Дата принятия: 25 мая 2020г.
Номер документа: 33-2482/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ИРКУТСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 25 мая 2020 года Дело N 33-2482/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:
судьи-председательствующего Сальниковой Н.А.,
судей Коваленко В.В., Жигаева А.Г.,
при секретаре Арефьевой Е.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-2220/2019 по иску Константинов Д.В. к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Иркутский областной психоневрологический диспансер" о взыскании недоначисленной заработной платы, компенсации морального вреда
по апелляционной жалобе областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения "Иркутский областной психоневрологический диспансер" на решение Усть-Илимского городского суда Иркутской области от 7 ноября 2019 года,
установила:
Константинов Д.В. обратился в суд с иском к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Иркутский областной психоневрологический диспансер" (далее ОГБУЗ "Иркутский ОПНД") в обоснование которого указал, что работает в учреждении на должности врача психиатра-нарколога с 08.10.2015 с тарифной ставкой 10000 руб. ежемесячно.
С 14.01.2019 по 30.06.2019 исполнял обязанности заведующего наркологическим отделением (тарифная ставка 11 000 руб.) ежемесячно, при этом оформлено совмещение профессий по должности: врач психиатр-нарколог с доплатой 100% от тарифной ставки 10000 руб. и по должности врач судебно-психиатрический эксперт с доплатой 100% от тарифной ставки 10000 руб. Кроме того, он трудоустроен по внутреннему совместительству на 1 ставку на должность врача психиатра-нарколога с целью дежурства в стационарном отделении, с тарифной ставкой 10000 руб. Дополнительно, с 20.05.2019 по 31.05.2019 замещал отсутствующего сотрудника с доплатой 70% от тарифной ставки 10000 руб.
С 07.05.2019 ОГБУЗ "Усть-Илимский ОПНД" реорганизовано путем присоединения к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Иркутский областной психоневрологический диспансер" (далее - ОГБУЗ "ИОПНД").
Полагал, что в период с мая по август 2019 года работодателем начисление заработной платы производилось с нарушением условий трудового договора и норм трудового законодательства, работа по внутреннему совместительству в ночные и праздничные часы оплачена не в полном объеме, также не произведена оплата сверхурочных часов за указанный период. Согласно составленного им расчета задолженность ответчика за указанный период составила 76190,81 руб.
Истец Константинов Д.В. просил суд признать действия ответчика ОГБУЗ "ИОПНД" по одностороннему внесению изменений в трудовой договор незаконными, взыскать указанную сумму задолженности по заработной плате, а также компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.
Решением Усть-Илимского городского суда Иркутской области от 07.11.2019 исковые требования Константинова Д.В. удовлетворены частично.
В пользу Константинова Д.В. с ОГБУЗ "ИОПНД" (Иркутского областного психоневрологического диспансера) взыскана недоначисленная заработная плата в размере 56 659,15 руб. с правом работодателя на удержание с указанной суммы обязательных налоговых платежей, в счет компенсации морального вреда - 2 000 руб.; в бюджет города Усть-Кут с ОГБУЗ "ИОПНД" взыскана государственная пошлина в размере 2199,77 руб.
В удовлетворении исковых требований в большем размере отказано.
В апелляционной жалобе представитель ОГБУЗ Иркутский областной психоневрологический диспансер просит решение суда отменить по мотиву нарушения норм материального, процессуального права. В обоснование доводов к отмене решения представитель указал, на несогласие с выводом суда в части определения размера недоначисленной заработной платы с учетом предоставленного расчета. Считает, что истцу согласно табелям учета рабочего времени производилось начисление заработной платы и выплата исходя из общего количества проработанных часов (в том числе сверхурочных). При этом из расчета суда следует, что работодатель оплачивал только часть отработанных истцом часов, которые включали в себя только заработную плату за норму часов по совместительству, в том числе ночные часы в размере 50% с учетом п. 7.7. Коллективного Договора ОГБУЗ "ИОПНД". Между тем, в судебном заседании 07.11.2019 ответчиком заявлялись устные ходатайства об отложении судебного заседания в связи с необходимостью составления контррасчета, поскольку копии документов истца, содержащие расчет исковых требований, были предоставлены в нечитаемом виде. Однако указанные ходатайства были отклонены судом.
Полагает, что судебное заседание 07.11.2019, проведенное с использованием видеоконференцсвязи, не позволило ответчику представить суду письменные объяснения, дополнения, контррасчеты и иные письменные доказательства.
Письменных возражений на апелляционную жалобу не поступило.
Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания суда апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, о чем свидетельствуют почтовые уведомления, смс-сообщения, отчеты об отслеживании почтовых отправлений, в заседание судебной коллегии не явились, не просили об отложении дела, о наличии уважительных причин неявки не уведомили. Судебная коллегия в соответствии с ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Заслушав доклад судьи Иркутского областного суда Сальниковой Н.А., изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда по правилам ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия не находит оснований для его отмены и удовлетворения апелляционной жалобы.
В соответствии с абзацем 5 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы.
Данному праву работника в силу абзаца 7 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки и соблюдать трудовое законодательство, локальные нормативные акты, условия коллективного договора и трудового договора.
В соответствии с ч. 1 ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работника определена как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в особых климатических условиях на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты) и дает понятия тарифной ставки, оклада (должностного оклада), базового оклада (базового должностного оклада), базовой ставки заработной платы.
В соответствие с требованием ст. 97 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель имеет право в порядке, установленном ТК РФ, привлекать работника к работе за пределами продолжительности рабочего времени, установленной для данного работника в соответствии с ТК РФ, а также коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором: для сверхурочной работы; если работник работает на условиях ненормированного рабочего дня.
В соответствии с ч. 1 ст. 99 Трудового кодекса Российской Федерации сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.
Возможность привлечения работодателем работника к сверхурочным работам реализуется только с письменного согласия работника за исключением указанных в ст. 99 ТК РФ случаев. При этом продолжительность сверхурочной работы не должна превышать для каждого работника 4 часов в течение двух дней подряд и 120 часов в год. Работодатель обязан обеспечить точный учет продолжительности сверхурочной работы каждого работника.
В соответствии со ст. 100 Трудового кодекса Российской Федерации режим рабочего времени устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.
В соответствии со ст. 103 Трудового кодекса Российской Федерации сменная работа - работа в две, три или четыре смены - вводится в тех случаях, когда длительность производственного процесса превышает допустимую продолжительность ежедневной работы, а также в целях более эффективного использования оборудования, увеличения объема выпускаемой продукции или оказываемых услуг. При сменной работе каждая группа работников должна производить работу в течение установленной продолжительности рабочего времени в соответствии с графиком сменности.
В соответствии с частью 3 статьи 104 Трудового кодекса Российской Федерации, нормальное число рабочих часов за учетный период определяется исходя из установленной для данной категории работников еженедельной продолжительности рабочего времени.
Согласно ст. 149 Трудового кодекса Российской Федерации при выполнении работ в условиях, отклоняющихся от нормальных (при выполнении работ различной квалификации, совмещении профессий (должностей), сверхурочной работе, работе в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни и при выполнении работ в других условиях, отклоняющихся от нормальных), работнику производятся соответствующие выплаты, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Размеры выплат, установленные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором, не могут быть ниже установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.
В соответствии со ст. 152 Трудового кодекса Российской Федерации сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за сверхурочную работу могут определяться коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. По желанию работника сверхурочная работа вместо повышенной оплаты может компенсироваться предоставлением дополнительного времени отдыха, но не менее времени, отработанного сверхурочно.
В соответствии с положениями ст. 153 Трудового кодекса Российской Федерации работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за работу в выходной или нерабочий праздничный день могут устанавливаться коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников, трудовым договором.
Оплата в повышенном размере производится всем работникам за часы, фактически отработанные в выходной или нерабочий праздничный день. Если на выходной или нерабочий праздничный день приходится часть рабочего дня (смены), в повышенном размере оплачиваются часы, фактически отработанные в выходной или нерабочий праздничный день (от 0 часов до 24 часов).
В соответствии с частью 3 статьи 152 Трудового кодекса Российской Федерации, работа, произведенная сверх нормы рабочего времени в выходные и нерабочие праздничные дни и оплаченная в повышенном размере либо компенсированная предоставлением другого дня отдыха в соответствии со ст. 153 настоящего Кодекса, не учитывается при определении продолжительности сверхурочной работы, подлежащей оплате в повышенном размере в соответствии с частью первой настоящей статьи.
Согласно ст. 154 Трудового кодекса Российской Федерации каждый час работы в ночное время оплачивается в повышенном размере по сравнению с работой в нормальных условиях, но не ниже размеров, установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.
Минимальные размеры повышения оплаты труда за работу в ночное время устанавливаются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.
Конкретные размеры повышения оплаты труда за работу в ночное время устанавливаются коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников, трудовым договором.
Постановлением Правительства РФ от 22.07.2008 N 554 "О минимальном размере повышения оплаты труда за работу в ночное время" установлено, что минимальный размер повышения оплаты труда за работу в ночное время (с 22 часов до 6 часов) составляет 20% часовой тарифной ставки (оклада (должностного оклада), рассчитанного за час работы) за каждый час работы в ночное время.
По общему правилу, установленному ст. 350 Трудового кодекса Российской Федерации для медицинских работников продолжительность рабочего времени не может быть более 39 часов в неделю. В зависимости от должности и (или) специальности продолжительность рабочего времени медицинских работников определяется Правительством Российской Федерации.
Согласно абзацам 1, 2 и 4 части 1 статьи 22 Закона РФ от 02.07.1992 N 3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" медицинские и иные работники, участвующие в оказании психиатрической помощи, имеют право на сокращенную продолжительность рабочего времени, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск за работу с вредными и (или) опасными условиями труда в соответствии с законодательством Российской Федерации. Продолжительность рабочего времени и ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска медицинских работников, участвующих в оказании психиатрической помощи, определяется Правительством Российской Федерации. При этом, если медицинским работникам данные гарантии и компенсации предоставляются в силу занимаемых должностей, то иным работникам, участвующим в оказании психиатрической помощи, - по результатам специальной оценки условий труда.
Согласно приложению N 1 к постановлению Правительства Российской Федерации от 14.02.2003 N 101 "О продолжительности рабочего времени медицинских работников в зависимости от занимаемой ими должности и (или) специальности" для врачей, в том числе врача - руководителя структурного подразделения, среднего и младшего медицинского персонала психиатрических (психоневрологических), нейрохирургических, наркологических лечебно-профилактических организаций, учреждений, отделений, палат и кабинетов, продолжительность рабочего времени составляет 36 часов в неделю.
В силу ч. 6 ст. 282 Трудового кодекса Российской Федерации особенности регулирования работы по совместительству для отдельных категорий работников (педагогических, медицинских и фармацевтических работников, работников культуры) помимо особенностей, установленных ТК РФ и иными федеральными законами, могут устанавливаться в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.
На основании Постановления Правительства РФ от 04.04.2003 N 197 "Об особенностях работы по совместительству педагогических, медицинских, фармацевтических работников и работников культуры" особенности работы по совместительству педагогических, медицинских, фармацевтических работников и работников культуры определяются Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации по согласованию с Министерством здравоохранения Российской Федерации, Министерством культуры Российской Федерации и Министерством образования и науки Российской Федерации и с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.
Согласно пп. "б" п. 1 Постановления Минтруда России от 30.06.2003 N 41 "Об особенностях работы по совместительству педагогических, медицинских, фармацевтических работников и работников культуры"
продолжительность работы по совместительству не должна превышать:
для медицинских и фармацевтических работников - половины месячной нормы рабочего времени, исчисленной из установленной продолжительности рабочей недели;
для медицинских и фармацевтических работников, у которых половина месячной нормы рабочего времени по основной работе составляет менее 16 часов в неделю, - 16 часов работы в неделю;
для врачей городов, районов и иных муниципальных образований, где имеется их недостаток, - месячной нормы рабочего времени, исчисленной из установленной продолжительности рабочей недели.
Таким образом, продолжительность рабочего времени врача психиатра-нарколога при работе по совместительству в течение месяца может составлять полную месячную норму (при 36-ти часовой рабочей неделе) при условии, если в соответствующем муниципальном образовании имеется недостаток во врачах данной специальности.
Согласно положений ст. 285 Трудового кодекса Российской Федерации оплата труда лиц, работающих по совместительству, производится пропорционально отработанному времени, в зависимости от выработки либо на других условиях, определенных трудовым договором.
Лицам, работающим по совместительству в районах, где установлены районные коэффициенты и надбавки к заработной плате, оплата труда производится с учетом этих коэффициентов и надбавок.
Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействиями работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Суд апелляционной инстанции установил, что Константинов Д.В. принят на работу в ОГБУЗ "Усть-Илимский ОПНД" с 08.10.2015 в качестве врача психиатра-нарколога на 1,0 ставку по основному месту работы, ему установлена пятидневная рабочая неделя, продолжительностью рабочего времени 36 часов, с распределением рабочего времени с понедельника по пятницу по 7,2 часа в день, время начала работы с 8-00 часов, тарифная ставка (оклад) 4470 руб., надбавка за работу в местности, приравненной к районам Крайнего Севера с 08.10.2016 - 10%, с 08.10.2017 - 20%, с 08.10.2018 - 30%, с 08.10.2019 - 40%, с 08.10.2020 - 50%, районный коэффициент в размере 60%, надбавка за непрерывный стаж в здравоохранении 30%, повышающий коэффициент по занимаемой должности в размере 0,34, доплата за вредные условия труда в размере 25%. Указанные обстоятельства подтверждаются трудовым договором N 118/15 от 08.10.2015 и эффективным контрактом N 05-17-в от 10.10.2017, (л.д. 224-228, 229-232 т.1), приказом о приеме на работу N 233 л/с от 08.10.2015 (л.д. 248 т.1).
Согласно уведомлению об изменении условий труда от 30.11.2018 должностной оклад истца, установленный указанными соглашениями, с 01.02.2019 увеличен до 10000 руб. (л.д. 5 т.2 ).
В соответствии с дополнительными соглашениями от 14.01.2019, 20.03.2019, 15.07.2019, 18.09.2019 к эффективному контракту N 05-17-в от 10.10.2017 (л.д. 240-244 т.1), Приказами работодателя от 11.01.2019 N 19л/с (л.д. 249 т.1),N 146 л/с от 23.05.2019 (л.д. 250 т.1), N 196 от 18.07.2019 (л.д. 1 т.2) Константинов Д.В., врач-психиатр-нарколог, временно с 14.01.2019 по 17.05.2019, с 21.05.2019 по 28.06.2019, с 15.07.2019 по 06.09.2019, а также с 18.09.2019 на период временной нетрудоспособности Зыкова В.А. переведен на должность заведующего отделением-врача психиатра-нарколога с размером тарифной ставки 11000 руб.
Кроме того, с 29.01.2016 Константинов Д.В. принят на работу врачом наркологом-психиатром в ОГБУЗ "Усть-Илимский ОПНД" на 0,5 ставки по внутреннему совместительству на период вакантной ставки на основании трудового договора N 09/16 от 01.02.2016 (л.д. 221-223 т.1). В соответствии с пунктом 4.1 указанного трудового договора истцу установлен сменный график работы, продолжительность рабочего времени 18 часов в неделю согласно графика сменности. Условия оплаты труда аналогичны условиям трудового договора N 118/15 от 08.10.2015 (л.д. 221-223 т.1).
Эффективным контрактом N 05-17/1-в от 10.10.2017 срок трудовых отношений по внутреннему совместительству изменен на неопределенный, а также установлена северная надбавка с 08.10.2016 - 10%, с 08.10.2017 - 20%, с 08.10.2018 - 30%, с 08.10.2019 - 40%, с 08.10.2020 - 50%. В соответствии с пунктом 19 эффективного контракта работнику установлена пятидневная рабочая неделя продолжительностью 18 часов с распределением рабочего времени с понедельника по пятницу по 3,6 час. в день, время начала работы в 8-00 часов (л.д. 233-238 т.1). В соответствии с дополнительным соглашением от 01.02.2019 к эффективному контракту N 05-17/1-в от 10.10.2017 (л.д. 79-80 т.1) приказом N 51 от 08.02.2019 (л.д. 246 т.1). Константинов Д.В. переведен на 1 ставку врача психиатра-нарколога по несению дежурств по внутреннему совместительству с тарифной ставкой (окладом) 10000,00 руб. с 01.02.2019 по 31.12.2019.
Согласно приказу N 244 л/с от 20.08.2019 с 01.08.2019 на основании личного заявления истец переведен на место врача психиатра-нарколога по внутреннему совместительству с 1,0 ставки на 0,75 ставки с тарифной ставкой (окладом) 10000 руб. (л.д. 247 т.1). В связи с этим условием 20.08.2019 сторонами заключено дополнительное соглашение к эффективному контракту N 05/17/1-в от 20.08.2019 (л.д. 239 т.1).
20.02.2019 Константинов Д.В. уведомлен работодателем о предстоящей реорганизации ОГБУЗ "Усть-Илимский ОПНД" в форме присоединения к ОГБУЗ "ИОПНД" (л.д. 6 т.2) в соответствии распоряжением правительства Иркутской области N 989-рп от 20.12.2018 (л.д. 133 т.2) и распоряжением министерства здравоохранения Иркутской области от 25.12.2018 года N 3098-мр (л.д. 134-139 т.2).
Из пояснений представителей ответчика, подтвержденных сведениями, в акте проверки N 38/12-7451-19-И от 23.08.2019, составленном государственным инспектором труда Иркутской области (л.д. 212-218 т.1), следует, что 07.05.2019 юридическое лицо ОГБУЗ "Усть-Илимский ОПНД" реорганизовано в форме присоединения к ОГБУЗ "ИОПНД".
Предметом данного спора явилась проверка обоснованности действий ответчика по начислению истцу заработной платы в период с мая по август 2019 года по трудовым отношениям, оформленным трудовым договором N 09/16 от 01.02.2016 и эффективным контрактом N 05-17/1-в от 10.10.2017, с учетом последующих дополнений и изменений, регулирующим трудовые отношения по внутреннему совместительству. Обоснованность начисления заработной платы по основному месту работы истец не оспаривал. Из пояснений сторон также следует, что задолженности по начисленным суммам у работодателя перед работником не имеется.
Константинов Д.В. полагал, что на протяжении указанного периода ответчиком производилось начисление заработной платы за работу по совместительству в ночное время суток, выходные и праздничные дни с нарушением ст. 153 ТК РФ, условий трудового договора и действующего Коллективного договора ОГБУЗ "Усть-Илимский ОПНД", кроме того, ответчиком не оплачена сверхурочная работа.
Проверяя доводы истца, суд принял во внимание следующие обстоятельства.
В подтверждение количества фактически отработанных часов в спорном периоде истцом представлены копии табелей учета рабочего времени, подписанных заведующим Усть-Илимским филиалом ОГБУЗ "ИОПНД" и специалистом по кадрам (л.д. 178-192 т.1). Указанные письменные доказательства оформлены в соответствии с требованиями ст. 71 ГПК РФ, содержащиеся в них сведения о фактически отработанном Константиновым Д.В. рабочем времени согласуются с другими письменными доказательствами, в частности с расчетными листами за период с мая по август 2019 (л.д. 9-13, 81-86 т.1). Табель учета рабочего времени за май был предметом исследования при осуществлении поверки, проведенной государственным инспектором труда Иркутской области в период с 29.07.2019 по 23.08.2019 по жалобе Константинова Д.В. (л.д. 142-145 т.2). Согласно выводов государственного инспектора труда (по правовым вопросам) у работника (истца) установлено 13,8 часов, отработанных в мае 2019 сверх нормы и не оплаченных работодателем. Соглашаясь с данным фактом, бухгалтерией ответчика произведено доначисление заработной платы за май 2019г., которая перечислена на счет истца в размере 3419 руб. платежным поручением N 1015675 от 02.10.2019 (л.д. 197 т.1).
Согласно объяснений свидетеля (данные изъяты) данных в судебном заседании, табели приняты бухгалтерией к оплате, все указанные часы оплачены.
Суд, принимая во внимание отсутствие каких-либо доказательств, свидетельствующих о подложности указанных табелей учета рабочего времени (как указано в отзыве по иску), указал на отсутствие оснований для их критической оценки и исключения из числа доказательств по делу.
Так, согласно табеля учета рабочего времени за май 2019, истец по внутреннему совместительству отработал 302,4 часа, в том числе 120 ночных часов и 180 праздничных и выходных (л.д. 180 т.1), при норме на ставку 128,6 часов.
В июне, согласно табеля учета использования рабочего времени (л.д. 185 т. 1 на обороте), истец отработал по внутреннему совместительству 288 часов, из них 120 - ночные, 128 - выходные и праздничные, при норме на ставку 135,8 часов.
Согласно табеля за июль 2019, истец отработал 239,2 часов, в том числе 98- ночных, 88 - работа в выходные дни (л.д. 187 т. 1 на обороте), при норме на ставку 165,6 часов.
В августе, согласно табеля учета рабочего времени (л.д. 185 т. 1 на обороте), истец отработал по внутреннему совместительству 280,8 часов, из них 120 - ночные, при норме на ставку 158,4 часов.
Расчетными листками подтверждается, что за работу по внутреннему совместительству ответчиком начислена заработная плата:
за 302,4 часа в мае, произведено начисление доплаты за работу в ночное время (120 часов) и работу в выходные и праздничные дни (32 часа) (л.д. 9,81 т.1);
за 288 часов в июне, произведено начисление доплаты за работу в ночное время (120 часов) и работу в выходные и праздничные дни (8 часов), кроме того, произведено доначисление заработной платы с учетом отработанных в мае 128 часов в праздничные и выходные дни (л.д. 10-11,82-83 т.1);
за 239,2 часов в июле, произведено начисление доплаты за работу в ночное время (98 часов), начисления за работу в выходные дни не производились (л.д. 12,84-85 т.1);
за 280,8 часов в августе, произведено начисление доплаты за работу в ночное время (120 часов) (л.д. 86 т.1).
Из пояснений представителей ответчика, показаний свидетеля (данные изъяты) а также анализа расчетных листков следует, что при расчете доплаты за работу в ночное время, исходя из размера 50% тарифной ставки (оклада), работодатель руководствовался пунктом 7.7 Коллективного договора ОГБУЗ "ИОПНД", принятого на период с 01.06.2017 по 01.06.2019, в соответствии с которым доплата за работу в ночное время в размере 100% тарифной ставки за каждый час установлена только подразделениям и категориям медицинских работников, оказывающих экстренную и неотложную помощь в ночное время, а конкретно врачам, среднему и младшему медицинскому персоналу Отделения неотложной наркологической помощи N 8, палата (блок) реанимации и интенсивной терапии (л.д. 140-157 т.1).
Вместе с тем, Константинов Д.В. уведомлен об изменениях трудового договора, касающихся размера оплаты труда, а именно, порядка начисления и выплаты заработной платы в соответствии с локально-нормативными правовыми актами ОГБУЗ "ИОПНД" (в том числе Положением об оплате труда работников ОГБУЗ "ИОПНД", являющимся приложением к Коллективному договору ОГБУЗ "ИОПНД") только 24.09.2019 (л.д. 87 т.1), соответственно подлежали применению к истцу не ранее, чем с 24.11.2019.
Поскольку пунктом 7.6 Коллективного договора ОГБУЗ "Усть-Илимский ОПНД" за работу в ночное время, для медицинских работников (врачей), занятых оказанием экстренной неотложной медицинской помощью, доплата составляет 100 % от должностного оклада за каждый час работы (л.д. 121 т.1), истец полагал, что отработанные ночные часы в спорный период неправомерно оплачены ответчиком в размере 50% от тарифной ставки (оклада).
Разрешая настоящий спор по существу и руководствуясь требованиями статей 21, 22, 129, статей 97, 99, 100, 103, 104, 149, 152-154 Трудового кодекса Российской Федерации, абз. 1, 2 и 4 части 1 статьи 22 Закона РФ от 02.07.1992 N 3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании", приложением N 1 к постановлению Правительства Российской Федерации от 14.02.2003 N 101 "О продолжительности рабочего времени медицинских работников в зависимости от занимаемой ими должности и (или) специальности", пп. "б" п. 1 Постановления Минтруда России от 30.06.2003 N 41 "Об особенностях работы по совместительству педагогических, медицинских, фармацевтических работников и работников культуры", проанализировав представленные доказательства, включая показания свидетелей, и установив, что при расчете заработной платы за работу в ночное время по договору о внутреннем совместительстве с момента окончания реорганизации ОГБУЗ "Усть-Илимский ОПНД" Коллективный договор указанного Учреждения, предусматривающий доплату за каждый час работы в ночное время для врачей, занятых оказанием экстренной и неотложной медицинской помощи, в размере 100% от часовой ставки должностного оклада, не подлежал применению; что доплата за работу в ночное время в количестве 24 часов, отработанных истцом в мае 2019 года должна составлять не менее 100% от часовой тарифной ставки за каждый час; оплата 96 ночных часов в повышенном размере, исходя из 50% от часовой тарифной ставки прав истца не нарушает, также как и оплата за работу в ночное время за июнь, июль и август 2019 с применением пункта 7.7 Коллективного договора ОГБУЗ "ИОПНД"; что оплата сверхурочных часов в спорном периоде ответчиком была произведена только за май в размере 13,8 часа в размере 3930 руб. (после удержания налога на доходы физических лиц в размере 511 руб. перечислено истцу 3419 руб.); оплата сверхурочных часов в июне в количестве 24,2 часа, в августе в количестве 122,4 часа ответчиком не произведена; что оплата за работу в выходные и праздничные дни, отработанные в июне, июле и августе в повышенном размере в соответствии со ст. 153 ТК РФ ответчиком также не производилась, суд первой инстанции пришёл к выводу об обоснованности требований истца о взыскании недоначисленной заработной платы за май 2019 года в размере 1151,81 руб., июнь 2019 года в размере 22 332,48 руб., июль 2019 года в размере 8952,21 руб., август 2019 года в размере 29 074,10 руб., исходя из приведенного расчета в таблице. Таким образом, с ответчика в пользу истца суд взыскал недоначисленную заработную плату за период с 01.05.2019 по 31.08.2019 в размере 61 510,60 руб. с правом удержания с указанной суммы обязательных налоговых платежей, а также компенсацию морального вреда в размере 2000 руб., с учётом требований разумности и соразмерности последствиям установленных нарушений прав истца.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку суд правильно определил юридически значимые обстоятельства, которые подтверждены исследованными доказательствами; нормы материального права при разрешении данного спора применил верно.
В связи с этим, доводы жалобы заявителя в лице ОГБУЗ Иркутский областной психоневрологический диспансер о несогласии с выводом суда в части определения размера недоначисленной заработной платы с учетом предоставленного расчета; что истцу согласно табелям учета рабочего времени производилось начисление заработной платы и выплата исходя из общего количества проработанных часов (в том числе сверхурочных), при этом из расчета суда следует, что работодатель оплачивал только часть отработанных истцом часов, которые включали в себя только заработную плату за норму часов по совместительству, в том числе ночные часы в размере 50% с учетом п. 7.7. Коллективного Договора ОГБУЗ "ИОПНД", судебная коллегия расценивает как не влияющие на законность и обоснованность судебного акта, направленные на иную оценку доказательств по делу в целях получения иного правового результата, что не является основанием к отмене судебного акта.
С учётом установленных по делу обстоятельств и приведённых расчётов, которые не были оспорены ответчиком в установленном законом порядке, судебная коллегия находит, что вывод суда о необходимости взыскания с ОГБУЗ "ИОПНД" в пользу Константинова Д.В. суммы недоначисленной заработной платы за работу в ночное время, выходные и праздничные дни, а также за сверхурочную работу за период с 01.05.2019 по 31.08.2019 в размере 61 510,60 руб. с правом работодателя на удержание обязательных налоговых платежей, денежной компенсации морального вреда в размере 2000 руб., не противоречит материалам дела и имеющимся в деле доказательствам, которым судом в решении дана надлежащая правовая оценка.
Ссылки заявителя жалобы на то, что в судебном заседании 07.11.2019 ответчиком заявлялись устные ходатайства об отложении судебного заседания в связи с необходимостью составления контррасчета, поскольку копии документов истца, содержащие расчет исковых требований, предоставлены в нечитаемом виде, однако указанные ходатайства были отклонены судом; что судебное заседание 07.11.2019, проведенное с использованием видеоконференц-связи, не позволило ответчику представить суду письменные объяснения, дополнения, контррасчеты и иные письменные доказательства, судебная коллегия находит необоснованными, противоречащими материалам дела. За время нахождения дела в производстве суда с 09.09.2019 по 11.11.2019 ответчик не воспользовался правом для представления своего расчета, приложив его только к апелляционной жалобе. Как следует из дела в определении о подготовке к судебному разбирательству от 11.09.2019, суд предложил ответчику представить свои расчеты, судебное заседание с участием сторон из подготовки от 30.09.2019 назначено на 23.10.2019 (л.д.51 т.1). Судебное заседание 23.09.2019 отложено по ходатайству ответчика (л.д.193 т.1). В судебном заседании представителем ответчика 07.11.2019 заявлено ходатайство об отложении дела для представления своего контрассчета. (л.дд.228 т.2). Разрешая ходатайство об отложении дела, суд обоснованно не нашел оснований для его удовлетворения.
Таким образом, на основании установленных по делу обстоятельств судом принято по существу верное правовое решение об удовлетворении исковых требований истца.
Все доводы апелляционной жалобы в целом содержат изложение обстоятельств, на которые ответчик ссылался в ходе рассмотрения дела, по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции и имели бы юридическое значение для вынесения иного судебного акта, влияли бы на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, основаны на неверном толковании норм права и направлены на переоценку установленных судом обстоятельств, в связи с чем, не могут являться основанием для отмены решения суда. Ссылок на новые факты, которые остались без внимания суда, в апелляционной жалобе не содержится.
Поскольку нарушений норм материального и процессуального права, которые, по смыслу ст. 330 ГПК РФ, могли бы служить основанием для отмены обжалуемого решения, не установлено, решение суда является законным и обоснованным и отмене не подлежит.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда
определила:
решение Усть-Илимского городского суда Иркутской области от 7 ноября 2019 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Судья - председательствующий
Н.А. Сальникова
Судьи
В.В. Коваленко А.Г. Жигаев
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
