению, чему оспариваемый договор от 05.07.2018 не соответствует, в связи с чем является недействительным, как нарушающий требования закона и посягающий на публичные интересы.
Также отмечает, что передача имущества по договору дарения дарителем не осуществлялась, поскольку К.Е.И. после заключения договора дарения продолжала проживать в спорной квартире, какого-либо другого имущества у нее не было.
Апеллянт указывает, что волеизъявление К.Е.И. на совершение регистрационных действий в отношении договора дарения судом не установлено, поскольку у сторон с момента заключения договора дарения до смерти дарителя было достаточно времени для его регистрации, однако государственная регистрация данной сделки произведена не была.
Кроме того, обращает внимание на то, что суду не представлено достаточных доказательств, с достоверностью свидетельствующих о том, что договор дарения был действительно подписан К.Е.И. в состоянии, когда она могла понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем у суда отсутствовали правовые основания для признания договора дарения заключения, а, следовательно, спорная квартира является выморочным имуществом, подлежащим переходу в собственность муниципального образования.
Администрация г.Ростова-на-Дону также не согласилась с решением суда, подала апелляционную жалобу, в которой просила его отменить как незаконное и необоснованное, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований Кобищановой Н.Г. и удовлетворении исковых требований администрации Ворошиловского района г.Ростова-на-Дону.
В обоснование апеллянт ссылается на неправильное применение судом норм материального права.
Также обращает внимание на то, что отказ регистрирующим органом Кобищановой Н.Г. в осуществлении государственной регистрации прав обусловлен императивными нормами закона о необходимости предоставления в Росреестр, в том числе нотариально удостоверенного гражданско-правового договора по отчуждению объекта. Вместе с тем, данный отказ Кобищановой Н.Г. в установленном порядке не обжалован.
При таких обстоятельствах, по мнению апеллянта, несоблюдение сторонами нотариальной формы сделки свидетельствует о ее недействительности.
Заявитель жалобы указывает на то, что договор дарения от 05.07.2018 не может быть признан действительной сделкой, поскольку нарушает публичные интересы, носителем которых является администрация, по принятию в муниципальную собственность выморочного имущества и бесхозяйных вещей.
Кобищанова Н.Г. в письменных возражениях опровергает доводы апелляционных жалоб, просит решение суда оставить без изменения.
Дело рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ в отсутствие истца Кобищановой Н.Г., просившей рассмотреть дело в ее отсутствие в соответствии с положениями ст. 167 ГПК РФ, представителей третьих лиц извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, о чем имеются в материалах дела уведомления.
Рассмотрев материалы дела, доводы апелляционных жалоб, возражения на них, выслушав представителей Администрации Ворошиловского района г.Ростова-на-Дону, Администрации г.Ростова-на-Дону, полагавших решение суда подлежащим отмене, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Согласно ч. 1 ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке, в том числе являются нарушение или неправильное применение норм материального права.
Согласно требованиям ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.
Решение является законным в том случае, если оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению (п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от дата "О судебном решении").
Обоснованным решение следует признавать тогда, когда в нем отражены имеющие значение для данного дела факты, подтвержденные проверенными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости или общеизвестным обстоятельствам, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от дата "О судебном решении").
Постановленное судом решение вышеуказанным требованиям в полной мере не отвечает.
Принимая решение, суд первой инстанции руководствовался положениями ст.ст. 209, 223, 425,432, 433, 572, 574, 1151 ГК РФ, Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 10/22 от 29.04.2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", принял во внимание заключение судебной почерковедческой экспертизы N 818-С от 08.11.2019, и исходил из следующего.
Установив тот факт, что договор дарения квартиры заключен сторонами 05.07.2018 в надлежащей письменной форме, между сторонами согласованы существенные условия данного договора, стороны в соответствующей этому договору форме выразили волеизъявление на создание правовых последствий, определенных для договора дарения, что подтверждено не только подписанием самого договора дарения, но и тем, что Кобищановой Н.Г. было передано имущество, ключи от квартиры, правоустанавливающие и технические документы, суд пришел к выводу о признании договора дарения от 05.07.2018 заключенным.
Суд также указал, что одаряемый в случае смерти дарителя не может быть лишен возможности защищать свои права в отношении имущества, полученного в дар на основании договора дарения.
При этом суд отметил, что, несмотря на то, что государственная регистрация перехода прав собственности на основании договора дарения недвижимого имущества обязательна, ее отсутствие, по смыслу норм права, не является основанием для признания недействительным договора дарения или для вывода о незаключенности договора дарения, совершенного сторонами в надлежащей форме.
Сам по себе факт смерти одной из сторон договора дарения, по мнению суда, не может являться безусловным основанием для признания договора дарения ничтожным; отсутствие государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к одаряемому не является основанием для признания недействительным договора дарения недвижимости, заключенного между дарителем и одаряемым или для расторжения заключенного в надлежащей форме договора дарения.
Суд отметил, что приостановление государственной регистрации перехода права собственности к одаряемому была связана не с наличием обстоятельств, порочащих заключенный договор дарения, а в связи с необходимостью соблюдения формального требования о внесении в единый государственный реестр прав на недвижимое имущество сведений о ранее возникшем праве собственности дарителя.
При таких обстоятельствах, суд пришел к выводу о незаконности и необоснованности требований администрации Ворошиловского района г.Ростова-на-Дону о том, что спорная квартира является выморочным, поскольку судом установлена воля К.Е.И. на передачу Кобищановой Н.Г. безвозмездно на основании заключенного ею договора дарения в собственность спорной квартиры, в связи с чем удовлетворил требования Кобищановой Н.Г., отказа в удовлетворении требований администрации Ворошиловского района г.Ростова-на-Дону.
Судебная коллегия не может согласиться с указанными выводами суда, поскольку они основаны на неправильном толковании и применении норм материального права, сделаны без учета фактических обстоятельств дела.
В соответствии со ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Согласно п. 1 ст. 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ним.
В отдельных случаях, когда требуется осуществить государственный контроль, как за самой сделкой, так и за переходом прав по ней, законом предусмотрена государственная регистрация и сделки и прав по этой сделке.
К таким случаям относится, в частности, государственная регистрация договора и перехода права собственности по договору дарения недвижимого имущества.
Согласно ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (п. 1). В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (п. 2).
В соответствии со ст. 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В соответствии со статьей 432 Гражданского кодекса РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
Согласно пункту 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.
Между тем, в соответствии с пунктом 8 статьи 2 Федерального закона N 302-ФЗ "О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" правило о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащееся в статье 574, не подлежит применению к договорам, заключаемым после 01 марта 2013г.
При этом нормами Гражданского кодекса Российской Федерации не регулируется порядок государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество в случае уклонения сторон договора дарения от такой регистрации.
В связи с этим в соответствии со статьей 6 Гражданского кодекса Российской Федерации по аналогии подлежит применению пункт 3 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому в случае, когда одна из сторон уклоняется от государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость, суд вправе по требованию другой стороны, а в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации об исполнительном производстве, также по требованию судебного пристава-исполнителя вынести решение о государственной регистрации перехода права собственности.
При этом следует также учитывать разъяснения, содержащиеся в абзацах первом и втором пункта 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", согласно которым, если одна из сторон договора купли-продажи недвижимого имущества уклоняется от совершения действий по государственной регистрации перехода права собственности на это имущество, другая сторона вправе обратиться к этой стороне с иском о государственной регистрации перехода права собственности (пункт 3 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации). Иск покупателя о государственной регистрации перехода права подлежит удовлетворению при условии исполнения обязательства продавца по передаче имущества. Согласно абзацу второму пункта 1 статьи 556 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.
Из системного толкования пункта 3 статьи 551, абзаца второго пункта 1 статьи 556 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" следует, что для разрешения иска о государственной регистрации перехода права собственности на квартиру по договору дарения следует установить не только наличие документа о передаче имущества, но также установить фактический переход имущества от дарителя к одаряемому, осуществленный по взаимной воле сторон.
Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, предметом спора является квартира по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, право собственности на которую зарегистрировано за К.Е.И.
05 июля 2018г. между К.Е.И. и Кобищановой Н.Г. заключен договор дарения, по условиям которого К.Е.И. подарила безвозмездно, без каких-либо встречных обязательств Кобищановой Н.Г. принадлежащую ей по праву собственности квартиру, расположенную по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН.
Договор заключен в простой письменной форме.
В соответствии с п.3 договора Кобищанова Н.Г. указанную квартиру в дар от К.Е.И. приняла. Передача квартиры дарителем и принятие ее одаряемой осуществлена посредством вручения договора дарения. Договор носит силу передаточного акта.
Из пояснений Кобищановой Н.Г. установлено, что зарегистрировать право собственности на квартиру не представилось возможным, поскольку К.Е.И. являлась инвалидом, лежачей больной и не могла прибыть в МФЦ для регистрации сделки.
Вместе с тем, Кобищанова Н.Г. не представила ни объективных доказательств, подтверждающих, что государственная регистрация перехода права собственности не была произведена по независящим от воли сторон причинам, либо вследствие уклонения дарителя от государственной регистрации, ни доказательств совершения по воле сторон договора реальной передачи квартиры дарителем во владение, пользование и распоряжение одаряемому.
В частности, с момента заключения договора и до момента смерти дарителя прошло две недели и на протяжении указанного срока ни одна из сторон не предпринимала каких-либо реальных действий к осуществлению государственной регистрации перехода права собственности по нему.
При этом с момента заключения договора дарения и вплоть до своей смерти К.Е.И., состояние здоровья которой согласно исковому заявлению не позволяло лично обратиться в регистрирующий орган, иных лиц на осуществление от ее имени и в ее интересах действия по государственной регистрации перехода права собственности на спорную квартиру не уполномочивала.
Судебная коллегия также отклоняет ссылки истца на скоропостижный характер смерти К.Е.И. как на причину невозможности своевременно осуществить государственную регистрацию перехода права собственности, поскольку из содержания данных сторонами спора объяснений следует, что к моменту заключения договора от 19.07.2018 возраст К.Е.И. составлял более 70 лет, и она имела значительные проблемы со здоровьем, требовавшие осуществления за ней ухода со стороны Кобищановой Н.Г. Соответственно наступление смерти К.Е.И. не может быть расценено как непредвиденное обстоятельство, объективно воспрепятствовавшее регистрации перехода права собственности по договору.
Напротив, судебная коллегия полагает, что, не обратившись в регистрирующий орган и не выдав после 05.07.2018 до момента своей смерти кому-либо доверенность с полномочия на осуществление государственной регистрации перехода права собственности на спорную квартиру, К.Е.И., тем самым, продемонстрировала отсутствие у нее реальной воли на безвозмездное отчуждение единственно принадлежащего ей жилого помещения в дар Кобищановой Н.Г.
При таких обстоятельствах, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, руководствуясь положениями вышеуказанного законодательства, судебная коллегия приходит к выводу о том, что договор дарения от 05.08.2018 действительно не подлежал государственной регистрации в силу закона, однако, переход права собственности на спорную квартиру на основании данного договора дарения к одаряемому подлежал государственной регистрации, вместе с тем, при жизни даритель К.Е.И. и одаряемая Кобищанова Н.Г. за регистрацией перехода права собственности по данному договору не обращались, регистрация перехода права собственности по договору дарения спорного жилого помещения не была произведена в установленном законом порядке, доказательств, подтверждающих, что государственная регистрация перехода права собственности не была произведена по не зависящим от воли сторон обстоятельствам материалы дела не содержат.
Таким образом, указанное свидетельствует о незаключенности договора дарения.
При этом сам по себе факт подписания договора дарения, совершенного в простой письменной форме, по мнению судебной коллегии, не свидетельствует о волеизъявлении дарителя на государственную регистрацию перехода права собственности по договору дарения на спорную квартиру к одаряемому, в связи с чем у истца право собственности в отношении спорной квартиры после смерти дарителя как у одаряемого в силу приведенных выше положений закона не возникло.
При таких обстоятельствах, предусмотренных законом оснований для признания договора дарения от 05.07.2018 заключенным, а также для признания за Кобищановой Н.Г. права собственности на указанную квартиру у суда первой инстанции не имелось.
В соответствии с п. 1 ст. 1151 ГК РФ в случае, если отсутствуют наследники как по закону, так и по завещанию, либо никто из наследников не имеет права наследовать или все наследники отстранены от наследования (статья 1117), либо никто из наследников не принял наследства, либо все наследники отказались от наследства и при этом никто из них не указал, что отказывается в пользу другого наследника (статья 1158), имущество умершего считается выморочным.
В порядке наследования по закону в собственность городского или сельского поселения, муниципального района (в части межселенных территорий) либо городского округа переходит следующее выморочное имущество, находящееся на соответствующей территории: жилое помещение; земельный участок, а также расположенные на нем здания, сооружения, иные объекты недвижимого имущества; доля в праве общей долевой собственности на указанные в абзацах втором и третьем настоящего пункта объекты недвижимого имущества. Жилое помещение, указанное в абзаце втором настоящего пункта, включается в соответствующий жилищный фонд социального использования. Иное выморочное имущество переходит в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации.
Судом установлено, что К.Е.И. является собственником жилого помещения, расположенного по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН.
После смерти 19.07.2018 К.Е.И. в наследство никто не вступил. Свидетельство о праве на наследство до настоящего времени не выдано.
Учитывая, что каких-либо наследников после смерти К.Е.И. не установлено, судебная коллегия приходит к выводу о том, что спорная квартира является выморочным имуществом, право собственности на которое подлежит признанию за муниципальным образованием
При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о том, что решение Ворошиловского районного суда г.Ростова-на-Дону от 27 ноября 2019г. подлежит отмене с вынесением по делу нового решения об отказе в удовлетворении первоначальных исковых требований Кобищановой Н.Г. и удовлетворении исковых требований администрации Ворошиловского района г.Ростова-на-Дону.
Руководствуясь ст.ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Ворошиловского районного суда г.Ростова-на-Дону от 27 ноября 2019г. отменить. Принять по делу новое решение.
В удовлетворении иска Кобищановой Нины Геннадьевны к администрации Ворошиловского района г.Ростова-на-Дону о признании действительным договора дарения квартиры, признании права собственности отказать.
Иск администрации Ворошиловского района г.Ростова-на-Дону к Территориальному управлению Росимущества в Ростовской области о признании имущества выморочным и признании права собственности удовлетворить.
Прекратить право собственности умершей К.Е.И. на квартиру АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН.
Признать квартиру АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН выморочным имуществом. Признать за муниципальным образованием - город Ростов-на-Дону право собственности на квартиру АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН.
Председательствующий
Судьи
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 11 марта 2020г.
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
