Определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 18 октября 2022 года Дело N 33-22416/2022

Санкт-Петербург 18 октября 2022 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

Председательствующего Сопраньковой Т.Г.

судей Игнатьевой О.С., Вересовой Н.А.

при секретаре Сидоровой Я.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу И.Б. на решение Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 17 мая 2022 года по гражданскому делу N 2-142/2022 по иску И.Б. к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов России, Главного Управления Федеральной службы судебных приставов России по Санкт-Петербургу о возмещении ущерба.

Заслушав доклад судьи Сопраньковой Т.Г., объяснения представителя ответчика ФССП России - Ю.А., судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

И.Б. обратился в Октябрьский районный суд Санкт-Петербурга с иском к Российской Федерации в лице ГУ ФССП России по Санкт-Петербургу, ФССП России о взыскании 74 811 000 руб. материального ущерба, ссылаясь в обоснование заявленных требований на то, что ему на праве собственности принадлежат два дебаркадера (стоечные судна).

В период с 2002 по 2003 годы с использованием указанных дебаркадеров истцом было выполнено строительство плавучей гостиницы, которая представляет собой единое стоечное судно на железобетонном корпусе с четырехярусной надстройкой класса "Р1,2" Российского речного регистра, назначение судна - плавучая гостиница (плавучий дом) на 55 жилых номеров (комнат) на базе корпуса бранд-вахты, предназначенной для круглогодичной эксплуатации в стоечном режиме у набережных Невы.

Как указывалось в иске, с 2015 года по инициативе природоохранного прокурора Санкт-Петербурга предпринимались усилия по демонтажу плавдома истца.

Решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 24.10.2016 по делу N 2-7669/2016 на истца возложена обязанность произвести демонтаж аварийного трехэтажного дебаркадера (плавдома) и изъять его из водного объекта - реки Большой Невки в районе <адрес> в срок 90 дней с момента вступления решения суда в законную силу. Решение вступило в законную силу 22.06.2017.

25.10.2017 в МО по ИОИП УФССП России по Санкт-Петербургу судебным приставом-исполнителем Д.В. было возбуждено исполнительное производство N...-ИП по исполнительному листу ФС N... от 05.10.2017, выданному Приморским районным судом Санкт-Петербурга.

Вследствие бездействия судебного пристава-исполнителя произошла незаконная передача имущества истца иным лицам.

Не позднее 17.12.2017 имущество истца было поднято с грунта и отбуксировано с места исполнительских действий по адресу: Санкт-Петербург, река Большая Невка, пристань в районе <адрес> и, по мнению истца, незаконно (без решения суда и иных распорядительных актов органов исполнительной власти) - до причала ООО "Историческая верфь "Полтава" по адресу: <адрес> акватории арендованной ООО "Яхтенный порт "Геркулес" и в дальнейшем использовано СПб РСОО "Яхт-клуб Санкт-Петербург" под нужды обслуживания реплики корабля "Полтава" (с 27.05.2018) и других кораблей, судов, яхт, лодок) СПб РСОО "Яхт-клуб Санкт-Петербург".

По мнению истца, судебный пристав-исполнитель Д.В. допустил изменение сути судебного решения по своему усмотрению, лишив истца его собственности и причинив материальный ущерб на сумму 74 811 000 руб.

Решением Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 17 мая 2022 года И.Б. в удовлетворении исковых требований отказано.

Не соглашаясь с вынесенным решением, истец в апелляционной жалобе просит решение суда отменить в связи с существенным нарушением норм материального права, принять по делу новое решение. В обоснование жалобы указывает, что судебный пристав-исполнитель Д.В. допустил изменение сути судебного решения по своему усмотрению, лишив И.Б. его собственности и причинив ему материальный ущерб. При надлежащем исполнении обязанностей судебный пристав-исполнитель имел фактическую возможность окончить исполнительное производство N...-ИП в установленный законом срок, а ФССП России - передать И.Б. его имущество. По мнению подателя жалобы, вина судебного пристава заключается в неисполнении в период с 15.12.2017 по 15.02.2018 положений ст.а. 36, 47, 102 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", статьи 12 Федерального закона от 21.07.1997 N 118-ФЗ "О судебных приставах", в связи с чем между бездействием ответчиков и утратой имущества истца имеется причинно-следственная связь, что является основанием для возмещения ущерба.

Истец И.Б., ответчик ГУ ФССП России по Санкт-Петербургу в судебное заседание коллегии не явились, о рассмотрении дела судом апелляционной инстанции извещены по правилам ст. 113 ГПК РФ, о причинах неявки не сообщили, доказательства их уважительности не представили. Судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело по апелляционной жалобе в отсутствие не явившихся лиц в порядке ч. 3 ст. 167 ГПК РФ.

Судебная коллегия, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения явившихся участников процесса, приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 11.09.2002 истец по договору купли-продажи приобрел у ЗАО "Норд-Атлантик" плавсредство "дебаркадер" (т. 1, л.д. 22). На основании договора купли-продажи от 23.09.2002 истец приобрел у ПК "Дельфин" плавсредство "Дебаркадер", шириной 10 м., длиной 35 м., высота борта 3 м, по адресу: <адрес> (т. 1, л.д. 24).

Решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 24.10.2016 по делу N 2-7669/2016, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 22.06.2017, постановлено обязать И.Б. произвести демонтаж аварийного трехэтажного дебаркадера с железобетонным корпусом размером 25х50 метров (N....) и изъять его из водного объекта - реки Большой Невки в районе <адрес> в срок 90 дней с момента вступления решения суда в законную силу (т. 1 л.д. 42-47). Решение вступило в законную силу 22.06.2017.

Указанным решением установлено, что И.Б. является собственником дебаркадеров, размещенных на участке акватории <адрес> и скрепленных в один дебаркадер на основании ранее указанных договоров купли-продажи от 11.09.2002 и от 23.09.2002.

Также судом было установлено, что у <адрес> вдоль береговой линии р. Б. Невки пришвартован дебаркадер, находящийся в собственности И.Б., целью приобретения двух дебаркадеров было создание из них одного трехэтажного дебаркадера и плавучей гостиницы, то есть использование дебаркадеров в коммерческих целях.

На принудительное исполнение указанного решения суда был выдан исполнительный лист ФС N..., который <дата> предъявлен на принудительное исполнение в МО по ИОИП УФССП России по Санкт-Петербургу (т. 1 л.д. 247-249).

В материалы дела представлена копия определения Волосовского районного суда Ленинградской области от 03.02.2015 по делу N 2-262/2010 об отказе в удовлетворении заявления судебного пристава-исполнителя МО по ИОИП УФССП России по Санкт-Петербургу М.И. о разъяснении положений исполнительного документа, выданного на принудительное исполнение решения Волосовского районного суда Ленинградской области по делу N 2-262/2010 (т. 1, л.д. 35-41).

Постановлением от 25.10.2017 судебного пристава-исполнителя Д.В. МО по ИОИП ГУФССП России по Санкт-Петербургу возбуждено исполнительное производство N...-ИП в отношении И.Б. с предметом исполнения: обязать И.Б. произвести демонтаж аварийного трехэтажного дебаркадера с железобетонным корпусом размером 25х50 метров (координаты: N....) и изъять его из водного объекта - реки Большой Невки в районе дома N 56 <адрес> в срок 90 дней с момента вступления решения суда в законную силу (т. 1 л.д. 235-236).

29.11.2017 судебным приставом-исполнителем Д.В. вынесено постановление о поручении судебному приставу-исполнителю Волосовского РОСП совершить исполнительные действия и (или) применить меры принудительного исполнения в виде: отобрания у И.Б. объяснения по факту неисполнения требований, содержащихся в исполнительном документе, вручить должнику постановление о возбуждении исполнительного производства от 25.10.2017, требование судебного пристава-исполнителя от 29.11.2017 и извещение о вызове на прием от 29.11.2017 (т. 1, л.д. 234).

В ходе рассмотрения дела установлено, что поручение Волосовским РОСП выполнено не было.

Как следует из материалов исполнительного производства N...-ИП, судебный пристав-исполнитель Д.В. неоднократно выставлял должнику требование об исполнении решения суда (29.11.2017, 15.12.2017, 02.04.2018) и извещения о необходимости явки на прием к судебного приставу исполнителю (25.10.2017, 29.11.2017, 15.12.2017, 02.04.2018, 18.05.2018). Также судебным приставом-исполнителем выносились постановления от 15.12.2017 о временном ограничении на выезд из РФ и взыскании исполнительского сбора.

03.10.2018 судебный пристав-исполнитель Д.В. при участии двух понятых (Р.В. и А.А.) составил акт о совершении исполнительных действий, согласно которому при выходе в адрес <адрес>р. Б. Невка), установлено, что аварийный дебаркадер в акватории отсутствует. Требования исполнительного документа исполнены должником в полном объеме.

На основании указанного акта 04.10.2018 судебный пристав-исполнитель Д.В. вынес постановление об окончании исполнительного производства N...-ИП в связи с выполнением требований исполнительного документа (т. 1, л.д. 209-210).

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходил из того, что в материалах дела не имеется доказательств того, что ГУ ФССП России по Санкт-Петербургу заключало договор на проведение работ по демонтажу дебаркадера.

Действия судебного пристава-исполнителя по окончанию исполнительного производства не были обжалованы.

Материалами дела подтверждается лишь тот факт, что судебный пристав-исполнитель Д.В. получил на принудительное исполнение судебный акт об обязании истца произвести демонтаж аварийного трехэтажного дебаркадера и изъять его из водного объекта, при выходе в адрес которого установил отсутствие указанного аварийного трехэтажного дебаркадера.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 26.10.2020 (т. 1 л.д. 67) усматривается, что И.Б. в своих объяснениях и.о. дознавателя указал на то, что в 2017 году с целью исключения возможности отрыва швартовых дебаркадера и сноса его от причальных сооружений, дебаркадер был притоплен (посажен на грунт), путем затопления трюмов, что исключало возможность самостоятельного перемещения в штормовых условиях, а также угона дебаркадера неизвестными лицами, без подготовительных работ для дальнейшей транспортировки. Поэтому, после затопления, охрана дебаркадера не осуществлялась.

Прибыв около 17 часов 00 минут 22.06.2018 к месту швартовки дебаркадера, И.Б. обнаружил его отсутствие, а также обнаружил отсутствие причала, к которому дебаркадер был ошвартован. Следов демонтажа причала и дебаркадера не было видно. Последний раз И.Б. видел дебаркадер 05.12.2017.

29.07.2019 по информации в СМИ похищенное имущество обнаружено в ковше акватории Санкт-Петербурга, а именно в акватории РССО "Яхт-клуб Санкт-Петербурга", расположенного по адресу: <адрес>

В ходе проведения осмотра места происшествия 10.09.2019, в акватории СПб РССО "Яхт-клуб Санкт-Петербурга" был обнаружен дебаркадер без идентификационных номеров, к которому пришвартовано строящееся судно "Полтава". Также, в южной оконечности ковша, при выходе из акватории СПб РССО "Яхт-клуб Санкт-Петербурга" обнаружен дебаркадер без верхнего настила и без идентификационных номеров, частично погруженный в воду.

Дополнительно, в части касающейся сохранной расписки на выдачу под ответственное хранение обнаруженных в акватории "Яхт-клуба Санкт-Петербурга" дебаркадеров опрошен И.Б. Из его объяснений установлено, что по недавний момент времени И.Б. велись споры о праве собственности на вышеуказанные дебаркадеры с руководством "Яхт-клуба Санкт-Петербурга".

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, суд пришел к выводу о том, что судебный пристав-исполнитель установил отсутствие спорного имущества ранее самого истца, который оставил свое имущество без охраны. Кроме того, имущество, которое со слов И.Б. принадлежит ему, найдено в акватории РССО "Яхт-клуб Санкт-Петербурга", у которого с истцом имеется спор о праве собственности на дебаркадеры. При этом невозможно идентифицировать его как имущество И.Б., поскольку отсутствуют какие-либо индивидуализирующие его признаки.

При таких обстоятельствах суд посчитал действия судебного пристава-исполнителя по окончанию исполнительного производства правомерными и пришел к выводу о недоказанности причинения истцу убытков действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя.

Судебная коллегия не усматривает оснований для отмены обжалуемого решения.

В соответствии с п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно абзацу второму пункта 1 статьи 12 Федерального закона от 21 июля 1997 г. N 118-ФЗ "О судебных приставах" в процессе принудительного исполнения судебных актов и актов других органов, предусмотренных федеральным Законом об исполнительном производстве, судебный пристав-исполнитель принимает меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов.

При этом судебный пристав-исполнитель как лицо, непосредственно осуществляющее функции по принудительному исполнению судебных актов, вправе самостоятельно определять последовательность, объем и характер совершаемых (необходимых) действий, мер принудительного исполнения в каждом конкретном случае, исходя из характера требований исполнительного документа и обстоятельств дела, поэтому принятие или непринятие тех или иных мер само по себе не может расцениваться как нарушение прав взыскателя.

В силу части 2 статьи 119 Федерального закона N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском о возмещении убытков, причиненных им в результате совершения исполнительных действий и (или) применения мер принудительного исполнения.

Аналогичные положения содержатся в пунктах 2 и 3 статьи 19 Закона о судебных приставах, регулирующих вопросы ответственности судебных приставов за противоправные действия, повлекшие причинение ущерба.

В соответствии с пунктом 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования (ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 г. N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства", защита прав взыскателя, должника и других лиц при совершении исполнительных действий осуществляется по правилам главы 17 Закона об исполнительном производстве, но не исключает применения мер гражданской ответственности за вред, причиненный незаконными постановлениями, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя (пункт 80). По делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и причинением вреда. То обстоятельство, что действия (бездействие) судебного пристава-исполнителя не были признаны незаконными в отдельном судебном производстве, не является основанием для отказа в иске о возмещении вреда, причиненного этими действиями (бездействием), и их законность суд оценивает при рассмотрении иска о возмещении вреда (пункт 82).

Таким образом, для наступления гражданско-правовой ответственности в порядке статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательно наличие совокупности следующих условий: незаконность действий государственных органов либо должностных лиц указанных органов; наличие вреда, причиненного лицу или его имуществу; причинно-следственная связь между неправомерными действиями и наступившим вредом; вина причинителя вреда.

Отсутствие одного из условий либо недоказанность одного из названных обстоятельств исключает наступление ответственности за причинение вреда.

При установлении факта причинения вреда неправомерными действиями бремя доказывания своей невиновности и правомерности своих действий лежит на приставах-исполнителях.

Коллегия приходит к выводу, что суд обоснованно не нашел в действиях судебного пристава-исполнителя вины и причинно-следственной связи между его поведением и наступившими неблагоприятными последствиями для истца, что свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения иска о взыскании убытков.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, имущество истца судебным приставом-исполнителем не изымалось, ответственность за его сохранность на судебного пристава-исполнителя не возлагалась, что исключает возможность возмещения вреда при его утрате должнику исходя из приведенных положений.

Поскольку имущество не изымалось и на хранение не передавалось, должник по исполнительному производству не освобождался от обязанностей, предусмотренных ст. ст. 210, 211 Гражданского кодекса РФ, согласно которым собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, риск случайной гибели или случайного повреждения имущества.

Истец И.Б. принимал участие в судебном заседании 24.10.2016 при рассмотрении дела N 2-7669/2016, и, будучи осведомлен о наличии у него обязанности по демонтажу дебаркадера до 21.09.2017, в установленный законом и решением суда данную обязанность не исполнил, в связи с чем последствия несвоевременного исполнения обязательства, в том числе утрата данного имущества, в любом случае не могут быть признаны убытками, возникшими по вине ответчиков, поскольку указанные последствия наступили исключительно вследствие бездействия самого истца, не исполнившего решения суда по перемещению своего имущества.

Довод истца о том, что требования исполнительного документа не были исполнены судебным приставом-исполнителем в двухмесячный срок со дня возбуждения исполнительного производства судом обоснованно отклонен, так как не основан на положениях закона.

Как правильно указал суд первой инстанции, предусмотренный частью 1 статьи 36 Федерального закона "Об исполнительном производстве" двухмесячный срок исполнения судебным приставом-исполнителем требований исполнительного документа со дня возбуждения исполнительного производства направлен на реализацию такой задачи исполнительного производства, как правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, не является пресекательным, и его истечение не влечет прекращение исполнительного производства.

С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу о том, что решение суда первой инстанции постановлено с соблюдением требований норм процессуального и материального права, не противоречит собранным по делу доказательствам и требованиям закона, а доводы апелляционной не опровергают вышеизложенных выводов суда, не содержат обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, и не влияют на правильность принятого судом решения.

Руководствуясь положениями ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 17 мая 2022 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ( без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное определение изготовлено 25 ноября 2022 года


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка