Дата принятия: 16 июня 2020г.
Номер документа: 33-2638/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САРАТОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 16 июня 2020 года Дело N 33-2638/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда в составе:
председательствующего Грибалевой М.Н.,
судей Степаненко О.В., Климовой С.В.,
при ведении протокола секретарем судебного заседания Лукиным Д.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Марковой В. С. к публичному акционерному обществу "Сбербанк России" о возмещении убытков, судебных расходов, по иску третьего лица Маркова С. В. к публичному акционерному обществу "Сбербанк России" о возмещении убытков по апелляционным жалобам Марковой В. С., Маркова С. В. на решение Фрунзенского районного суда г. Саратова от 24 октября 2019 года, которым в удовлетворении исковых требований отказано.
Заслушав доклад судьи Степаненко О.В., объяснения истца Марковой В.С. и представителя третьего лица Маркова С.В. - Дементьева В.Г., поддержавших доводы апелляционных жалоб, представителя ответчика Никифоровой О.Н., возражавшей против доводов жалоб, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия
установила:
Маркова В.С. обратилась в суд с иском к публичному акционерному обществу "Сбербанк России" (далее - ПАО "Сбербанк России"), уточнив исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, просила взыскать с ответчика в её пользу убытки в размере 67541,73 руб., расходы на оплату юридических услуг - 30000 руб., на уплату государственной пошлины - 3902 руб. Требования мотивированы тем, что она является наследником имущества своего супруга Маркова М.П., умершего
31 декабря 2016 года, который в свою очередь являлся наследником имущества своей матери Марковой П.И., умершей 15 июля 2011 года. При жизни Марковой П.И. в подразделении N 8622/0085 Поволжского банка ПАО "Сбербанк России" был открыт вклад со счетом N на котором на день её смерти находились денежные средства в сумме 135704,67 руб. При жизни Марков М.П. указанными денежными средствами, полученными в порядке наследования, не распорядился, так как с момента смерти Марковой П.И. и до 12 января 2012 года они были сняты со счета ее племянницей Исайкиной Л.Д., действующей на основании доверенности. Истец считает, что после смерти вкладчика Марковой П.И. операции по снятию со счета N денежных средств на общую сумму 135704,67 руб. были совершены незаконно, так как доверенность, выданная Марковой П.И. на имя Исайкиной Л.Д., утратила свою силу после смерти доверителя. Указанные обстоятельства свидетельствуют о незаконности действий ответчика, который не имел права выдавать Исайкиной Л.Д. денежные средства со счета на основании прекратившей свое действие доверенности.
В ходе рассмотрения дела 24 октября 2019 года в порядке ст. 42 ГПК РФ в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями относительно предмета спора в дело вступил Марков С.В., который просил взыскать с ответчика
ПАО "Сбербанк России" в его пользу убытки в размере 67541,73 руб. Требования мотивированы тем, что он является наследником после смерти отца Маркова В.П., умершего 07 марта 2016 года, который в свою очередь являлся наследником своей матери Марковой П.И., умершей 15 июля 2011 года. При жизни Марковой П.И. в подразделении N 8622/0085 Поволжского банка ПАО "Сбербанк России" был открыт вклад со счетом N, на котором на день её смерти находились принадлежащие ей денежные средства в сумме 135704,67 руб.
Марков В.П. до момента его смерти указанными полученными в порядке наследования денежными средствами не распорядился, так как со дня смерти Марковой П.И. и до 12 января 2012 года они были сняты со счета ее племянницей Исайкиной Л.Д., действующей на основании доверенности. Истец считает, что после смерти Марковой П.И. операции по снятию со счета N денежных средств на общую сумму 135704,67 руб. были совершены незаконно, так как доверенность, выданная Марковой П.И. на имя Исайкиной Л.Д., утратила свою силу после смерти доверителя. Соответственно указанными незаконными действиями ответчик причинил Маркову С.В. убытки в виде утраты наследственного имущества.
Решением Фрунзенского районного суда г. Саратова от 24 октября 2019 года в удовлетворении исковых требований Марковой В.С. и Маркова С.В. к
ПАО "Сбербанк России" о возмещении убытков отказано.
Не согласившись с постановленным судебным актом, Маркова В.С. и
Марков С.В. подали апелляционные жалобы, в которых просят решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований. Авторы жалоб указывают на то, что при вступлении в дело третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, суд продолжил судебное заседание, тогда как в силу требований ч. 2 ст. 42 ГПК РФ рассмотрение дела должно производиться с самого начала. Марков С.В. не был извещен о месте и времени проведения судебного заседания, поскольку был привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, в том же судебном заседании, когда был рассмотрен спор по существу. 24 октября 2019 года в судебном заседании ответчик представил возражения на заявленные требования истца и третьего лица, однако в связи с рассмотрением дела в указанном судебном заседании у Марковой В.С. и Маркова С.В. отсутствовала возможность представить отзыв на возражения ответчика. Кроме того, представленная ответчиком выписка по счету не соответствует расчетному счету наследодателя, с которого были сняты денежные средства. Ответчиком не был доказан факт выдачи денежных средств Исайкиной Л.Д. Доверенность, выданная Марковой В.С. 21 декабря 2017 года, не давала ей права представлять интересы третьего лица в настоящем деле.
Ответчик представил отзыв на апелляционные жалобы истца и третьего лица, в котором просил решение суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.
Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, доказательств уважительных причин неявки суду не представили, в связи с чем, учитывая положения ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.
Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе (ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ), судебная коллегия полагает, что оснований для отмены принятого судебного постановления не имеется.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,
26 ноября 2001 года между Марковой П.И. и ОАО "Сбербанк России" (переименован в ПАО Сбербанк с 04 августа 2015 года) был заключен договор о вкладе "Пенсионный Плюс", счет N
19 июня 2008 года на основании завещательного распоряжения, составленного собственноручно Марковой П.И. в отделении банка 8622/085, вклад завещан в пользу Маркова М.П.
Кроме того, в соответствии с волеизъявлением вкладчика к указанному счету были оформлены доверенности на имя Маркова М.П., 14 ноября 1952 года рождения, сроком до 23 мая 2012 года и на имя Исайкиной Л.Д., 01 января 1966 года рождения, сроком до 08 апреля 2013 года.
15 июля 2011 года Маркова П.И. умерла, что подтверждается копией свидетельства о смерти I-ЙВ N 0072955.
Расходные операции по счету N после смерти вкладчика, а именно: 10 января 2011 года на сумму 100000 руб.,
12 января 2012 года на сумму 13000 руб. и 21 января 2012 года на сумму 200 руб. осуществлялись доверенным лицом Исайкиной Л.Д.
Материалами наследственного дела N, открытого нотариусом нотариального округа г. Саратов Саратовской области Ярошенко С.И., подтверждается, что наследниками первой очереди Марковой П.И. по закону являлись её сыновья Марков М.П. и Марков В.П., которые в лице своего представителя по доверенности Марковой В.С. (истца по настоящему делу) приняли наследство после смерти матери Марковой П.И., реализовав свои наследственные права, обратившись к нотариусу с заявлением о принятии наследства и получив соответствующие свидетельства о праве на наследство по закону к наследственному имуществу умершей Марковой П.И.
При жизни Марков М.П. и Марков В.П. не воспользовались своими правами на получение денежных средств со счета N имя Марковой П.И.
Марков В.П. умер 07 марта 2016 года, что подтверждается копией свидетельства о смерти III-РУ N 565485 от 21 марта 2017 года, а Марков М.П. умер 31 декабря 2016 года, что подтверждается копией свидетельства о смерти III-РУ
N 552562 от 11 января 2017 года.
Судом установлено, что Маркова В.С. является наследником имущества своего супруга Маркова М.П., а Марков С.В. - наследником имущества своего отца Маркова В.П.
Из свидетельства о праве на наследство по закону от 15 июня 2019 года, выданного нотариусом нотариального округа р.п. Татищево и Татищевского района Саратовской области Ворониной О.А., следует, что Маркова В.С. является наследником ? доли денежных средств, внесенных во вклад
N на имя Марковой П.И.
В свидетельстве о праве на наследство по закону от 18 июня 2019 года, выданного нотариусом нотариального округа г. Саратов Саратовской области Ярошенко С.И., указано, что Марков С.В. является наследником ? доли денежных средств, внесенных во вклад N на имя Марковой П.И.
Исследовав и оценив доказательства в их совокупности по правилам ст.ст. 55, 67, 71 ГПК РФ, на основании положений ст.ст. 185, 188, 195, 196, 199, 200,
847 ГК РФ, с учетом требований ст. 56 ГПК РФ суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований истца и третьего лица в полном объеме ввиду отсутствия доказательств, свидетельствующих о том, что на момент выдачи денежных средств со вклада банк располагал сведениями о смерти вкладчика, а также в связи с пропуском срока исковой давности на обращение в суд с заявленными требованиями.
Судебная коллегия, оценив установленные по делу обстоятельства, соглашается с выводами суда. Оснований для иных выводов не имеется.
Руководствуясь положениями ч. 1 ст. 401 ГК РФ, суд не установил обстоятельств, свидетельствующих о наличии вины ответчика при исполнении своих обязательств по договору банковского вклада, влекущих ответственность в виде возмещения истцу и третьему лицу полученных доверенным лицом вкладчика денежных средств.
При этом суд обоснованно принял во внимание положения п. 7.2.9 действующей у ответчика Инструкции, в соответствии с которыми банк не несет ответственности за выдачу вклада по доверенности после смерти вкладчика, при признании его недееспособным, ограниченно дееспособным или безвестно отсутствующим, в тех случаях, когда ему не было известно об этом.
Материалами дела достоверно подтверждено, что на дату списания денежных средств со счета наследодателя доверенным лицом банк не располагал информацией о смерти вкладчика.
Доказательств, подтверждающих, что снятие денежных средств произведено в результате неправомерных действий ответчика и нарушения последним условий договора, материалы дела не содержат.
Довод жалобы Марковой В.С. о том, что представленная ответчиком выписка по счету не соответствует расчетному счету наследодателя, с которого были сняты денежные средства, противоречит фактическим обстоятельствам дела. Изменение номера счета вследствие изменения порядка его формирования при изменении структуры банка не свидетельствует о предоставлении неверных сведений по счету.
Ссылка в жалобе на недоказанность ответчиком факта выдачи денежных средств Исайкиной Л.Д. также не принимается судом, поскольку данные обстоятельства подтверждаются отчетом о выдаче денежных средств со вклада лицу, не являющемуся владельцем счета.
Судебная коллегия признает выводы суда первой инстанции правильным, основанным на верно установленных фактических обстоятельствах дела, совокупности собранных по делу доказательств, которой судом дана надлежащая правовая оценка в постановленном судебном решении в соответствии с требованиями ст.ст. 59 67 ГПК РФ.
Указание в жалобах на то, что в нарушении ч. 2 ст. 42 ГПК РФ суд первой инстанции не произвел рассмотрении дела с самого начала, являются несостоятельными по следующим основаниям.
Согласно ст. 42 ГПК РФ третьи лица, заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, могут вступить в дело до принятия судебного постановления судом первой инстанции. Они пользуются всеми правами и несут все обязанности истца, за исключением обязанности соблюдения претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора, если это предусмотрено федеральным законом для данной категории споров. В отношении лиц, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, судья выносит определение о признании их третьими лицами в рассматриваемом деле или об отказе в признании их третьими лицами, на которое может быть подана частная жалоба. При вступлении в дело третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, рассмотрение дела производится с самого начала.
Как следует из материалов дела, самостоятельные исковые требования третьего лица были заявлены в судебном заседании, состоявшемся 24 октября 2019 года, представителем третьего лица Марковой В.С., действующей на основании доверенности от 21 декабря 2017 года. Согласно протоколу судебного заседания от
24 октября 2019 года самостоятельные исковые требования третьего лица
Маркова С.В. были приняты к производству суда, рассмотрение дела было произведено с самого начала. Ходатайства об отложении судебного заседания с целью ознакомления с возражениями ответчика истцом и представителем третьего лица заявлено не было. При этом права и законные интересы Маркова В.С., как стороны по делу, предусмотренные ст. 35 ГПК РФ, ущемлены не были.
Довод Маркова С.В. о том, что Маркова В.С. не имела полномочий представлять его интересы на основании доверенности от 21 декабря 2017 года, является несостоятельным поскольку указанной доверенностью оговорены полномочия Марковой В.С. на представление интересов доверителя не только по вопросу регистрации права собственности ? доли в праве общей долевой собственности на комнату, но и по вопросу представления интересов в судах любой инстанции со всеми правами, какие предоставлены законом истцу, ответчику, третьему лицу, в том числе правом на подачу и подписание искового заявления.
Заявляя указанный довод Марков С.В. фактически противоречит своей позиции, ранее избранной при рассмотрении дела, так как именно на основании данной доверенности он уполномочил Маркову В.С. представлять его интересы в суде по данному делу и заявлять от его имени самостоятельные требования, а в настоящее время, указывая на отсутствие у Марковой В.С. полномочий на представление его интересов по данной доверенности, он одновременно ставит под вопрос и правомерность принятия от нее его самостоятельных требований к производству суда. Вместе с тем, поддерживая данные требования при апелляционном обжаловании решения суда и не оспаривая правомерность их принятия судом, он тем самым подтверждает и наличие у Марковой В.С. полномочий действовать от его имени по оформленной им доверенности от 21 декабря 2017 года.
Ссылка в жалобе на то, что третье лицо, заявляющее самостоятельные исковые требования относительно предмета спора, не было надлежащим образом извещено о времени и месте проведения судебного заседания, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, так как в материалах дела имеется конверт, который был возвращен в суд первой инстанции с отметкой за истечением срока хранения. В судебном заседании 24 октября 2019 года согласно протоколу судебного заседания присутствовал представитель третьего лица Маркова В.С., действующая на основании доверенности от 21 декабря 2017 года. О неизвещении своего доверителя или необходимости отложения дела слушанием вследствие его неявки и неизвещения она не заявляла.
В соответствии с п. 1 ст. 165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.
Согласно правовой позиции, изложенной в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по смыслу п. 1 ст. 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам, либо его представителю (п. 1 ст. 165.1 ГК РФ). При этом необходимо учитывать, что гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.
В силу ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, несут процессуальные обязанности, установленные настоящим Кодексом, и должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.
Таким образом, нарушений требований ст. 167 ГПК РФ судом при рассмотрении дела допущено не было, у суда первой инстанции имелись основания для рассмотрения дела в отсутствие третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора.
Также обоснованы и выводы суда первой инстанции о применении последствий пропуска срока исковой давности, так как материалами дела подтверждено и не опровергнуто Марковой В.С., что о факте снятия Исайкиной Л.Д. денежных средств со вклада Марковой П.И. наследникам Маркову В.П. и
Маркову М.П. стало известно еще в 2012 году, однако никаких действий по взысканию с ответчика убытков они не принимали, а в силу ст. 201 ГК РФ перемена лиц в обязательстве, в том числе и в порядке универсального правопреемства на основании наследования, не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления. Следовательно, на момент обращения истца и третьего лица в суд с настоящими требованиями срок исковой давности по ним был пропущен.
Учитывая изложенное, судебная коллегия полагает, что при разрешении спора судом первой инстанции были правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, правоотношения сторон в рамках заявленных требований и закон, подлежащий применению. При этом выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам, подтвержденным материалами дела и исследованными судом доказательствами, которым суд дал надлежащую оценку в соответствии с требованиями процессуальных норм. Нарушений норм процессуального и материального права, влекущих отмену решения, судом также допущено не было.
При указанных обстоятельствах оснований для отмены решения суда по доводам апелляционных жалоб судебная коллегия не усматривает.
Руководствуясь ст.ст. 327.1, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Фрунзенского районного суда г. Саратова от 24 октября 2019 года оставить без изменения, апелляционные жалобы Марковой В. С., Маркова С. В. - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
