Определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 17 ноября 2022 года Дело N 33-23528/2022

Санкт-Петербург 17 ноября 2022 года
Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:
председательствующего Бучневой О.И.,судей Луковицкой Т.А., Игнатьевой О.С.,при секретаре Тащян А.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-1379/2022 по апелляционной жалобе Кадацкого Евгения Юрьевича на решение Калининского районного суда Санкт-Петербурга от 16 мая 2022 года по иску Ветровой Дарьи Юрьевны к Кадацкому Евгению Юрьевичу о компенсации морального вреда,

заслушав доклад судьи Бучневой О.И., объяснения представителя ответчика Виноградовой Т.П.,

УСТАНОВИЛА:

Ветрова Д.Ю. обратилась в Калининский районный суд Санкт-Петербурга с иском к Кадацкому Е.Ю. о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 000 руб., ссылаясь на то, что в период с 19 августа 2015 года по 6 апреля 2019 года состояла с ним в зарегистрированном браке, имеют несовершеннолетнюю дочь <...>, с декабря 2018 года проживают раздельно.

29 июня 2019 года ответчик обратился к мировому судье судебного участка N 83 Красногвардейского района Санкт-Петербурга с заявлением о возбуждении уголовного дела частного обвинения в отношении истца, указывая, что 25 апреля 2019 года около 18-25 час. Ветрова Д.Ю., находясь в холле второго этажа ТЦ "Охта-Молл" по адресу: Санкт-Петербург, Брантовская дорога, д. 3, в присутствии малолетнего ребёнка <...>., преднамеренно нанесла ответчику 3 удара кулаком левой руки в область верхней части лица, задев правый глаз, причинила лёгкий вред здоровью последнего.

На протяжении девяти месяцев истец подвергалась со стороны ответчика незаконному уголовному преследованию.

29 апреля 2021 года приговором мирового судьи истец была оправдана в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за непричастностью к преступлению, не обжалован ответчиком, 12 мая 2021 года вступил в законную силу.

Незаконным уголовным преследованием истцу причинены нравственные страдания, связанные с переживаниями по поводу утраты доверия на работе со стороны сотрудников и партнёров по бизнесу, невозможностью в нормальном режиме осуществлять жизнедеятельность, переживаниями о том, что единственная несовершеннолетняя дочь может болезненно воспринять информацию, постоянно получаемую от отца, о том, что "её мама уголовница и скоро уедет от неё в тюрьму". Поскольку ответчик неоднократном разглашал информацию о нахождении истца в статусе обвиняемой по уголовному делу в детском дошкольном образовательном учреждении, остро переживала за отношение к несовершеннолетней дочери в детском саду, за утрату к ней доверия, как к матери, утратила нормальный сон в связи со стрессом.

В период судебного разбирательства по уголовному делу участвовала в конкурсе на занятие вакантной руководящей высокооплачиваемой должности в крупной организации, в связи с установлением службой безопасности сведений о возбуждении в отношении нее уголовного дела, получила отказ в занятии должности по внутреннему регламенту компании, что также стало дополнительным психотравмирующим фактором.

Ответчик против удовлетворения иска возражал, ссылаясь на то, что обращение с частным обвинением было необходимо для защиты его прав и охраняемых законом интересы, вина Кадацкого Е.Ю. в причинении вреда Ветровой Д.Ю. не доказана.

Решением суда от 16 мая 2022 года иск удовлетворен частично, с Кадацкого Е.Ю. в пользу Ветровой Д.Ю. взыскана компенсация морального вреда в размере 50 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины 300 руб.

Не согласившись с постановленным решением, ответчик представил апелляционную жалобу, в которой просит решение отменить, в иске отказать.

Стороны в судебное заседание не явились, о месте и времени извещены надлежащим образом (л.д. 132-135), представитель ответчика явился, доводы жалобы поддержал.

Судебная коллегия, исследовав материалы дела, представленные доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, выслушав объяснения представителя ответчика, приходит к следующему:

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу приговором мирового судьи судебного участка N 83 Санкт-Петербурга от 29 апреля 2021 года по уголовному делу N 1-3/2021-83 в отношении Ветровой Д.Ю., обвиняемой частным обвинителем Кадацким Е.Ю., Ветрова Д.Ю. оправдана в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за непричастностью к совершению преступления, в удовлетворении гражданского иска отказано (л.д. 23-31).

При вынесении приговора доводы частного обвинителя оценены в совокупности со всеми фактическими данными по делу, бесспорных, убедительных доказательств вины подсудимой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, а именно в причинении Кадацкому Е.Ю. телесных повреждений - травмы правого глазного яблока в виде гиперемии (покраснения) конъюнктивы и эрозии роговицы, свидетельствующих о причинении умышленного лёгкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, частным обвинителем не представлено, что не дало суду оснований для однозначного вывода о виновности подсудимой в совершении инкриминируемого ей деяния, причинно-следственная связь между действиями Ветровой Д.Ю. и появлением телесного повреждения у Кадацкого Е.Ю. не доказана.

Приговор не обжаловался ответчиком.

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции руководствовался ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, пришел к выводу о наличии законных оснований для взыскания с частного обвинителя компенсации морального вреда, причинённого необоснованным обвинением истца в совершении уголовно наказуемого деяния.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции не может согласиться по следующим основаниям:

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", действующего на период возникновения спорных правоотношений и вынесения решения суда, разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из разъяснений, данных в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", следует, что при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Применительно к делам частного обвинения, взыскание компенсации морального вреда в соответствии с положениями ст. 1100 ГК РФ возможно только в том случае, если суд установит, что обращение лица с заявлением в государственные органы и органы местного самоуправления не имело под собой никаких оснований и было продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (Постановление Конституционного Суда РФ от 17 октября 2011 года N 22-П, Определение Конституционного Суда РФ от 02 июля 2013 года N 1058-О).

Материалы дела не содержат доказательств наличия вины ответчика в причинении истцу нравственных страданий и причинной связи между действиями ответчика и претерпеванием истцом нравственных страданий.

Только лишь факт постановления в отношении истца оправдательного приговора по делу частного обвинения не может являться достаточным основанием для компенсации морального вреда, поскольку не доказано, что у ответчика имеется вина в причинении страданий истцу, что его обращение с заявлением имело намерение исключительно причинить страдания истцу.

Сам факт не установления судом при рассмотрении дела частного обвинения в действиях подсудимого состава преступления, не может служить основанием для возложения на частного обвинителя обязанности возместить оправданному компенсацию морального вреда, поскольку в данном случае со стороны частного обвинителя имела место реализация им конституционного права на обращение в органы, к компетенции которых относится рассмотрение подобного рода заявлений.

Ч. 1 ст. 133 УПК РФ установлено право на реабилитацию, которое включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

На основании п. 1 ч. 2 данной статьи право на реабилитацию, в том числе, право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.

Ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения (за исключением случаев, предусмотренных п. 2 ч. 1 и ч. 4 ст. 147 УПК РФ) возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются.Вместе с тем, лицо имеет право на реабилитацию в тех случаях, когда обвинительный приговор по делу частного обвинения отменен и уголовное дело прекращено по основаниям, указанным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ, в апелляционном, кассационном, надзорном порядке в связи с новыми или вновь открывшимися обстоятельствами либо судом апелляционной инстанции после отмены обвинительного приговора по делу постановлен оправдательный приговор.

Из разъяснений в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года N 42 "О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам" следует, что согласно ч. 9 ст. 132 УПК РФ при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по этому делу.

Судам следует иметь в виду, что неподтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании процессуальных издержек с частного обвинителя.

Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения.

Согласно ч. 2 ст. 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда:

вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности;

вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;

вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию;

в иных случаях, предусмотренных законом.

Однако положения данной статьи подлежат применению в системном толковании с положениями ст.ст. 151, 1064, 1070 и 1099 этого же Кодекса.

П. 1 ст. 1099 ГК РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 названного Кодекса.

Общие положения об ответственности за причинение морального вреда установлены ст. 151 ГК РФ, согласно которой, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Общие основания ответственности за причинение вреда установлены ст. 1064 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (п. 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2).

Таким образом, указанные выше положения устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе.

Специфика правовой природы дел частного обвинения, уголовное преследование по которым осуществляется частным обвинителем, ограничивает применение к ним положений главы 18 УПК РФ (о реабилитации). Вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение.

В названном выше Постановлении Конституционного Суда РФ N 22-П от 17 октября 2011 года также указано, что при оправдании подсудимого по делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному делу (ч. 9 ст. 132 УПК РФ). Взыскание в пользу реабилитированного расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. Возмещение же иного вреда за счет средств частного обвинителя главой 18 УПК РФ не предусматривается. Реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не меняет публично-правовой сущности уголовной ответственности и не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины (п. 5).

Аналогичная позиция изложена в Определении Конституционного Суда РФ от 28 мая 2009 года N 643-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина В. на нарушение его конституционных прав ч. 1 ст. 133 УПК РФ".

Приведенное Конституционным Судом РФ различие в установлении оснований ответственности в зависимости от субъекта причинителя вреда обусловлено спецификой деятельности правоохранительных органов, при которой возможно невиновное причинение вреда вследствие принятия незаконных решений, в частности, на основании субъективной оценки доказательств, которые, в свою очередь, могут являться следствием фальсификации или ошибки других лиц (экспертов, переводчиков, свидетелей и т.п.). Кроме того, такая особенность объясняется также участием в расследовании уголовных дел широкого круга должностных лиц, вследствие чего установить вину конкретного должностного лица не во всех случаях представляется возможным.

В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (ч.ч. 1, 3, 5 ст. 20 УПК РФ), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.

Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (ст. 33 Конституции РФ) и конституционного права каждого на судебную защиту (ч. 1 ст. 46 Конституции РФ).

При этом в отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (ч. 2 ст. 21 УПК РФ).

Учитывая указанное, при разрешении вопроса о вине частного обвинителя в причинении морального вреда следует исходить из того, что сам по себе факт вынесения в отношении подсудимого оправдательного приговора по делу частного обвинения не предрешает вопроса о вине частного обвинителя.