Дата принятия: 17 июля 2019г.
Номер документа: 33-2526/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ АСТРАХАНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 17 июля 2019 года Дело N 33-2526/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда в составе:
председательствующего Поляковой К.В.,
судей областного суда Спрыгиной О.Б., Метелевой А.М.
при секретаре Ивановой Л.С.,
Рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Спрыгиной О.Б. дело по апелляционной жалобе представителя Самохвалова Д.Н. - Зенина В.Н. на решение Кировского районного суда г. Астрахани от 15 мая 2019 года по иску Самохвалова Д.Н. к Словину А.М. о признании сделки ничтожной, взыскании денежных средств,
установила:
Самохвалов Д.Н. обратился в суд с исковым заявлением к Словину А. М. о признании недействительным договора простого товарищества, в результате которого было создано имущество, применении двухсторонней реституции путем возврата внесенного каждой стороной вклада в совместную деятельность за счет созданного по договору имущества.
Иск мотивирован тем, что между истцом и ответчиком 13 ноября 2011 г. и 12 июля 2012 г. заключены соглашения об организации садкового хозяйства по выращиванию рыб осетровых пород, расположенного на арендуемом Словиным А.М. земельном участке площадью 160 000 кв.м., с видом разрешенного использования - земли сельскохозяйственного назначения, с кадастровым номером N, предоставленного для организации хозяйства по выращиванию осетровых пород рыб, имеющего адресные ориентиры: <адрес>. Договор аренды земельного участка N от 30 апреля 2009 г. заключен со Словиным А.М. на срок до 27 апреля 2058 г.
Истец в соответствии с условиями соглашений обязался осуществить денежный вклад с целью организации осетрового садкового хозяйства "Становое", для чего Самохвалов Д.Н., передал Словину А. М. 20 053 968 руб.
Вклад Словина А.М., по условиям соглашения, выражался в совершении действий по приобретению оборудования, рыбопосадочного материала (молодь осетровых пород и других видов рыб), кормов, несению расходов на оплату труда персонала, услуг, связанных с организацией дноуглубительных работ, получению необходимых документов, ведению финансовой отчетности. Словин А.М. обязался регулярно составлять отчет об использовании денежных средств и передавать его Самохвалову Д.Н..
На денежные средства истца в период 2011-2014 год организовано осетровое садковое хозяйство "Становое". Основным видом деятельности хозяйства является выращивание рыб осетровых пород.
На окончание 2018 г. общее поголовье рыб осетровых пород, содержащихся в осетровом садковом хозяйстве "Становое" превысило 70 000 штук, общей массой более 60 тонн.
В январе 2019 г. ответчик без объяснения причин ограничил доступ истца на территорию осетрового садкового хозяйства "Становое", а 23 января 2019 г. направил в адрес истца уведомление о прекращении партнерских отношений, в связи с их экономической нецелесообразностью.
01 марта 2019 г. между сторонами заключено соглашение о расторжении договора простого товарищества (партнерских отношений).
В соответствии с условиями соглашения от 01 марта 2019 г. ответчик признал задолженность перед истцом в размере 20 053 968 рублей (пункт 13) и обязался возвратить полученные денежные средства частями с рассрочкой платежа до 01 марта 2024 г. (пункт 14). При этом окончательный срок возврата денежных средств ставится в зависимость от сохранности рыбного стада осетрового садкового хозяйства "Становое" (пункт 21 соглашения).
По мнению истца, соглашения от 13 ноября 2011 г. и 12 июля 2012 г. о создании простого товарищества являются ничтожными сделками, поскольку договор заключен с негодным субъектом, так как истец является физическим лицом, что противоречит действующему законодательству.
Полагает соглашение от 01 марта 2019 г., в части рассрочки возврата денежных средств также является недействительным условием сделки, поскольку при применении двухсторонней реституции возврат сторон в первоначальное положение производится одномоментно.
Просил суд применить последствия недействительности ничтожных сделок от 13 ноября 2011 г. и 12 июля 2012 г., взыскать со Словина А.М. в пользу Самохвалова Д.Н. денежные средства в размере 19 553 968 руб. Признать недействительными условия соглашения о расторжении партнерских отношений от 01 марта 2019 г., в части пункта 14 и пункта 21. В собственности Словина А.М. оставить внесенный им вклад, выраженный в натуре: все имеющееся в садковом хозяйстве рыбное поголовье, орудия труда, основные и оборотные средства, иные материальные ценности, находящиеся в садковом хозяйстве на момент составления соглашения о расторжении договора простого товарищества от 01 марта 2019 г. и составления описи имущества садкового хозяйства с определением доли каждого партнера.
Самохвалов Д.Н. и его представитель Зенин В.А., в судебном заседании заявленные с учетом уточнений требования поддержали, просили их удовлетворить.
Словин А.М. и его представитель Николаева А.В. требования не признали, просили в удовлетворения иска отказать, применить срок исковой давности.
Решением Кировского районного суда г. Астрахани от 15 мая 2019 года исковые требования Самохвалова Д.Н. оставлены без удовлетворения.
В апелляционной жалобе Самохвалов Д.Н. ставит вопрос об отмене решения суда ввиду незаконности и необоснованности, нарушения судом норм материального и процессуального прав.
Согласно части 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных главой 39 данного Кодекса.
Повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 года N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции").
Заслушав докладчика по делу, Самохвалова Д.Н. и его представителя Зенина В.А., поддержавших доводы жалобы, Словина А.М. и его представителя Николаеву А.В., возражавших по доводам жалобы, проверив законность и обоснованность решения в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Согласно статье 1041 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.
Сторонами договора простого товарищества, заключаемого для осуществления предпринимательской деятельности, могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации.
В соответствии со статьей 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
В силу статей 166, 167, 168 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.
Как видно из материалов дела, 13 ноября 2011 г. и 12 июля 2012 г. между истцом Самохваловым Д.Н. и ответчиком Словиным А.М. заключен договор простого товарищества, что следует из существа сделки, к которой применяются правила ст. ст. 431 ГК РФ.
По условиям договора Словин А.М. по поручению и за счет денежных средств Самохвалова Д.Н. организует садковое хозяйство по выращиванию рыб осетровых пород, расположенное на арендуемом Словиным А.М. земельном участке площадью 160 000 кв.м., с видом разрешенного использования - земли сельскохозяйственного назначения, с кадастровым номером N, предоставленного для организации хозяйства по выращиванию осетровых пород рыб, имеющего адресные ориентиры: <адрес>.
Самохвалов Д.Н. в соответствии с условиями соглашений обязался осуществить денежный вклад с целью организации осетрового садкового хозяйства "Становое", для чего Самохвалов Д.Н., передал Словину А. М. 20 053 968 руб.
Вклад Словина А.М., по условиям соглашения, выражался в совершении действий по приобретению оборудования, рыбопосадочного материала (молодь осетровых пород и других видов рыб), кормов, несению расходов на оплату труда персонала, услуг, связанных с организацией дноуглубительных работ, получению необходимых документов, ведению финансовой отчетности. Словин А.М. обязался регулярно составлять отчет об использовании денежных средств и передавать его Самохвалову Д.Н..
Стороны определили, что прибыль, вырученная от продажи рыбы за первый год деятельности хозяйства будет вложена в дальнейшее развитие хозяйства. При завершении финансирования Самохваловым Д.Н. развития хозяйства, вся чистая прибыль будет распределяться между сторонами в равных долях.
В соглашении так же предусмотрено, что в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязательств (хищение имущества, замор рыбы, остановка производственного процесса из-за ненадлежащего пакета документов) Словин А.М. обязуется вернуть Самохвалову Д.Н. все затраченные на тот момент денежные средства в течение года с момента расторжения договоренностей между сторонами. Если Словин А.М. не возвращает указанную сумму, то обязуется передать (переоформить) право собственности на заложенное имущество - земельные участки, перечисленные в соглашении сторон. Все оборудование, приобретенное для организации данного хозяйства, а также строения и сооружения, расположенные на земельном участке останутся в собственности у Словина А.М.
В соглашении от 12 июля 2012 г. в пункте 6 стороны указали, что договор залога от 15 мая 2012 г., возникший на основании договора займа от 15 мая 2012 г., согласно которому Самохвалов Д.Н. принял на себя обязательство предоставить Словину А.М. денежные средства в размере 3 000 000 руб., без уплаты процентов с возвратом единовременным платежом до 01 января 2016 г. расписку от 15 мая 2012 г. на сумму 3 000 000 руб. стороны считают недействительной.
Проанализировав указанные соглашения в совокупности с иными обстоятельствами по делу, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что содержание соглашений (от 13 ноября 2011 г. и 12 июля 2012 г.) указывают на то, что истец и ответчик заключили смешанный договор, который содержит признаки договора целевого займа, залога, инвестиций и не является ничтожной сделкой в силу правомерности действий ответчика.
Судебная коллегия не соглашается с выводами суда первой инстанции в части по следующим основаниям.
В силу ч.1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.
Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.
Как следует из текста соглашений и целевых расписок, приложенных к ним, деньги передавались Самохваловым Д.Н. Словину А.М. не в собственность, а с определенной целью - организации осетрового садкового хозяйства. Указанные расписки не содержат обязательства по возврату указанной суммы, как долга.
С учетом изложенного правила договора займа к указанным правоотношениям не подлежат применению.
Согласно статье 334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом. В случаях и в порядке, которые установлены законами, удовлетворение требования кредитора по обеспеченному залогом обязательству (залогодержателя) может осуществляться путем передачи предмета залога в собственность залогодержателя (в ред. Федерального закона от 30.12.2008 N 306-ФЗ)
Часть 2 статьи указывает на то, что залог земельных участков, предприятий, зданий, сооружений, квартир и другого недвижимого имущества (ипотека) регулируется законом об ипотеке. Общие правила о залоге, содержащиеся в настоящем Кодексе, применяются к ипотеке в случаях, когда настоящим Кодексом или законом об ипотеке не установлены иные правила.
В соответствии с требованиями статьи 339 ГК РФ в редакции, действующей на момент заключения соглашений, в договоре о залоге должны быть указаны предмет залога и его оценка, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом. В нем должно также содержаться указание на то, у какой из сторон находится заложенное имущество. Договор о залоге должен быть заключен в письменной форме (ч.2).
Договор об ипотеке должен быть зарегистрирован в порядке, установленном для регистрации сделок с соответствующим имуществом (ч.3).
Несоблюдение правил, содержащихся в пунктах 2 и 3 настоящей статьи, влечет недействительность договора о залоге (ч.4).
Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие государственную регистрацию заключенного между сторонами соглашения в части залоговых обязательств объектов недвижимого имущества - земельных участков, принадлежащих собственнику Словину А.М., условия соглашения в этой части в силу закона недействительны в силу закона.
Инвестиционный договор как самостоятельный договор не предусмотрен Гражданским кодексом Российской Федерации
С учетом положений ГК РФ, Федерального закона от 25.02.1999 N 39 "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений", норм права о свободе договора и ее пределах, суд апелляционной инстанции полагает, что стороны вправе заключить не поименованный в ГК РФ договор, правовое регулирование которых осуществляется в соответствии с общими положениями ГК РФ и к которым не применяются правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, за исключением случаев аналогии закона (пункт 1 статьи 6 ГК РФ).
Между тем, при толковании договора суду первой инстанции необходимо было применить аналогию закона и учитывать субъектный состав инвестиционного договора.
В таком договоре одна сторона является инвестором, а другая - может выступать заказчиком, и одновременно подрядчиком (при самостоятельном выполнении работ), и пользователем (которому передается и у которого находится объект инвестиционной деятельности).
Таким образом, у субъектов инвестиционной деятельности разный объем прав и обязанностей.
Согласно соглашениям, заключенным Самохваловым Д.Н. и Словиным А.М., у сторон равные права и обязанности, следовательно ФЗ "Об инв6стиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений" не подлежит применению к сложившимся правоотношениям.
Согласно пункту 1 статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).
При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.
Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.
Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).
Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.
Из буквального толкования условий договора от 13 ноября 2011 г. и 12 июля 2012г., а также соглашения о расторжении договора от 01 марта 2019г., заключенных между Самохваловым Д.Н. и Словиным А.М. следует, что действительная воля сторон была направлена на заключение договора простого товарищества, в результате которого было организовано и создано имущество: осетровое садковое хозяйство "Становое" по разведению рыб осетровых пород.
В соответствии со ст. 244 ГК РФ, имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности. Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность). Общая собственность на имущество является долевой, за исключением случаев, когда законом предусмотрено образование совместной собственности на это имущество. Общая собственность возникает при поступлении в собственность двух или нескольких лиц имущества, которое не может быть разделено без изменения его назначения (неделимые вещи) либо не подлежит разделу в силу закона.
Согласно ст. 245 ГК РФ, если доли участников долевой собственности не могут быть определены на основании закона и не установлены соглашением всех ее участников, доли считаются равными. Соглашением всех участников долевой собственности может быть установлен порядок определения и изменения их долей в зависимости от вклада каждого из них в образование и приращение общего имущества.
В силу ст. 1041 ГК РФ, по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели. Сторонами договора простого товарищества, заключаемого для осуществления предпринимательской деятельности, могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации.
В соответствии со ст. 1042 ГК РФ, вкладом товарища признается все то, что он вносит в общее дело, в том числе деньги, иное имущество, профессиональные и иные знания, навыки и умения, а также деловая репутация и деловые связи. Вклады товарищей предполагаются равными по стоимости, если иное не следует из договора простого товарищества или фактических обстоятельств. Денежная оценка вклада товарища производится по соглашению между товарищами.
Статьей 1043 ГК РФ, предусмотрено, что внесенное товарищами имущество, которым они обладали на праве собственности, а также произведенная в результате совместной деятельности продукция и полученные от такой деятельности плоды и доходы признаются их общей долевой собственностью, если иное не установлено законом или договором простого товарищества либо не вытекает из существа обязательства. Внесенное товарищами имущество, которым они обладали по основаниям, отличным от права собственности, используется в интересах всех товарищей и составляет наряду с имуществом, находящимся в их общей собственности, общее имущество товарищей. Ведение бухгалтерского учета общего имущества товарищей может быть поручено ими одному из участвующих в договоре простого товарищества юридических лиц. Пользование общим имуществом товарищей осуществляется по их общему согласию, а при недостижении согласия в порядке, устанавливаемом судом. Обязанности товарищей по содержанию общего имущества и порядок возмещения расходов, связанных с выполнением этих обязанностей, определяются договором простого товарищества.
Соглашения, заключенные сторонами, содержат условия о размере и составе вкладов, сроках и порядке их внесения, а также порядок и размер распределения прибыли после развития хозяйства и прироста рыбного стада. При составлении соглашения о расторжении договора стороны определили размер и порядок распределения вкладов каждому участнику долевой собственности, в равных долях, каждый из участников соглашения по 20053968 руб. (л.д.47т.1). Результатом совместной деятельности Самохваловым Д.Н. и Словиным А.М. стало создание Осетрового садкового хозяйства, общая стоимость которого оценена в 40107936 рублей, в соглашении описан состав хозяйства (л.д.47-50).
Таким образом, исследовав материалы дела в порядке статьи 67 ГПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, истолковав условия договора и соглашения по правилам статьи 431 ГК РФ в системной связи, исходя из принципа добросовестного поведения сторон, в целях исключения извлечения какой-либо из сторон преимущества из своего незаконного поведения, установив, что каждый из участников совместной деятельности внес свой вклад, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что заключенное сторонами партнерское соглашение имеет признаки договора простого товарищества.
Между тем, сторонами договора простого товарищества, заключаемого для осуществления предпринимательской деятельности, могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации.
Судом установлено, что истец Самохвалов Д.Н. являлся физическим лицом, в связи с чем к договору подлежат применения положения ст.168 ГК РФ, в редакции, действовавшей на момент совершения сделки.
С учетом изложенного, судебная коллегия полагает возможным изменить мотивировочную часть решения суда первой инстанции, изложив ее в редакции, приведенной выше.
Однако, на результат рассмотрения дела ошибочность выводов суда в изложенной части не повлияла по следующим основаниям.
Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием для отказа в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ, пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").
В силу статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года (статья 196 названного Кодекса).
Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.
Пунктом 1 статьи 181 ГК РФ в редакции, действовавшей на дату заключения оспариваемого договора, было предусмотрено, что срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года; течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.
Федеральным законом от 07.05.2013 N 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Закон N 100-ФЗ) в Гражданский кодекс Российской Федерации были внесения изменения, пункт 1 статьи 181 данного Кодекса изложен в новой редакции, согласно которой срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года; течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения; при этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
Пункт 9 статьи 3 Закона N 100-ФЗ содержит переходные положения, касающиеся правил исчисления и применения новых сроков исковой давности.
В пункте 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что положения ГК РФ об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции Закона N 100-ФЗ применяются к сделкам, совершенным после дня вступления его в силу, то есть после 01.09.2013 (пункт 6 статьи 3 Закона N 100-ФЗ). Для целей применения этого положения под совершением двусторонней сделки (договора) понимается момент получения одной стороной акцепта от другой стороны (пункт 1 статьи 432, пункт 1 статьи 433 ГК РФ). При этом согласно пункту 9 статьи 3 Закона N 100-ФЗ сроки исковой давности и правила их исчисления, в том числе установленные статьей 181 ГК РФ, применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года.
Как разъяснено в пункте 101 названного Постановления, для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ). Течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. По смыслу пункта 1 статьи 181 ГК РФ если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.
Поскольку исполнение оспариваемых соглашений началось с момента их подписания (13 ноября 2011 г. и 12 июля 2012 г.), согласно представленным в материалы дела доказательствам, не опровергнутым истцом, о чем истцу не могло быть не известно, обратившись в суд с настоящим иском 01.04.2019, истец пропустил срок исковой давности, о применении которой заявили ответчики.
В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда
определила:
решение Кировского районного суда г. Астрахани от 15 мая 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя Самохвалова Д.Н. - Зенина В.Н. - без удовлетворения.
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
