Определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 1 декабря 2022 года Дело N 33-21757/2022

Санкт-Петербург 1 декабря 2022 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе
председательствующего Селезневой Е.Н.судей с участием прокурора при секретаре Барминой Е.А.Козловой Н.И.Турченюк В.С.Морозовой Ю.С.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-518/2022 по апелляционному представлению прокурора Пушкинского района Санкт-Петербурга на решение Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга от 22 марта 2022 года по иску Коротковой Анны Георгиевны к АО "Санаторий "Северная Ривьера" о возмещении ущерба.

Заслушав доклад судьи Селезневой Е.Н., объяснения истца Коротковой А.Г., представителя истца Викторова Д.В., изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

Короткова А.Г. обратилась с иском к АО "Санаторий "Северная Ривьера", в котором просила взыскать с ответчика в счет возмещения расходов на лечение 166 707 рублей 81 копейка, неустойку в сумме 166 707 рублей 81 копейка, компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей, штраф в размере 50 % от взысканных в пользу потребителя денежных сумм.

В обоснование заявленных требований истец указала, что она находилась на лечении в АО "Санаторий "Северная Ривьера", утром 17.03.2021 вышла из жилого корпуса для того, чтобы проследовать на процедуры, назначенные на 8 часов утра, поскользнулась и упала из-за того, что крыльцо было покрыто льдом, в результате падения получила травму в виде перелома руки. Истец на машине скорой помощи была госпитализирована в травматологическое отделение, где ей наложили гипсовую повязку, в связи с усилением боли обратилась в медицинское учреждение СМ-Клиника, где ей была проведена операция с фиксацией обломков и перелома при помощи металлоконструкции, на лечение было затрачено 162 360 рублей (82 360 услуги клиники, 80 000 стоимость металлоконструкции), стоимость лекарств составила 4 347 рублей 81 копейка. Истец полагает, что травма получена в результате того, что лёд с крыльца не был своевременно очищен или посыпан песком, или иными средствами, предотвращающими возможность поскользнуться.

Решением Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга от 22 марта 2022 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с указанным решением в части отказа в требованиях о компенсации морального вреда и приобретенных лекарственных средств, прокуратурой Пушкинского района Санкт-Петербурга подано апелляционное представление, в котором указывается на недоказанность отсутствия вины ответчика в падении истца.

Иными сторонами по делу решение суда не обжалуется.

В заседании суда апелляционной инстанции истец, представитель истца поддержали доводы, изложенные в апелляционном представлении.

Прокурор в заседании судебной коллегии поддержал апелляционное представление прокуратуры Пушкинского района Санкт-Петербурга. Полагала, что судом первой инстанции дана ненадлежащая правовая оценка представленным доказательствам, в материалах дела отсутствуют достаточные доказательства со стороны ответчика, которые могли бы подтверждать, что ими предпринимались действия направленные на предотвращение случаев травматизма на территории санатория.

Ответчик в заседание суда апелляционной инстанции своего представителя не направил, о времени и месте проведения судебного заседания извещены надлежащим образом по правилам ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ходатайства об отложении слушания дела и документов, подтверждающих уважительность причин своей неявки, в судебную коллегию не представил, в связи с чем, руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Изучив материалы дела, заслушав объяснения явившихся лиц, обсудив доводы апелляционного представления, проверив законность и обоснованность принятого по делу решения в пределах доводов представления в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что Короткова А.Г. согласно санаторно-курортной путевке (проживание с 15.03.2021 по 01.04.2021) находилась на лечении в АО "Санаторий "Северная Ривьера".

Утром 17.03.2021 около 08 часов Короткова А.Г., находясь перед спальным корпусом, упала на площадке, была госпитализирована в СПб ГБУЗ "Городская больница N 40". Короткова А.Г. находилась на лечении у врача-травматолога-ортопеда в районном круглосуточном травматологическом пункте СПб ГБУЗ "Городская поликлиника N 60 Пушкинского района" по поводу закрытого перелома дистального метаэпифиза правой лучевой кости с 18.03.2021 по 13.05.2021.

По приказу генерального директора ЗАО "Санаторий "Северная Ривьера" от 17.03.2021 N 54 было проведено служебное расследование.

Согласно акту расследования несчастного случая б/н 17 марта 2021 года около 08.00 часов гражданка Короткова А.Г., находившаяся на отдыхе в Санатории, прогуливаясь недалеко от входа в спальный корпус Санатория, разговаривала по сотовому телефону и, проявив неосторожность, оступилась и упала. Лифтер ЗАО "Санаторий "Северная Ривьера" Романов Д.В. помог ей подняться и направил пострадавшую к дежурному врачу спального корпуса для оказания медицинской помощи. По заключению комиссии в составе Шибанова Е.Н. - зам.гендиректора по мед.части ЗАО "Санаторий "Северная Ривьера"; Ведерникова Н.Н. - гл. инженер ЗАО "Санаторий "Северная Ривьера"; Павленко И.Н. - специалиста по охране труда ЗАО "Санаторий "Северная Ривьера"; Дмитриева Т.Н. - инженера техотдела ЗАО "Санаторий "Северная Ривьера"; Косарева О.Л. - комендант ЗАО "Санаторий "Северная Ривьера", Короткова А.Г. получила травму в результате личной неосторожности, то есть по собственной вине.

Как следует из представленной суду объяснительной Романова Д.В. - лифтера ЗАО "Санаторий "Северная Ривьера" 17.03.2021 около 07.30 находился в холле спального корпуса и через дверное стекло увидел женщину, которая находилась на улице на коленях и пыталась встать. Он, Романов Д.В. незамедлительно вышел и помог женщине подняться, в руках у женщины находился телефон, и она жаловалась на боль в руке. Самого факта падения Романов Д.В. не видел, снега и льда в месте падения не было, так как перед этим перед спальным корпусом проходил дворник АХО Зеленский С.М., который очищал территорию входной площадки и подсыпал ее песком.

Как следует из представленной суду объяснительной дворника АХО ЗАО "Санаторий "Северная Ривьера" Зеленского С.М. 17.03.2021 около 07.00 начал свой рабочий день со спального корпуса, погода была около 0 градусов, с крыши капала вода, поэтому он на площадке очистил снег и убрал лед, после чего подсыпал входную площадку песком, после чего пошел очищать площадку перед лечебным корпусом. Дворники убирают снег и удаляют лед в проблемных местах каждый день, в том числе в выходные дни, начиная с 7 часов утра.

Объяснения представителя ответчика относительно обработки территории противогололедной смесью, по мнению суда первой инстанции, подтверждается также свидетельством о государственной регистрации на продукцию - материал противогололедный "Рокмелт" и товарной накладной, подтверждающей приобретение 04.02.2021 технической соли в общем количестве 250 кг.

Доказательства, представленные ответчиком, подтверждающие, что 17.03.2021 поверхность площадки перед спальным корпусом санатория, где произошло падение Коротковой А.Г., была убрана и обработана противогололедной смесью, по мнению суда, истцом не опровергнуты. Из объяснений истца следует, что свидетелей ее падения 17.03.2021 не было. На основании изложенного, суд пришел к выводу, что в ходе рассмотрения дела не установлено, что причиной падения Коротковой А.Г. могла быть потеря равновесия путем неконтролируемого скольжения по скользкой поверхности, поскольку материалами дела подтверждается, что ответчик надлежащим образом выполнил свои обязанности по уборке территории санатория и по обеспечению безопасного передвижения по ней сотрудников, отдыхающих и других лиц, находящихся на территории санатория.

Учитывая, что ответчиком доказан факт отсутствия его вины в причинении вреда Коротковой А.Г., сама Короткова А.Г. не представила достаточных доказательств вины ответчика, ответчик освобождается от возмещения вреда в соответствии с пунктом 2 статьи 1064 ГК РФ.

Поскольку вина ответчика в причинении вреда истцу не установлена, суд отказал во взыскании компенсации морального вреда, расходов на лечение и неустойки, поскольку ответственность АО Санаторий "Северная Ривьера" независимо от вины в силу действующего законодательства не наступает.

Кроме того, суд отметил, что истцом заявлено о возмещении расходов на лечение в сумме 162 360 рублей (82 360 услуги клиники, 80 000 стоимость металлоконструкции).

<...>

<...>

Проверяя законность принятого решения, судебная коллегия приходит к следующему.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, предписания Конституции Российской Федерации о соблюдении и защите прав и свобод человека и гражданина на основе равенства всех перед законом и судом, об обеспечении доступа к правосудию и компенсации причиненного ущерба (статьи 2 и 18; статья 19, части 1 и 2; статья 45; статья 46, части 1 и 2; статья 52) предполагают обязанность государства как предотвращать и пресекать в установленном законом порядке какие бы то ни было посягательства, способные причинить вред и нравственные страдания личности, так и обеспечивать пострадавшему от преступления возможность отстаивать, прежде всего в суде, свои права и законные интересы любыми не запрещенными законом способами. По смыслу главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, основанием деликтной ответственности является юридический факт, с которым связано нарушение субъективного права потерпевшего - наличие вреда. При наличии вреда как основания деликтной ответственности для применения мер принуждения к правонарушителю необходимо установить наличие условий деликтной ответственности.

В соответствии со статьей 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статьям 151, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По смыслу главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, основанием деликтной ответственности является юридический факт, с которым связано нарушение субъективного права потерпевшего - наличие вреда. При наличии вреда как основания деликтной ответственности для применения мер принуждения к правонарушителю необходимо установить наличие условий деликтной ответственности.

В гражданском праве установлена презумпция вины правонарушителя (причинителя вреда), поскольку именно он должен доказать отсутствие своей вины в правонарушении (пункт 2 статьи 401, пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть принятие мер по его предотвращению. Применение этой презумпции (предположения) возлагает бремя доказывания иного положения на указанного законом участника правоотношения. Поскольку нарушитель предполагается виновным, потерпевший от правонарушения не обязан доказывать вину нарушителя, а последний для освобождения от ответственности должен сам доказать ее отсутствие.

Конституционный Суд Российской Федерации в ряде своих решений, в частности в Постановлениях от 25.01.2001 N 1-П и от 15.07.2009 N 13-П, обращаясь к вопросам о возмещении причиненного вреда, изложил правовую позицию, согласно которой обязанность возместить вред является мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда, как правило, при наличии состава правонарушения, который включает наступление вреда, противоправность поведения причинителя, причинную связь между его поведением и наступлением вреда, а также его вину; наличие вины - общий принцип юридической ответственности во всех отраслях права, и всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно.

По общему правилу, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Исключением из общего правила является действие презумпций, которые освобождают одну из сторон от доказывания того или иного факта. Так, согласно пункту 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Применительно к обязанности доказывания это означает, что истец в исковом заявлении ссылается на вину ответчика, но не обязан ее доказывать, - вина ответчика презюмируется и ответчик (причинитель вреда) сам доказывает ее отсутствие.

Указанные разъяснения содержатся также в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина".

Вместе с тем, ответчиком в ходе рассмотрения дела не представлено безусловных доказательств, свидетельствующих о том, что травма получена истцом не по его вине, не связана с ненадлежащим исполнением обязанностей по уборке территории в зимнее время, тогда как бремя доказывания в силу закона лежит на ответчике.

Так, согласно акту расследования несчастного случая, 17 марта 2021 года около 8.00 часов гражданка Короткова А.Г., находившаяся на отдыхе в Санатории, прогуливаясь недалеко от входа в спальный корпус Санатория, разговаривала по сотовому телефону и, проявив неосторожность, оступилась и упала. Лифтер Санатория Романов Д.В. помог ей подняться и направил пострадавшую к дежурному врачу спального корпуса для оказания медицинской помощи. По заключению комиссии, состоящей из работников ответчика, Короткова А.Г. получила травму в результате личной неосторожности, то есть по собственной вине.

Также ответчиком представлены объяснительные лифтера Романова Д.В., дворника Зеленского С.М., которые очевидцами падения Коротковой А.Г. не были. Романов Д.В. увидел через дверное стекло холла спального корпуса женщину, которая находилась на коленях и пыталась встать, в руках у нее был телефон.

Ответчик ссылался на то, что причиной падения истца явилось ее отвлечение на разговор по телефону.

Между тем, к материалам дела истцом приобщена распечатка телефонных звонков на дату падения, согласно которой в момент падения каких-либо звонков она не совершала.

Из объяснительной дворника АХО ЗАО "Санаторий "Северная Ривьера" Зеленского С.М. следует, что 17.03.2021 около 07.00 он начал свой рабочий день со спального корпуса, погода была около 0 градусов, с крыши капала вода, поэтому он на площадке очистил снег и убрал лед, после чего подсыпал входную площадку песком, после чего пошел очищать площадку перед лечебным корпусом. Дворники убирают снег и удаляют лед в проблемных местах каждый день, в том числе в выходные дни, начиная с 7 часов утра.

Вместе с тем, пояснения, изложенные в объяснительных записках работников ответчика не свидетельствуют о падении Коротковой А.Г. не по причине некачественной уборки территории ото льда. Кроме того, судебная коллегия отмечает, что лица, указанные в качестве составителей объяснительной, судом первой инстанции в ходе рассмотрения дела в качестве свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, не допрашивались.

В составленном ответчиком акте расследования несчастного случая от 17.03.2021 отсутствуют сведения о состоянии покрытия, на котором произошло падение на дату получения истцом травмы. Факт приобретения Санаторием противогололедного реагента и технической соли сам по себе не свидетельствует о надлежащей противогололедной обработке территории, учитывая, что сам факт падения истца на территории санатория сторонами не оспаривался.

В связи с изложенным, судебная коллегия полагает, исходя из совокупности представленных в материалах дела доказательств, установленным факт падения истца в результате ненадлежащей противогололедной обработки территории, обслуживание которого возложено на ответчика, а также причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчика и полученной травмой.

В силу изложенного, оснований для отказа в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда с учетом установленного факта наличия причинно-следственной связи между фактом падения истца и ненадлежащим исполнением обязанностей по содержанию территории ответчиком, у судебной коллегии не имеется.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (пункт 25 вышеприведенного постановления Пленума).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет.

Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать). Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда.