Дата принятия: 09 июня 2020г.
Номер документа: 33-2552/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВОЛОГОДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 9 июня 2020 года Дело N 33-2552/2020
город Вологда
Судебная коллегия по гражданским делам Вологодского областного суда в составе:
председательствующего Балаевой Т.Н.,
судей Кяргиевой Н.Н., Вершининой О.Ю.,
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шутовой Я.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя Кауровой Л. П. - Воеводиной Е. А., Каурова И. О. на решение Вологодского районного суда Вологодской области от 19 февраля 2020 года, которым удовлетворены исковые требования администрации Вологодского муниципального района.
Договор передачи квартиры <адрес> в собственность граждан от 13 ноября 2007 года, заключенный между Государственным предприятием Вологодской области "Вологдатехинвентаризация", действующим от имени администрации Вологодского муниципального района по договору на производство приватизации жилого фонда от 20 мая 2004 года, и Кауровым О. П., Кауровой Л. П., признан недействительным.
Прекращено право собственности Кауровой Л. П. на квартиру с кадастровым номером N..., расположенную по адресу: <адрес>.
На Каурову Л. П. возложена обязанность в месячный срок с момента вступления настоящего решения суда в законную силу передать администрации Вологодского муниципального района Вологодской области по акту приема-передачи квартиру с кадастровым номером N..., расположенную по адресу: <адрес>, свободную от прав третьих лиц.
Каурова Л. П., <ДАТА> года рождения, уроженка <адрес>, Кауров И. О., <ДАТА> года рождения, уроженец <адрес> выселены из квартиры с кадастровым номером N..., расположенной по адресу: <адрес> без предоставления другого жилого помещения.
С Кауровой Л. П., Каурова И. О. в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина 150 рублей 00 копеек с каждого.
Заслушав доклад судьи Вологодского областного суда Вершининой О.Ю., объяснения представителя Кауровой Л.П. и Каурова И.О. Воеводиной Е.А., представителя администрации Вологодского муниципального района Батова А.А., заключение прокурора прокуратуры Вологодской области Рогозина А.Н., судебная коллегия
установила:
на основании ордера от 27 ноября 1984 года N 249, выданного начальником ГУ "1975 отделение морской инженерной службы Северного Флота", Каурову О.П. на период прохождения военной службы в войсковых частях военного гарнизона поселка Федотово Вологодского района на семью в составе супруги Кауровой Л.П., сына Каурова Ю.О., дочери Кауровой Н.О. и матери Плешивцевой М.И. предоставлена квартира <адрес>, которая включена в реестр муниципальной собственности Вологодского муниципального района.
15 июля 2002 года Кауров О.П., обладавший в указанный период времени статусом военнослужащего, подписал обязательство о сдаче жилого помещения, в соответствии с которым указанное лицо брало на себя обязательство сдать занимаемую им и членами его семьи жилую площадь, состоящую из трех комнат, общей площадью 63,3 кв.м, расположенную по адресу: <адрес>, в муниципальную собственность не позднее двух месяцев со дня получения свидетельства о собственности на квартиру (индивидуальный жилой дом), приобретенную с помощью государственного жилищного сертификата, а также не приватизировать, не закладывать, не передавать по договорам отчуждения с момента его подписания.
Помимо Каурова О.П. указанное обязательство было подписано членами его семьи: Кауровой Л.П., Ворониной Н.О., Кауровым И.О., Ворониным А.В., Ворониным А.А.
22 августа 2006 года Каурову О.П. и членам его семьи выдан государственный жилищный сертификат серии ГУ N 502149 на сумму ... рублей, который реализован Кауровым О.П. совместно с членами его семьи посредством приобретения в общую долевую собственность жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>.
19 ноября 2007 года Кауров О.П., Каурова Л.П. обратились в Государственное предприятие Вологодской области "Вологдатехинвентаризация" (далее - ГП ВО "Вологдатехинвентаризация") с заявлением о передаче в их собственность жилого помещения - квартиры <адрес>.
30 ноября 2007 года между ГП ВО "Вологдатехинвентаризация", Кауровым О.П. и Кауровой Л.П. заключен договор передачи квартиры в собственность граждан, на основании которого 14 декабря 2007 года за Кауровым О.П. и Кауровой Л.П. зарегистрировано право общей долевой собственности на квартиру <адрес>.
Кауров И.О. участия в приватизации не принимал.
Кауров О.П. умер, в настоящее время единственным собственником квартиры <адрес> является Каурова Л.П. (государственная регистрация перехода права собственности от 05 октября 2015 года N 35-35/001-35/001/702/2015-4867/2).
Ссылаясь на те обстоятельства, что договор передачи квартиры в собственность граждан от 30 ноября 2007 года в отношении квартиры <адрес> заключен в отсутствие законных оснований, поскольку Кауров О.П., Каурова Л.П. были не вправе приватизировать указанное жилое помещение в связи с получением на состав их семьи жилищного сертификата и принятием обязательства о сдаче жилого помещения, комитет по управлению муниципальным имуществом администрации Вологодского муниципального района Вологодской области 03 декабря 2019 года обратился в суд с иском к Кауровой Л.П., в котором просил:
признать договор передачи квартиры в собственность граждан от 30 ноября 2007 года, заключенный между ГП ВО "Вологдатехинвентаризация", Кауровым О.П. и Кауровой Л.П., недействительной сделкой;
применить последствия недействительности сделки: прекратить право собственности Кауровой Л.П. на квартиру <адрес>;
восстановить право муниципальной собственности муниципального образования - Вологодский муниципальный район на квартиру <адрес>;
обязать Каурову Л.П. в месячный срок с момента вступления решения суда в законную силу передать комитету по управлению муниципальным имуществом администрации Вологодского муниципального района по акту приема-передачи квартиру <адрес>, свободную от прав третьих лиц, и выселить Каурову Л.П. из занимаемого ею жилого помещения без предоставления ей взамен другого жилья.
Определением суда от 13 января 2020 года произведена замена истца комитета по управлению муниципальным имуществом администрации Вологодского муниципального района на администрацию Вологодского муниципального района в связи с реорганизацией в форме присоединения; этим же определением к участию в деле в качестве соответчика привлечен Кауров И.О., в качестве третьих лиц - ФГКУ "Западное региональное управление жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации", ФГКУ "Западное региональное управление жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации" ТО города Вологды.
В судебном заседании представитель истца администрации Вологодского муниципального района Анчуков К.А. заявленные требования поддержал по изложенным в иске основаниям.
Ответчики Каурова Л.П., Кауров И.О. в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежаще, их представитель Воеводина Е.А. в судебном заседании иск не признала, заявила о пропуске срока исковой давности.
Представители третьих лиц администрации Федотовского сельского поселения Вологодского муниципального района, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Вологодской области, Бюджетного учреждения в сфере государственной кадастровой оценки Вологодской области "Бюро кадастровой оценки и технической инвентаризации" ФГКУ "Западное региональное управление жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации", ФГКУ "Западное региональное управление жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации" ТО города Вологды в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом.
Судом принято приведенное решение.
В апелляционной жалобе представитель Кауровой Л.П. - Воеводина Е.А., Кауров И.О. просят об отмене судебного акта и принятии по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме, указывая в обоснование жалобы на пропуск истцом срока исковой давности, истечение с момента заключения оспариваемого договора приватизации более 12 лет, в течение которых истец имел реальную возможность своевременно узнать о заключении договора приватизации и, полагая свои права нарушенными, своевременно обратиться в суд за защитой нарушенных прав.
Судебная коллегия, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, полагает решение подлежащим отмене.
Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования администрации Вологодского муниципального района, суд первой инстанции исходил из того, что, подписав обязательство о сдаче жилого помещения, Кауров О.П. и члены его семьи отказались от своего права на проживание в спорном жилом помещении в случае получения государственного жилищного сертификата, который им был выдан и использован для приобретения жилья, в связи с чем Кауров О.П., Каурова Л.П. не вправе были приватизировать спорную квартиру, к тому же не предоставив в компетентный орган сведения о приобретении жилья за счет средств жилищного сертификата.
Полагая, что указанные действия со стороны Каурова О.П., Кауровой Л.П. свидетельствуют о недобросовестном поведении, суд первой инстанции пришел к выводу о недействительности заключенной сделки. При этом суд первой инстанции отклонил ходатайство представителя ответчиков о применении срока исковой давности, подлежащего исчислению, по его мнению, с момента заключения сделки (30 ноября 2007 года), посчитав правильным определение начала течения срока исковой давности с того момента, когда истцу стало известно о выданных государственных жилищных сертификатах гражданам, принявшим обязательства о сдаче занимаемых жилых помещений (16 июня 2019 года).
С указанными выводами суда первой инстанции судебная коллегия согласиться не может, полагая заслуживающими внимание доводы апелляционной жалобы о пропуске истцом срока исковой давности.
Пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной срок исковой давности составляет три года; течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.
В соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43) течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.
При обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (часть 1 статьи 45 и часть 2 статьи 46 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 52 и части 1, 2 статьи 53, статья 53.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление (пункт 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43).
Этим же постановлением разъяснено, что срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав, в частности, о передаче имущества другому лицу, совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества, например, земельного участка, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 4).
В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 разъяснено, что по смыслу статьи 201 Гражданского кодекса Российской Федерации переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
В рассматриваемом случае срок исковой давности необходимо исчислять с момента, когда о нарушении права стало известно первоначальному обладателю права - администрации Вологодского муниципального района.
Так, в материалы гражданского дела представлен договор на производство приватизации жилого фонда от 20 мая 2004 года, заключенный между администрацией Вологодского муниципального района в лице заместителя главы района, председателя комитета по управлению имуществом с одной стороны и ГП ВО "Вологдатехинвентаризация" с другой стороны, по условиям пункта 1 которого ГП ВО "Вологдатехинвентаризация" в рамках предоставленных полномочий обязалось подготавливать пакет документов по приватизации жилой площади по заявлению граждан, занимающих жилые помещения в муниципальном жилищном фонде Вологодского района Вологодской области, и заключать договоры на передачу жилых помещений в собственность граждан.
При этом в договоре предписана обязанность ГП ВО "Вологдатехинвентаризация" один экземпляр договора на передачу жилых помещений в собственность граждан передавать в администрацию Вологодского муниципального района (пункт 1).
В пункте 2 указанного договора закреплено, что администрация Вологодского муниципального района предоставляет ГП ВО "Вологдатехинвентаризация" право подписи документов на приватизацию от имени администрации Вологодского муниципального района, включая договор о передаче жилых помещений в собственность граждан.
Договор передачи квартиры в собственность граждан Каурова О.П., Кауровой Л.П. от 30 ноября 2007 года заключен ГП ВО "Вологдатехинвентаризация", действующим от имени администрации Вологодского муниципального района по договору на производство приватизации жилого фонда от 20 мая 2004 года.
Пункт 8 договора передачи квартиры в собственность граждан от 30 ноября 2007 года содержит указание о том, что один и 5 экземпляров данного договора передается администрации Вологодского муниципального района.
Более того, нельзя не принять во внимание представленное в материалы дела заявление Травникова А.В., действующего от имени администрации Вологодского муниципального района на основании доверенности, от 30 ноября 2007 года в Управление федеральной регистрационной службы по Вологодской области, в котором он просил зарегистрировать переход права собственности к Каурову О.П., Кауровой Л.П. на квартиру <адрес> на основании договора передачи квартиры в собственность от 30 ноября 2007 года.
Таким образом, об отчуждении ГП ВО "Вологдатехинвентаризация" квартиры <адрес> в частную собственность Каурова О.П., Кауровой Л.П. по договору передачи квартиры в собственность граждан от 30 ноября 2007 года не могло быть неизвестным администрации Вологодского муниципального района, во владении и в сфере распоряжения которой находилось спорное жилое помещение, от имени и в интересах которой ГП ВО "Вологдатехинвентаризация" заключалась указанная сделка, вне зависимости от информации, предоставленной лицом, заинтересованным в приобретении жилого помещения.
На органе местного самоуправления лежала обязанность проверить представленную информацию, как и законность совершения сделки.
Поскольку истец должен был узнать о незаконном отчуждении муниципального имущества в частную собственность лица, не обладающего правом на приватизацию такого имущества, не позднее даты заключения договора приватизации в 2007 году, что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, а с настоящим иском в суд обратился лишь в декабре 2019 года, судебная коллегия полагает, что оснований для удовлетворения исковых требований у суда первой инстанции не имелось, так как истцом по заявленным требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и признании такой сделки недействительной пропущен трехлетний срок исковой давности.
В связи с тем, что основное требование удовлетворению не подлежит, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения производных требований о выселении Кауровой Л.П. из занимаемого жилого помещения без предоставления другого жилья.
При таких обстоятельствах решение суда не может быть признано законным и обоснованным, оно подлежит отмене с принятием по делу нового решения об отказе комитету по управлению муниципальным имуществом администрации Вологодского муниципального района в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Вологодского районного суда Вологодской области от 19 февраля 2020 года отменить.
Принять по делу новое решение, которым комитету по управлению муниципальным имуществом администрации Вологодского муниципального района Вологодской области в удовлетворении исковых требований к Кауровой Л. П., Каурову И. О. о признании недействительной сделкой договора передачи квартиры в собственность граждан от 30 ноября 2007 года, применении последствий недействительности сделки, выселении Кауровой Л. П. из занимаемого жилого помещения без предоставления другого жилья отказать.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
