Дата принятия: 14 декабря 2018г.
Номер документа: 33-2525/2018
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ КАМЧАТСКОГО КРАЕВОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 14 декабря 2018 года Дело N 33-2525/2018
Судебная коллегия по гражданским делам Камчатского краевого суда в составе:
председательствующего Нечунаевой М.В.,
судей Куликова Б.В., Степашкиной В.А.,
при секретаре Чуйковой Ю.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе АхмеджановойА.Р. на решение Елизовского районного суда Камчатского края от 3июля 2018 года, которым постановлено:
Иск Казарбина Н.В. удовлетворить частично.
Взыскать с Ахмеджановой А.Р. в пользу Казарбина Н.В. сумму долга по договору займа в размере 3500000рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 338301рубль 37копеек и расходы по уплате государственной пошлины при подаче иска в суд в размере 27391рубль 51копейка.
В удовлетворении исковых требований о взыскании с Ахмеджановой А.Р. в пользу Казарбина Н.В. процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 07рублей 00копеек, расходов по уплате государственной пошлины при подаче иска в суд в размере 07рублей 49копеек, - отказать.
Заслушав доклад судьи Куликова Б.В., объяснения истца Казарбина Н.В. и его представителя Хинкиной З., полагавшей решение суда законным и обоснованным, ответчика Ахмеджановой А.Р. и ее представителя Сысоева Г.В., полагавших решение суда подлежащим отмене, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
КазарбинН.В. обратился в суд с иском к АхмеджановойА.Р. о взыскании долга по договору займа и процентов за пользование чужими денежными средствами.
Указал, что 15декабря 2016 года ответчик взял у него взаймы 3500000руб., о чем выдал расписку, однако в указанный срок до 5марта 2017 года принятые на себя обязательства не исполнил.
На основании изложенного просил взыскать с ответчика долг по договору займа в размере 3500000руб., проценты за пользование чужими денежными средствами, а также судебные издержки.
КазарбинН.В. участия в судебном заседании не принимал; его представитель ХинкинаЗ.В. в судебном заседании исковые требования поддержала.
АхмеджановаА.Р. в судебном заседании исковые требования не признала, факт заключения договора займа и факт передачи ей денежных средств истцом отрицала.
Дополнительно пояснила, что в августе 2016 года между ней и истцом был заключен договор мены квартир, однако указанный договор не был исполнен по причине несогласия органов опеки и попечительства ввиду нарушения прав несовершеннолетних детей ответчика. Стороны договорились совершить сделку путем оформления двух договоров купли-продажи жилых помещений.
15 декабря 2016 года был составлен договор, согласно которому Казарбин Н.В. реализовал Ахмеджановой А.Р. квартиру по адресу: <адрес>, принадлежащую истцу. Стоимость данного жилого помещения, по взаимной договоренности сторон, составила 3 000 000 рублей, которые были получены продавцом в день подписания договора купли-продажи. Договор прошел государственную регистрацию, жилое помещение перешло в собственность приобретателей.
Перед подписанием договора, по настоянию Казарбина Н.В. она оформила расписку о получении ею у истца денежной суммы в размере 3 500 000 рублей. Данная расписка являлась гарантом выполнения ей обязательства по реализации принадлежащего ей жилого помещения. Позднее она просила расписку отдать, но истец сказал, что отдаст ее после оформления документов на квартиру, а затем пояснил, что расписку уничтожил.
Представитель ответчика Сысоев Г.В. полагал исковые требования необоснованными, поскольку расписка не подтверждает заключение договора займа, а письменный договор займа по делу не заключался. Факт передачи истцом ответчику денежных средств отрицал.
Рассмотрев дело, суд постановилуказанное решение, которое в апелляционной жалобе АхмеджановаА.Р. просит отменить, как необоснованное.
Указывает, что судом не дана надлежащая правовая оценка представленной истцом расписке, которая не является доказательством заключения договора займа. По ее мнению, объективных доказательств займа материалы дела не содержат.
Считает, что суд в отсутствие на то объективных причин отказал в удовлетворении заявленного стороной ответчика ходатайства о допросе свидетелей, располагавших информацией о действиях КазарбинаН.В. по составлению ранее аналогичных долговых расписок с иными гражданами, что повлияло на правильность принятого решения.
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии со ст.327.1 ГПК РФ, выслушав мнение участников судебного заседания, судебная коллегия приходит к следующему.
Согласно ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены решения суда в апелляционном порядке являются, в том числе, неправильное определение имеющих значение для дела обстоятельств, а также нарушение или неправильного применения норм материального и процессуального права.
Такие нарушения были допущены судом первой инстанции, что видно из следующего.
Статьей 307 ГК РФ установлено, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, в том числе уплатить деньги, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. При установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.
Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.
В силу ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.
Согласно п.1 ст. 408 ГК РФ обязательство прекращается надлежащим исполнением.
В силу ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.
Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.
В соответствие со ст. 808 ГК РФ, договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает 10 000 рублей. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы.
Согласно ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.
Как следует из материалов дела, 15 декабря 2016 года ответчик собственноручно написала расписку о том, что взяла в долг у истца денежную сумму в размере 3 500 000 рублей со сроком возврата до 05 марта 2017 года (л.д.8).
Истец Казарбин Н.В. каких-либо доказательств реальности договора займа, помимо данной расписки, суду не представил.
Ответчик Ахмеджанова А.Р. в суде первой инстанции исковые требования не признавала. Не оспаривая факт написания расписки, утверждала, что фактически денег не получала, а сама расписка была написана по просьбе истца как гарантия продажи квартиры Казарбину Н.В.
Суд первой инстанции пришел к выводу о заключении между сторонами договора займа на указанную сумму, поскольку расписка написана ответчиком собственноручно, а доказательств возврата долга суду не представлено, в связи с чем удовлетворил исковые требования о возврате долга частично, уменьшив только размер неустойки.
Судебная коллегия не может согласиться с такими выводами суда первой инстанции, отмечая следующее.
Из статьи 812 Гражданского кодекса РФ следует, что заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги в действительности от заимодавца им не получены (пункт 1).
Если договор займа должен быть совершен в письменной форме, его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия либо угрозы (пункт 2).
Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ N 3 за 2015 год, в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.
Кроме того, из содержания указанных выше правовых норм и разъяснений Верховного Суда РФ следует, что при подписании сторонами письменного договора займа, содержащего условие о получении денежных средств заемщиком, обязанность по доказыванию безденежности займа возлагается на последнего.
По смыслу закона, доводы ответчика о безденежности договора займа должны оцениваться в совокупности с иными обстоятельствами дела, к которым могут быть отнесены предшествующие и последующие взаимоотношения сторон, в частности их взаимная переписка, товарный и денежный оборот, наличие или отсутствие иных договорных либо внедоговорных обязательств, совершение ответчиком действий, подтверждающих наличие именно заемных обязательств и так далее.
Как видно из возражений ответчика на исковое заявление и ее пояснений в суде первой инстанции, она указывала, что денежные средства от истца не получала, то есть фактически оспаривала указанный договор займа в связи с его безденежностью (л.д. 22-23).
Хотя в силу ч. 1 ст. 812 ГК РФ бремя доказывания обстоятельств безденежности договора займа лежит на заемщике, это не освобождает суд от обязанности создать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении дела (ч. 2 ст. 12 ГПК РФ).
Согласно ч. 2 ст. 56 ГПК РФ, суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Из этого следует, что именно суд, в силу своей руководящей роли, определяет на основе закона, подлежащего применению, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой из сторон они подлежат доказыванию, и выносит эти обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ).
Суд осуществляет руководство процессом доказывания, исходя при этом не только из пределов реализации участниками процесса своих диспозитивных правомочий, но и из необходимости полного и всестороннего исследования предмета доказывания по делу.
При рассмотрении дела суд обосновано указал в своем решении, что расписка в силу прямого указания ст. 808 ГК РФ может подтверждать заключение договора займа.
Однако в суде первой инстанции довод ответчика о безденежности договора в соответствии с требованиями 56 ГПК РФ на обсуждение сторон фактически не ставился и мотивированной оценки в решении суда не получил. В решении суда указано, что такие доводы опровергаются распиской и ничем не подтверждены. Представить сторонам какие-либо дополнительные доказательства в данной части судом также не предлагалось. Суд ограничился только выяснением вопроса о предъявлении ответчиком встречного иска о признании договора займа недействительным, который по делу ответчиком заявлен не был.
Однако отсутствие такого встречного требования ответчика само по себе не освобождает суд первой инстанции от необходимости проверки указанных доводов, поскольку ответчик прямо указал на них в своих возражениях на иск. Избранный в данном случае ответчиком способ защиты права путем предъявления возражений на иск не противоречит статье 12 ГК РФ, согласно которой лицо вправе избрать по собственному усмотрению любой из предусмотренных законом способов защиты прав.
В данном случае допущенные судом первой инстанции нарушения требований ст. 56 ГПК РФ судебная коллегия полагает существенными, поскольку без их устранения невозможно восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов сторон, а доводы ответчика фактически не получили никакой правовой оценки.
Более того, в своих возражениях на иск ответчик ссылалась на возникнувшие ранее между сторонами правоотношения в связи с обменом и неоднократной куплей-продажей квартир, однако эти доводы надлежащим образом судом не проверены и никакой оценки при вынесении решения не получили.
На основании п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N13 от 19 июня 2012 года, если в суде первой инстанции не доказаны обстоятельства, имеющие значение для дела, в том числе по причине неправильного распределения обязанности доказывания, суду апелляционной инстанции вправе предложить участвующим в деле лицам представить дополнительные (новые) доказательства.
С учетом изложенного, судебная коллегия для правильного определения имеющих значение для дела обстоятельств предложила сторонам расширить круг доказательств и предоставить дополнительные доказательства в обоснование своих доводов и возражений на них, в том числе в подтверждение возникших до 15 декабря 2016 года взаимных обязательств по продаже недвижимости.
Исследовав дополнительно представленные сторонами доказательства, заслушав объяснения сторон и их представителей, допросив свидетелей ФИО., судебная коллегия установила следующее.
Как видно из материалов дела, 4 сентября 2014 года ООО "<данные изъяты>" в лице генерального директора Казарбина Н.В. продало Ахмеджановой А.Р. 3-х комнатную квартиру N <адрес>, площадью <данные изъяты> кв. метра за 3 900 000 рублей.
2 августа 2016 года между Казарбиным Н.В. и Ахмеджановой А.В. составлен договор мены квартир NN в доме N <адрес> (л.д. 24-25). Сведения о государственной регистрации этого договора в деле отсутствуют.
По обстоятельствам заключения договора займа истец Казарбин Н.В. в суде апелляционной инстанции пояснил, что 15 декабря 2016 года к нему домой приехал ответчик, которой он дал взаймы 3500 000 рублей, о чем ранее была достигнута договоренность по телефону. Деньги выдал на покупку Ахмеджановой А.Р. дома и рассчитывал на возврат долга до 15 марта 2017 года, поскольку ответчик для оплаты долга могла воспользоваться материнским капиталом, а также продать свою квартиру.
В тот же день они ездили с ответчиком к нотариусу для оформления сделки, однако по какой причине он не удостоверил нотариально сделку займа, ответить затруднился. В дальнейшем ответчик деньги не вернула, в связи с чем он сначала обращался к ней с устными претензиями, а потом предъявил иск в суд.
Ответчик Ахмеджанова А.Р. в суде апелляционной инстанции по обстоятельствам заключения договора займа пояснила, что 15 декабря 2016 года с истцом договорились ехать к нотариусу, чтобы оформить куплю-продажу квартиры N в доме N <адрес>. Истец по телефону попросил зайти к нему, чтобы написать расписку о займе как гарантию добросовестности с ее стороны при продаже в будущем истцу квартиры N в доме N <адрес>. Поскольку она знала Казарбина Н.В. длительное время, он руководил ТСЖ в их доме и между ними сложились доверительные отношения, она написала расписку о займе, хотя фактически денег не брала, с собой не имела даже паспорта и сумки.
В тот же день они оформили сделку купли-продажи квартиры N <адрес> у нотариуса. При этом денег за данную квартиру в размере 3 миллиона рублей она истцу не передавала, поскольку написала расписку со сроком возврата три месяца, то есть на то время, за которое смогла бы переоформить на истца квартиру N <адрес>. После переоформления данной квартиры на Казарбина Н.В. она обратилась к истцу просьбой отдать расписку, но он сказал, что её уничтожил.
Также пояснила, что дом покупать не собиралась и занять для этого у истца 3,5 миллиона рублей не просила. Доход её семьи составлял около 40 тысяч рублей в месяц, на момент написания расписки она не работала, имеет на иждивении двоих малолетних детей. Ранее при оформлении купли-продажи квартир все сделки осуществлялись по предложению Казарбина Н.В., поэтому считала, что он хочет помочь ее семье.
При заключении с Казарбиным сделок купли-продажи квартиры указывалось, что денежные средства передавались продавцу, однако фактически эти деньги никто не передавал, взнос при покупке в 2014 году ей квартиры N в размере 2 миллиона 048256 рублей являлся целевой субсидией на приобретение жилья.
По ходатайству ответчика для подтверждения его возражений на иск в суде апелляционной инстанции в качестве свидетелей были допрошены ФИО
Допрошенный свидетель ФИО1. пояснил, что является мужем Ахмеджановой А.Р. 15 декабря 2016 года Казарбин Н.В. по телефону попросил ответчика зайти к нему домой. Он на машине подвез супругу, которая ненадолго поднялась в квартиру истца, потом села обратно в машину и они поехали к нотариусу для оформления сделки купли-продажи квартиры. Каких-либо денежных средств у супруги он не видел, у нее не было даже сумки. В машине супруга сказала, что написала какую-то расписку Казарбину Н.В.
При этом разговора с супругой о том, чтобы занять у Казарбина Н.В. деньги на покупку дома, не было, ранее они хотели приобрести только таунхаус у Казарбина Н.В., но сделка не состоялась, иных объектов недвижимости покупать не собирались. В последующем с претензиями о возврате долга Казарбин Н.В. не обращался, о долге они узнали только в суде.
Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО2 пояснила, что работала у истца, готовила документы для купли-продажи квартир между сторонами. Полагала, что истец не мог занять ответчику 3,5 миллиона рублей, поскольку знал об ее имущественном положении, при этом Казарбин Н.В. ранее неоднократно оформлял заемные расписки, но всегда проверял платежеспособность должников.
Согласно дополнительно представленным суду апелляционной инстанции доказательствам, 15 декабря 2016 года Казарбин Н.В. продал Ахмеджановой А.Р. и ФИО1. квартиру N <адрес> за 3 миллиона рублей.
В соответствии с договором от 20 апреля 2017 года Ахмеджанова А.Р. и ФИО1 продали Казарбину Н.В. квартиру N 8 <адрес> за 900000 рублей.
Данные обстоятельства сторонами не оспаривались.
В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
Оценивая представленные сторонами доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, анализируя все материалы дела в их совокупности, в том числе с учетом дополнительно представленных сторонами доказательств, судебная коллегия приходит к выводу о том, что расписка от 15 декабря 2016 года о получении денежных средств в сумме 3500000 рублей была написана ответчиком под влиянием обмана со стороны истца и не свидетельствует о фактическом заключении между сторонами договора займа, поскольку фактическая передача денежных средств ответчику не производилась.
По мнению судебной коллегии, в данном случае расписка о займе от 15 декабря 2016 года была составлена при отсутствии реального характера обязательств, без получения денежных средств в долг и обязанности их возвратить, то есть такой договор займа является безденежным.
При этом истец ввел ответчика в заблуждение относительно цели написания данной расписки, которую Ахмеджанова А.Р. фактически написала для подтверждения намерения в будущем продать Казарбину Н.В. квартиру N <адрес>. Совершение такой сделки между сторонами в апреле 2017 года подтверждается материалами дела и сторонами не оспаривается.
Доводы ответчика о написании расписки именно в качестве гарантии исполнения сделки по купле-продажи квартиры косвенно подтверждаются и заключением между сторонами договора купли-продажи квартиры от 15 декабря 2016 года, то есть непосредственно в день написания расписки, а также периодом займа на три месяца, что необходимо для регистрации сделки по продаже квартиры N, как пояснил об этом сама ответчик.
При этом истец, которому заведомо было известно об отсутствии денег у ответчика, в суде апелляционной инстанции каких-либо причин займа значительной суммы на столь непродолжительный период времени до 15 марта 2017 года назвать не смог.
Далее, между сторонами было фактически достигнуто соглашение об обмене квартирами путем их взаимной продажи, о чем пояснили истец и ответчик. В декабре 2016 года Ахмеджанова А.Р. купила у Казарбина Н.В. квартиру N, её обязательство о продаже истцу в будущем квартиры N являлось предполагаемым и для его обеспечения Ахмеджанова А.Р. написала расписку о займе как гарантию заключения такой сделки. Доводы ответчика в этой части соответствуют обстоятельствам заключения сделок купли-продажи квартир между сторонами и характеру возникших между ними отношений.
О заключении договора займа под влиянием обмана со стороны истца свидетельствуют и конкретные обстоятельства составления данной расписки, поскольку после ее написания 15 декабря 2016 года стороны поехали к нотариусу для заключения сделки купли-продажи квартиры, то есть имели возможность нотариально удостоверить данную сделку, однако истец этого не сделал. Вместо этого Казарбин Н.В. предложил Ахмеджаковой А.Р. заранее написать расписку у него дома и в отсутствие свидетелей, без указания паспортных данных ответчика, а на оборотной стороне расписки распечатан текст платежного поручения, не имеющий отношения к рассматриваемому делу.
Судебная коллегия отмечает, что согласно сложившейся правоприменительной практике, при наличии возражений со стороны ответчика относительно природы возникшего обязательства следует исходить из того, что займодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора именно на нем лежит риск недоказанности соответствующего факта.
Несмотря на это, в рассматриваемом случае заимодавец фактически проявил незаинтересованность в обеспечении надлежащих доказательств по делу, поскольку уклонился не только от нотариального удостоверения договора займа, но и от заключения письменного договора займа в виде отдельного документа, ограничившись только распиской ответчика о получении денежных средств.
Более того, после составления расписки и истечения установленного срока возврата долга, истец каких-либо претензий к ответчику длительное время не предъявлял, хотя такая возможность у него имелась, поскольку они проживали в одном доме. Доказательств обращения к ответчику с какими-либо претензиями либо предложением о возврате долга истец не обращался, и только в мае 2018 года обратился в суд с настоящим иском.
О заключении сделки под влиянием обмана и безденежности договора и свидетельствует и осведомленность истца об отсутствии у ответчика какого-либо постоянного источника дохода, то есть о возможности выполнить взятые на себя обязательства при указанных в расписке условиях. Как пояснила Ахмеджакова А.Р. и следует из материалов дела, она является неработающей матерью двух малолетних детей, постоянного источника дохода не имеет, получает пособие по уходу за ребенком в размере около 10 тысяч рублей, с учетом заработка супруга доход на семью из 4-х человек составляет около 40 тысяч рублей в месяц.
С учетом всех установленных по делу конкретных обстоятельств данные факты следует расценивать как подтверждающие позицию ответчика о безденежности договора займа и написании данной расписки только для подтверждения добросовестности Ахмеджановой А.Р. при заключении сделки купли-продажи квартиры.
При этом сам истец не оспаривал, что ранее при покупке ответчиком у него квартиры N <адрес> в 2014 году оплата денег производилась только за счет государственных пособий и субсидий, каких-либо наличных денежных средств он не получал ни в момент продажи квартиры, ни в последующем, поскольку денежные средства у Ахмеджановой А.Р. отсутствовали.
Несмотря на то, что документально сделка купли-продажи квартиры N в сентябре 2014 года была оформлена, со слов обеих сторон Ахмеджанова А.Р. осталась должна истцу около 1 млн. 900 тысяч рублей и длительное время данную сумму истцу не возвращала. В конечном итоге, для разрешения взаимных имущественных споров между сторонами была достигнута договорённость о взаимной купле-продаже, а фактически об обмене квартир, поскольку в этом случае невыплаченная Казарбину Н.В. денежная сумма была бы компенсирована за счет передачи ему помещения большей площади.
Истец Казарбин Н.В. в суде апелляционной инстанции утверждал, что на момент написания расписки ответчик был должен ему значительную сумму денег в размере около 1 млн. 900 тысяч рублей, которые выплатить не имел возможности по причине отсутствия дохода.
Несмотря на данное обстоятельство, истец пояснил, что не стал дожидаться возврата долга ответчиком и занял ей 3,5 миллиона рублей на три месяца, хотя реальная возможность возврата такого долга у ответчика отсутствовала.
Утверждение истца о том, что целью займа для Ахмеджановой А.Р. явилось приобретение жилого дома, какими-либо доказательствами не подтверждено и является голословным. Ответчик указанные доводы отрицал, поскольку ни намерения купить жилой дом, ни такой возможности у неё не имелось.
Доводы истца о том, что ответчик могла вернуть долг за счет средств материнского капитала, судебная коллегия отклоняет, поскольку средства материнского капитала носят целевой характер и могут быть потрачены ответчиком только в определённых целях, но не для возврата занятых денежных средств.
Несостоятельны и утверждения истца о возможности возврата Ахмеджановой А.Р. долга в размере 3,5 миллиона рублей после продажи своей квартиры N <адрес>, поскольку эти доводы ничем не подтверждены. Как пояснил ответчик, данная квартира находилась в плохом состоянии, требовала ремонта и не могла стоить так дорого.
При таких установленных по данному делу конкретных обстоятельствах и представленных суду апелляционной инстанции дополнительных доказательствах, судебная коллегия приходит к выводу, что расписка от 15 декабря 2016 года о получении в долг 3 500 000 рублей была написана ответчиком в результате обмана со стороны истца, при этом Ахмеджанова А.Р. написала указанную расписку фактически с целью гарантировать заключение в будущем с истцом договора купли-продажи квартиры N <адрес> от 20 апреля 2017 года.
При этом фактическая передача истцом денежных средств ответчику не производилась, надлежащих доказательств этого суду не представлено и при рассмотрении дела не установлено, а доводы истца в данной части своего подтверждения не нашли.
С учетом изложенного, оснований для взыскания с Ахмеджановой А.Р. вышеназванного долга по договору займа и процентов не имеется.
Поскольку исковые требования истца являются необоснованными, в соответствии со ст. 98 ГПК РФ расходы на уплату государственной пошлины взысканию с ответчика также не подлежат.
С учетом изложенного решение суда вынесено с существенным нарушением норм процессуального и материального права, а также с неправильным определением имеющих значение для дела обстоятельств, в связи с чем его нельзя признать законным и обоснованным и на основании ч. 1 ст. 330 ГПК РФ такое решение подлежит отмене, а в удовлетворении исковых требований Казарбина Н.В. к Ахмеджановой А.Р. о взыскании долга по договору займа и процентов необходимо отказать.
Руководствуясь ст. ст. 327.1-330 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Елизовского районного суда Камчатского края от 3июля 2018 года отменить.
В удовлетворении исковых требований Казарбина Н.В. к Ахмеджановой А.Р. о взыскании долга по договору займа в размере 3500000рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 338308руб. 37коп., судебных расходов - отказать.
Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу.
Председательствующий
Судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
