Дата принятия: 06 апреля 2021г.
Номер документа: 33-2247/2021
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ КЕМЕРОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 6 апреля 2021 года Дело N 33-2247/2021
Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе председательствующего Емельянова А.Ф.,
судей: Ворожцовой Л.К., Смирновой С.А.,
при секретаре Бурдуковой О.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Смирновой С.А. гражданское дело
по апелляционной жалобе ответчика публичного акционерного общества "КОКС"
на решение Заводского районного суда г. Кемерово Кемеровской области от 26 июня 2020 года
по иску прокурора Заводского района г. Кемерово в защиту интересов Российской Федерации к публичному акционерному обществу "Кокс" о признании права собственности и возложении обязанности,
УСТАНОВИЛА:
Прокурор Заводского района г. Кемерово обратился в суд с иском в защиту интересов Российской Федерации к публичному акционерному обществу "Кокс" (далее - ПАО "Кокс") о признании права собственности и возложении обязанности.
В обоснование требований указал, что по обращению председателя комитета по охране объектов культурного наследия Кемеровской области проведена проверка и установлено, что на территории ПАО "Кокс" расположено "Здание углеподготовки коксохимического завода", включенное в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации на основании постановления Коллегии Администрации Кемеровской области от 20.12.2007 N 358.
В настоящее время объект не эксплуатируется, нуждается в обслуживании, но в едином государственном реестре недвижимости сведения о данном объекте отсутствуют, равно как отсутствуют и сведения о собственнике, на которого возложена обязанность по содержанию имущества. Сведений в реестрах федеральной собственности, государственной собственности Кемеровской области либо муниципальной собственности г. Кемерово также не имеется.
Полагает, что спорное здание принадлежит на праве собственности ответчику, и получено в результате приватизации предприятия. Данное здание не поименовано в перечне объектов, не подлежащих приватизации, оснований для отнесения его к федеральной собственности не имеется. Постановка здания на учет в качестве бесхозяйного невозможно ввиду наличия права собственности ответчика на земельный участок под зданием.
Ответчик, в свою очередь, отказывается признавать свое право собственности на спорное здание и не предпринимает мер по его оформлению в собственность. По состоянию на 17.02.2020 сведений о спорном здании в едином государственном реестре недвижимости нет.
Подача заявления обусловлена позицией ответчика, отказывающегося регистрировать свое право в отношении спорного объекта, являющегося объектом культурного наследия (памятником истории и культуры) народов Российской Федерации, и, как следствие, нести обязанности предусмотренные федеральным законодательством по его содержанию.
С учётом уточнения исковых требований, просил признать возникшим право собственности ответчика в отношении "Здания углеподготовки коксохимического завода", расположенного по адресу: <адрес> в результате приватизации имущества государственного предприятия "Кемеровский коксохимический завод" в 1993 году; обязать ПАО "Кокс" осуществить учетно-регистрационные действия по постановке объекта недвижимого имущества "Здания углеподготовки коксохимического завода" на кадастровый учет и регистрации права собственности.
Решением Заводского районного суда г. Кемерово Кемеровской области от 26 июня 2020 года исковые требования прокурора Заводского района г.Кемерово в защиту интересов Российской Федерации удовлетворены в полном объеме.
Признано возникшим право собственности Публичного акционерного общества "КОКС" в отношении "Здания углеподготовки коксохимического завода", расположенного по адресу: <адрес> в результате приватизации имущества государственного предприятия "Кемеровский коксохимический завод" в 1993 году.
Возложена обязанность на публичное акционерное общество "КОКС" в срок до 31.01.2021 осуществить учетно-регистрационные действия по постановке объекта недвижимости "Здания углеподготовки коксохимического завода", расположенного по адресу: <адрес>, на кадастровый учет и регистрации права собственности.
В апелляционной жалобе ответчик ПАО "Кокс" просил решение суда отменить, как незаконное и необоснованное, вынесенное с нарушением норм материального и процессуального права. Указал, что истцом выбран неверный способ защиты нарушенного права, поскольку с иском о признании права может обратиться только владеющий собственник, к которому ответчик не относится. В решении не указано, какие права, свободы и законные интересы Российской Федерации нарушены и как они могут быть восстановлены.
Полагал, что истцом пропущен срок исковой давности, так как приватизация ПАО "Кокс" была 17.05.1993, а государство, в интересах которого прокурор заявляет иск, не могло не знать, какое именно имущество было передано в собственность ПАО "Кокс" из государственной собственности, полагает, что срок исковой давности истек в мае 1996 года. Прокурором не представлено доказательств, что спорное строение когда-либо находилось в ведении ГП "Кемеровский коксохимический завод", которое передано в порядке приватизации АО "КОКС", а также что оно когда-либо использовалось данными предприятиями, либо находилось на балансе. либо выявлено в результате инвентаризации.
При вынесении решения суд сослался на закон, не подлежащий применению: ст.47.3 ФЗ от 25.06.2002 N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации", в которой указано, что эта норма касается только земельных участков, в границах которого располагается объект археологического наследия.
По адресу: <адрес> объекта культурного наследия не существует и никогда не существовало, что следует из документов, представленных прокурором, так как согласно постановлению Коллегии Администрации Кемеровской области N 358 от 20.12.2007, приказу Минкультуры России N 14267-р от 06.11.2015, а также выписке от 04.03.2020 N 07/419 объект культурного наследия "Здание углеподготовки коксохимического завода" расположено по адресу <адрес>.
Земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, приобретен в собственность ОАО "КОКС" на основании договора купли-продажи земельного участка от 31.01.2002, то есть через 9 лет после приватизации.
Полагает, что заявленные требования по существу являются требованием о понуждении принять решение о приватизации имущества федеральной собственности способом, не предусмотренным законом.
На апелляционную жалобу прокурором Заводского района г. Кемерово принесены возражения, в которых просил решение оставить без изменения апелляционную жалобу без удовлетворения.
В заседании суда апелляционной инстанции представитель ПАО "Кокс" Баркалов А.В. доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объёме, просил решение суда отменить.
Прокурор отдела прокуратуры Кемеровской области Фейтлихер М.Г., Ерохина М.В., возражали против доводов апелляционной жалобы, просили решение суда оставить без изменения.
Представитель Комитета по охране объектов культурного наследия Кемеровской области Каминская Е.В., действующая на основании доверенности, просила решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Представитель межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Кемеровской и Томской областях Павленко С.И., действующая на основании доверенности, возражала против доводов апелляционной жалобы, поддержав позицию прокурора.
В заседание судебной коллегии иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте слушания дела надлежащим образом, не явились, о наличии уважительных причин неявки не сообщили, об отложении разбирательства дела ходатайств не заявляли. Сведения о времени и месте рассмотрения дела также были размещены на официальном сайте суда (http://oblsud.kmr.sudrf.ru). На основании части 2 статьи 117 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) и подпунктов 67 - 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", ст.327 ГПК РФ, ч.3 ст.167 ГПК РФ, судебная коллегия полагала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, проверив в соответствии с ч.1 ст. 327.1 ГПК РФ законность и обоснованность судебного решения, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражении, судебная коллегия приходит к следующему.
Как установлено судом и усматривается из материалов дела, что 24.01.2020 в прокуратуру Заводского района г. Кемерово поступило обращение председателя комитета по охране объектов культурного наследия Кемеровской области в связи с невозможностью установления собственника объекта недвижимости, обязанного обслуживать данный объект недвижимости, - "Здания углеподготовки коксохимического завода", расположенного по адресу: <адрес>, являющегося объектом культурного наследия (памятником истории и культуры) народов Российской Федерации (т.1 л.д. 11-12).
На основании приказа Министерства культуры Российской Федерации от 06.11.2015 N 14267-р в едином государственном реестре объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, зарегистрирован объект культурного наследия регионального значения "Здание углеподготовки коксохимического завода", 1915-1917 гг., расположенный по адресу: <адрес>, и ему присвоен регистрационный N (т.1 л.д.17).
Прокуратурой проведена проверка и установлено, что на земельном участке по адресу: <адрес>, кадастровый N, на территории ПАО "КОКС" расположено строение N "Здание углеподготовки коксохимического завода", включенное в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации на основании постановления Коллегии Администрации Кемеровской области от 20.12.2007 N 358, реестровый N (т.1 л.д. 13-16).
В перечне объектов культурного наследия адрес спорного объекта указан как: <адрес>.
Данное здание построено в 1915-1917 годах и представляет историческую, архитектурно-художественную и конструктивную ценность, как уникальный образец промышленной архитектуры начала ХХ века, один из ранних примеров использования монолитного железобетона в Сибири. В настоящее время объект не эксплуатируется, нуждается в обслуживании.
В едином государственном реестре недвижимости сведения о данном объекте отсутствуют, равно как отсутствуют и сведения о собственнике. Сведений в реестрах федеральной собственности, государственной собственности Кемеровской области либо муниципальной собственности г. Кемерово не имеется (т.1 л.д. 22, 29-30).
В ходе рассмотрения дела установлено, что до 1992 года спорное здание являлось частью Кемеровского коксохимического завода и входило в состав его объектов. В соответствии с государственной программой приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации на 1992 год, утвержденной постановлением Верховного совета Российской Федерации от 11.06.1992 N 2980-1 и Указом Президента Российской Федерации от 01.07.1992 N 721 "Об организационных мерах по преобразованию государственных предприятий, добровольных объединений государственных предприятий в акционерные общества" (т.1 л.д. 32-45).
Решением Комитета по управлению государственным имуществом Кемеровской области от 17.05.1993 N 144 "О приватизации и преобразовании Кемеровского коксохимического завода в открытое акционерное общество "КОКС", утвержден план приватизации предприятия (т.2 л.д. 28-190, т.3 л.д. 191-316).
В соответствии с п.4 решения о приватизации, предусмотрена передача в муниципальную собственность, из числа объектов, входящих в состав Кемеровского коксохимического завода, части объектов городской инженерной инфраструктуры, социально-культурного и коммунально-бытового назначения остаточной стоимостью 140 000 руб. Также часть объектов находящихся в государственной собственности, стоимостью 17 127 000 руб. переданы в муниципальную собственность.
Согласно п.8 решения о приватизации, предусмотрен перечень объектов, не подлежащих приватизации. Спорное здание углеподготовки коксохимического завода в данный перечень не включено, а также не относится к объектам поименованных категорий (т.1 л.д. 48-128).
Вместе с тем, установлено, что земельный участок с кадастровым номером N по адресу: <адрес>, на котором расположено строение N "Здание углеподготовки коксохимического завода", принадлежит на праве собственности ответчику ПАО "Кокс", что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 05.03.2002 (т.1 л.д. 81, том 5 л.д.197-198, 199-202).
Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, руководствуясь ст.25 Закона РСФСР от 24.12.1990 N 443-1 "О собственности в РСФСР", ст.47.3 Федерального закона от 25.06.2002 N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации", положениями Закона РСФСР "О приватизации государственных и муниципальных предприятий в РСФСР" от 03.07.1991, методическими рекомендациями, составляющими приложение N 2 к Указу Президента Российской Федерации от 29.01.1992 N 66, п.11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", установил, что преобразование Кемеровского коксохимического завода в открытое акционерное общество "КОКС" произведено в отношении всего предприятия в целом, на праве собственности у ответчика имеется земельный участок, на котором расположено спорное здание в составе иных строений, принадлежащих ответчику, следовательно, оснований полагать, что данное здание не было частью Кемеровского коксохимического завода до его приватизации, исходя из имеющихся в деле данных, не имеется.
Суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что несмотря на то, что в акте о приватизации не поименовано спорное здание, однако это не свидетельствует о его не включении в план приватизации, кроме того, о фактической приватизации указанного здания свидетельствует и то, что после приватизации оно не перешло в государственную собственность, несмотря на то, что часть активов предприятия было передано государству.
Также суд пришёл к выводу, что данное здание входило в состав Кемеровского коксохимического завода до его приватизации, поскольку согласно плана предприятия, оно расположено внутри огороженной территории предприятия, среди других зданий, принадлежащих ответчику, на одном с ними земельном участке, а действующими на момент приватизации нормами закона предусмотрено и из материалов дела следует, что преобразование Кемеровского коксохимического завода в акционерное общество произведено в отношении всего предприятия в целом; решений о приватизации отдельных цехов, участков или зданий не принималось.
Удовлетворяя заявленные исковые требования, суд первой инстанции исходил из имеющихся в деле доказательств, которые свидетельствуют о том, что спорное здание было приватизировано ответчиком в составе Кемеровского коксохимического завода, в результате чего у ответчика возникло право собственности на "Здание углеподготовки коксохимического завода", расположенное по адресу: <адрес>.
Судебная коллегия соглашается с такими выводами суда, поскольку они соответствуют обстоятельствам дела и представленным доказательствам.
В соответствии с абзацем вторым пункта 7 статьи 3.1 Федерального закона от 25 июня 2002 г. N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации" сведения о границах территории объекта культурного наследия, об ограничениях использования объекта недвижимого имущества, находящегося в границах территории объекта культурного наследия, вносятся в Единый государственный реестр недвижимости в соответствии с Федеральным законом от 13 июля 2015 г. N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости". Отсутствие в Едином государственном реестре недвижимости сведений, указанных в данном пункте, не является основанием для несоблюдения требований к осуществлению деятельности в границах территории объекта культурного наследия, установленных земельным законодательством Российской Федерации и статьей 5.1 указанного Федерального закона.
В соответствии со статьей 6 Федерального закона от 25 июня 2002 г. N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации" под государственной охраной объектов культурного наследия в целях настоящего Федерального закона понимается система правовых, организационных, финансовых, материально-технических, информационных и иных принимаемых органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления в соответствии с указанным Федеральным законом в пределах их компетенции мер, направленных на выявление, учет, изучение объектов культурного наследия, предотвращение их разрушения или причинения им вред.
В соответствии с пунктами 5-9 статьи 16.1 Федерального закона от 25 июня 2002 г. N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации" объект, обладающий признаками объекта культурного наследия, в отношении которого в региональный орган охраны объектов культурного наследия поступило заявление о его включении в реестр, является выявленным объектом культурного наследия со дня принятия региональным органом охраны объектов культурного наследия решения о включении такого объекта в перечень выявленных объектов культурного наследия.
Выявленный объект культурного наследия подлежит государственной охране в соответствии с указанным Федеральным законом до принятия решения о включении его в реестр либо об отказе во включении его в реестр.
Орган регистрации прав по межведомственному запросу регионального органа охраны объектов культурного наследия обязан предоставить на безвозмездной основе информацию о собственнике и (или) об ином законном владельце объекта, обладающего признаками объекта культурного наследия, выявленного объекта культурного наследия, иную информацию об указанных объектах, о земельном участке, в границах которого располагается выявленный объект археологического наследия, в объеме сведений, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости.
Региональный орган охраны объектов культурного наследия не позднее трех рабочих дней со дня получения информации от органа регистрации прав уведомляет собственника и (или) иного законного владельца объекта, обладающего признаками объекта культурного наследия, о включении указанного объекта в перечень выявленных объектов культурного наследия с приложением копии решения о включении объекта в указанный перечень, а также о необходимости выполнять требования к содержанию и использованию выявленного объекта культурного наследия, определенные пунктами 1-3 статьи 47.3 указанного Федерального закона.
В случае угрозы ухудшения состояния выявленного объекта культурного наследия региональным органом охраны объектов культурного наследия могут быть установлены требования к содержанию и использованию указанного объекта в соответствии с пунктом 4 статьи 47.3 указанного Федерального закона. Данные требования, а также иные меры по обеспечению сохранности выявленного объекта культурного наследия указываются в предписании, направляемом региональным органом охраны объектов культурного наследия собственнику или иному законному владельцу выявленного объекта культурного наследия.
В случае несогласия собственника или иного законного владельца выявленного объекта культурного наследия с требованиями, установленными предписанием регионального органа охраны объектов культурного наследия, собственник или иной законный владелец выявленного объекта культурного наследия может обжаловать указанные требования в суд (пункт 8).
Собственник или иной законный владелец выявленного объекта культурного наследия обязан выполнять определенные пунктами 1-3 статьи 47.3 указанного Федерального закона требования к содержанию и использованию выявленного объекта культурного наследия (пункт 9).
В соответствии с пунктом 12 статьи 16.1 Федерального закона от 25 июня 2002 г. N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации" обязанность собственника или иного законного владельца выявленного объекта культурного наследия по выполнению указанных в пунктах 8 и 9 указанной статьи требований к содержанию и использованию выявленного объекта культурного наследия возникает с момента получения данным лицом предусмотренного пунктом 8 указанной статьи уведомления.
Приватизация Кемеровского коксохимического завода была возможна только лишь в организационной структуре завода, поскольку все цеха и службы завода территориально и технологически связаны между собой (т.1 л.д. 45, 40-45).
Таким образом, имеющиеся в деле доказательства свидетельствуют о том, что спорное здание было приватизировано ответчиком в составе Кемеровского коксохимического завода, в результате чего, у ответчика возникло право собственности на "Здание углеподготовки коксохимического завода", расположенное по адресу: <адрес>
Доводы апелляционной жалобы ПАО "КОКС" о том, что истцом в соответствии с требованиями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств того, что спорное строение находилось в ведении Государственного предприятия "Кемеровский коксохимический завод", и оно в порядке приватизации было передано акционерному обществу "Кокс", а также, что оно использовалось Государственным предприятием "Кемеровский коксохимический завод" или АО "Кокс" когда-либо по назначению, что построенное в 1915-1917 годах здание использовались иными собственниками, направлены на ошибочное толкование норм действующего законодательства, а потому не свидетельствуют о незаконности судебного решения.
В соответствии с актом экспертизы объекта "Здания углеподготовки коксохимического завода", расположенного по адресу: <адрес>, территория ОАО "Кокс", от 27 марта 2007 г., установлено следующее.
Строительство Кемеровского коксохимического завода связано с деятельностью в Кубассе Копикуза - "Акционерной компании Кузнецких каменноугольных копей и металлургических заводов". Инициатором создания Копикуза был действительный тайный советник Р., получивший в январе 1912г. монопольное право на разработку месторождений Кузнецкого угольного бассейна.
В 1915 г. после подготовительных работ была заложена шахта "Центральная", располагавшаяся на крутом правом берегу на расстоянии 955 саженей от правого берега реки Томь и являвшаяся основной при разработке данного месторождения. Получив в результате исследования высокие характеристики коксуемости углей, учредители Копикуза приняли решение о строительстве коксохимического завода на противоположном, пологом левом берегу. Это был первый в мире завод, предполагавшийся к строительству в районе со столь суровыми природно-климатическими условиями.
Переговоры с зарубежными фирмами о строительстве были прерваны первой мировой войной. В результате было решено вести строительство самостоятельно, купив проект завода у крупнейшей европейской компании по проектированию коксохимических заводов бельгийской фирмы "О1ivier Piette".
Здание углеподготовки коксохимического завода, строившееся в 1915-1917 гг., представляет собой уникальное для Сибири инженерное сооружение, яркий образец самой современной для того времени промышленной архитектуры. Использовалось по назначению до середины XX в.
Представленный на экспертизу объект является памятником истории, связанным с начальным этапом промышленного развития региона, деятельностью АО "Копикуз" и АИК "Кузбасс" (т. 4 л.д. 190).
Из фототаблиц снятых в 1993 году почетным архитектором Российской Федерации, доцентом КузГТУ О., и представленным в материалы дела, следует, что еще в 1993 году было установлено местонахождение "Здание углеподготовки коксохимического завода", которое имеет внушительные размеры и не могло быть не замечено при приватизации в 1993 году, учитывая нахождение рядом с ним различного оборудования и техники (т.1 л.д.118,119,120, 122).
При составлении акта экспертизы объекта "Здание углеподготовки коксохимического завода" в 2007 году проводился визуальный осмотр объекта, при этом в состав комиссии входил ранее делавший снимки указанного здания - почетный архитектор Российской Федерации, доцент КузГТУ О. Так, из акта экспертизы следует, что здание четырехъярусное, трехпролетное, высотой более 20 метров. Несущей основой здания является ясно читаемый монолитный железобетонный рамный каркас, с продольно и поперечно расположенными ригелями, вынесенными на фасады сооружения. Колонны каркаса, расширяющиеся книзу, играют роль контрфорсов. К восточному фасаду примыкает под углом крутая наклонная галерея, также выполненная в монолитном каркасе. Стены имеют ячеистую структуру, обусловленную расположением на фасаде между основными несущими колоннами и ригелями бетонных импостов и прогонов меньшего сечения, обеспечивающих жесткость стен. Заполнение ячеек - тонкие кирпичные стенки, в ячейки верхнего ряда вставлены окна. Крыша двускатная, по железобетонным рамам (т.4 л.д. 190).
Из материалов дела следует, что в результате реконструкции углеподготовительного цеха некоторые неликвидированные производственные здания и сооружения на 1988 год использовались для других производственных и бытовых нужд, в связи с чем, происходило их переименование и функциональное назначение (т.4 л.д. 13).
Таким образом, отсутствие в документах при приватизации наименования "Здание углеподготовки коксохимического завода", полученное при включении его в перечень объектов культурного наследия, не свидетельствует о том, что указанное здание не входило в перечень объектов при приватизации под другим наименованием и не использовалось, учитывая его объем, размер и конструктивную особенность, что подтверждают фотографии и акт экспертизы объекта.
В соответствии с пунктом 3 приложения N 1 к Постановлению Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. N 3020-1 "О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность" исключительно к федеральной собственности были отнесены объекты историко-культурного наследия общероссийского значения, расположенные на территории Российской Федерации.
В приложении N 2 к названному Постановлению Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. N 3020-1 в числе объектов, относящихся к федеральной собственности, которые могут передаваться в государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга, не указывались памятники культуры, подлежащие охране как памятники государственного значения.
Установлено, что на момент приватизации "Здание углеподготовки коксохимического завода", расположенного по адресу: <адрес>, территория ОАО "Кокс", объектом культурного наследия не было признано.
Доводы апелляционной жалобы о том, что что в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие факт того, что спорное здание являлось частью Кемеровского коксохимического завода и входило в состав его объектов на момент приватизации имущества, приведены апеллянтом без учета Закона РСФСР от 3 июля 1991 г. N 1531-1 "О приватизации государственных и муниципальных предприятий в РСФСР", Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. N 3020-1 "О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность Республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, города Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность", Указов Президента Российской Федерации от 29 января 1992 г. N 66 "Об ускорении приватизации государственных и муниципальных предприятий", от 1 июля 1992 г. N 721 "Об организационных мерах по преобразованию государственных предприятий, добровольных объединений государственных предприятий в акционерные общества" (вместе с "Положением о коммерциализации государственных предприятий с одновременным преобразованием в акционерные общества открытого типа"), Письма Минфина Российской Федерации от 23 декабря 1992 г. N 117 "Об отражении в бухгалтерском учете и отчетности операций, связанных с приватизацией предприятий".
Согласно статье 25 Закона РСФСР от 24 декабря 1990 г. N 443-1 "О собственности в РСФСР" предприятия, имущественные комплексы, здания, сооружения и иное имущество, находящееся в государственной или муниципальной собственности, могут быть отчуждены в частную собственность граждан и юридических лиц в порядке и на условиях, установленных законодательными актами РСФСР и республик, входящих в Российскую Федерацию, актами местных Советов народных депутатов, изданными в пределах их полномочий.
В соответствии со статьей 15 Закона РСФСР от 3 июля 1991 г. N 1531-1 "О приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации", приватизация государственных и муниципальных предприятий осуществляется путем их купли - продажи по конкурсу или на аукционе, посредством продажи долей (акций) в капитале предприятия, а также путем выкупа имущества предприятия, сданного в аренду полностью или частично. Одним из способов приватизации государственного имущества приватизация путем преобразования предприятия в акционерное общество.
В соответствии со статьей 1 Закона РСФСР от 3 июля 1991 г. N 1531-1 "О приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации" приватизация государственных и муниципальных предприятий - приобретение гражданами, акционерными обществами (товариществами) у государства и местных Советов народных депутатов в частную собственность предприятий, цехов, производств, участков, иных подразделений этих предприятий, выделяемых в самостоятельные предприятия; оборудования, зданий, сооружений, лицензий, патентов и других материальных и нематериальных активов предприятий (действующих и ликвидированных по решению органов, правомочных принимать такие решения от имени собственника); долей (паев, акций) государства и местных Советов народных депутатов в капитале акционерных обществ (товариществ); принадлежащих приватизируемым предприятиям долей (паев, акций) в капитале иных акционерных обществ (товариществ), а также совместных предприятий, коммерческих банков, ассоциаций, концернов, союзов и других объединений предприятий.
В соответствии со статьей 95 Гражданского кодекса РСФСР (действующего в период приватизации) земля, ее недра, воды и леса состоят в исключительной собственности государства и предоставляются только в пользование. Государству принадлежат основные средства производства в промышленности, строительстве и сельском хозяйстве, средства транспорта и связи, банки, имущество организованных государством торговых, коммунальных и иных предприятий, основной городской жилищный фонд, а также другое имущество, необходимое для осуществления задач государства.
В силу статьи 96 Гражданского кодекса РСФСР порядок передачи зданий, сооружений, оборудования и другого имущества, относящегося к основным средствам государственных организаций, другим государственным организациям, а также колхозам, иным кооперативным и другим общественным организациям определяется законодательством Союза ССР и постановлениями Совета Министров РСФСР.
В соответствии с Положением о коммерциализации государственных предприятий с одновременным преобразованием в акционерные общества открытого типа, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 1 июля 1992 г. N 721 "Об организационных мерах по преобразованию государственных предприятий, добровольных объединений государственных предприятий в акционерные общества", указанное Положение определяет порядок коммерциализации государственных предприятий с одновременным преобразованием в акционерные общества открытого типа государственных предприятий, производственных и научно - производственных объединений, правовой статус которых ранее не был приведен в соответствие с законодательством Российской Федерации, а также их структурных подразделений.
В соответствии с пунктами 1 и 2 указанного Положения обязательному преобразованию в акционерные общества открытого типа (далее по тексту -акционерные общества) подлежат все предприятия, производственные и научно - производственные объединения, находящиеся в федеральной собственности, государственной собственности республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт - Петербурга, со средней численностью работающих более 1000 человек или с балансовой стоимостью основных фондов на 1 января 1992 г. более 50 млн. рублей, независимо от их вхождения в состав трестов, ассоциаций, концернов, союзов, межотраслевых, региональных и иных объединений предприятий.
Государственные предприятия, имевшие балансовую стоимость основных фондов на 1 января 1992 г. от 10 до 50 млн. рублей и среднесписочную численность работающих более 200 человек, а также не являющиеся юридическими лицами подразделения предприятий (объединений), указанных в пункте 1 указанного Положения (далее по тексту - подразделения), обладавшие по состоянию на 1 января 1992 года отдельным балансом либо имевшие балансовую стоимость основных фондов более 10 млн. рублей или среднесписочную численность работающих более 200 человек, могут быть преобразованы в открытые акционерные общества по решению их трудовых коллективов и соответствующих комитетов по управлению имуществом с учетом требований пункта 2 статьи 19 Закона РСФСР "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках".
Преобразование указанных подразделений в открытые акционерные общества (коммерциализация) осуществляется без их предварительного преобразования в самостоятельные государственные предприятия. Решение о коммерциализации принимается соответствующим комитетом по управлению имуществом (далее по тексту - комитет) на основании представленной в комитет выписки из протокола общего собрания трудового коллектива подразделения. При этом согласия трудового коллектива предприятия (объединения), в состав которого входит подразделение, не требуется.
В соответствии с пунктом 10 указанного Положения с момента регистрации акционерного общества активы и пассивы предприятия, подразделения принимаются акционерным обществом. Акционерное общество становится правопреемником прав и обязанностей преобразованного предприятия. Пределы правопреемства акционерных обществ, созданных в порядке коммерциализации подразделений, устанавливаются решением соответствующего комитета.
Во всех указанных случаях составление передаточного, разделительного балансов не требуется. Состав имущества акционерного общества на момент его учреждения отражается в акте его оценки.
Акционерное общество с момента его регистрации выходит из структуры управления соответствующих министерств, ведомств и органов отраслевого управления местной администрации.
Письмом Минфина Российской Федерации от 23 декабря 1992 г. N 117 "Об отражении в бухгалтерском учете и отчетности операций, связанных с приватизацией предприятий" перечислены определенные операции по учету имущества, предусмотрен специальный порядок отражения в бухгалтерском учете и отчетности операций по приобретению основных средств в порядке: приватизации.
В соответствии с пунктом 1.2. указанного письма по завершении оценки имущества предприятие производит операции по приведению уставного фонда к размеру, соответствующему выкупной (продажной) стоимости предприятия или его уставному капиталу, фиксируемому в учредительных документах.
Для этого в бухгалтерском учете предприятия в соответствии с положениями, определяющими состав имущества предприятия, подлежащего выкупу, производятся операции, которые перечислены в письме.
При совершении данных операций следует иметь в виду, что отдельные виды имущества и обязательств предприятия, учитываемые в соответствии с настоящим пунктом при исчислении уставного капитала, могут не приниматься в расчет при оценке в соответствии с нормативными документами Государственного комитета Российской Федерации по управлению имуществом, определяющими порядок оценки имущества. В этом случае данные виды имущества и обязательств не учитываются в процессе формирования уставного капитала и остаются на счетах их учета.
Указание в апелляционной жалобе на то, что факт расположения спорного объекта на земельном участке на момент приватизации государственного предприятия, впоследствии проданном ответчику на основании возмездной сделки (государственная регистрация права на земельный участок зарегистрировано 5 марта 2002 г.), не является основанием для возложения обязанности на ПАО "Кокс" осуществить учетно-регистрационные действия по постановке объекта недвижимого имущества "Здания углеподготовки коксохимического завода" на кадастровый учет и регистрации права собственности, не соответствуют требованиям материального права.
Указы Президента Российской Федерации от 25 марта 1992 г. N 301 "О продаже земельных участков гражданам и юридическим лицам при приватизации государственных и муниципальных предприятий", от 14 октября 1992 г. N 1229 "О развитии системы приватизационных чеков в Российской Федерации", от 27 октября 1993 г. N 1767 "О регулировании земельных отношений и развитии аграрной реформы в России", от 22 июля 1994 г. N 1535 "Об Основных положениях Государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации после 1 июля 1994 года", от 16 мая 1997 г. N 485 "О гарантиях собственникам объектов недвижимости в приобретении в собственность земельных участков под этими объектами" (утратили силу) определилипорядок приобретения в собственность земли гражданами и юридическими лицами и, соответственно, совершения ими сделок с землей.
Подпунктом 5 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации установлен принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе участков, за исключением случаев, установленных федеральными законам.
В соответствии с требованиями пункта 1 статьи 47.3 Федерального закона от 25 июня 2002 г. N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации" при содержании и использовании объекта культурного наследия, включенного в реестр, выявленного объекта культурного наследия в целях поддержания в надлежащем техническом состоянии без ухудшения физического состояния и (или) изменения предмета охраны данного объекта культурного наследия лица, указанные в пункте 11 статьи 47.6 указанного Федерального закона, лицо, которому земельный участок, в границах которого располагается объект археологического наследия, принадлежит на праве собственности или ином вещном праве, обязаны выполнять предусмотренные данным пунктом обязанности по сохранению и содержанию объекта культурного наследия регионального значения.
В материалы дела представлены правоустанавливающие документы, на основании которых ответчику ПАО "КОКС" с 05.03.2002 на праве собственности принадлежит земельный участок с кадастровым N, по адресу: <адрес>, на котором расположен спорный объект культурного наследия - строение N "Здание углеподготовки коксохимического завода", что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 05.03.2002 (т.1 л.д. 81, т.5 л.д.197-198, 199-202).
Таким образом, имеющиеся в деле доказательства свидетельствуют о том, что спорное здание было приватизировано ответчиком в составе Кемеровского коксохимического завода, в результате чего, у ответчика возникло право собственности на "Здание углеподготовки коксохимического завода", расположенное по адресу: <адрес>
Доводы апелляционной жалобы ПАО "КОКС" о том, что предъявлен виндикационный иск, пропущен срок исковой давности, основаны на ошибочном толковании норм материального права.
Виндикационный иск предъявляется собственником, невладеющим собственником или законным владельцем вещи незаконному владельцу, у которого фактически находится вещь. В случае предъявления виндикационного иска применяются статьи 301, 302, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В конкретном деле в суд с иском обратился прокурор, в том числе, в интересах неопределенного круга лиц, о признании возникшим права собственности ответчика в отношении "Здания углеподготовки коксохимического завода", расположенного по адресу: <адрес> в результате приватизации имущества государственного предприятия "Кемеровский коксохимический завод" в 1993 году; понуждении ПАО "Кокс" осуществить учетно-регистрационные действия по постановке объекта недвижимого имущества "Здания углеподготовки коксохимического завода" на кадастровый учет и регистрации права собственности. Учитывая, что в суд обратился не собственник или владелец здания, оснований для отнесения данного иска к виндикационному иску, не имеется.
Иск прокурора предъявлен в целях реализации требований Федерального закона от 25 июня 2002 г. N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации" с целью установления собственника или законного владельца строения.
Предметами регулирования указанного Федерального закона являются:
1) отношения, возникающие в области сохранения, использования и популяризации объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации;
2) особенности владения, пользования и распоряжения объектами культурного наследия (памятниками истории и культуры) народов Российской Федерации как особым видом недвижимого имущества;
3) порядок формирования и ведения единого государственного реестра объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации;
4) общие принципы государственной охраны объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации.
Обращение прокурора в суд с указанным иском обусловлено целью сохранения, использования и популяризации объектов культурного наследия народов Российской Федерации, а не с целью защиты права собственности ответчика от нарушений других лиц.
Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что истцом избран ненадлежащий способ защиты права, противоречат установленным обстоятельствам дела.
Судом установлено, что процессуальный истец прокурор обратился в суд в интересах неопределенного круга лиц, требования прокурора относятся к иным искам, связанным с установлением факта владения недвижимым имуществом ответчиком, заявленным в публичных интересах.
Разъяснение, изложенное в пунктах 58 и 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" применительно к вещно-правовому способу защиты права, не означает, что в соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации прокурор не может требовать установления факта владения и пользования недвижимым имуществом, такой способ защиты права предусмотрен частью 2 статьи 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Требование прокурора направлено на совершение ответчиком действий для возможности реализации порядка выявления объектов культурного наследия.
В соответствии со статьей 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации целями и задачами гражданского судопроизводства является защита нарушенных и оспариваемых прав, свобод и охраняемых законом интересов физических и юридических лиц, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.
Способы защиты гражданских прав, перечень которых не является исчерпывающим, предусмотрены статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется путем: признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; признания недействительным решения собрания; признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления; самозащиты права; присуждения к исполнению обязанности в натуре; возмещения убытков; взыскания неустойки; компенсации морального вреда; прекращения или изменения правоотношения; неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону; иными способами, предусмотренными законом.
Право выбора способа защиты своего нарушенного права предоставлено истцу.
Доводы апелляционной жалобы о том, что прокурором пропущен срок исковой давности, поскольку при регистрации Министерством культуры Российской Федерации 6 ноября 2015 г. объекта культурного наследия регионального значения "Здание углеподготовки коксохимического завода", расположенного на территории ответчика, лицу, в интересах которого подано исковое заявление, - Российской Федерации, должно было быть известно об отсутствии зарегистрированного собственника спорного объекта, противоречит установленным обстоятельствам дела, поскольку в ходе рассмотрения дела судом установлено, что иск подан в интересах неопределенного круга лиц (т. 1 л.д. 17).
Право прокурора на обращение в суд в интересах неопределенного круга лиц предусмотрено пунктом 3 статьи 35 Федерального закона от 17 января 1992 г. N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации", статьей 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
В силу статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
Срок исковой давности по общему правилу составляет три года и начинает течь с того момента, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком поиску о защите этого права (пункт 1 статьи 196, пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, независимо от того, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении его права и нарушителе (пункт 2 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено ответчиком, является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).
При рассмотрении настоящего дела в суде ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.
Вместе с тем, об отсутствии собственника у спорного здания, являющегося объектом культурного наследия (памятником истории и культуры) народов Российской Федерации, истцу стало известно только при проведении проверки, инициированной обращением председателя комитета по охране объектов культурного наследия Кемеровской области, поступление информации в прокуратуру района 5 февраля 2020 г., следовательно, срок исковой давности надлежит исчислять с 05.02.2020, с момента поступления в прокуратуру Заводского района обращения Комитета по охране объектов культурного наследия Кемеровской области.
Ссылка в апелляционной жалобе на то, что по указанному прокурором адресу: <адрес> объекта культурного наследия не существует, не могут быть приняты во внимание судебной коллегией.
Действительно, в перечне объектов культурного наследия адрес спорного объекта указан как: <адрес>.
Вместе с тем, установлено, что объект культурного наследия регионального значения "Здание углеподготовки коксохимического завода" 1915-1917 гг., расположенный по адресу: <адрес>, в едином государственном реестре объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации был зарегистрирован на основании приказа Министерством культуры Российской Федерации от 6 ноября 2015 г. N 14267-р (т. 1 л.д. 17).
При этом решением Управления архитектуры и градостроительства Администрации г.Кемерово от 14.02.2017 присвоен адрес: <адрес>, строение N, объекту адресации - нежилое здание - цех по изготовлению металлоконструкций, входящее в комплекс строений ПАО "КОКС", расположенный на земельном участке с кадастровым номером N. Основание присвоения адреса: разрешение от 17.11.2015 на строительство цеха по изготовлению металлоконструкций, общей площадью 1495,1 кв.м. (т.3, л.д. 168).
Однако, согласно кадастровому паспорту от 26.06.2012 месторасположение земельного участка с кадастровым номером N, площадью 668022+/-286 кв.м., на котором расположен спорный объект "Здание углеподготовки коксохимического завода", установлено относительно ориентира, расположенного в границах почтового адреса ориентира: <адрес> (том 5 л.д.197-198, 199-202).
Доводы апелляционной жалобы направлены на ошибочное толкование норм действующего законодательства, а потому не свидетельствуют о незаконности судебного решения.
Правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие значение для дела установлены на основании представленных доказательств, оценка которым дана с соблюдением требований ст. 67 ГПК РФ.
Доводы апелляционной жалобы по существу рассмотренного спора, не опровергают правильности выводов суда, не могут повлиять на правильность определения прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, к отмене состоявшегося судебного решения.
При таких обстоятельствах, решение суда является законным и обоснованным, оснований к его отмене не усматривается.
Руководствуясь ч.1 ст. 327.1, ст.ст. 328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Заводского районного суда г. Кемерово Кемеровской области от 26 июня 2020 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика публичного акционерного общества "КОКС" - без удовлетворения.
Председательствующий: А.Ф.Емельянов
Судьи: Л.К.Ворожцова
С.А.Смирнова
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
