Дата принятия: 26 мая 2020г.
Номер документа: 33-2532/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ КЕМЕРОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 26 мая 2020 года Дело N 33-2532/2020
26 мая 2020 года
Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе: председательствующего Кандаковой Л.Ю.,
судей Смирновой С.А., Шульц Н.В.,
с участием прокурора Жумаевой Е.Ю.,
при секретаре Куренковой Е.В.,
заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Кандаковой Л.Ю. гражданское дело по апелляционной жалобе АО "Угольная компания "Северный Кузбасс" на решение Березовского городского суда Кемеровской области от 11 декабря 2019 года
по иску Костенко Владимира Юрьевича к АО "Угольная компания "Северный Кузбасс" о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛА:
Требования Костенко В.Ю. мотивированы тем, что с 20.09.2005 по настоящее время он состоит в трудовых отношениях с АО "УК "Северный Кузбасс" шахта "Первомайская". 20.12.2006 при исполнении трудовых обязанностей ему было причинено трудовое увечье, он был госпитализирован в МУЗ "Центральная городская больница", где поставлен диагноз: "<данные изъяты>". В период с 20.12.2006 по 17.05.2007 он проходил лечение в МБУЗ "Кемеровский кардиологический диспансер". После чего, в период с 20.12.2006 по 29.12.2006 проходил стационарное, а до 18.05.2007 - амбулаторное лечение. После травмы он не мог продолжать трудовую деятельность в том объеме, квалификации и качестве, поскольку это было невозможно физически.
В период с 02.08.2010 по 12.08.2010 проходил лечение в ФГЛПУ НКЦОЗШ г. Ленинск-Кузнецкого с диагнозом: <данные изъяты>.
08.10.2015 впервые на 1 год до ДД.ММ.ГГГГ была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности вследствие трудового увечья в размере <данные изъяты>.
В последующем, 31.05.2019 Шахта "Первомайская" на основании решения Березовского городского суда Кемеровской области от 23.04.2019 составлен Акт N 3 о несчастном случае на производстве по форме Н-1, в пункт 8.2 которого, с учетом проведенной судебно-медицинской экспертизы, внесен диагноз: "<данные изъяты>".
При переосвидетельствовании в учреждении МСЭ 26.07.2019 ему на 2 года установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>%.
Причиненный моральный вред выразился в том, что в результате получения трудовою увечья в молодом возрасте <данные изъяты>) он чувствует себя подавленным и ущербным человеком. Отработав на тяжелой работе, он оказался абсолютно социально и материально не защищенным. При расследовании несчастного случая его вины не установлено, что свидетельствует о вине работодателя.
Полагает, что имеет право получить положенную компенсацию в полном объеме за нравственные и физические страдания, которые испытывает в связи с полученным трудовым увечьем.
В программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве к акту освидетельствования от 26.07.2019, выданной ему, не указана ни <данные изъяты>, ни причина <данные изъяты>.
Между тем, при клинико-экспертном заключении к категории тяжести трудового увечья относятся ближайшие и отдаленные последствия, состоящие в причинно-следственной связи.
Направляя его на МСЭ, ГБУЗ КО "КОККД имени академика Л.С. Барбараша" дало заключение врачебной комиссии, из которого следует, что последствия <данные изъяты>) привели к <данные изъяты> и <данные изъяты> % степень утраты профессиональной трудоспособности вследствие трудового увечья от 20.12.2006.
Просил взыскать с АО "Угольная компания "Северный Кузбасс" в его пользу 1 000 000 руб. в компенсацию морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве 20.12.2006.
Решением Березовского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ постановлено исковые требования ФИО1 к АО "Угольная компания "Северный Кузбасс" о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать в пользу ФИО1 с АО "Угольная компания "Северный Кузбасс" компенсацию морального вреда в размере 285 762 рублей 12 копеек.
В остальной части исковых требований ФИО1 отказать.
Взыскать государственную пошлину в доход местного бюджета с АО "Угольная компания "Северный Кузбасс" в размере 300 рублей.
В апелляционной жалобе представитель ответчик АО "Угольная компания "Северный Кузбасс" ФИО7, действующий на основании доверенности N сроком 3 года, просит решение суда отменить, принять новое решение.
Ссылается на выплату истцу компенсации морального вреда, установленного в соответствии с п. 5.4 Отраслевого тарифного соглашения по угледобывающей промышленности и п. 5.2 Коллективного договора АО "Угольная компания "Северный Кузбасс".
Не согласен с выводами суда о том, что расчет компенсации должен осуществляться исходя из среднемесячной, а не фактической, заработной платы за год до установления утраты профессиональной нетрудоспособности.
Полагает, при определении размера компенсации морального вреда суд не учел обстоятельства произошедшего несчастного случая, а именно, нарушение истцом Инструкции по перемещению по горным выработкам.
Ссылается на то, что размер возмещения вреда должен определяться на момент достижения между работником и работодателем соответствующего соглашения или на момент рассмотрения спора в суде, что не предполагает возможности повторного взыскания компенсации морального вреда. В этой связи доводы истца об ухудшении состояния его здоровья вследствие полученной травмы не могли быть приняты судом. Последующее изменение состояния здоровья истца вследствие причинения работодателем вреда его здоровью в прошлом не могут рассматриваться как новое событие, причинившее ему моральный вред, которое бы влекло необходимость его компенсации.
Относительно доводов апелляционной жалобы участвующим в деле прокурором принесены возражения.
Костенко В.Ю., представитель государственной инспекции труда в Кемеровской области, извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд не явились, не просили об отложении рассмотрения дела, в связи с чем судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.
Представитель АО УК "Северный Кузбасс" Голубев И.В. доводы жалобы поддержал.
Изучив материалы дела, заслушав представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшей возможным оставить решение суда без изменения, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность решения суда в соответствии с ч.1 ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.
Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, Костенко В.Ю. с 20.09.2005 состоит в трудовых отношениях с АО "Угольная компания "Северный Кузбасс" шахта "Первомайская", с 01.10.2013 в должности подземного горнорабочего 3-го разряда.
20.12.2006 при исполнении трудовых обязанностей с Костенко В.Ю. произошел несчастный случай, а именно: при движении "на гора" вдоль линии состава 2 ЛЛТ-1200 поскользнулся с привода ограждения приводной звездочки вала полумуфты редуктора и упал на спину на ребро редуктора, вследствие чего получил <данные изъяты>.
В период с 26.12.2006 по 17.05.2007 Костенко В.Ю. проходил лечение с диагнозом <данные изъяты> в МБУЗ "Кемеровский кардиологический диспансер".
С 02.08.2010 по 12.08.2010 Костенко В.Ю. проходил лечение в ФГЛПУ НКЦОЗШ г. Ленинск-Кузнецкого с диагнозом: <данные изъяты>, что подтверждается выпиской из истории болезни.
В связи с несчастным случаем на производстве 23.06.2006 составлен Акт о несчастном случае на производстве N 43, в пункте 8.2 которого не была указана степень тяжести вреда здоровью - лёгкая или тяжелая (л.д. том 1, 21-22).
Решением Берёзовского городского суда Кемеровской области от 08.06.2015 Акт N 43 от 23.12.2006 о несчастном случае на производстве, произошедшем с Костенко В.Ю., составленный ОАО "Шахта "Первомайская", признан недействительным. ОАО "Угольная компания "Северный Кузбасс" обязано составить новый Акт о несчастном случае на производстве, произошедшем с Костенко В.Ю. 20 декабря 2006 года, с указанием диагноза: <данные изъяты>.
13.08.2015 составлен Акт о несчастном случае на производстве N 9, согласно которому с Костенко В.Ю. 20.12.2006 в 15 час. 20 мин. при исполнении трудовых обязанностей ГРОЗ произошел несчастный случай, а именно: при движении на гора вдоль лин. состава 2 ЛЛТ-1200 поскользнулся с привода ограждения приводной звездочки вала полумуфты редуктора и упал на спину на ребро редуктора, вследствие чего травмировал <данные изъяты>.
В соответствии с приказом ОАО "Угольная компания "Северный Кузбасс" от 16.11.2015 N 695 Костенко В.Ю. выплачена единовременная выплата в размере 44 237 руб. 88 коп. в счет возмещения морального вреда за <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности (том 1, л.д. 140).
Заключением МСЭ от 02.11.2016 Костенко В.Ю. установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем от 20.12.2006 на основании акта N 9 от 13.08.2015 на срок с 07.10.2016 до 01.11.2018.
Приказами ГУ КРОФСС РФ от 26.11.2015 Костенко В.Ю. в связи с установлением утраты профессиональной трудоспособности назначены ежемесячные страховые выплаты и единовременная страховая выплата.
Заключением МСЭ от 30.10.2018 Костенко В.Ю. установлено <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем от 20.12.2006 с 23.10.2018 бессрочно.
Костенко В.Ю., не согласившись с указанным в Акте о несчастном случае на производстве N 9 от 13.08.2015 диагнозом, обратился в суд с иском к АО "Угольная компания "Северный Кузбасс" о признании недействительными актов о несчастном случае на производстве, в ходе рассмотрения которого назначена судебно-медицинская экспертиза.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы N 294 от 24.01.2019, у Костенко В.Ю. имеется <данные изъяты>, которая является следствием <данные изъяты>.
Вступившим в законную силу 27.05.2019 решением Берёзовского городского суда Кемеровской области от 23.04.2019 Акт по форме Н-1 N 43 от 23.12.2006 о несчастном случае на производстве, произошедшем 20.12.2006 с Костенко В.Ю., составленный ОАО "Шахта "Первомайская", признан недействительным. Акт по форме Н-1 N 43 от 23.12.2006 и N 9 от 13.08.2015 о несчастном случае на производстве, произошедшем 20.12.2006 с Костенко В.Ю., составленный ОАО "Угольная компания "Северный Кузбасс", признан недействительным.
На АО "Угольная компания "Северный Кузбасс" возложена обязанность составить новый Акт о несчастном случае на производстве, произошедшем с Костенко В.Ю. 20 декабря 2006 года, с указанием характера полученных повреждений и их тяжести: <данные изъяты>, что относится к категории <данные изъяты>.
31.05.2019 составлен Акт N 3 о несчастном случае на производстве, в соответствии с которым 20.12.2006 в 1-ю смену ГРОЗ участка N 4 Костенко В.Ю. получил наряд на крепление верхнего сопряжения вент. штрека N 33 с проведением инструктажа по правилам поведения и передвижения по горным выработкам. В течение смены производил крепление вент. штрека N 33, покинул рабочее место в 15.00 ч. При движении на гора вдоль лин. става 2 ЛЛТ-1200 в 1520 поскользнулся с привода ограждения приводной звездочки вала полумуфты редуктора и упал на спину на ребро редуктора, вследствие чего <данные изъяты>. В результате падения, Костенко В.Ю. причинены следующие повреждения: <данные изъяты>. Степень тяжести - <данные изъяты>
Причинами несчастного случая указаны: неудовлетворительное содержание ходового отделения по кон. штреку N 33; личная неосторожность пострадавшего; нарушение пострадавшим инструкции по перемещению по горным выработкам (торопился, прошел не по ходовому отделению, а по прямой через полумуфту редуктора вала).
Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, являются: Костенко В.Ю, нарушивший инструкцию по ОТ для рабочих, инструкцию по правилам передвижения по горным выработкам.
На момент несчастного случая общий стаж Костенко В.Ю. в АО "УК "Северный Кузбасс" шахта "Первомайская" составляет 1 год 3 месяца, в должности ГРОЗ 4-го разряда 5 месяцев.
22.05.2018 Костенко В.Ю. обратился в АО "УК "Северный Кузбасс" с заявлением о выплате ему денежной компенсации морального вреда в связи с полученной в результате несчастного случая травмой.
Заключением МСЭ от 15.08.2019 истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>% на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.
30.08.2019 Костенко В.Ю. повторно обратился в АО "УК "Северный Кузбасс" с заявлением о выплате ему денежной компенсации морального вреда в связи с полученной в результате несчастного случая травмой и установлением <данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности.
Разрешая спор и принимая решение о частичном удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что стороны состояли в трудовых отношениях, вред здоровью Костенко В.Ю. причинен в результате производственной травмы, факт несчастного случая подтвержден актом формы Н-1, составленным в соответствии со вступившим в законную силу решением суда и не оспоренным, вина работодателя, не обеспечившего безопасные условия труда, в произошедшем несчастном случае установлена, грубая неосторожность работника отсутствовала. В связи с изложенным, суд пришел к выводу об обязанности ответчика компенсировать истцу моральный вред.
При этом размер компенсации морального вреда с учетом выплаченных истцу в добровольном порядке денежных средств в размере 44 237 руб. 88 коп., подлежащего о взысканию с АО "Угольная компания "Северный Кузбасс", определен судом в сумме 285 762 рублей 12 копеек
Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции исходя из следующего.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).
Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.
Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.
Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.
Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.
Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).
Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции от 6 февраля 2007 г.).
Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.
Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.
С учетом изложенного, доводы апелляционной жалобы об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда в размере, большем, чем это установлено действующим у ответчика Положением о выплатах, компенсациях и льготах социального характера, противоречат приведенным выше нормам материального права и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации.
Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что размер выплаченной компенсации морального вреда в размере 44 237 руб. 88 коп. не является достаточным с учетом степени утраты истцом трудоспособности и понесенных в связи с этим физических и нравственных страданий.
С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу, что при разрешении заявленных требований у суда отсутствовали основания для определения размера компенсации исходя из действующих у ответчика соглашений.
Вместе с тем, учитывая конкретные обстоятельства дела, судебная коллегия полагает, что определенная судом ко взысканию денежная компенсация морального вреда в размере 285 762 рублей 12 копеек в полной мере соответствует характеру нарушения прав истца, а также соответствует принципу разумности и справедливости. Оснований для определения размера компенсации морального вреда в ином размере судебная коллегия не усматривает.
Истцом решение суда в части размера компенсации не оспорено.
Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора, нуждались в проверке и могли повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, апелляционная жалоба не содержит.
С учетом изложенного, поскольку нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РФ безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено, судебная коллегия приходит к выводу о том, что при разрешении заявленных требований суд правильно определил юридически значимые обстоятельства дела, применил закон, подлежащий применению, дал надлежащую правовую оценку собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам и постановилрешение, отвечающее нормам материального права при соблюдении требований гражданского процессуального законодательства.
Учитывая изложенное, руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Березовского городского суда Кемеровской области от 11 декабря 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу АО "Угольная компания "Северный Кузбасс" - без удовлетворения.
Председательствующий: Л.Ю. Кандакова
Судьи С.А. Смирнова
Н.В. Шульц
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
