Определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 1 ноября 2022 года Дело N 33-22157/2022

Санкт-Петербург 01 ноября 2022 года
Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:
председательствующего Савельевой Т.Ю.,Судей Ильинской Л.В., Миргородской И.В.,при секретаре Львовой Ю.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы МВД России и ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга на решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 25 марта 2022 года по гражданскому делу N 2-307/2022 по иску Трофимовой Альбины Дмитриевны к МВД России, ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области о взыскании суммы материального ущерба, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Савельевой Т.Ю., объяснения представителя ответчика ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области Антонова Е.В., действующего на основании доверенности, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

Трофимова А.Д. обратилась в суд с иском к МВД России, ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области о взыскании суммы материального ущерба в размере 53 000 руб. и компенсации морального вреда в размере 30 000 руб., причинённых незаконными действиями (бездействием) должностных лиц УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга, выразившимися в невозврате ей имущества, которое признано вещественным доказательством по уголовному делу.

Требования мотивированы тем, что 06 февраля 2017 года в результате противоправных действий неустановленных лиц истцу был причинён материальный ущерб в размере 53 000 руб. По данному факту 23 августа 2017 года СУ УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга возбуждено уголовное дело N 11701400019708983 по ч. 2 ст. 159 УК РФ, в рамках которого у истца был изъят и приобщён к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства серебряный столовый набор. В 2020 году истец обратилась в прокуратуру Выборгского района Санкт-Петербурга с жалобой на действия следователей СУ УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга. По сведениям прокуратуры уголовное дело N 11701400019708983 утеряно, в ходе проведения расследования восстановленного уголовного дела выявлено, что изъятый столовый набор утерян, возможное его местонахождение не установлено.

Решением Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 25 марта 2022 года с Российской Федерации в лице МВД России за счёт средств казны Российской Федерации в пользу Трофимовой А.Д. взыскан материальный ущерб в размере 53 000 руб. и компенсация морального вреда в размере 30 000 руб.

В удовлетворении исковых требований Трофимовой А.Д. к ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области отказано.

Не согласившись с таким решением, ответчики подали апелляционные жалобы, в которых просят его отменить и принять по делу новое решение, ссылаясь на недоказанность выводов суда первой инстанции, их несоответствие фактическим обстоятельствам дела и неправильное применение норм материального и процессуального права.

Доводы ответчиков сводятся к тому, что определённая к взысканию сумма материального ущерба не отвечает принципам разумности и справедливости; истец не представила надлежащих доказательств причинения ей нравственных и физических страданий в результате незаконного бездействия должностных лиц, в связи с чем отсутствовали основания для взыскания компенсации морального вреда.

Частью 1 ст. 327 ГПК РФ предусмотрено, что суд апелляционной инстанции извещает лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения жалобы, представления в апелляционном порядке.

Истец Трофимова А.Д., представители ответчика МВД России и третьего лица УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга, извещённые о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом (л.д. 226-229), в заседание суда апелляционной инстанции не явились, ходатайств об отложении заседания и доказательств наличия уважительных причин неявки не направили.

С учётом требований ч. 2.1 ст. 113 ГПК РФ сведения о времени и месте проведения судебного заседания размещены в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" на официальном сайте Санкт-Петербургского городского суда.

На основании изложенного, руководствуясь положениями ч. 3 ст. 167, ст. 327 ГПК РФ, судебная коллегия определиларассмотреть апелляционные жалобы в отсутствие неявившихся лиц.

Ознакомившись с материалами дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года N 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции" законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 06 февраля 2017 года в 20 отдел полиции УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга поступило заявление Трофимовой А.Д. по факту хищения денежных средств в сумме 53 000 руб.

Постановлением заместителя прокурора Выборгского района Санкт-Петербурга от 31 июля 2017 года отменено постановление о/у ГУР 20 отдела полиции УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга Г.И.А. от 13 декабря 2017 года об отказе в возбуждении уголовного дела.

Постановлением следователя СУ УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга старшего лейтенанта юстиции П.Е.В. от 23 августа 2017 года возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ (мошенничество, совершенное группой лиц по предварительному сговору, а равно с причинением значительного ущерба гражданину), а именно: неустановленные лица, образуя группу лиц по предварительному сговору, заранее договорившись о совместном совершении преступления, 06 февраля 2017 года в период времени с 12 часов 30 минут до 13 часов 30 минут, находясь по адресу: Санкт-Петербург, Лесной пр., д. 61, корп. 1, кв. 30, путём обмана под предлогом срочной необходимости продажи серебряных столовых приборов, похитили у Трофимовой А.Д. денежные средства в размере 53 000 руб., после чего с похищенным с места преступления скрылись, распорядившись им по собственному усмотрению, тем самым причинив Трофимовой А.Д. материальный ущерб в сумме 53 000 руб.

14 сентября 2017 года на основании постановления старшего следователя СУ УМВД России по Василеостровскому району г. Санкт-Петербурга Суворова В.А. (прикомандирован в СУ УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга основании приказа от 29 июня 2017 года N 196 л/с) истец признана потерпевшей по уголовному делу N 11701400019708983.

Постановлением от 23 октября 2017 года предварительное следствие по уголовному делу приостановлено.

Согласно объяснениям истца и её представителя, которые являются самостоятельным средством доказывания (ст. 55 ГПК РФ), после обращения в полицию к ней в квартиру приходили сотрудники полиции, одного из них звали "Имам", они произвели осмотр и фотографирование столового набора, забрали столовый набор и ушли; при этом присутствовали понятые - соседи по парадной (Мехмедович Н.Б.); в дальнейшем выявилось, что после изъятия столовый набор пропал.

19 марта 2020 года истец обратилась с жалобой в прокуратуру Выборгского района Санкт-Петербурга по вопросу расследования её уголовного дела.

В соответствии с ответом прокуратуры Выборгского района Санкт-Петербурга от 17 апреля 2020 года за исх. N 62ж2019 согласно представленной СУ УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга информации установить местонахождение уголовного дела N 11701400019708983 не представляется возможным; в адрес руководства СУ УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга направлено требование о необходимости установления местонахождения уголовного дела, а в случае его утраты - восстановления в порядке ст. 158.1 УК РФ; в рамках расследования восстановленного уголовного дела установлено, что изъятый столовый набор утерян, возможное его местонахождение не установлено; истцу сообщено, что выявленный факт утраты вещественного доказательства по уголовному делу будет включён прокуратурой района в обобщённое представление на имя руководства СУ УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга.

Разрешая спор в порядке ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, суд первой инстанции оценил собранные по делу доказательства их совокупности с объяснениями сторон и показаниями свидетелей П.Е.В. и Г.И.А., руководствовался положениями ст. 15, 1064, 1069, 1070 ГК РФ, ст. 81, 81.1, 82 УПК РФ и, исходя из установленного факта нарушения сотрудниками отдела полиции УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга правил хранения вещественных доказательств, причинения в связи с этим ущерба истцу, пришёл к выводу о его возмещении за счёт казны Российской Федерации, возложив обязанность возместить вред на МВД России.

Определяя размер подлежащего взысканию ущерба в сумме 53 000 руб., представляющей собой фактические затраты истца на приобретение утраченного серебряного столового набора, суд первой инстанции принял во внимание разъяснения, данные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", и отметил, что в ходе судебного разбирательства представители ответчиков и третьего лица отказались от проведения судебной товароведческой экспертизы, позволяющей определить стоимость утраченной вещи, а представленные ими распечатки рекламы о продаже наборов, похожих на набор, приобретённый истцом, признакам относимости и допустимости доказательств не отвечают.

Судебная коллегия не находит оснований подвергать указанные выводы сомнению.

Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе (п. 2 ст. 307 ГК РФ).

В соответствии с абз. 9 ст. 12 ГК РФ возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав.

Согласно п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В п. 2 названной статьи определёно, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Убытки являются формой гражданско-правовой ответственности, и их взыскание возможно при наличии определенных условий.

Статьёй 16 ГК РФ установлено, что убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

В силу п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причинённый гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причинённый юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счёт казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счёт казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объёме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Исходя из п. 2 этой же статьи, вред, причинённый гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 настоящего Кодекса.

Так, на основании ст. 1069 ГК РФ вред, причинённый гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счёт соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

По общим правилам, приведённым в п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред; данное лицо освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине.

Таким образом, ответственность за причинённый вред (деликтная ответственность) наступает при совокупности условий, которая включает: наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда и причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

Причинно-следственная связь должна носить объективный, безотносительный характер.

Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба.

Как разъяснено в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, размер ущерба, а также причинно-следственную связь между противоправным поведением ответчика и наступившими последствиями, тогда как на ответчика возложено бремя опровержения вышеуказанных фактов, а также доказывания отсутствия вины.

Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Удовлетворяя исковые требования в части взыскания материального ущерба, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что согласно ч. 4 ст. 81 УПК РФ изъятые в ходе досудебного производства, но не признанные вещественными доказательствами предметы, включая электронные носители информации, и документы подлежат возврату лицам, у которых они были изъяты, с учётом требований ст. 6.1 настоящего Кодекса.

Между тем в материалах дела отсутствует протокол выемки (изъятия) набора столовых предметов у истца, как и постановление о признании данных предметов вещественными доказательствами, а также сведения о назначении и проведения экспертизы.

Наряду с этим, истец обращалась с жалобами в прокуратуру Выборгского района Санкт-Петербурга по факту ненадлежащего расследования уголовного дела N 11701400019708983.

В письме прокуратуры от 18 февраля 2021 года за исх. N 62ж2019 отражены сведения, аналогичные ранее данному ответу от 17 апреля 2020 года за исх. N 62ж2019; дополнительно сообщено о том, что выявленный факт утраты вещественного доказательства по уголовному делу включён прокуратурой района в обобщённое представление на имя руководства СУ УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга, которое рассмотрено и удовлетворено.

Кроме того, в подтверждение обстоятельств, на которых основаны заявленные требования, истец сослалась на фотографии, выполненные 06 и 07 февраля 2017 года, на которых запечатлён набор столовых приборов в двухярусной деревянной коробке.

В этой связи факт изъятия у истца и утраты набора столовых приборов сотрудниками правоохранительных органов нашёл свое подтверждение в ходе рассмотрения дела.

Поскольку в результате незаконных действий (бездействия) должностных лиц УМВД по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга истцу были причинены нравственные страдания, суд первой инстанции, учитывая характер и степень страданий, понесённых истцом, обстоятельства того, что в связи с утратой уголовного дела и изъятой вещи истец была лишена возможности восстановления нарушенного права в рамках уголовного дела в течение длительного периода времени, применив положения ст. 150, 151, 1099 ГК РФ, взыскал с Российской Федерации в лице МВД России за счёт казны Российской Федерации в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб.

Вместе с тем судебная коллегия не может согласиться с данным выводом, полагая, что оснований для взыскания такой компенсации у суда первой инстанции не имелось.

Статьей 1069 ГК РФ предусмотрена ответственность за вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов.

При этом обязательными условиями наступления ответственности за причинение вреда являются: факт причинения вреда, неправомерность (незаконность) действий (бездействия) причинителя вреда, вина причинителя вреда, а также причинно-следственная связь между незаконными действиями (бездействием) и наступившим вредом.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда гражданину моральный вред причинен в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, в иных случаях, предусмотренных законом.

За иные незаконные действия органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры или суда государство несёт ответственность по правилам ответственности за виновные действия, закрепленные ст. 1069 ГК РФ.

Тем самым государство принимает на себя ответственность за незаконные действия каждого должностного лица или органа дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, с наличием которых закон связывает возникновение права на возмещение вреда, включая фактические действия (противоправное поведение) либо бездействие, в частности несовершение государственным органом или должностным лицом тех действий, относящихся к сфере их публично-правовых (властных) обязанностей, которые они должны были совершить в соответствии с законом.

Однако применение норм ст. 1069 ГК РФ, как указано в определении Конституционного Суда Российской Федерации "По жалобам граждан Г. и Ш. на нарушение их конституционных прав пунктом 1 статьи 1070 и статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации город Санкт-Петербург 17 января 2012 года", предполагает не только наличие общих условий деликтной (то есть внедоговорной) ответственности (наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями, вины причинителя), но и специальных условий такой ответственности, связанных с особенностями субъекта ответственности и характера его действий.