Определение Севастопольского городского суда от 06 августа 2020 года №33-2204/2020

 
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ СЕВАСТОПОЛЬСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА
 
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
 
от 06 августа 2020 года Дело N 33-2204/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Севастопольского городского суда в составе:
председательствующего судьи Радовиля В.Л.,
судей Ваулиной А.В., Балацкого Е.В.,
при секретаре Выскренцевой В.Ю.,
рассмотрев в отрытом судебном заседании апелляционную жалобу Департамента архитектуры и градостроительства города Севастополя на решение Балаклавского районного суда города Севастополя от 14 мая 2020 года по гражданскому делу по исковому заявлению Омаровой Ларисы Николаевны к Департаменту архитектуры и градостроительства города Севастополя о признании права собственности на помещения в перепланированном, реконструируемом виде,
заслушав доклад судьи Ваулиной А.В.,
установила:
Омарова Л.Н. обратилась в суд с иском к Департаменту архитектуры и градостроительства Севастополя, в котором просила признать право собственности на встроенные нежилые помещения с тамбурами лит "а5", лит "а1-5", площадью 84,7 кв.м кадастровый N, расположенное по адресу: <адрес>, в состоянии после реконструкции, перепланировки.
В обоснование своих требований указала, что является собственником встроенных помещений с тамбурами лит.а5 и а1-5 (с N 2-1 по 2-3, I, II) площадью 52,3 кв.м кадастровый N в данном многоквартирном доме. Земельный участок под домом сформирован и поставлен на кадастровый учёт. В 2011-2014 годах собственник квартир N В.А.А. произвёл реконструкцию жилых помещений, присоединив к ним чердачное пространство. Право собственности В.А.А. на образованный в результате объект недвижимости зарегистрирован в ЕГРН. При реконструкции второго этажа на первом этаже образовалось свободное пространство, ограниченное выступающими конструкциями второго этажа, под которыми истец с согласия второго сособственника но в отсутствии разрешительной документации осуществила перепланировку и реконструкцию своих помещений, площадь которых была увеличена до 84,7 кв.м. Решением Департамента архитектуры и градостроительства города Севастополя от 01 августа 2019 года истцу отказано в принятии помещений после произведённой реконструкции в эксплуатацию. Ввиду того, что возведённая пристройка требованиям градостроительных и строительных норм и правил соответствует, не создаёт угрозу жизни и здоровья граждан, то полагала, что право собственности на помещения после реконструкции и перепланировки может быть признано за ней в судебном порядке.
Решением Балаклавского районного суда города Севастополя от 14 мая 2020 года требования Омаровой Л.Н. удовлетворены, за ней признано право собственности на встроенные нежилые помещения с тамбурами лит "а5", лит "а1-5", площадью 84,7 кв.м, кадастровый N, расположенные по адресу: <адрес>, в реконструированном, перепланированном виде, определённом в техническом плане на встроенные нежилые помещения <адрес> в <адрес> по состоянию на 24 сентября 2019 года, выполненном кадастровым инженером Р.К.А.
С таким решением суда Департамент архитектуры и градостроительства города Севастополя не согласно и в своей апелляционной жалобе просит его отменить, как постановленное в нарушении норм материального и процессуального права, приняв новое решение об отказе истцу в иске. Указывает, что проведённые истцом работы по реконструкции помещения являются самовольными, выполненными без подтверждённого должным образом согласия всех сособственников помещений многоквартирного жилого дома. Отмечает, что в соответствии с Приказом Минкультуры России от 12 августа 2016 года N 1864, земельный участок, на котором расположен многоквартирный дом, находится в зоне с режимом использования Р-1-3, участок И-10, при котором запрещены любые виды строительных работ, не направленные на сохранение объектов культурного наследия. Проведённые работы с Управлением охраны объектов культурного наследия города Севастополя не согласовывались. Названный орган к участию в деле в качестве третьего лица не привлекался.
Омарова Л.Н. в возражениях в удовлетворении апелляционной жалобы просит отказать.
В судебное заседание суда апелляционной инстанции Омарова Л.Н. и представитель Департамент архитектуры и градостроительства города Севастополя не явились, были надлежащим образом извещены о времени и месте его проведения. В соответствии со статьёй 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия определиларассмотреть дело в отсутствии не явившихся лиц.
Представитель истца Качмар Г.Г., действующая на основании доверенности от 16 апреля 2020 года, решение суда просила оставить без изменения.
Выслушав представителя истца, проверив материалы дела, законность и обоснованность постановленного решения суда в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учётом положений части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Судом установлено и из материалов дела следует, что многоквартирный жилой дом кадастровый N, расположен в границах земельного участка площадью 365+/-4 кв.м кадастровый N, категория земли - земли населённых пунктов, вид разрешённого использования - малоэтажная многоквартирная жилая застройка (код 2.1.1), по адресу: <адрес>. Собственниками помещений дома в настоящее время являются Омарова Л.Н. и В.А.А.
31 мая 2016 года Омарова Л.Н. по договору купли-продажи приобрела в собственность встроенные нежилые помещения с тамбурами лит. а5, а1-5 (с N 2-1 по 2-3, I, II) площадью 52,3 кв.м, кадастровый N, состоящие из нежилого помещения площадью 12,5 кв.м, коридор площадью 4,9 кв.м, нежилое помещение площадью 8,2 кв.м (ранее составлявшие квартиру N), а также коридор площадью 2,4 кв.м, тамбур площадью 24,3 кв.м, расположенные на 1 этаже этого многоквартирного жилого дома. Её вещное право на это имущество было зарегистрировано в ЕГРН 14 июня 2016 года. Иные помещения 1 этажа также принадлежат истцу на основании договора купли-продажи от 08 декабря 2006 года.
Собственником квартиры N площадью 305 кв.м кадастровый N данного дома является В.А.А. Это жилое помещение было образовано из квартир 2 и 3 этажа N, которые были объединены и реконструированы в двухкомнатную квартиру с достройкой мансардного этажа, террасы и присоединением части лестничной клетки общего пользования. Работы производились на основании декларации о начале работ СТ 08211108479 от 2011 года и рабочего проекта 8057/11-АС "Реконструкция квартир N по <адрес>" от 2011 году. По окончании реконструкции квартира N была введена в эксплуатацию.
В ходе строительных работ под реконструируемыми помещениями 2 этажа образовалось свободное пространство ограниченное выступающими конструкциями верхних этажей. Данное пространство Омаровой Л.Н. было изолировано от улицы перегородками и присоединено к нежилым помещениям кадастровый N, приобретённым по договору купли-продажи от 31 мая 2016 года. В результате реконструкции и перепланировки площадь этих нежилых помещений увеличилась и составила 84,7 кв.м. Данные помещения истцом используются в хозяйственных целях.
На такую реконструкцию, перепланировку, а также на регистрацию права собственности принадлежащих Омаровой Л.Н. нежилых помещений дома 22 ноября 2018 года В.А.А. дано нотариально удостоверенное согласие.
ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась в Управление государственной регистрации права и кадастра Севастополя с заявлением N о государственном кадастровом учёте нежилых помещений после реконструкции и перепланировки. Однако, решениями органа регистрации прав от 17 мая 2019 года N и от 19 августа 2019 года N осуществление государственного кадастрового учёта сначала было приостановлено, а позднее в учёте изменений объекта недвижимости было отказано по тому мотиву, что на регистрацию не был представлен акт о приёмке помещений в эксплуатацию после реконструкции.
Решением Департамента архитектуры и градостроительства города Севастополя от 01 августа 2019 года N Омаровой Л.Н. было отказано в выдаче акта приёмочной комиссии по приёмке в эксплуатацию спорных помещений после переустройства и (или) перепланировки, поскольку данные работы были произведены без разрешения о согласовании переустройства и перепланировки.
Из заключения кадастрового инженера Р.К.А. следует, что реконструированный его собственниками жилой дом кадастровый N полностью расположен в границах земельного участка с кадастровым номером N.
Согласно заключению судебной строительно-технической экспертизы ООО "Центр оценки и экспертизы" N от 20 февраля 2020 года установлено, что к жилому дому была выполнена 3х этажная пристройка в виде монолитного каркаса. Для возведения пристройки были демонтированы помещения I и II; основные конструкции спорного объекта недвижимости (помещения с N по N), существовавшие с момента возведения жилого дома, сохранены; в помещении 2-3 устроен дверной проём от отметки 0.000 до уровня ниже перекрытия. Ограждающие конструкции (наружные стены) и внутренние стены 1 этажа были выполнены из керамического кирпича. В результате этого, увеличилась общая площадь принадлежащих Омаровой Л.Н. нежилых помещений кадастровый N, объединённых в общее объёмно-планировочное пространство, имеющее вход непосредственно с улицы.
Согласно выводам судебного эксперта произведённые работы по реконструкции объекта кадастровый N соответствуют действующим строительным, противопожарным, санитарным и градостроительным нормам и правилам. Дефектов и повреждений, влияющих на несущую способность строительных конструкций и свидетельствующих о снижении несущей способности конструкций, не имеется. С технической точки зрения объект недвижимости не представляет угрозы жизни и здоровью граждан, может быть сохранён в реконструированном состоянии общей площадью 84,7 кв.м, определённой в техническом плане на встроенные помещения на дату 24 апреля 2019 года, выполненном кадастровым инженером Р.К.А.
Полагая, что в данном случае, за истцом в судебном порядке может быть признано право собственности на нежилые помещения кадастровый N после перепланировке и реконструкции, так как во внесудебном порядке возможность ввода их в эксплуатацию и регистрации вещного права на данный объект недвижимости отсутствует, Омарова Л.Н. обратилась в суд с настоящим иском.
Разрешая спор, и удовлетворяя требования Омаровой Л.Н., суд первой инстанции исходил из того, что реконструкция и перепланировка спорных нежилых помещений истца осуществлены в соответствии с установленными законодательством требованиями, с разрешения всех собственников многоквартирного дома. Отметив, что сохранение объекта недвижимости в существующем виде не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создаёт угрозу жизни и здоровья граждан, и что собственником предпринимались меры по легализации, районный суд признал иск обоснованным.
Судебная коллегия находит, что выводы суда первой инстанции сделаны с существенным нарушением норм материального и процессуального права, без учёта всем обстоятельств дела и согласиться с ними нельзя по следующим основаниям.
Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.
Как разъяснено в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).
Решения является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61 и 67 ГПК РФ) а также тогда, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
В соответствии с пунктом 14 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации реконструкция объектов капитального строительства (за исключением линейных объектов) - изменение параметров объекта капитального строительства, его частей (высоты, количества этажей, площади, объема), в том числе надстройка, перестройка, расширение объекта капитального строительства, а также замена и (или) восстановление несущих строительных конструкций объекта капитального строительства, за исключением замены отдельных элементов таких конструкций на аналогичные или иные улучшающие показатели таких конструкций элементы и (или) восстановления указанных элементов.
Строительство, реконструкция объектов капитального строительства осуществляются на основании разрешения на строительство, за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей (часть 2 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации).
В силу пункта 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.
Поскольку на рассматриваемые работы по реконструкции и перепланировке нежилые помещения кадастровый N никаких необходимых в силу закона согласований, разрешений, в частности разрешения на строительство, получено не было, данная деятельность осуществлялась самовольно, то образованный в результате реконструкции объект капитального строительства является самовольной постройкой в смысле статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, что стороной истца не оспаривалось.
Согласно пунктам 2 и 3 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. При этом, право собственности на самовольную постройку может быть признано судом, а в предусмотренных законом случаях в ином установленном законом порядке за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором создана постройка, при одновременном соблюдении следующих условий:
если в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку, имеет права, допускающие строительство на нем данного объекта;
если на день обращения в суд постройка соответствует установленным требованиям;
если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан.
Одним из признаков самовольной постройки в соответствии с ч. 1 ст. 222 ГК РФ является ее возведение на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами.
Деление земель по целевому назначению на категории, согласно которому правовой режим земель определяется исходя из их принадлежности к определенной категории и разрешенного использования в соответствии с зонированием территорий и требованиями законодательства, является одним из основных принципов земельного законодательства (подп. 8 п. 1 ст. 1 ЗК РФ).
Таким образом, постройка будет считаться созданной на земельном участке, не отведенном для этих целей, если она возведена с нарушением правил целевого использования земли (ст. 7 ЗК РФ) либо вопреки правилам градостроительного зонирования (ст. ст. 35 - 40 ГрК РФ, ст. 85 ЗК РФ), правил землепользования и застройки конкретного населенного пункта, определяющих вид разрешенного использования земельного участка в пределах границ территориальной зоны, где находится самовольная постройка. Указанная правовая позиция отражена в "Обзоре судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством", утверждённом Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 марта 2014 года.
В связи с чем, суд первой инстанции, разрешая требования Омаровой Л.Н. о признании права собственности на реконструированный объект капитального строительства, должен был проверить возможность осуществления истцом заявленных строительных работ с учётом целей использования земельного участка кадастровый N, на котором расположен многоквартирный жилой дом кадастровый N. Однако, в нарушении приведённых выше требований закона данное юридически значимое обстоятельство районным судом не выяснялось, соответствующие доказательства не истребовались.
Устраняя данное нарушение, судебная коллегия отмечает, что в соответствии с пунктом 1 части 4 статьи 36 Градостроительного кодекса Российской Федерации действие градостроительного регламента не распространяется на земельные участки в границах территорий памятников и ансамблей, включенных в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, а также в границах территорий памятников или ансамблей, которые являются выявленными объектами культурного наследия и решения о режиме содержания, параметрах реставрации, консервации, воссоздания, ремонта и приспособлении которых принимаются в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об охране объектов культурного наследия.
Использование земельных участков, на которые действие градостроительных регламентов не распространяется или для которых градостроительные регламенты не устанавливаются, определяется уполномоченными федеральными органами исполнительной власти, уполномоченными органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации или уполномоченными органами местного самоуправления в соответствии с федеральными законами.
Распоряжением Правительства Российской Федерации от 03 сентября 2015 года N 1721-р объект культурного наследия "Древний город Херсонес Таврический" (город Севастополь) отнесён к объектам культурного наследия федерального значения, включенным в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации (далее также - Реестр). Этим же актом, Минкультуры России поручено осуществить в установленном порядке регистрацию указанного объекта культурного наследия федерального значения в Реестре.
Приказом Минкультуры России от 08 июня 2016 года N 1279 выявленный объект культурного наследия - достопримечательное место "Древний город Херсонес Таврический и крепости Чембало и Каламита" (город Севастополь) включён в Реестр в качестве объекта культурного наследия федерального значения.
12 августа 2016 года Приказом Министерства культуры Российской Федерации N 1864 утверждены требования к осуществлению деятельности и градостроительным регламентам в границах территории объекта культурного наследия федерального значения - достопримечательное место "Древний город Херсонес Таврический и крепости Чембало и Каламита", расположенного в городе Севастополе".
Из представленных суду апелляционной инстанции сведений из информационной системы обеспечения градостроительной деятельности, в соответствии с Приказом Министерства культуры Российской Федерации от 12 августа 2016 года N 1864, приобщённых в материалы дела в порядке статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации как доказательство, свидетельствующее о юридически значимых обстоятельствах, необоснованно не проверенных судом первой инстанции, следует, что земельный участок кадастровый N, на котором расположен рассматриваемый многоквартирный жилой дом, находится в границах участка, имеющего режим использования Р 1-3, участок И-10.
В границах участка И-10 с режимом использования Р 1-3, (территория памятников истории и культуры (памятники и ансамбли)) согласно указанному Приказу от 12 августа 2016 года N 1864, запрещается, в том числе проведение строительных работ, не связанных с исследованием, музеефикацией и сохранением объектов культурного наследия, а также строительство новых зданий, не связанных с функционированием объектов культурного наследия, кроме строительства, реконструкции гидротехнических сооружений и сооружений канатной дороги в границах участков И-10, И-11, строительства зданий рекреационного назначения, зданий обслуживания населения в границах участков И-7, И-8, И-9, И-10, И-11 предельной высотой 16 м при условии выполнения визуально-ландшафтного анализа, обеспечивающего сохранение условий визуального восприятия объектов культурного наследия, в частности выявленного объекта культурного наследия "<данные изъяты>".
При этом, разрешается ремонт, реконструкция и приспособление существующих строений, не являющихся объектами культурного наследия, для экспонирования, а также осуществления деятельности служб экскурсионной деятельности.
Принимая во внимание, что реконструкция помещений истца кадастровый N привела к увеличению их площади за счёт занятия части отведённого под многоквартирный дом земельного участка, то есть фактически изменились параметры этого объекта недвижимости и объекта капитального строительства в целом, и что самовольно реконструированный объект расположен в границах территории объекта культурного наследия федерального значения - достопримечательное место "Древний город Херсонес Таврический и крепости Чембало и Каламита", в частности выявленного объекта культурного наследия "<данные изъяты>" (регламентного участка Р 1-3, участок И-10), на которой осуществление таких работ запрещено и не допускается, то судебная коллегия приходит к выводу, что имеющийся объект капитального строительства, на который Омарова Л.Н. просит признать право собственности, был создан вопреки правилам градостроительного зонирования, а, следовательно, на земельном участке, не отведённом для этих целей и в нарушении разрешенного использования.
Указания стороны истца на то, что фактически все работы по реконструкции рассматриваемых нежилых помещений кадастровый N, были произведены прежним собственником до издания 12 августа 2016 года Приказа Министерства культуры Российской Федерации N 1864, судебной коллегией отклоняются как несостоятельные и не нашедшие своё подтверждение материалами дела.
Из заключения судебной строительно-технической экспертизы N от 20 февраля 2020 года следует, что для целей реконструкции принадлежащих В.А.А. помещений 2 и 3 этажа, которые по окончании работ были введены в эксплуатацию в качестве квартиры N, к многоквартирному жилому дому кадастровый N была выполнена 3х этажная пристройка в виде монолитного каркаса. При этом, устройство данного сооружения само по себе спорные помещения первого этажа, приобретённые Омаровой Л.Н. по договору купли-продажи от 31 мая 2016 года, в параметрах не изменило и не увеличило их площадь.
Фактически именно выполнение из керамического кирпича ограждающих конструкций (наружных стен), заполнивших пространство монолитного каркаса в уровне 1 этажа привело к созданию самовольно реконструированного объекта недвижимости. Оснований полагать, что эти строительные работы были обусловлены реконструкцией помещений иного сособственника (В.А.А.) и требовались для этих целей, а, следовательно, что они были произведены до приобретения истцом нежилых помещений кадастровый N, не имеется. Доказательств обратному ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции не предоставлялось и не указывалось на их наличие.
Вместе с тем, из собственноручно подписанного Омаровой Л.Н. искового заявления следует, что самовольную реконструкцию спорных нежилых помещения осуществляла она. Учитывая это, а также то, что в договоре купли-продажи от 31 мая 2016 года не содержится указаний на то, что приобретаемый объект недвижимости кадастровый N в действительности уже к моменту сделки существовал в параметрах, отличных от сведений о нём в ЕГРН, то мотивов полагать выполнение самовольной реконструкции правопредшественником истца, не имеется.
По представленным материалам дела время производства работ по реконструкции нежилых помещений установить и убедиться в том, что они были завершены в срок до издания и вступления в силу Приказа Министерства культуры Российской Федерации N 1864, то есть до установления ограничений по использованию земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом, не представляется возможным. В связи с чем, судебная коллегия приходит к выводу, что в отсутствии опровергающих доказательств самовольная реконструкция производилась Омаровой Л.Н. после принятия указанного нормативного правого акта, о котором истец должна была знать.
Ссылки стороны истца на то, что в настоящее время снос (приведение нежилых помещений кадастровый N в первоначальное положение) без повреждения введённой в эксплуатацию квартиры N принадлежащей В.А.А., невозможен, во внимание не принимаются. Данное обстоятельство при разрешении требований о признании права собственности на объект капительного строительства после реконструкции и перепланировки юридического значения не имеет. От установления данного факта разрешения настоящего иска законодатель в зависимость не поставил.
Поскольку самовольное изменение разрешенного использования земельного участка не допускается, то в данном случае, при установленном факте использования земельного участка, занятого самовольной постройкой истца, не в соответствии с разрешенным использованием, требование Омаровой Л.Н. о признании права собственности на встроенные нежилые помещения с тамбурами лит "а5", лит "а1-5", площадью 84,7 кв.м кадастровый N, расположенное по адресу: <адрес>, в состоянии после реконструкции, перепланировки удовлетворению не подлежали, поскольку это противоречило бы положениям закона.
При таких обстоятельствах решение суда, постановленное в пользу истца без учёта указанных выше обстоятельств и норм права, является неправомерным и подлежит отмене с принятием нового решения об отказе Омаровой Л.Н. в иске.
Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Балаклавского районного суда города Севастополя от 14 мая 2020 года - отменить.
Принять по делу новое решение.
В удовлетворении искового заявления Омаровой Ларисы Николаевны к Департаменту архитектуры и градостроительства города Севастополя о сохранении помещения в перепланированном, реконструируемом виде - отказать.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия.
Председательствующий: В.Л. Радовиль
Судьи: А.В. Ваулина
Е.В. Балацкий


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка