Дата принятия: 03 марта 2020г.
Номер документа: 33-2287/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ НИЖЕГОРОДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 3 марта 2020 года Дело N 33-2287/2020
г. Нижний Новгород 03 марта 2020 года
Судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда в составе:
председательствующего судьи Кочетковой М.В.,
судей Сысаловой И.В., Корниловой О.В.
при секретаре Годовой А.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционным жалобам ФСИН России, ГУФСИН России по Нижегородской области, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области, Баусова В.А., ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области
на решение Нижегородского районного суда от 20 ноября 2019 года
по делу по иску Баусова Владимира Анатольевича к Министерству финансов РФ в лице УФК по Нижегородской области, ФСИН России, ГУ ФСИН России по Нижегородской области о компенсации морального вреда,
заслушав доклад судьи Нижегородского областного суда Кочетковой М.В., пояснения Баусова В.А., представителя ответчиков Глуховой Т.А., представителя ФКУ ИК-2 Варниной Ж.А., представителя ФКУ ИК 12 Бетехтиной Е.С.,
УСТАНОВИЛА:
Баусов В.А. изначально обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ в лице УФК по Нижегородской области о компенсации морального вреда.
В обоснование заявленного требования указал, что в период с 23 ноября 2015 года по 24 октября 2017 года истец отбывал наказание в СИЗО-1, СИЗО-2, СИЗО-3 Нижегородской области. В период нахождения в СИЗО Баусов В.А. находился в ненадлежащих условиях содержания.
На основании изложенного, истец просил суд признать нарушение его прав, свобод и законных интересов, гарантированных действующим законодательством, Конституцией и международными договорами Российской Федерации, взыскать с ответчика за причиненный истцу и его здоровью моральный вред 30 000 евро.
В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве соответчиков привлечены: ФСИН России, ГУ ФСИН России по Нижегородской области, ФКУ ИК-12 ГУ ФСИН России по Нижегородской области; в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области, ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Нижегородской области, ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области, ФКУ ИК-2, ФКУЗ МСЧ-52 ФСИН России.
В судебном заседании суда первой инстанции Баусов В.А. заявленные требования поддержал, дал пояснения по существу иска.
Представитель Министерства финансов РВ в лице УФК по Нижегородской области на основании по доверенности Федотов А.А. иск не признал, просил в удовлетворении исковых требований отказать.
Представитель ФСИН России, ГУ ФСИН России по Нижегородской области и ФКУ СИЗО-1 на основании доверенностей Боченев М.В. иск не признал, просил в удовлетворении исковых требований отказать.
Представитель ФКУ ИК-2 ГУФСИН России по Нижегородской области на основании доверенности Бетехтина Е.С. поддержала позицию представителя ФСИН России, ГУ ФСИН России по Нижегородской области.
Представители ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Нижегородской области, ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области, ФКУЗ МСЧ-52 ФСИН России в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом.
Решением Нижегородского районного суда от 20 ноября 2019 года постановлено: исковые требования Баусова В.А. удовлетворить частично.
Взыскать с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств ФСИН России в пользу Баусова В.А. компенсацию морального вреда в размере 500 рублей, в удовлетворении остальных исковых требований отказать.
В удовлетворении исковых требований Баусова В.А. к Министерству финансов РФ в лице УФК по Нижегородской области, ГУФСИН России по Нижегородской области о компенсации морального вреда - отказать.
В апелляционной жалобе ФСИН России, ГУФСИН России по Нижегородской области, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области поставлен вопрос об отмене решения суда, как незаконного и необоснованного, постановленного с нарушением норм материального и процессуального права. Заявитель жалобы считает, что перелимит содержащихся в камере в указанный истцом период допущен не по вине ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области и ФСИН России, поскольку следственный изолятор не может не принять спецконтингент в виду переполненности учреждения.
В апелляционной жалобе Баусова В.А. указано на необоснованно заниженный размер взысканной компенсации морального вреда. Кроме того представитель ФКУ СИЗО-2 ФИО18 в своих возражениях на исковое заявление представила заведомо ложные сведения заявив о наличии 3 мест в камере 6/91, однако на самом деле в данной камере 4 места, а фактически находилось в указанной камере с истцом ещё 3 человека. Также норма площади содержания на одного человека в СИЗО - 1, СИЗО - 2, СИЗО - 3 не соответствует требованиям Европейского комитета по предотвращению пыток и унижению и бесчеловечного отношения и наказания. Заявитель жалобы полагает, что при нахождении в СИЗО - 1, СИЗО - 2, СИЗО - 3 нарушались права истца на ежедневную прогулку, при этом в СИЗО - 1 ни разу не выдавались средства личной гигиены. Считает, что судом проигнорированы доводы истца об антисанитарных и ненадлежащих условиях содержания в СИЗО - 1, СИЗО - 2, СИЗО - 3.
Апеллятор просит допросить в качестве свидетеля ФИО19.
В апелляционной жалобе ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области поставлен вопрос об отмене решения суда, как незаконного и необоснованного, постановленного при неправильном определении обстоятельств имеющих значение для дела. Заявитель жалобы полагает, что судом неправомерно взыскана компенсация морального вреда за маленький срок пребывания истца в СИЗО - 3. Также судом не дана оценка добросовестности действий истца.
Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела, поскольку их неявка в силу статей 167, 327 ГПК РФ не является препятствием к разбирательству дела. Кроме того, информация о деле размещена на официальном интернет-сайте Нижегородского областного суда www.oblsudnn-nnov.sudrf.ru и www.oblsudnn.ru.
Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией по гражданским делам Нижегородского областного суда в порядке, установленном главой 39 ГПК Российской Федерации, с учетом ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы.
Проверив материалы гражданского дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.
Согласно ч. 1 ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 4 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
В соответствии с частью 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Постановленное по делу судебное решение соответствует нормам материального и процессуального права.
В силу ст.3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.
В соответствии со ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.
Права и свободы человека и гражданина, согласно ст. 18 Конституции РФ, являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.
Согласно ст. 21 Конституции РФ достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.
В силу ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом (ст. 1100 ГК РФ).
Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15.07.1995 г. N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".
В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 15.07.1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.
В силу ст. 15 указанного Федерального закона N 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.
На основании ст. 17 указанного Федерального закона подозреваемые и обвиняемые имеют право:
1) получать информацию о своих правах и обязанностях, режиме содержания под стражей, дисциплинарных требованиях, порядке подачи предложений, заявлений и жалоб;
2) на личную безопасность в местах содержания под стражей;
3) обращаться с просьбой о личном приеме к начальнику места содержания под стражей и лицам, контролирующим деятельность места содержания под стражей, во время нахождения указанных лиц на его территории;
4) на свидания с защитником;
5) на свидания с родственниками и иными лицами, перечисленными в статье 18 настоящего Федерального закона;
6) хранить при себе документы и записи, относящиеся к уголовному делу либо касающиеся вопросов реализации своих прав и законных интересов, за исключением тех документов и записей, которые могут быть использованы в противоправных целях или которые содержат сведения, составляющие государственную или иную охраняемую законом тайну;
7) обращаться с предложениями, заявлениями и жалобами, в том числе в суд, по вопросу о законности и обоснованности их содержания под стражей и нарушения их законных прав и интересов;
8) вести переписку и пользоваться письменными принадлежностями;
9) получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях;
10) на восьмичасовой сон в ночное время, в течение которого запрещается их привлечение к участию в процессуальных и иных действиях, за исключением случаев, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации;
11) пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа;
12) пользоваться собственными постельными принадлежностями, а также другими вещами и предметами, перечень и количество которых определяются Правилами внутреннего распорядка;
13) пользоваться литературой и изданиями периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенными через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольными играми;
14) отправлять религиозные обряды в помещениях места содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых, иметь при себе религиозную литературу, предметы религиозного культа - при условии соблюдения Правил внутреннего распорядка и прав других подозреваемых и обвиняемых;
15) заниматься самообразованием и пользоваться для этого специальной литературой;
16) получать посылки, передачи;
17) на вежливое обращение со стороны сотрудников мест содержания под стражей;
18) участвовать в гражданско-правовых сделках.
На основании ст. 23 указанного Федерального закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.
Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.
В соответствии со ст. 24 указанного Федерального закона лечебно-профилактическая и санитарно-эпидемиологическая работа в местах содержания под стражей проводится в соответствии с законодательством об охране здоровья граждан. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.В соответствии с ч.1 ст. 33 указанного Федерального закона размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах производится с учетом их личности и психологической совместимости. Курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих.
В соответствии с Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утв. Приказом Минюста РФ от 14.10.2005 г. N 189, камеры СИЗО оборудуются: столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; полкой для туалетных принадлежностей; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; телевизором, холодильником, вентиляционным оборудованием (при наличии возможности); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником (п. 42).
Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 г. первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями и одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях N 663 С (XXIV) от 31 июля 1957 г. и N 2076 (LXII) от 13 мая 1977 г., предусматривают, в частности, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию ....
Статьей 1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.
В силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Из материалов дела следует и установлено судом первой инстанции, что Баусов В.А. содержался в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области в период с 23 ноября 2015 года по 17 ноября 2016 года, с 06 апреля 2017 года по 25 апреля 2017 года, с 23 мая 2017 года по 01 августа 2017 года.
Согласно справки, предоставленной ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области от 23 сентября 2019 года, осужденный Баусов В.А. 23 ноября 2015 года прибыл в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области, в камере 15/187 - с 23 ноября 2015 года по 25 ноября 2015 года, в камере 5/66 - с 25 ноября 2015 года по 29 декабря 2015 года, в камере 5/68 - с 29 декабря 2015 года по 02 января 2016 года, в камере 5/61 - с 02 января 2016 года по 08 января 2016 года, в камере 14/145 - с 08 января 2016 года по 01 апреля 2016 года, в камере 1/10а - с 01 апреля 2016 года по 17 ноября 2016 года. 17 ноября 2016 года - убыл в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области. 06 апреля 2017 года прибыл в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области, в камере 1/10 - с 06 апреля 2017 года по 25 апреля 2017 года. 25 апреля 2017 года - убыл в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Нижегородской области. 23 мая 2017 года прибыл в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области, в камере 1/10а - с 23 мая 2017 года по 01 августа 2017 года. 01 августа 2017 года - убыл в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Нижегородской области (<данные изъяты>).
Согласно книгам количественной проверки лиц содержащихся в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области: с 23 ноября 2015 года по 25 ноября 2015 в камере 15/187 площадью 7,7 кв.м. содержалось 2 человека; с 25 ноября 2015 года по 29 декабря 2015 года в камере 5/66 площадью 53,5 кв.м. содержалось от 15 до 31 человека; с 29 декабря 2015 года по 02 января 2016 года в камере 5/68 площадью 53,8 кв.м. содержалось от 13 до 14 человек; с 02 января 2016 года по 08 января 2016 года в камере 5/61 площадью 35,2 кв.м. содержалось от 1 до 9 человек; с 08 января 2016 года по 01 апреля 2016 года в камере 14/145 площадью 7,9 кв.м. содержалось от 2 до 5 человек; с 01 апреля 2016 года по 17 ноября 2016 года в камере 1/10а площадью 54,1 кв.м. содержалось от 15 до 26 человек; с 06 апреля 2017 года по 25 апреля 2017 года в камере 1/10а содержалось от 22 до 26 человек; с 23 мая 2017 года по 01 августа 2017 года в камере 1/10а содержалось от 18 до 26 человек, камера N 1/10 площадью 54,1 кв.м. (<данные изъяты>).
Таким образом, норма санитарной площади в камере на одного человека установленная в размере четырех квадратных метров, нарушалась, при этом остальные условия содержания соответствовали предусмотренным требованиям и иных нарушений не имелось.
В период с 25 апреля 2017 года по 23 мая 2017 года и с 01 августа 2017 года по 12 декабря 2017 года Баусов В.А. содержался в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Нижегородской области. Камерное перемещение: 2/12 - 25 апреля 2017 года, 3/18 - 04 мая 2017 года, 3/29 - 01 августа 2017 года, 6/91 - 11 декабря 2017 года.
Из справок ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Нижегородской области от 12 сентября 2019 года следует, что камера 3/18 - количество мест/ жилая площадь кв.м. / общая площадь кв.м. - 4 / 16,6 / 17,1; камера 3/29 - количество мест/ жилая площадь кв.м. / общая площадь кв.м. - 6 / 28,2 / 29,3; камера 5/66 - количество мест/ жилая площадь кв.м. / общая площадь кв.м. - 3 / 12,7 / 13,8. В соответствии со ст.23 Федерального закона от 21.06.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров, и она не нарушается. Обвиняемый Баусов В.А. был обеспечен постельными принадлежностями (матрац, подушка, одеяло, простыни, наволочка, полотенце) в день прибытия в учреждение, 25 апреля 2017 года. Матрац, подушка, одеяло хранятся на складе для хранения постельных принадлежностей на специальных стеллажах. Постельные принадлежности в удовлетворительном состоянии. Обвиняемый Баусов В.А. был обеспечен гигиеническими наборами 27 апреля 2017 года, 13 мая 2017 года, 08 августа 2017 года, 02 сентября 2017 года. За период содержания в СИЗО-2 Баусов В.А. пользовался правом на ежедневную прогулку, 04 мая 2017 года, 06 мая 2017 года, 08 мая 2017 года, 12 мая 2017 года, 13 мая 2017 года, 26 мая 2017 года, 31 августа 2017 года, 01 сентября 2017 года, 02 сентября 2017 года, 21 сентября 2017 года, 04 октября 2017 года, 07 октября 2017 года, 20 ноября 2017 года, 21 ноября 2017 года, 29 ноября 2017 года, 03 декабря 2017 года, 05 декабря 2017 года. В остальные дни данным правом Баусов В.А. не пользовался. Продолжительность прогулки, согласно "Журнала учета прогулок подозреваемых, обвиняемых и осужденных" составило один час, что соответствует требованиям пункта 134 Приказа МЮ РФ N 189 от 14.10.2005 "Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы". В период с 25 апреля 2017 года по 23 мая 2017 года и с 01 августа 2017 года по 12 декабря 2017 года в журнале учета санитарной обработки подозреваемых, обвиняемых и осужденных зарегистрированы записи о выводе на помывку подследственных содержащихся в камере N 2-12 26 апреля 2017 года, 03 мая 2017 года, в камере 3/18 07 мая 2017 года, 14 мая 2017 года, 21 мая 2017 года, в камере N 3/29 06 августа 2017 года, 20 августа 2017 года, 27 августа 2017 года, 03 сентября 2017 года, 10 сентября 2017 года, 17 сентября 2017 года, 24 сентября 2017 года, 02 октября 2017 года, 06 октября 2017 года, 13 октября 2017 года, 20 октября 2017 года, 27 октября 2017 года, 03 ноября 2017 года, 10 ноября 2017 года, 17 ноября 2017 года, 27 ноября 2017 года, 01 декабря 2017 года, 08 декабря 2017 года. Санитарная обработка подозреваемых, обвиняемых и осужденных производится не реже одного раза в неделю продолжительностью не менее 15 минут, а также по прибытию в учреждение после этапирования (<данные изъяты>).
Кроме того Баусов В.А. содержался в СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области в камерах N 18 и N 19. Площадь камеры N 18 составляет - 15,9 кв.м. и оборудована 3 спальными местами, площадь камеры N 19 составляет - 17,7 кв.м., оборудована 4 спальными местами. Согласно журналов учета количественной проверки лиц содержащихся в СИЗО-3, в период содержания Баусова В.А. в камере N 18 с 17 ноября 2016 года по 29 ноября 2016 года находилось одновременно не более 3 человек, в период содержания Баусова В.А. в камере N 19 с 29 ноября 2016 года по 05 апреля 2017 года находилось одновременно не более 4 человек (<данные изъяты>).
Решением Вадского районного суда Нижегородской области от 22 июля 2014 года, вступившим в законную силу 23 октября 2014 года, было установлено, что прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях проведена проверка соответствия качества питьевой воды в ФКУЗ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области с отборов проб питьевой воды для бактериологического и химического анализа. По результатам лабораторных исследований было установлено несоответствие воды требованиям СанПиН. По фактам выявленных нарушений прокурором направлены представления об устранении выявленных нарушений в адрес начальника ГУФСИН России по Нижегородской области ФИО20. Вместе с тем, выявленные нарушения не были устранены. Суд обязал ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области и ГУФСИН России по Нижегородской области в срок до 01 января 2019 года устранить нарушения санитарно-гигиенического законодательства и привести качество питьевой воды в соответствие с установленными нормативами, путем установки на территории ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области двух систем очистки питьевой воды типа "Гейзер" (<данные изъяты>).
При таких обстоятельствах, разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования суд первой инстанции исходил из того, что факт содержания истца в условиях частично не соответствующих установленным нормам нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела, что влечет нарушение его прав, гарантированных законом и сам по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания, соответственно является основанием для признания требований истца о взыскании компенсации морального вреда правомерными.
Данные выводы суда представляются правильными, основанными на законе и установленных по делу обстоятельствах, подтвержденных доказательствами, оценка которым дана судом в соответствии с положениями ст. 55, 56, 59, 60, 67, 71 ГПК РФ.
Приведенные доводы жалобы ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области о необоснованном взыскании компенсации морального вреда за маленький срок пребывания истца в СИЗО - 3, подлежат отклонению, поскольку нарушение условий содержания истца в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области установлено материалами дела, в том числе вступившим в законную силу решением суда.
Само по себе отсутствие у ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области возможности обеспечить заключенному надлежащие условия содержания независимо от причин не снимает с него этой обязанности и не может освобождать от ответственности за допущенные нарушения.
В постановлениях Европейского Суда по правам человека отмечается, что оценка минимального уровня суровости при обращении с потерпевшим относительна и зависит от всех обстоятельств дела. Договаривающееся Государство должно обеспечивать содержание лица под стражей в таких условиях, в которых бы уважалось его человеческое достоинство, такими способами и методами, при которых лицо не терпит душевных страданий и лишений, превышающих неизбежный уровень страданий при заключении.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Поскольку представленными доказательствами подтвержден факт нарушения ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области прав Баусова В.А., суд первой инстанции правильно пришел к выводу, что имеют место и правовые основания для взыскания в его пользу компенсации морального вреда, размер которой с учетом установленных по делу обстоятельств, степени и характера страданий истца, требований разумности и справедливости, был определен в сумме 500 рублей.
Вместе с тем действий истца, направленных исключительно на причинение вреда ответчику, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав при рассмотрении возникшего правового конфликта, не установлено.
Аргументы жалобы Баусова В.А. о необоснованно заниженном размере взысканной компенсации морального вреда, не быть приняты во внимание, т.к. оснований для взыскания суммы компенсации морального вреда в большем размере не установлено. Размер компенсации морального вреда соответствует последствиям нарушенных прав истца, обстоятельствам данного дела и определен с учетом принципов разумности и справедливости.
Утверждения в жалобе Баусова В.А. о том, что представитель ФКУ СИЗО-2 ФИО21 в своих возражениях на исковое заявление представила заведомо ложные сведения заявив о наличии 3 мест в камере 6/91, однако на самом деле в данной камере 4 места, а фактически находилось в указанной камере с истцом ещё 3 человека, при этом норма площади содержания на одного человека в СИЗО - 1, СИЗО - 2, СИЗО - 3 не соответствует требованиям Европейского комитета по предотвращению пыток и унижению и бесчеловечного отношения и наказания, отклоняются, т.к. обстоятельства соответствия норм санитарной площади в камере на одного человека являлись предметом исследования суда первой инстанции, получили оценку по правилам ст. 67 ГПК РФ в совокупности с другими доказательствами по делу, которую судебная коллегия признаёт правильной.
В соответствии с требованиями части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.
В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.
Таким образом, каждая сторона должна доказать обоснованность своих требований и возражений, при этом неисполнение сторонами обязанности по доказыванию может привести к неблагоприятным для них материально-правовым последствиям.
При неисполнении процессуальных обязанностей наступают последствия, предусмотренные законодательством о гражданском судопроизводстве (ч.2 ст. 35 ГПК РФ).
Принимая во внимание, что истцом в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ каких - либо доказательств свидетельствующих об антисанитарных и ненадлежащих условиях содержания в СИЗО - 1, СИЗО - 2, СИЗО - 3 не представлено, доводы жалобы Баусова В.А. в указанной части признаются несостоятельными.
Содержащиеся в апелляционной жалобе Баусова В.А. ходатайство о допросе в судебном заседании свидетеля ФИО22, удовлетворению не подлежит в силу ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, согласно которой, дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, только если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными. Таких причин истцом не приведено и судебной коллегией не установлено.
Доводы апелляционной жалобы ФСИН России, ГУФСИН России по Нижегородской области, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской о том, что перелимит содержащихся в камере в указанный истцом период допущен не по вине ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области и ФСИН России, поскольку следственный изолятор не может не принять спецконтингент в виду переполненности учреждения, отклоняются, как не имеющие правового значения для разрешения спора.
Суд первой инстанции с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, произвел надлежащую оценку представленным доказательствам, выводы суда не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, нарушений норм материального и процессуального права судом не допущено.
Решение суда является законным и обоснованным, соответствует требованиям ст. 198 ГПК РФ, основания к отмене решения суда, установленные ст. 330 ГПК РФ отсутствуют.
Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Нижегородского районного суда от 20 ноября 2019 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФСИН России, ГУФСИН России по Нижегородской области, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области, Баусова Владимира Анатольевича, ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
