Определение Севастопольского городского суда от 24 августа 2020 года №33-2276/2020

СЕВАСТОПОЛЬСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 24 августа 2020 года Дело N 33-2276/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Севастопольского городского суда в составе:
председательствующего судьи Радовиля В.Л.,
судей Ваулиной А.В., Балацкого Е.В.,
при секретаре Белановой О.А.,
рассмотрев в отрытом судебном заседании апелляционную жалобу Департамента капитального строительства города Севастополя на решение Балаклавского районного суда города Севастополя от 21 мая 2020 года по гражданскому делу по исковому заявлению Орлова Максима Павловича, действующего в интересах недееспособной Косолаповой Марины Станиславовны, к Департаменту капитального строительства города Севастополя, Орловой Ольге Николаевне (третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора: Департамент труда и социальной защиты населения города Севастополя) о расторжении соглашения об изъятии жилого помещения,
заслушав доклад судьи Ваулиной А.В.,
установила:
Орлов М.П., действующий в интересах недееспособной Косолаповой М.С., обратился в Гагаринский районный суд города Севастополя с иском к Департаменту капитального строительства города Севастополя, Орловой О.Н., в котором просил расторгнуть соглашение от 21 декабря 2018 года N ГБ-3/3 об изъятии для государственных нужд жилого помещения - квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.
В обоснование своих требований указал, что является опекуном недееспособной Косолаповой М.С. До него обязанности опекуна исполняла Орлова О.Н., которая действуя в своих интересах и в интересах подопечной, заключила с Департаментом капитального строительства города Севастополя спорное соглашение от 21 декабря 2018 года N ГБ-3/3 об изъятии для государственных нужд спорного жилого помещения, принадлежавшее первому опекуну и опекаемой на праве общей долевой собственности (1/3 и 2/3 доли соответственно). Данную сделку Орлов М.П. полагал подлежащей расторжению по тому основанию, что она была заключена от имени подопечного без предварительного разрешения органа опеки и попечительства. Также отмечал, что соглашение существенно нарушает права и интересы недееспособной, так как все денежные средства по за изымаемую квартиру перечислены Орловой О.Н. Несмотря на досудебную претензию Департамента труда и социальной защиты населения города Севастополя сделка Департаментом капитального строительства города Севастополя не расторгнута.
Определением суда от 20 февраля 2020 года гражданское дело передано по подсудности по существу в Балаклавский районный суд города Севастополя для рассмотрения.
Решением Балаклавского районного суда города Севастополя от 21 мая 2020 года требования Орлова М.П., действующего в интересах недееспособной Косолаповой М.С., удовлетворены полностью.
С таким решением суда Департамент капитального строительства города Севастополя не согласен и в апелляционной жалобе просит его отменить, как постановленное в нарушении норм материального и процессуального права, приняв новое решение об отказе истцу в иске. Указывает, что спорная квартира составляет аварийный жилищный фонд, в отношении которого существует объективная причина ликвидации, и что действия апеллянта по изъятию жилого помещения для государственных нужд осуществлены в рамках предоставленных полномочий с целью переселения из квартиры, создающей угрозу жизни и здоровью. Отмечает, что 1/3 доли жилого помещения принадлежала самой Орловой О.Н., в связи с чем, надлежало решить вопрос о правомерности получения ею возмещения, соответствующее её доле. Считает, что вступление решения суда в законную силу не позволит изъять долю Орловой О.Н. в рамках Региональной адресной программы по переселению граждан из аварийного жилищного фонда на территории города Севастополя в судебном порядке.
В судебное заседание суда апелляционной инстанции Орлов М.П., представляющий интересы недееспособной Косолаповой М.С., а также Орлова О.Н. и представитель Департамента капитального строительства города Севастополя не явились, были надлежащим образом извещены о времени и месте его проведения. В соответствии со статьёй 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия определиларассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Представитель истца Крапивин Р.В., действующий по ордеру N 038800 от 13 августа 2020 года, а также представитель Департамента труда и социальной защиты населения города Севастополя Дуляницкая О.А., действующая на основании доверенности от 27 декабря 2019 года, решение суда просили оставить без изменения.
Представитель Орловой О.Н. - адвокат Метёлкина Ю.К., действующая в порядке статьи 50 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по ордеру N 020617 от 24 августа 2020 года, просила апелляционную жалобу удовлетворить, решение суда отменить, истцу в иске отказать.
Выслушав явившихся лиц, проверив материалы дела, законность и обоснованность постановленного решения суда в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учётом положений части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Судом установлено и из материалов дела следует, что решением Ленинского местного суда города Севастополя от 04 февраля 2002 года, вступившим в законную силу 05 марта 2002 года, Косолапова М.С. признана недееспособной.
Распоряжением Ленинской районной государственной администрации города Севастополя от 02 июля 2002 года N 367-р опекуном недееспособной Косолаповой М.С. назначена её дочь Орлова О.Н.
05 апреля 2017 года опекуну Управлением труда и социальной защиты населения Балаклавского района было выдано удостоверение N 4.
21 мая 2013 года по нотариально удостоверенному договору купли-продажи в общую долевую собственность Орловой О.Н. и Косолаповой М.С. (1/3 и 2/3 доли соответственно) была приобретена трёхкомнатная квартира общей площадью 66,4 кв.м, расположенная по адресу: <адрес>. Сведения о переходе к покупателем вещных прав на приобретённый объект недвижимости были должным образом зарегистрированы в Государственном реестре вещных прав на недвижимое имущество в соответствии с законодательством, действовавшим на тот момент в г.Севастополе.
В данное жилое помещение, состоящее в настоящее время на кадастровом учёте под кадастровым N были вселены и поставлены на регистрационный учёт по этому адресу недееспособная Косолапова М.С. и её совершеннолетние дети Орлов М.П. и Орлова О.Н.
Распоряжением Правительства Севастополя от 06 октября 2016 года N 546-РП "О признании многоквартирных домов, расположенных в городе Севастополе, аварийными и подлежащими сносу" многоквартирный жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, признан аварийным и подлежащим сносу.
Постановлением Правительства Севастополя от 11 мая 2018 года N 288-ПП утверждена подпрограмма 4 "Региональная адресная программа по переселению граждан из аварийного жилищного фонда на территории города Севастополя" государственной программы "Жилище", в которую в том числе, был включен многоквартирный жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>.
13 ноября 2018 года в рамках реализации указанной Региональной подпрограммы Орловой О.Н., действующей в своих интересах и в качестве законного представителя недееспособной Косолаповой М.С., в Департамент капитального строительства города Севастополя за себя и за опекаемую подано два заявления о согласии на переселение из аварийного жилищного фонда в благоустроенный жилой фонд, а 18 декабря 2018 года под расписки получены проекты соглашения об изъятии недвижимого имущества.
21 декабря 2018 года между Департаментом капитального строительства города Севастополя, с одной стороны, и Орловой О.Н., действующей в своих интересах и в качестве законного представителя недееспособной Косолаповой М.С., с другой стороны, было заключено соглашение N ГБ-3/3 об изъятии жилого помещения для государственных нужд, по которому субъект Российской Федерации - город федерального значения Севастополь изымает у долевых сособственников занимаемую ими трёхкомнатную квартиру кадастровый N (включая долю на общее имущество жильцов многоквартирного жилого дома, в том числе земельный участок кадастровый N, на котором находится жилое помещение).
Правообладатели, в свою очередь, согласно пунктам 1.4 и 3.1 соглашения в течение 6 месяцев со дня получения возмещения гарантировали освобождение занимаемого объекта и снятие с регистрационного учёта всех лиц, зарегистрированных в квартире.
По условиям раздела 2 соглашения размер возмещения за изымаемый объект определён на основании отчёта об оценке N Г-3/3 от 23 ноября 2018 года, выполненного ООО "Интеллектинвестсервис" в размере 3 930 000 рублей и выплачивается путём единовременного перечисления денежных средств (в соответствии с долей собственности) на указанный в соглашении счёт правообладателей.
24 декабря 2018 года по платёжному поручению N 872016 сумма возмещения в полном объёме была перечислена по указанным в соглашении банковским реквизитам Орловой О.Н. Реквизиты недееспособной для целей перечисления возмещения, соответствующего её доле в праве собственности на изымаемый объект недвижимости, не сообщались.
Как следует из материалов дела и не оспаривалось в ходе судебного разбирательства по настоящему спору, собственниками изымаемой квартиры соглашение не исполнено. Жилое помещение до настоящего времени остаётся в пользовании недееспособной Косолаповой М.С., сохраняющей регистрацию по этому адресу по месту жительства. Переход права собственности на жилое помещение к субъекту Российской Федерации - городу федерального значения Севастополю также не регистрировался.
14 мая 2019 года Департамент труда и социальной защиты населения города Севастополя, выявив факт заключения соглашения N ГБ-3/3 об изъятии жилого помещения для государственных нужд без предварительного разрешения органа опеки и попечительства и в нарушении прав недееспособной Косолаповой М.С., не получившей по сделке денежных средств, обратился в Департамент капитального строительства города Севастополя с досудебной претензией исх.N 4322/01-13-07.3-15/03/19 о расторжении заключенного договора.
В ответ на оставленную без удовлетворения претензию Департамент капитального строительства города Севастополя сообщил, что действия по изъятию спорного жилого помещения для государственных нужд на основании соглашения от 21 декабря 2018 года N ГБ-3/3 были осуществлены в рамках полномочий, с целью переселения граждан из аварийного жилищного фонда, создающего угрозу жизни и здоровью.
Также установлено, что распоряжениями Департамента труда и социальной защиты населения города Севастополя от 22 мая 2019 года N 46-р и от 17 июля 2019 года N 67-р Орлова О.Н. от исполнения обязанности опекуна освобождена в связи с выявленными фактами существенного нарушения установленных законом правил охраны имущества подопечного и распоряжения его имуществом; новым опекуном недееспособной Косолаповой М.С. назначен её сын Орлов М.П.
В связи с чем, Орлов М.П., действуя как опекун своей недееспособной матери, полагал, что по мотивам досудебной претензии органа опеки и попечительства, заключенное 21 декабря 2018 года соглашение N ГБ-3/3 об изъятии жилого помещения для государственных нужд подлежит расторжению в судебном порядке.
Разрешая спор, и удовлетворяя требования Орлова М.П., суд первой инстанции исходил из установленного и не оспоренного факта заключения спорной сделки без необходимого предварительного разрешения органа опеки и попечительства, предусмотренного Федеральным законом "Об опеки и попечительстве". Потому признал иск о расторжении договора обоснованным.
Проверяя законность и обоснованность решения суда по доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия правовых оснований для его отмены или изменения не усматривает.
Жилищные права собственника жилого помещения в доме, признанном в установленном порядке аварийным и подлежащим сносу, обеспечиваются в порядке, предусмотренном статьёй 32 Жилищного кодекса Российской Федерации.
Согласно частям 1 и 6 статьи 32 Жилищного кодекса Российской Федерации жилое помещение может быть изъято у собственника в связи с изъятием земельного участка, на котором расположено такое жилое помещение или расположен многоквартирный дом, в котором находится такое жилое помещение, для государственных или муниципальных нужд. Предоставление возмещения за часть жилого помещения допускается не иначе как с согласия собственника. Возмещение за жилое помещение, сроки и другие условия изъятия определяются соглашением с собственником жилого помещения. Принудительное изъятие жилого помещения на основании решения суда возможно только при условии предварительного и равноценного возмещения.
В силу пункта 5 части 1 статьи 20 Федерального закона от 24 апреля 2008 года N 48-ФЗ "Об опеке и попечительстве" недвижимое имущество, принадлежащее подопечному, не подлежит отчуждению, за исключением: отчуждения недвижимого имущества в исключительных случаях (необходимость оплаты дорогостоящего лечения и другое), если этого требуют интересы подопечного.
На основании части 2 той же статьи 20 для заключения в соответствии с частью 1 настоящей статьи сделок, направленных на отчуждение недвижимого имущества, принадлежащего подопечному, требуется предварительное разрешение органа опеки и попечительства, выданное в соответствии со статьей 21 настоящего Федерального закона.
Таким образом, приведёнными выше нормами права предусматривается необходимость получения предварительного разрешение органа опеки и попечительства на принудительное изъятие для государственных нужд аварийного жилого помещения, принадлежащего полностью или в части недееспособному лицу на праве собственности.
При обнаружении факта отчуждения жилого помещения подопечного без предварительного разрешения органа опеки и попечительства применяются правила части 4 статьи 21 настоящего Федерального закона (часть 3 статьи 20 Федерального закона от 24 апреля 2008 года N 48-ФЗ).
В соответствии с части 4 статьи 21 Федерального закона "Об опеке и попечительстве" при обнаружении факта заключения договора от имени подопечного без предварительного разрешения органа опеки и попечительства последний обязан незамедлительно обратиться от имени подопечного в суд с требованием о расторжении такого договора в соответствии с гражданским законодательством, за исключением случая, если такой договор заключен к выгоде подопечного. При расторжении такого договора имущество, принадлежавшее подопечному, подлежит возврату, а убытки, причиненные сторонам договора, подлежат возмещению опекуном или попечителем в размере и в порядке, которые установлены гражданским законодательством.
На основании пункта 1, подпункта 1 пункта 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.
По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.
Из приведённых норм права следует, что необходимым условием для расторжения договора об отчуждении имущества подопечного, на который не было получено предварительного согласия органа опеки и попечительства, является установление факта заключения сделки к невыгоде подопечного.
Проверяя наличие указанного юридически значимого обстоятельства, не выясненного судом первой инстанции, судебная коллегия отмечает следующее.
Как следует из Федерального закона от 24 апреля 2008 года N 48-ФЗ "Об опеке и попечительстве" при установлении опеки и попечительства в том числе реализуется задача сохранения имущества и управление имуществом граждан, находящихся под опекой или попечительством либо помещенных под надзор в образовательные организации, медицинские организации, организации, оказывающие социальные услуги, или иные организации, в том числе для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Уменьшение имущества подопечного положениями указанного закона и действующего законодательства допускается в исключительных случаях.
В соответствии с положениями норм жилищного права принудительное изъятие для государственных нужд аварийного жилого помещения у собственника не является безвозмездной, а осуществляется на основании предварительного и равноценного возмещения. Вместе с тем, в силу части 8 статьи 32 Жилищного кодекса Российской Федерации по соглашению с собственником жилого помещения ему может быть предоставлено взамен изымаемого жилого помещения другое жилое помещение с зачетом его стоимости при определении размера возмещения за изымаемое жилое помещение.
Выкупная цена изымаемого жилого помещения определяется по правилам, установленным частью 7 статьи 32 Жилищного кодекса Российской Федерации.
Согласно части 7 статьи 32 Жилищного кодекса Российской Федерации при определении размера возмещения за жилое помещение в него включаются рыночная стоимость жилого помещения, рыночная стоимость общего имущества в многоквартирном доме, в том числе рыночная стоимость земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом, с учетом его доли в праве общей собственности на такое имущество, а также все убытки, причиненные собственнику жилого помещения его изъятием, включая убытки, которые он несет в связи с изменением места проживания, временным пользованием иным жилым помещением до приобретения в собственность другого жилого помещения (в случае, если указанным в части 6 настоящей статьи соглашением не предусмотрено сохранение права пользования изымаемым жилым помещением до приобретения в собственность другого жилого помещения), переездом, поиском другого жилого помещения для приобретения права собственности на него, оформлением права собственности на другое жилое помещение, досрочным прекращением своих обязательств перед третьими лицами, в том числе упущенную выгоду.
Как указывалось выше, по условиям оспариваемого соглашения N ГБ-3/3 от 21 декабря 2018 года Департаментом капитального строительства города Севастополя, действующего в интересах субъекта Российской Федерации - города федерального значения Севастополя, произведено изъятие для государственных нужд признанного аварийным жилого помещения по адресу: <адрес>, 2/3 доли в праве собственности в которой принадлежит недееспособной, находящейся под опекой Косолаповой М.С., которая зарегистрирована и проживает в этой квартире.
Размер перечисленного по соглашению N ГБ-3/3 возмещения, в которое согласно сделке включалась непосредственно стоимость квартиры, стоимость доли в общем имуществе многоквартирного дома, а также стоимость доли в земельном участке, на котором многоквартирный дом расположен, составил 3 930 000 рублей.
В целях проверки предоставления органом государственной власти города Севастополя собственникам равноценного возмещения за изъятое в целях переселения граждан из аварийного жилищного фонда, а, следовательно, наличие выгоды недееспособной от заключенной, в том числе в её интересах ответчиками сделки, по запросу судебной коллегии был представлен отчёт об оценке ООО "Интеллектинвестсервис" N Г-3/3 от 23 ноября 2018 года.
Поскольку согласно прямому указанию в соглашении N ГБ-3/3 размер выплаченного возмещения определялся на основании указанного отчёта, то определением судебной коллегии данный документ в порядке статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вместе с иными документами, послужившими основанием к оспариваемой сделке, были приобщены к материалам дела.
Оценивая отчёт об оценке ООО "Интеллектинвестсервис" N Г-3/3 от 23 ноября 2018 года по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия отмечает, что предметом исследования по нему являлась исключительно рыночная стоимость изымаемого жилого помещения кадастровый N, которая была определена в размере 3 930 000 рублей. Рыночная стоимость долей собственников квартиры в общем имуществе многоквартирного дома и стоимость их долей в земельном участке, на котором многоквартирный дом расположен, а тем более все убытки, причинённые собственникам жилого помещения его изъятием, экспертом не определялась и не рассчитывались.
Из изложенного следует, что вопреки указаний раздела 2 соглашения N ГБ-3/3 и в нарушении жилищных прав, обеспеченных статьёй 32 Жилищного кодекса Российской Федерации, заключенная 21 декабря 2018 года сделка не предусматривала возмещения собственникам квартиры, в том числе недееспособной Косолаповой М.С., стоимости её доли в общем имуществе и земельном участке, занятым многоквартирным домом. Более того, вопрос о возможных или наступивших у собственников квартиры убытков в связи с изъятием их имущества, а равно об их компенсации также не решался. В связи с чем, выплаченное ответчиком возмещение не являлось равноценным.
Таким образом, судебной коллегией достоверно установлено, что заключенное без предварительного разрешение органа опеки и попечительства 21 декабря 2018 года соглашение ГБ-3/3 об изъятии жилого помещения для государственных нужд к выгоде недееспособной Косолаповой М.С. не привело, а наоборот повлекло существенное нарушение её жилищных прав и права собственности, а также необоснованное уменьшение её имущества, что недопустимо.
Судебная коллегия также отмечает, что согласно части 1 статьи 17 Федерального закона "Об опеки и попечительстве" подопечные не имеют права собственности на имущество опекунов или попечителей, а опекуны или попечители не имеют права собственности на имущество подопечных, в том числе на суммы алиментов, пенсий, пособий и иных предоставляемых на содержание подопечных социальных выплат.
В силу такого установленного правового режима имущества подопечного выплата возмещения по соглашение ГБ-3/3 должна была производиться отдельно на счёт опекуна Орловой О.Н. и на счёт недееспособной Косолаповой М.С. в размерах, пропорциональных их долям в принадлежащей им на праве общей долевой собственности квартире.
Однако, в нарушении приведённых требований закона полная сумма возмещения 3 930 000 рублей по платёжному поручению N 872016 от 24 декабря 2018 года была перечислена исключительно на расчётный счёт опекуна Орловой О.Н.
Такое действие привело к тому, что причитающееся недееспособной Косолаповой М.С., как долевому собственнику, возмещение в её собственность не поступило, в то же время, подопечная, связанная заключенным от её имени прежним опекуном соглашение ГБ-3/3, будет обязана освободить занимаемую квартиру и сняться с регистрационного учёта по этому адресу, неправомерно лишившись, тем самым, жилого помещения.
При такой фактической совокупности решением суда заключенное 21 декабря 2018 года между Департаментом капитального строительства города Севастополя и Орловой О.Н., действующей в своих интересах и в интересах недееспособной Косолаповой М.С., соглашение ГБ-3/3 об изъятии жилого помещения для государственных нужд, на которое предварительное разрешение органа опеки и попечительства не было получено, и которое привело к выгоде подопечного, расторгнуто обосновано.
Доводы апелляционной жалобы Департаментом капитального строительства города Севастополя о том, что действия по заключению соглашения апеллянтом осуществлялись в рамках предоставленных полномочий с целью переселения граждан из аварийного жилого фонда, создающего угрозу жизни и здоровью, не опровергают достоверно установленного факта существенного нарушения при этом прав недееспособной Косолаповой М.С., а потому отклоняются.
Также не принимаются во внимание указания апеллянта на то, что 1/3 доля изъятой по соглашению ГБ-3/3 квартиры принадлежала лично Орловой О.Н., перед которой Департамент капитального строительства города Севастополя свои обязательства исполнил, и что в этой связи, суду надлежало разрешить вопрос о правомерности получения ответчиком возмещения, приходящееся на её долю.
Возможность расторжения договора в части положениями главы 29 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрена. Вопрос о правомерности получения Орловой О.Н. денежных средств за своё имущество предметом судебного разбирательства по настоящему спору не являлся и, исходя из характера дела, не подлежал разрешению. Потому мотивов для удовлетворения приведённых доводов жалобы не имеется.
Доводы апелляционной жалобы ссылок на обстоятельства, которые не были исследованы судом первой инстанции либо опровергали его выводы, а также на нарушения норм материального и процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов не содержат.
При таких обстоятельствах законное и обоснованное решение суда отмене или изменению в порядке статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по доводам апелляционной жалобы не подлежит.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Балаклавского районного суда города Севастополя от 21 мая 2020 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу Департамента капитального строительства города Севастополя - без удовлетворения.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня принятия.
Председательствующий: В.Л. Радовиль
Судьи: А.В. Ваулина
Е.В. Балацкий


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка