Определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 24 января 2023 года Дело N 33-2292/2023

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:
Председательствующего Аносовой Е.А.судей Козловой Н.И.Ковалевой Е.В.с участием прокурора Ермаковой Я.С.при секретаре Мелоян Л.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании 24 января 2023 гражданское дело N... по апелляционной жалобе Куликова А. А.овича, апелляционному представлению прокурора Невского района Санкт - Петербурга на решение Невского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> по иску Куликова А. А.овича к ООО "Жемчужная улыбка" о взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Аносовой Е.А., выслушав объяснения представителя истца Иванова А.А., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителей ответчика Попова Н.А., Пилюгиной В.В., полагавших решение суда, подлежащим оставлению без изменения, заключение прокурора, поддержавшего апелляционное представление, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, апелляционного представления, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Истец обратился в Невский районный суд с иском, в котором с учетом уточнения требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса РФ просил взыскать с ООО Жемчужная улыбка" компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей, расходы по оплате заключения специалиста в размере 17 500 рублей.

В обоснование заявленных требований истец ссылался на то, что <дата> между сторонами был заключен договор возмездного оказания медицинских услуг N..., в соответствии с которым истец проходил стоматологическое лечение в ООО "Жемчужная улыбка".

В результате указанного лечения истцу был причинен значительный вред здоровью в виде невропатии левого троичного нерва (нижняя челюсть). Оказание медицинской помощи сопровождалось рядом дефектов, а именно: дефект ведения медицинской документации (не подписано врачом информационное согласие на выполнение местной анестезии и удаление зуба от <дата>, не представлено обоснование клинического диагноза в медицинской карте, не сформирован план обследования и лечения); дефект сбора информации (анамнез собран неполноценно, не уточнено объективное состояние зубов); дефект диагностики (выполнены не все мероприятия с частотой предоставления "1" в соответствии с клиническими рекомендациями при диагнозе болезни периапикальных тканей); дефект диагноза (установленный диагноз не отражал рентгенологических данных, установленных <дата>); дефект лечения (отсутствие показания для удаления зуба 38); дефект преемственности лечения (отсутствуют указания на ЛПУ, в которое направлен пациент).

Решением Невского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> исковые требования Куликова А.А. оставлены без удовлетворения, с Куликова А.А. в пользу СПб ГБУЗ "Бюро судебно - медицинской экспертизы" взысканы расходы по оплате судебной экспертизы в размере 123 600 рублей.

В апелляционной жалобе истец Куликов А.А. ставит вопрос об отмене решения суда ввиду его незаконности и необоснованности, принятии по делу нового решения об удовлетворении исковых требований в полном объеме, ссылаясь на то, что материалами дела был установлен факт оказания истцу медицинских услуг ненадлежащего качества. Кроме того, ссылался на незаконное возложение на истца расходов по оплате проведенной судебно - медицинской экспертизы.

В апелляционном представлении прокурор Невского района Санкт - Петербурга также ставил вопрос об отмене постановленного судом решения, ссылаясь на заключение проведенной по делу судебно - медицинской экспертизы, из которого следует, что в рассматриваемом случае имело место некачественное оказанием медицинских услуг истцу; расходы по проведению судебно - медицинской экспертизы полагал необходимым возложить на ответчика.

Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, апелляционного представления, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, апелляционного представления судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N... "О судебном решении", решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии с положениями ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие нарушения были допущены судом первой инстанции при рассмотрении дела.

Как следует из материалов дела, и было установлено судом первой инстанции, <дата> между сторонами был заключен договор возмездного оказания медицинских услуг N..., в соответствии с которым истец проходил стоматологическое лечение в ООО "Жемчужная улыбка".

Как следует из медицинской карты истца N..., пациент обратился в стоматологическую клинику ООО "Жемчужная улыбка" с жалобами на боли во время еды при накусывании; в процессе лечения истцу был поставлен диагноз: дистопия и хронический периодонтит 38 зуба, при котором показано удаление зуба; <дата> проведено удаление 38 зуба, операция не была завершена в связи с переломом корня зуба, назначена консультация специалиста хирургического профиля и удаление <дата>, однако операция по удалению корня зуба не была проведена в связи с отказом пациента от ее проведения.

В соответствии с заключением специалиста N...-ми ООО "Экспертный центр "Академический" оказание истцу медицинской помощи сопровождалось рядом дефектов, а именно: дефект ведения медицинской документации (не подписано врачом информационное согласие на выполнение местной анестезии и удаление зуба от <дата>, не представлено обоснование клинического диагноза в медицинской карте, не сформирован план обследования и лечения); дефект сбора информации (анамнез собран неполноценно, не уточнено объективное состояние зубов); дефект диагностики (выполнены не все мероприятия с частотой предоставления "1" в соответствии с клиническими рекомендациями при диагнозе болезни периапикальных тканей); дефект диагноза (установленный диагноз не отражал рентгенологических данных, установленных <дата>); дефект лечения (отсутствие показания для удаления зуба 38); дефект преемственности лечения (отсутствуют указания на ЛПУ, в которое направлен пациент).

<дата> истец обратился в ООО "Международный медицинский центр СОГАЗ" по поводу удаления корня 38 зуба.

Из консультативного заключения врача-невролога ООО "Международный медицинский центр СОГАЗ" от <дата> следует, что истцу поставлен диагноз: невропатии левого троичного нерва (нижняя челюсть) от февраля 2019 года.

<дата> истцом направлена в адрес ответчика досудебная претензия с требованием о выплате компенсации морального вреда в размере 400 000 руб.

Как указывает истец, в результате указанного лечения истцу был причинен значительный вред здоровью в виде невропатии левого троичного нерва (нижняя челюсть).

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик указал, что из консультативного заключения врача-невролога ООО "Международный медицинский центр СОГАЗ" не следует, что невропатия у истца возникла вследствие удаления зуба специалистом ООО "Жемчужная улыбка"; не установлена причинно-следственная связь между попыткой удаления зуба ответчиком и невропатией троичного нерва, возникшей у истца; указал на отсутствие у ООО "Экспертный центр "Академический" лицензии на осуществление медицинской деятельности на выполнение работ по производству экспертизы медицинской помощи по адресу местонахождения и осуществления деятельности, в связи с чем, представленное истцом заключение специалиста N...-ми является ничтожным.

Из заключения проведенной по делу сдебно - медицнской экспертизы, выполненной СПб ГБУЗ "Бюро судебно-медицинской экспертизы" следует, что в процессе оказания медицинской помощи ответчиком истцу были выявлены следующие дефекты: заполнены не все разделы медицинской карты N...; при обращении <дата> неполно проведен объективный осмотр: не оценено состояние коронки зуба и слизистой оболочки вокруг него, степень открывания рта, не проведена пальпация жевательных мышц, височно-нижнечелюстного сустава, периферических лимфатических узлов, термодиагностика, зондирование причинного зуба, не отражены результаты рентгенологического исследования зуба; диагноз "хронический периодонтит 38 зуба" установлен неполно (полным являлся диагноз: обострение хронического периодонтита 38 зуба. Дистопия зуба; имел место выбор неверной врачебной тактики после незавершенного удаления 38 зуба в виде назначения явки на следующий день в ту же клинику с целью попытки удаления корня зуба (правильным являлось направление пациента в стационар к челюстно-лицевому хирургу, что было выполнено только на следующий день).

Также из указанного заключения следует, что имеется причинно-следственная связь между медицинской помощью, оказанной истцу ответчиком - удалением зуба 38, осложнившегося переломом корня и проведенным <дата> в ООО "ММЦ "СОГАЗ" лечением - удалением корня зуба. Однако указанные выше дефекты медицинской помощи, оказанной ответчиком, не могли являться ни причиной, ни условием для развития осложнения, послужившего причиной обращения и лечения пациента в ООО "ММЦ "СОГАЗ" <дата>, поэтому не находятся в причинно-следственной связи с ним.

При этом, при обращениях истца к ответчику и в ООО "ММЦ "СОГАЗ" <дата> жалобы на локальное онемение в проекции левой половины нижней губы и подбородка, усиливающееся на холоде, при контакте с одеждой и при бритье, появившееся после удаления 38 зуба <дата>, снижение чувствительности, отсутствовали; объективных медицинских данных о наблюдении и лечении пациента по поводу вышеперечисленных жалоб на протяжении года после удаления 38 зуба экспертам не представлено.

Как указывают эксперты, установленные дефекты медицинской помощи (диагностического и тактического характера, дефекты ведения медицинской документации), оказанной Куликову А.А. в ООО "Жемчужная улыбка", не находятся в причинно-следственной связи с осложнением, вред здоровью указанными дефектами не причинен.

Установив указанные обстоятельства, руководствуясь положениями Федерального закона от <дата>1 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", Закона РФ от <дата> N... "о защите прав потребителей", статьями 151, 1064 Гражданского кодекса РФ, разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N..., оценив представленные в материалах дела доказательства в их совокупности в соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда, поскольку нарушения оказания медицинской помощи со стороны ООО "Жемчужная улыбка", которые привели к причинению вреда здоровью Куликова А.А. установлены не были.

С учетом данных выводов, суд первой инстанции в порядке статьи 98 Гражданского процессуального кодекса РФ взыскал с Куликова А.А. в пользу СПб ГБУЗ "Бюро судебно - медицинской экспертизы" стоимость проведенной по делу экспертизы в размере 123 600 рублей.

Судебная коллегия не может согласиться с постановленным решением суда, и находит его подлежащим отмене, исходя из следующего.

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации (ст. ст. 20, 41).

Согласно части 1 статьи 37 Федерального закона от <дата> N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Закон об основах охраны здоровья) медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

Из части 2 статьи 98 названного выше закона следует, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации не только за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, но и за нарушение прав в сфере охраны здоровья.

Согласно пункту 6 статьи 4 Закона об основах охраны здоровья к основным принципам охраны здоровья относится доступность и качество медицинской помощи.

В пункте 21 статьи 2 данного Закона определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии с частью 8 статьи 84 Закона об основах охраны здоровья к отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от <дата> N 2300-I "О защите прав потребителей" (далее - Закон о защите прав потребителей).

Согласно абзацу седьмому пункта 1 статьи 29 Закона "О защите прав потребителей" потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

В соответствии с пунктом 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 4 статьи 13 Закона "О защите прав потребителей" изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 28).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинская организация должна доказать отсутствие своей вины в причинении вреда здоровью истца, а также в причинении ему морального вреда при оказании медицинской помощи.

При этом, судом первой инстанции проигнорированы, содержащиеся в заключении судебно - медицинской экспертизы суждения о том, что ответчиком при оказании медицинских услуг Куликову А.А. были допущены дефекты ведения медицинской документации (заполнены не все разделы медицинской карты; не отражена информация о перенесенных, сопутствующих заболеваниях; отсутствует подпись пациента под планом лечения; не информативные протоколы операции); не полно проведен врачебный осмотр при обращении <дата>, не оценено состояние коронки причинного зуба и слизистой оболочки вокруг него, степень открывания рта, не проведена пальпация жевательных мышц, височно - нижнечелюстного сустава, периферических лимфатических узлов, термодиагностика, зондирование причинного зуба, не отражены результаты рентгенологического исследования зуба; диагноз "хронический периодонтит 38 зуба" установлен не полно. Таким образом, имели место дефекты диагностики и дефекты ведения медицинской документации.

Кроме того, имел место выбор неверной врачебной тактики после незавершенного удаления 38 зуба в виде назначения явки в ту же клинику с целью попытки удаления корня зуба. Правильным в данном случае являлось направление пациента в стационар к челюстно - лицевому хирургу, что было выполнено только на следующий день. Указанное является дефектом врачебной тактики.

Также экспертами указано на то, что судить о наличии технических недостатков оперативного вмешательства (дефектов операции) не представляется возможным, ввиду краткого протокола операции, изложенного в медицинской карте ответчика.

В ходе экспертного исследования установлена причинно - следственная связь между медицинской помощью оказанной истцу в ООО "Жемчужная улыбка" - удалением 38 зуба, осложнившегося переломом корня и проведенным <дата> в ООО "ММЦ "СОГАЗ" лечением - удалением корня зуба. При этом указано на то, что достоверно судить о том, что это осложнение могло быть обусловлено дефектом оперативного вмешательства <дата>, и следовательно, о том, что последующее лечение пациента в ООО "ММЦ "СОГАЗ" находится в причинно - следственной связи с дефектом операции, не представляется возможным.

Заключение судебной экспертизы отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, эксперт приводит соответствующие данные из имеющихся в его распоряжении документов, основывается на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также использованную при проведении исследования методическую литературу, в заключении указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы. Заключение подробно, мотивированно, обоснованно, согласуется с материалами дела. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Каких-либо объективных фактов, позволяющих усомниться в правильности и обоснованности заключения экспертов, не установлено.

Анализируя изложенные выводы экспертного исследования, судебная коллегия приходит к выводу о том, что в данном случае со стороны ответчика имеет место оказание истцу медицинской услуги ненадлежащего качества, о чем свидетельствует допущение дефектов ведения медицинской документации, дефекты диагностики, ввиду чего требование Куликова А.А. о взыскании с ответчика компенсации, причиненного ему морального вреда в результате оказания медицинских услуг ненадлежащего качества, подлежит удовлетворению, вне зависимости от того, что вред здоровью последнего в результате такого оказания медицинских услуг причинен не был.

В силу ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 1, 12, 14, 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N... "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.