Дата принятия: 29 сентября 2020г.
Номер документа: 33-2513/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ПЕНЗЕНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 29 сентября 2020 года Дело N 33-2513/2020
29 сентября 2020 г. судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда в составе:
председательствующего Терехиной Л.В.
судей Мисюра Е.В., Мягковой С.Н.
при помощнике С.А.
заслушала в открытом судебном заседании по докладу судьи Терехиной Л.В. дело по иску Калякина Ю.И. к Афанасьевой Л.А., Ивахину В.Г., Соломадину А.И. о признании договора купли-продажи части жилого дома и доли земельного участка недействительным, по апелляционной жалобе представителя истца Калякина Ю.И.- Баканова М.Е. на решение Железнодорожного районного суда г. Пензы от 26 декабря 2019 г., которым постановлено:
В удовлетворении исковых требований Калякина Ю.И. к Афанасьевой Л.А., Ивахину В.Г., Соломадину А.И. о признании недействительным договора купли-продажи части жилого дома, общей площадью 76,6 кв.м., этаж 1,2, кадастровый N, расположенного по адресу: <адрес> 1/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером N, расположенного по вышеуказанному адресу, заключенного между Афанасьевой Л.А. и Ивахиным В.Г. 18.12.2012; договора купли-продажи части жилого дома, общей площадью 76,6 кв.м., этаж 1,2, кадастровый N, расположенного по адресу: <адрес> и 1/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером N, расположенного по вышеуказанному адресу, заключенного между Ивахиным В.Г. и Соломадиным А.И. 12.12.2017; прекращении права собственности Соломадина А.И. на часть жилого дома, общей площадью 76,6 кв.м., этаж 1,2, кадастровый N, расположенного по адресу: <адрес> 1/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером N, расположенного по вышеуказанному адресу; признании права собственности на часть жилого дома, общей площадью 76,6 кв.м., этаж 1,2, кадастровый N, расположенного по адресу: <адрес> 1/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером N, расположенного по вышеуказанному адресу - отказать.
Проверив материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, судебная коллегия
установила:
Калякин Ю.И. обратился в суд с иском к Афанасьевой Л.А., Ивахину В.Г., Соломадину А.И., указав, что 21 января 2013 г. между ним, Калякиным Ю.И., и Афанасьевой Л.А., от имени которой на основании нотариально удостоверенной доверенности действовал Барашкин А.С., в обеспечение намерения заключить договор купли-продажи части жилого дома, состоящего из двух этажей общей площадью 76,6 кв. м. и 1/6 доли земельного участка общей площадью 774 кв. м., находящихся по адресу: <адрес>, был заключен предварительный договор купли-продажи. В соответствии с условиями заключенного предварительного договора (пункт 5) стоимость вышеуказанной части жилого дома и доли земельного участка, по согласованию сторон, составила 1 850 000 рублей. При подписании предварительного договора, в обеспечение и в доказательство своих намерений по дальнейшему заключению основного договора купли-продажи, он оплатил ответчику в качестве задатка денежную сумму в размере 150 000 рублей. 15 апреля 2013 г. он дополнительно передал Афанасьевой Л.А. в качестве задатка в счет платежей по предстоящему договору купли-продажи денежную сумму в размере 400 000 рублей. 18 мая 2013 г. между сторонами предварительного договора купли-продажи было заключено дополнительное соглашение N 1, в соответствии с п. 1 которого стороны договорились изложить п. 2 предварительного договора в следующей редакции: "договор купли-продажи части жилого дома и доли земельного участка, указанных в пункте 1 настоящего договора, стороны обязуются заключить в срок, не позднее 15 сентября 2018 г.". 10 июня 2013 г. он дополнительно передал Афанасьевой Л.А. в качестве задатка в счет платежей по предстоящему договору купли-продажи денежную сумму в размере 1 300 000 рублей. Вместе с тем, поскольку условия предварительного договора купли-продажи в редакции, изложенной в дополнительном соглашении N 1, в части заключения основного договора купли-продажи части жилого дома и 1/6 доли земельного участка сторонами не были исполнены, а денежная сумма в размере 1 850 000 рублей, переданная в качестве задатка в счет платежей по предстоящему договору купли-продажи, не возвращена, он обратился в Октябрьский районный суд г. Пензы с иском к Афанасьевой Л.А. о взыскании денежных средств. В процессе рассмотрения вышеуказанного гражданского дела ему стало известно, что 18 декабря 2012 г. между Афанасьевой Л.А. в лице представителя Барашкина А.С., действующего по нотариальной доверенности, и Ивахиным В.Г. состоялась сделка по купле-продаже вышеуказанной спорной недвижимости (части жилого дома, общей площадью 76,6 кв. м. этаж 1, 2, кадастровый N, расположенного по адресу: <адрес>, и 1/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером N, расположенного по этому же адресу. На основании данного договора 24 декабря 2012 г. покупатель Ивахин В.Г. зарегистрировал свое право собственности на вышеуказанную недвижимость. 12 декабря 2017 г. между Ивахиным В.Г. и Соломадиным А.И. был заключен договор купли-продажи, по условиям которого Соломадин А.И. приобрел в собственность часть жилого дома общей площадью 76,6 кв. м., этаж 1, 2, кадастровый N, расположенного по адресу: <адрес>, и 1/6 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером N, расположенный по адресу: <адрес>. Право собственности Соломадина А.И. на указанное недвижимое имущество зарегистрировано в Управлении Росреестра по Пензенской области 2 февраля 2018 г. Истец считал вышеуказанные сделки по отчуждению спорного имущества, совершенные между Афанасьевой Л.А. и Ивахиным В.Г., а также между Ивахиным В.Г. и Соломадиным А.И., мнимыми, совершенными без каких-либо правовых последствий, так как все участники сделки на момент их совершения являлись родственниками (Афанасьева Л.А. является тещей Соломадина А.И., а Соломадин А.И. является тестем Ивахина В.Г.); ответчики, совершая сделку 18 декабря 2012 г., преследовали цель избежать негативных последствий, связанных с возможными судебными претензиями администрации г. Пензы относительно спорной недвижимости, а впоследствии, заключенного с Афанасьевой Л.А. предварительного договора купли-продажи части жилого дома и земельного участка. При этом фактически при совершении вышеуказанных сделок стороны денежных средств друг другу не передавали, условия договора купли-продажи не исполняли.
На основании вышеизложенного, с учетом заявления в порядке ст. 39 ГПК РФ, просил признать недействительным договор купли-продажи части жилого дома, общей площадью 76,6 кв. м., этаж 1, 2, кадастровый N, расположенного по адресу: <адрес>, и 1/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером N, расположенного по этому же адресу, заключенный между Афанасьевой Л.А. и Ивахиным В.Г. 18 декабря 2012 г.; признать недействительным договор купли-продажи части жилого дома, общей площадью 76,6 кв. м., этаж 1, 2, кадастровый N, расположенного по адресу: <адрес>, и 1/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером N, расположенного по этому же адресу, заключенный между Ивахиным В.Г. и Соломадиным А.И. 12 декабря 2017 г.; прекратить право собственности Соломадина А.И. на указанные объекты недвижимости; признать право собственности на них за истцом.
Ответчики иск не признали.
Железнодорожный районный суд г. Пензы постановилвышеуказанное решение.
В апелляционной жалобе представитель истца Калякина Ю.И.- Баканов М.Е. просит решение суда отменить. Так, не согласен с выводом суда о том, что Калякин Ю.И. не представил доказательства отсутствия у ответчика Ивахина В.Г. намерений приобрести в собственность часть жилого дома и долю в праве собственности на земельный участок, расположенные по адресу <адрес>, сославшись на то, что договор купли-продажи указанных объектов недвижимого имущества, заключенный между Афанасьевой Л.А. и Ивахиным В.Г. не содержит признаков мнимой сделки, воля сторон при этом направлена на переход права собственности на спорное имущество, сделка по форме и содержанию соответствует требованиям закона. Указывает, что юридически значимым обстоятельством и подлежащим доказыванию является вопрос, был ли заключён указанный договор с намерением создания соответствующих правовых последствий. Однако, суд в нарушение требований ст. ст. 67, 195 ГПК РФ, ст. 170 ГК РФ не создал условия для установления указанного обстоятельства. В частности, в подтверждение своих доводов о том, что заключенный между сторонами договор купли-продажи объектов недвижимости от 18 декабря 2012 г. носил мнимый характер и деньги за проданное имущество Ивахиным В.Г. переданы не были, истцом в судебное заседание были представлены доказательства, которым суд не дал должной оценки. Напротив, ответчики Ивахин В.Г. и Афанасьева Л.А. не представили убедительных доказательств факта передачи денежных средств от Ивахина В.Г. Афанасьевой Л.А.; Ивахин В.Г. утверждал, что объекты проданы за 1 850 000 рублей, тогда как в договоре цена указанных объектов значится 300 000 рублей, но и передача данной суммы ответчиками не подтверждена; не доказан и не подтверждён факт передачи Афанасьевой Л.А. ключей Ивахину В.Г., а последним - не представлены доказательства несения расходов по содержанию спорного имущества. Считает также, что, разрешая заявленные требования, суд не дал оценки и доводам истца о том, что фактически передача имущества Афанасьевой Л.А. Ивахину В.Г. не состоялась. По мнению истца, поскольку ни одно из указанных в ст. 454 ГК РФ последствий не наступило, договор купли-продажи от 18 декабря 2012 г. является мнимым. Данные доводы Калякина Ю.И. подтверждают показания свидетелей Кузнецовой И.Г., Мишакина В.В., дело правоустанавливающих документов на указанный объект недвижимости. Суд также, по мнению автора жалобы, не дал оценку тому обстоятельству, что оспариваемый договор был заключен на крайне невыгодных для продавца условиях. Является несостоятельным, противоречащим закону, вывод суда об отсутствии оснований для возникновения права собственности у Калякина Ю.И. на спорный объект недвижимости, о пропуске срока исковой давности.
В возражениях на апелляционную жалобу представитель Соломадина А.И. Заливнова О.Д. просит оставить её без удовлетворения, как не содержащую оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель Соломадина А.И. Заливнова О.Д. доводы возражений на апелляционную жалобу поддержала.
Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание судебной коллегии не явились, извещены о времени и месте надлежащим образом, об отложении рассмотрения дела ходатайств в апелляционную инстанцию не представили. При указанных обстоятельствах, учитывая положения ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Поверив материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на апелляционную жалобу, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.
Судом установлено и следует из материалов дела, что на основании договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 11 июля 2012 г., дата регистрации 6 августа 2012 г, N, кадастрового паспорта здания, сооружения, объекта незавершенного строительства от 30 августа 2012 г., выданного Филиалом федерального государственного бюджетного учреждения "Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии" по Пензенской области, Афанасьевой Л.А. принадлежала на праве собственности часть жилого дома, назначение: жилое, общая площадь 76,6 кв. м., этаж 1, 2 номера на поэтажном плане 1 этаж: 3; 2 этаж: 9, по адресу: <адрес>, и земельный участок с кадастровым номером 58:29:2003004:322, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: блокированные жилые дома, общей площадью 774 кв. м., расположенный по адресу: <адрес>.
22 августа 2012 г. Афанасьевой Л.А. была выдана доверенность N на имя Барашкина А.С. с правом быть ее представителем во всех компетентных органах, в том числе, с правом зарегистрировать ее права на строения и земельный участок, находящиеся по адресу: <адрес>, а также с правом продать за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащие ей строения и земельный участок, находящиеся по данному адресу, для чего Барашкину А.С. было предоставлено право, в том числе, заключения предварительного договора, договора задатка, заключать договор купли-продажи, подписать акт приемки - передачи, получить следуемые деньги, зарегистрировать переход право собственности и др. Данная доверенность нотариально удостоверена нотариусом г. Пензы Кочегиной В.В. и зарегистрирована в реестре за N 4Д - 1854.
18 декабря 2012 г. Барашкин А.С., действующий от имени Афанасьевой Л.А. по вышеуказанной доверенности от 22 августа 2012 г., заключил с Ивахиным В.Г. договор купли-продажи спорных части жилого дома и земельного участка.
Стоимость вышеуказанных объектов согласно п. 3 Договора была определена по соглашению сторон в сумме 300 000 рублей: часть жилого дома - 150 000 рублей, 1/6 доля в праве общей долевой собственности на земельный участок - 150 000 рублей. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора (п.4). При этом, указанная часть жилого дома и 1/6 доляв праве общей долевой собственности на земельный участок передается без подписания передаточного акта и считается переданной покупателю с момента подписания настоящего договора в соответствии со ст. 556 ГК РФ. Право собственности покупателя зарегистрировано в установленном законом порядке.
Несмотря на совершение указанной сделки, 21 января 2013 г. между Афанасьевой Л.А., от имени которой на основании нотариально удостоверенной 22 августа 2012 г. доверенности действовал Барашкин А.С., и Калякиным Ю.И. был заключен предварительный договор купли-продажи части жилого дома и доли земельного участка.
В соответствии с условиями заключенного предварительного договора стоимость части жилого дома и 1/6 доли земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, по согласованию сторон, составила 1 850 000 рублей. При подписании предварительного договора, в обеспечение и доказательство своих намерений по дальнейшему заключению основного договора купли-продажи, покупатель уплачивает продавцу за счет собственных средств в качестве задатка в счет платежей по предстоящему договору купли-продажи, денежную сумму в размере 150 000 рублей. Оставшаяся сумма в размере 1 700 000 рублей оплачивается наличными средствами до подписания основного договора купли-продажи (п. 5 Предварительного договора).
Барашкин А.С., действующий от имени Афанасьевой Л.А., денежные средства в размере 150 000 рублей и 400 000 рублей от Калякина Ю.И. по предварительному договору купли-продажи жилого дома и доли земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, получил 21 января 2013 г. и 15 апреля 2013 г. соответственно, что подтверждается расписками.
18 мая 2013 г. между сторонами предварительного договора купли-продажи было заключено дополнительное соглашение N 1, в соответствии с п. 1 которого стороны договорились изложить п. 2 предварительного договора в следующей редакции: "договор купли-продажи части жилого дома и доли земельного участка, указанных в пункте 1 настоящего договора, стороны обязуются заключить в срок, не позднее 15 сентября 2018 года".
10 июня 2013 г. Калякин Ю.И. дополнительно передал Афанасьевой Л.А., от имени которой действовал Барашкин А.С., по предварительному договору купли-продажи жилого дома и доли земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, от 21 января 2013 г., денежную сумму в размере 1 300 000 рублей.
Условия предварительного договора купли-продажи в редакции, изложенной в дополнительном соглашении N 1, в части заключения основного договора купли-продажи части жилого дома и 1/6 доли земельного участка в срок, указанный в дополнительном соглашении, сторонами не были исполнены, денежная сумма в размере 1 850 000 рублей, переданная в счет платежей по предстоящему договору купли-продажи, Калякину Ю.И. не возвращена.
Из материалов настоящего дела, а также дела правоустанавливающих документов на объекты, расположенные по адресу: обл. Пензенская, <адрес>, следует, что 12 декабря 2017 г. между Ивахиным В.Г. и Соломадиным А.И. был заключен договор купли-продажи этих объектов недвижимого имущества, в соответствии с п. 3 которого часть жилого дома свободна от проживания и регистрации продавца и третьих лица. Согласно п. 4 Договора указанная в п. 1 настоящего договора часть жилого дома продается за 2 199 000 рублей, 1/6 доля в праве общей собственности на земельный участок, указанный в п. 1 настоящего договора продается за 51 000 рублей. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания настоящего договора. Указанные объекты считаются переданными с момента подписания настоящего договора, настоящий пункт (п. 5) имеет силу передаточного акта. Право собственности Соломадина А.И. зарегистрировано в установленном законом порядке.
В силу ст. 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав является признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, а также применение последствий недействительности ничтожной сделки.
Положениями ст. 166 ГК РФ (в редакции на день заключения договора купли-продажи от 18 декабря 2012 г.) определено, что сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.
Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.
Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (ст. 168 ГК РФ).
В соответствии со статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.
Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 17 ГК РФ.
Суд правильно указал, что, исходя из смысла приведенной нормы материального права, мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Поэтому, обращаясь в суд с иском о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 170 ГК РФ, истец должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно была не исполнена. Сделки, которые являются мнимыми, совершаются лишь для того, чтобы создать ложное представление об их заключении у третьих лиц, тогда как в действительности стороны не намерены ничего изменять в своем правовом положении. При доказывании в суде мнимости спорной сделки истцу необходимо доказать, что при совершении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. При этом из определения мнимой сделки, данного в ст. 170 ГК РФ, следует, что в результате ее заключения не происходит никакой фактической передачи имущества, прав или обязанностей, а сделка совершается лишь для вида.
Таким образом, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Разрешая по существу заявленные требования о признании договоров купли-продажи недействительными и отказывая Калякину Ю.И. в их удовлетворении, суд первой инстанции, руководствуясь вышеприведенными нормами права, обоснованно исходил из того, что указанные истцом обстоятельства совершения сделок не могут быть признаны достаточными для признания их недействительными по мотиву мнимости, поскольку, как договор купли-продажи недвижимого имущества заключенный между Афанасьевой Л.А. и Ивахиным В.Г., так и договор, заключенный между Ивахиным В.Г. и Соломадиным А.И., не содержат признаков мнимости сделки, стороны предусмотрели реальные последствия сделки и осуществили их, воля сторон была направлена на переход права собственности на спорное имущество, сделки по форме и содержанию соответствуют закону, доказательств, свидетельствующих о недействительности договоров, стороной истца не представлено.
Как правильно указал суд, сторонами спорных договоров совершены все необходимые действия, направленные на создание соответствующих договору правовых последствий, истцом же напротив, не представлено доказательств того, что стороны сделки действовали исключительно с целью создания видимости сделки.
Поскольку правовые последствия совершенной сделки в полной мере соответствуют волеизъявлению сторон при ее совершении (государственная регистрация объектов недвижимости, вложение денежных средств в её приобретение Ивахиным В.Г. в качестве инвестиций, передача ключей от продавца покупателю, раздел имущества при разводе между Ивахиным В.Г. и Ивахиной А.А.), суд первой инстанции оценив представленные сторонами доказательства с позиций ст. ст. 55, 67, 71 ГПК РФ, правильно не установил признаков мнимости оспариваемой сделки. При этом суд исходил из свободы заключенных договоров, а также из того, что сторонами были совершены необходимые действия, направленные на создание соответствующих правовых последствий, связанных с переходом права, в отсутствие доказательств, свидетельствующих о порочности воли сторон.
Является верным, по мнению судебной коллегии, и вывод суда о том, что предварительный договор купли-продажи не является основанием для возникновения права собственности на спорное имущество.
В соответствии со ст. 429 ГК РФ по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.
Обязательства, предусмотренные предварительным договором, прекращаются, если до окончания срока, в который стороны должны заключить основной договор, он не будет заключен либо одна из сторон не направит другой стороне предложение заключить этот договор (ч. 6 ст. 429 ГК РФ).
Как предусмотрено в ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права.
Как установлено районным судом, при заключении предварительного договора купли-продажи земельного участка и жилого дома от 21 января 2013 г. сторонами был согласован срок, в который должен был быть заключен основной договор купли-продажи - до 15 сентября 2018 г. В указанный срок основной договор купли-продажи заключен не был. Более того, в указанный срок ни одна из сторон действий, направленных на заключение основного договора, не совершила, в силу чего после 15 сентября 2018 г. обязательство по предварительному договору от 21 января 2013 г. прекращено.
Разрешая заявленные исковые требования о признании за истцом права собственности на спорный объект, районный суд не нашел оснований для их удовлетворения, указав, что предварительный договор не может являться сделкой по отчуждению имущества, так как представляет собой соглашение о заключении основного договора по отчуждению имущества в будущем.
Предварительный договор может порождать лишь обязательственные отношения между его участниками и не способен повлечь возникновение у того или иного лица вещных прав, в том числе, права собственности.
Невыполнение сторонами условий предварительного договора также не является основанием для признания права собственности, тем более по истечении срока, установленного для заключения основного договора, а также законом не предусмотрено такое последствие нарушения обязанности по заключению основного договора как признание права собственности на имущество, которое должно было бы быть предметом незаключенного основного договора. Действующим законодательством, а именно ч. 5 ст. 429, п. 4 ст. 445 ГК РФ, предусмотрена возможность понуждения контрагента, заключившего предварительный договор, к заключению основного соглашения, однако истец данные требования в судебном порядке не заявлял.
Кроме того, на момент заключения предварительного договора право собственности на спорные объекты у Афанасьевой Л.А. отсутствовало, поскольку данные объекты были отчуждены на основании договора купли-продажи с Ивахиным В.Г. от 18 декабря 2012 г.
Несостоятелен и довод представителя истца о необоснованности применения судом первой инстанции срока исковой давности, как основанный на неверном толковании норм материального права.
В силу п. п. 1, 2 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.
Согласно п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
Таким образом, согласно указанным положениям начало течения срока исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки, равно как и по требованию о признании сделки недействительной в силу ничтожности, обусловлено началом исполнения такой сделки.
Согласно п. 101 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).
Течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.
Пунктом 57 Постановления Пленума Верховного суда РФ, Пленума ВАС РФ от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" предусмотрено, что течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП.
Поскольку законом не установлено иное, к искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, применяется общий срок исковой давности, предусмотренный ст. 196 ГК РФ.
В соответствии со ст. 181 ГК РФ в редакции, действовавшей на дату заключения договора купли-продажи недвижимого имущества между Афанасьевой Л.А. и Ивахиным В.Г. от 18 декабря 2012 г., срок исковой давности по требованию о признании недействительной ничтожной сделки составляет три года.
Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.
Началом исполнения оспариваемого договора, заключенного 18 декабря 2012 г., следует считать дату, когда одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая к принятию такого исполнения.
С учетом положений п. 8 оспариваемого договора, в соответствии с которым указанная часть жилого дома и 1/6 доля в праве общей долевой собственности на земельный участок передается без подписания передаточного акта и считается переданной покупателю с момента подписания настоящего договора в соответствии со ст. 556 ГК РФ, исполнение сделки (то есть передача объектов) началось 18 декабря 2012 г. Право собственности Ивахина В.Г. зарегистрировано в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним 24.12.2012, то есть сделка была полностью исполнена 24 декабря 2012 г.
Поскольку исковое заявление подано в Железнодорожный районный суд г. Пензы 29 мая 2019 г., суд верно посчитал, что трехгодичный срок исковой давности истцом пропущен.
Кроме того, на момент заключения предварительного договора купли-продажи 21 января 2013 г., Калякин Ю.И. мог и должен был узнать о соответствующей записи в ЕГРН о том, что Афанасьева Л.А. собственником спорного имущества не является. Действуя разумно, добросовестно, при должной осмотрительности, он имел возможность дополнительно проверить юридическую судьбу имущества, информация о которой, как было указано выше, является общедоступной. При наличии обстоятельств, вызывающих сомнение в праве собственности продавца (предложение заключить предварительный, а не основной договор купли-продажи; заключение договора и совершение всех юридически значимых действий через представителя, а не собственника недвижимого имущества; необоснованно увеличенный срок для заключения основного договора - с 01 мая 2013 г. до 18 сентября 2018 г.), не могли не вызвать и должны были вызвать у приобретателя имущества сомнения в отношении права продавца отчуждать данное имущество.
Ссылку представителя истца на положения абз. 5 ст. 208 ГК РФ, согласно которому исковая давность не распространяется на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, которые не связаны с лишением владельца, суд обоснованно не принял во внимание и отклонил.
Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" исковая давность не распространяется на требования, прямо предусмотренные статьей 208 ГК РФ.
В данном случае, заявленные истцом требования о признании права собственности на спорное имущество, являются производными от требований о признании ничтожных сделок недействительными. Поскольку требования истца о признании ничтожных сделок недействительными удовлетворению не подлежат, нет оснований и для удовлетворения требований истца о признании права собственности на спорное имущество, в том числе и с учетом положений абз. 5 ст. 208 ГК РФ.
Таким образом, суд правильно пришел к выводу об истечении срока исковой давности, что явилось самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Доводы апелляционной жалобы не могут быть приняты судебной коллегией во внимание, поскольку они основаны на неправильном толковании норм материального права, касаются обстоятельств, установленных судом в ходе рассмотрения дела, которые были предметом подробного изучения суда первой инстанции, и фактически направлены на переоценку представленных в материалы дела доказательств и выводов суда первой инстанции.
Судебная коллегия полагает, что обстоятельства, имеющие значение для дела, судом установлены правильно, представленные сторонами доказательства надлежаще оценены, спор разрешен в соответствии с материальным и процессуальным законом, в связи с чем решение суда является законным, обоснованным и отмене не подлежит.
Руководствуясь ст.ст.328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Железнодорожного районного суда г. Пензы от 26 декабря 2019 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу Калякина Ю.И. - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
