Дата принятия: 04 марта 2020г.
Номер документа: 33-217/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ НОВГОРОДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 4 марта 2020 года Дело N 33-217/2020
04 марта 2020 года Великий Новгород
Судебная коллегия по гражданским делам Новгородского областного суда в составе:
председательствующего судьи Колокольцева Ю.А.,
судей Хухры Н.В., Сергейчика И.М.,
при секретаре Елисеевой К.А.,
с участием прокурора Степановой Е.И.,
рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Сергейчика И.М. апелляционное представление прокурора Солецкого района Новгородской области и апелляционную жалобу Федерального казенного учреждения "Объединенное стратегическое командование Южного военного округа" на решение Солецкого районного суда Новгородской области от 05 ноября 2019 года, принятое по гражданскому делу по исковому заявлению Шеромовой Т.В. к Федеральному казенному учреждению "Объединённое стратегическое командование Южного военного округа" о взыскании компенсации морального вреда,
установила:
Шеромова Т.В. обратилась в суд с вышеуказанным иском, указав, что является матерью ФИО11., проходившего службу по контракту в войсковой части <...> и погибшего <...>. В его гибели виновен Куварин М.А., который был осуждён Владикавказским гарнизонным военным судом 20 августа 2018 года за совершение преступления предусмотренного <...> УК РФ к наказанию в виде шести месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении. Гибелью единственного сына ей причинён моральный вред, компенсацию которого в размере 1 000 000 рублей истец просила взыскать с правопреемника войсковой части <...> - Федерального казенного учреждения "Объединенное стратегическое командование Южного военного округа" (далее по тексту ФКУ "Объединенное стратегическое командование Южного военного округа" или Учреждение).
Судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечен Куварин М.А.
В судебном заседании Шеромова Т.В. исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске, пояснив, что она до настоящего времени переживает из-за происшедшего, постоянно принимает успокаивающие препараты.
Представитель ответчика ФКУ "Объединенное стратегическое командование Южного военного округа" о дате, месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело без его участия, в удовлетворении исковых требований просил отказать по основаниям, изложенным в возражениях.
Третье лицо Куварин М.А. о дате, месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело без своего участия.
Участвующий в деле прокурор Солецкого района считал заявленные истцом требования обоснованными.
Решением Солецкого районного суда Новгородской области от 05 ноября 2019 года исковые требования Шеромовой Т.В. удовлетворены частично и постановлено: взыскать с ФКУ "Объединённое стратегическое командование Южного военного округа" в пользу Шеромовой Т.В. компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей. В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать. Взыскать с ФКУ "Объединённое стратегическое командование Южного военного округа" в пользу Шеромовой Т.В. судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей.
В апелляционном представлении прокурор Солецкого района Новгородской области полагает обжалуемое решение суда вынесенным с нарушением норм процессуального и материального права, подлежащим отмене. В обоснование представления указано на необоснованное непривлечение судом к участию в деле в качестве надлежащего ответчика Министерства обороны РФ. Также указано на неустановление и непривлечение к участию в деле командиров войсковой части, которые отвечали за жизнь и здоровье погибшего, в то время, как настоящим судебным решением затронуты их права и обязанности. Кроме того, полагает необоснованным снижение размера компенсации морального вреда.
В апелляционной жалобе представитель Учреждения выражает несогласие с решением суда, ссылаясь на нарушения судом норм материального и процессуального права, неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела. В обоснование доводов жалобы указано, что Министерство обороны РФ компенсировало истцу причиненный материальный и моральный вред посредством выплаты страховщиком страхового возмещения и осуществления единовременных выплат, как члену семьи погибшего (умершего) военнослужащего. Полагает, что надлежащим ответчиком по делу является Куварин М.А., как лицо, приговором суда признанное виновным в гибели военнослужащего ФИО21 и не исполняющее в момент совершения преступления обязанности военной службы, поскольку в обязанности военной службы совершение уголовно наказуемых деяний не входит. Также указывает, что за вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных органов и их должностных лиц, к которым относится и Министерство обороны РФ, как государственный орган исполнительной власти РФ, подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ. Однако в рассматриваемой ситуации Российская Федерация к участию в деле в качестве ответчика не привлекалась. В то же время, само Учреждение надлежащим ответчиком не является, поскольку, будучи военно-административной единицей Вооруженных Сил РФ, предназначено для обеспечения военной безопасности южных рубежей России. Также Учреждение выражает несогласие со взысканной с него государственной пошлиной, поскольку ответчик на основании п.п. 19 п. 1 ст. 333.36 НК РФ освобожден от ее уплаты. На основании вышеизложенного, Учреждение просит решение суда в части удовлетворенных требований отменить, вынести по делу новое, которым в удовлетворении требований к нему отказать в полном объеме.
Определением от 05 февраля 2020 года судебная коллегия по гражданским делам Новгородского областного суда перешла к рассмотрению настоящего дела по правилам производства в суде первой инстанции, без учета положений главы 39 ГПК РФ, к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство обороны Российской Федерации (далее по тексту Минобороны РФ).
При таких обстоятельствах, решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием по делу нового решения (п. 4 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ).
В представленном в суд апелляционной инстанции отзыве Минобороны РФ полагает требования истца необоснованными, поддерживает позицию Учреждения, изложенную им в суде первой и апелляционной инстанции. В обоснование возражений приводит доводы, аналогичные приводимым Учреждением.
В суд апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.
Изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора Степановой Е.И., полагавшей требования истца подлежащими удовлетворению, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Из содержания данной конституционной нормы следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.
Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (п. 1 ст. 1064 ГК РФ).
В силу ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
В случаях, когда в соответствии с ГК РФ причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступает финансовый орган (ст.1071 ГК РФ).
Указанные нормы ГК РФ, устанавливающие основания ответственности государства, носят общий характер и применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда, причиненного государственными органами и их должностными лицами.
Охрана здоровья военнослужащих обеспечивается созданием благоприятных условий военной службы, быта и системой мер по ограничению опасных факторов военной службы, проводимой командирами во взаимодействии с органами государственной власти. Забота о сохранении и об укреплении здоровья военнослужащих - обязанность командиров. На них возлагается обеспечение требований безопасности при проведении учений, иных мероприятий боевой подготовки, во время эксплуатации вооружения и военной техники, при производстве работ, исполнении других обязанностей военной службы (п. 1 ст. 16 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих").
Согласно п. 2 ст. 27 указанного закона командиры являются единоначальниками и отвечают в мирное и военное время за постоянную боевую и мобилизационную готовность, успешное выполнение боевых задач, боевую подготовку, воспитание, воинскую дисциплину, правопорядок, морально-психологическое состояние подчиненного личного состава и безопасность военной службы, состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества, материальное, техническое, финансовое, бытовое обеспечение и медицинское обеспечение.
Аналогичные требования к обеспечению сохранения жизни и здоровья военнослужащих закреплены и в Уставе внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденном Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 г. N 1495.
Командир (начальник) в целях обеспечения безопасности военной службы обязан: в своей служебной деятельности отдавать приоритет сохранению жизни и здоровья подчиненных военнослужащих; руководствуясь положениями главы 7 Устава внутренней службы, принимать все возможные меры по обеспечению защищенности военнослужащих от воздействия на них опасных факторов военной службы при исполнении ими своих обязанностей, предупреждению их гибели (смерти) и увечий (ранений, травм, контузий) (ст. 81 Устава внутренней службы).
В определении от 16 января 2018 года N 7-О Конституционный Суд Российской Федерации указал, что в числе особых публично-правовых способов возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащих при исполнении ими обязанностей военной службы, предусмотрены обязательное государственное страхование жизни и здоровья военнослужащих, специальное пенсионное обеспечение и система мер социальной защиты, цель которых - в максимальной степени компенсировать последствия изменения их материального и социального статуса, обеспечив соразмерный получавшемуся денежному довольствию уровень возмещения вреда.
Наряду с указанными публично-правовыми механизмами возмещения вреда военнослужащим действуют также и гражданско-правовые механизмы возмещения вреда. Так, вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы, возмещается по правилам главы 59 ГК Российской Федерации, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности (ст. 1084 указанного Кодекса). Компенсация морального вреда осуществляется по правилам гражданского законодательства.
В этом же определении Конституционный суд Российской Федерации отметил, что Федеральный закон "О статусе военнослужащих" прямо возлагает на государство функции правовой и социальной защиты военнослужащих, проходящих военную службу по контракту или военную службу по призыву в соответствии с Федеральным законом от 28 марта 1998 года N 53-ФЗ "О воинской обязанности и военной службе", которые включают в себя обязанность по охране жизни и здоровья военнослужащих, по реализации иных мер, направленных на создание условий жизни и деятельности, соответствующих характеру военной службы и ее роли в обществе (п. 3 ст. 3); реализация мер правовой и социальной защиты военнослужащих осуществляется органами государственной власти, федеральными государственными органами, органами местного самоуправления, федеральными судами общей юрисдикции, правоохранительными органами в пределах их полномочий, а также является обязанностью командиров (начальников) (п. 4 ст. 3).
Кроме того, согласно названному Федеральному закону охрана здоровья военнослужащих обеспечивается созданием благоприятных условий военной службы, быта и системой мер по ограничению опасных факторов военной службы, проводимой командирами во взаимодействии с органами государственной власти; забота о сохранении и об укреплении здоровья военнослужащих - обязанность командиров; они должны обеспечивать безопасность при проведении учений, иных мероприятий боевой подготовки, во время эксплуатации вооружения и военной техники, при производстве работ, исполнении других обязанностей военной службы (п. 1 ст. 16); командиры являются единоначальниками и отвечают в мирное и военное время за постоянную боевую и мобилизационную готовность, успешное выполнение боевых задач, боевую подготовку, воспитание, воинскую дисциплину, правопорядок, морально-психологическое состояние подчиненного личного состава и, в числе прочего, безопасность военной службы (п. 2 ст. 27).
Согласно п. 3 ст. 27 Федерального закона "О статусе военнослужащих" военнослужащие, находящиеся на боевом дежурстве (боевой службе), в суточном и гарнизонном нарядах, привлеченные для ликвидации последствий стихийных бедствий, а также при других чрезвычайных обстоятельствах исполняют специальные обязанности, определенные нормативными правовыми актами, в частности в настоящее время - Уставом гарнизонной и караульной служб вооруженных сил Российской Федерации, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года N 1495. Так, согласно Уставу военнослужащий, находящийся на боевом дежурстве, в суточном и гарнизонном нарядах, включая рядового, проходящего военную службу по призыву и включенного в состав караула (являющегося часовым), реализует тем самым одну из форм несения военной службы, обладает особым статусом, в том числе наделяющим его неприкосновенностью и обязывающим иных лиц беспрекословно выполнять его требования, определяемые службой (п. 204), и находится под контролем вышестоящих военнослужащих, в том числе командиров (начальников), которые несут ответственность за его действия.
Учитывая особый характер военной службы, сопряженной со значительным риском для жизни и здоровья, а также наличие строгой субординации во взаимоотношениях военнослужащих, которые находятся под контролем вышестоящих военнослужащих, в том числе командиров (начальников), несущих ответственность за их действия, при установлении судом наличия (отсутствия) оснований для возложения на государство обязанности по выплате компенсации морального вреда, причиненного военнослужащему в связи с повреждением его здоровья другим военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, оценке во всех случаях должны подлежать как действия непосредственного причинителя вреда, так и действия должностных лиц (начальников), под контролем которых он находился.
В судебном заседании установлено, что ФИО13, <...> года рождения, призванный на военную службу <...> 29 июня 2017 года, проходил военную службу в качестве <...> в/ч <...>, погиб <...> года при исполнении служебных обязанностей.
Согласно выписке из ЕГРЮЛ правопреемником в/ч <...> является Учреждение.
Приговором Владикавказского гарнизонного военного суда от 20 августа 2018 года установлено, что <...> года на территории в/ч <...> военнослужащий названной части <...> Куварин М.А., получив в составе суточного наряда <...>, решилподшутить над рядовым этой же части ФИО14 В нарушение требований ст. 125 Устава гарнизонной и караульной служб вооруженных сил Российской Федерации, Приложения N 2 Курса стрельбы из стрелкового оружия, боевых машин и танков ВС РФ, дослал патрон в патронник автомата и, полагая, что автомат находится на предохранителе, направил его в голову ФИО15, после чего по неосторожности произвел выстрел, что повлекло смерть ФИО16. По данным обстоятельствам названным приговором Куварин М.А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного <...> УК РФ, ему назначено наказание в виде <...>. Этим же приговором суда в удовлетворении иска Шеромовой Т.В. о взыскании компенсации морального вреда с Куварина М.А. отказано, как с ненадлежащего ответчика. Приговор вступил в законную силу 31 августа 2018 года.
Согласно сведениям страховой группы "СОГАЗ" от 12 сентября 2019 года в связи со смертью ФИО17 его матери Шеромовой Т.В. 24 января 2019 года произведена выплата страховой суммы в соответствии с Федеральным законом от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих" в размере 2 562 112 рублей 32 коп.
Компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи со смертью сына при исполнении им обязанностей военной службы заявлено Шеромовой Т.В., является одним из видов гражданско-правовой ответственности.
В соответствии с п. 1 Положения о Министерства обороны РФ, утвержденного Указом Президента от 16 августа 2004 г. N 1082 "Вопросы Министерства обороны Российской Федерации", Министерство обороны РФ является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики, нормативно-правовому регулированию в области обороны, иные установленные федеральными конституционными законами, федеральными законами, актами Президента РФ и Правительства РФ функции в этой области, а также уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в сфере управления и распоряжения имуществом Вооруженных Сил РФ и подведомственных Министерству обороны РФ организаций.
Из пп. 12.1. п. 1 и п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ следует, что Министерство обороны РФ как главный распорядитель бюджетных средств несет от имени Российской Федерации ответственность по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств (бюджетных учреждений).
С учетом вышеуказанных положений, а также п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" именно Министерство обороны РФ как собственник имущества от имени Российской Федерации и главный распорядитель средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание Министерства обороны РФ, является ответчиком в случае предъявления гражданином или юридическим лицом требования о возмещении ущерба.
Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 11 Постановления от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснил, что предусмотренная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия своей вины должен представить сам ответчик.
Принимая во внимание доказанность факта причинения вреда, учитывая, что младший сержант Куварин М.А. при причинении вреда исполнял обязанности военной службы - нес службу в составе суточного наряда, то есть действовал по приказу командиров, а потому имеется причинная связь между действиями (бездействием) ответчиков и наступлением вреда, именно на ответчиках, вина которых презюмируется, лежит обязанность доказывания отсутствия вины должностных лиц в/ч <...> в необеспечении безопасности военной службы и несохранении жизни ФИО20 при исполнении им обязанностей военной службы.
В нарушение вышеприведенных положений, Минобороны РФ таких доказательств, в том числе, по запросу суда апелляционной инстанции, предлагавшего представить сведения о результатах ведомственной проверки (расследования) происшествия, окончившегося гибелью ФИО18., в том числе, в целях установления и привлечения к участию в настоящем деле соответствующих должностных лиц (командиров в/ч <...>), не представило. Аналогичную позицию по делу занимало в суде первой инстанции и соответчик - Учреждение, также не представившее запрошенные судом доказательства в приведенной части.
При таких обстоятельствах, учитывая принципы диспозитивности гражданского процесса, требования истца о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению за счет казны Российской Федерации в лице Минобороны РФ.
Кроме того, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, государство, по смыслу ст. 53 Конституции Российской Федерации, несет обязанность возмещения вреда, связанного с осуществлением государственной деятельности в различных ее сферах, независимо от возложения ответственности на конкретные органы государственной власти или должностных лиц (Постановление от 1 декабря 1997 года N 18-П; определения от 4 июня 2009 года N 1005-О-О и от 25 мая 2017 года N 1117-О).
Довод ответчиков о том, что обязанность компенсации морального вреда не может быть возложена на Минобороны РФ, поскольку непосредственный причинитель вреда был установлен в ходе предварительного следствия по уголовному делу, и им является военнослужащий, проходивший службу по контракту в в/ч <...> Куварин М.А., не может быть принят во внимание, поскольку получение травмы рядовым ФИО19. <...> имело место при исполнении им и Кувариным М.А. обязанностей военной службы, а именно несения службы в составе суточного наряда, и именно на командиров (должностных лиц в/ч <...>) в силу вышеприведенных положений закона, в том числе, Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ, возлагается обязанность по охране жизни и здоровья военнослужащих, обеспечению требований безопасности при исполнении обязанностей военной службы.
Пунктом 1 ст. 1099 ГК РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 ГК РФ.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Определяя размер компенсации морального вреда, судебная коллегия учитывает положения ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, пунктов 2, 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 г. N 10, характер нравственных страданий истца в результате гибели сына. Жизнь и здоровье человека относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей (ст. 3 Всеобщей Декларации прав человека). Гибель ребенка является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие матери, влекущим состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, нарушающим неимущественное право на семейные связи. В этой связи оснований не доверять показаниям истца о продолжающихся до настоящего времени у нее переживаниях в связи с произошедшим, тревожном состоянии, у судебной коллегии не имеется.
При указанных обстоятельствах судебная коллегия определяет к взысканию, с учетом требований разумности и справедливости, размер компенсации морального вреда 800 000 рублей. В остальной части заявленные истцом требования удовлетворению не подлежат.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 327-330 ГПК РФ, судебная коллегия,
определила:
решение Солецкого районного суда Новгородской области от 05 ноября 2019 года отменить, принять по делу новое решение, которым взыскать с Министерства Обороны Российской Федерации в пользу Шеромовой Т.В. компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей.
Председательствующий: Ю.А. Колокольцев
Судьи: Н.В. Хухра
И.М. Сергейчик
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
