Определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 24 ноября 2022 года Дело N 33-21627/2022

Санкт-Петербург 24 ноября 2022 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе
председательствующего Селезневой Е.Н.судей с участием прокурора при секретаре Барминой Е.А.Орловой Т.А.Турченюк В.С.Морозовой Ю.С.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-4669/21 по апелляционной жалобе государственного учреждения социального обслуживания "Психоневрологический интернат N 9" на решение Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от 28.09.2021 года по иску Шершевенковой Аллы Анатольевны к государственному учреждению социального обслуживания "Психоневрологический интернат N 9".

Заслушав доклад судьи Селезневой Е.Н., объяснения истца Шершевенковой А.А., представителя истца Козионова М.В., представителя ответчика Тюрина Н.Н., изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

Шершевенкова А.А. обратилась в Красносельский районный суд Санкт-Петербурга с исковым заявлением к Санкт-Петербургскому государственному автономному стационарному учреждению социального обслуживания "Психоневрологический интернат N 9" (СПб ГАСУСО "ПНИ N 9"), в котором, после уточнений в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просила: признать незаконным приказ директора СПб ГАСУСО "ПНИ N 9" от 23.03.2021 N 24-ув о прекращении трудового договора по основанию, предусмотренному п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации; восстановить ее в СПб ГАСУСО "ПНИ N 9" в должности санитарки с 30.03.2021; взыскать с СПб ГАСУСО "ПНИ N 9" оплату за время вынужденного прогула за период с 31.03.2021 на дату вынесения решения суда, заработную плату за период отстранения от работы с 22.03.2021 по 30.03.2021 в размере 8 231 рубль 43 коп., компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей, расходы на юридическую помощь в размере 104 000 рублей.

Свои требования истец мотивировала тем, что с 01.08.2012 была принята на работу к ответчику в должности санитарки третьего разряда 7 отделения. В феврале 2021 года ей установлена третья группа инвалидности на срок до 01.03.2022; в соответствии с индивидуальной программой реабилитации инвалида N 120.22.47/2021 от 10.02.2021 ей противопоказана трудовая и профессиональная деятельность, которые в условиях интенсивной нагрузки и эмоционального напряжения, предполагающих высокий риск стрессовых ситуаций, могут привести к угрозе жизни и (или) потере здоровья инвалида и (или) людей. 16.02.2021 ею подано заявление работодателю с просьбой о переводе на должность младшей медицинской сестры, так как данная работа является более легкой. В переводе на указанную должность ответчиком ей отказано, а 19.03.2021 она получила уведомление, в котором были указаны вакантные должности, которые ответчик может предложить в связи с имеющимися противопоказаниям по состоянию здоровья. От предложенных вакансий она отказалась, так как труд по ним являлся более тяжелым, чем работа санитарки. Приказом от 22.03.2021 она отстранена от работы на период до 30.03.2021, а затем уволена. Свое отстранение от работы и увольнение истец полагает незаконным.

Решением Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от 28 сентября 2021 года исковые требования удовлетворены частично: признан незаконным приказ директора Санкт-Петербургского государственного автономного стационарного учреждения социального обслуживания "Психоневрологический интернат N 9" от 23.03.2021 N 24-ув о прекращении трудового договора от 01.08.2021 с Шершевенковой А.А. с 30.03.2021 по основанию, предусмотренному п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации; истец восстановлена на работе в должности санитарки Санкт-Петербургского государственного автономного стационарного учреждения социального обслуживания "Психоневрологический интернат N 9" с 31.03.2021; с ответчика в пользу истца взыскана оплата за время вынужденного прогула в размере 291 982 рублей 80 коп., заработная плата в размере 5 665 рублей 55 коп., компенсация морального вреда в размере 50 000 рублей, расходы на юридические услуги в размере 30 000 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. Также с ответчика в бюджет Санкт-Петербурга взыскана государственная пошлина в размере 6 176 рублей.

Не согласившись с указанным решением, ответчиком подана апелляционная жалоба, в которой он полагает решение суда подлежащим отмене, указывая на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, завышенность судебных расходов.

Иными сторонами по делу решение суда не обжалуется.

Поскольку в процессе рассмотрения апелляционной жалобы было установлено, что в материалах дела отсутствует резолютивная часть решения, при этом согласно протокола судебного заседания от 28.09.2021 судом была вынесена резолютивная часть решения, в соответствии с п. 5 ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РФ протокольным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 15 сентября 2022 года суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса РФ.

При таком положении, поскольку судом первой инстанции при принятии решения допущено существенное нарушение норм процессуального права, по правилам п. 5 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ у суда апелляционной инстанции имеются безусловные основания для отмены судебного решения от 28.09.2021.

Принимая во внимание, что при отмене судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы решения суда первой инстанции по вышеуказанному основанию в соответствии с положениями ст. 328 ГПК РФ направление дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции не допускается, судебная коллегия полагает необходимым разрешить спор по существу с принятием нового решения.

Таким образом, учитывая вышеизложенное, судебная коллегия, действуя согласно указанным положениям, полагает необходимым разрешить спор по существу с принятием нового решения.

Истец, представитель истца в заседании суда апелляционной инстанции поддержали заявленные требования. Полагали, что ответчиком были предложены не все имеющиеся вакансии.

Представитель ответчика в заседании судебной коллегии полагал исковые требования подлежащими отклонению, увольнение истца законным и обоснованным.

Прокурор в своем заключении отметила, что работодателем не были предложены, имеющиеся вакантные должности на момент принятия решения об увольнении, в связи с чем исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

Как следует из материалов дела, Шершевенкова А.А. работала в должности санитарки 3 разряда 7 отделения СПб ГАСУСО "ПНИ N 9" на основании трудового договора от 01.08.2012 N 35.

В соответствии с заключенным 31.05.2018 дополнительным соглашением к трудовому договору N 35 от 01.08.2012 установлено, что Шершевенкова А.А. выполняет трудовые обязанности в тяжелых, вредных условиях труда. Рабочее место аттестовано по условиям труда 2 степень, класса 3-3.2.

<...>

<...>

<...>

<...>

Уведомлением от 19.03.2022 Шершевенкой А.А. предложен в соответствии с ч.1 ст. 73 Трудового кодекса Российской Федерации постоянный переход на другую работу в нормальных условиях труда по классу 2. Предложены вакансии уборщика производственных и служебных помещений 2 разряда, садовника 1 разряда, дворника 1 разряда на полставки.

<...>

В соответствии с приказом директора СПб ГАСУСО "ПНИ N 9" от 23.03.2021 N 24-ув, действие заключенного с Шершевенковой А.А. трудового договора от 01.08.2012 N 35 прекращено и она уволена 30.03.2021 в связи с отказом работника от перевода на другую работу, необходимую ему в соответствии с медицинским заключением, то есть по п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ст. 37, ч. 3), а также право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ст. 41). Данные конституционные положения конкретизируются в федеральных законах, в том числе в Трудовом кодексе Российской Федерации.

В числе основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений, согласно ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации, - равенство прав и возможностей работников, установление государственных гарантий по обеспечению прав работников и работодателей, осуществление государственного контроля (надзора) за их соблюдением, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту, обязанность сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора, включая право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и право работников требовать от работодателя соблюдения его обязанностей по отношению к работникам, трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

В силу ч. 1 ст. 3 Трудового кодекса Российской Федерации (запрещение дискриминации в сфере труда) каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав.

Согласно ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

На основании ч. 2 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан обеспечить недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей в случае медицинских противопоказаний.

Положения ст. 76 Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает обязанность работодателя отстранить от работы работника при выявлении в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, противопоказаний для выполнения работником работы, обусловленной трудовым договором.

Работодатель отстраняет от работы (не допускает к работе) работника на весь период времени до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы или недопущения к работе, если иное не предусмотрено указанным Кодексом, другими федеральными законами.

В период отстранения от работы (недопущения к работе) заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаев, предусмотренных указанным Кодексом или иными федеральными законами. В случаях отстранения от работы работника, который не прошел обучение и проверку знаний и навыков в области охраны труда либо обязательный медицинский осмотр не по своей вине, ему производится оплата за все время отстранения от работы как за простой.

В соответствии с ч. 1 ст. 73 Трудового кодекса Российской Федерации работника, нуждающегося в переводе на другую работу в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, с его письменного согласия работодатель обязан перевести на другую имеющуюся у работодателя работу, не противопоказанную работнику по состоянию здоровья.

Частью 3 статьи 73 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что если в соответствии с медицинским заключением работник нуждается во временном переводе на другую работу на срок более четырех месяцев или в постоянном переводе, то при его отказе от перевода либо отсутствии у работодателя соответствующей работы трудовой договор прекращается в соответствии с п. 8 ч. 1 ст. 77 этого кодекса.

Общие основания прекращения трудового договора перечислены в ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Одним из таких оснований является отказ работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, либо отсутствие у работодателя соответствующей работы (п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из изложенных нормативных положений следует, что, если в соответствии с медицинским заключением работник нуждается в переводе на другую работу, в целях соблюдения гарантий по обеспечению прав работника на труд и охрану здоровья работодатель обязан перевести этого работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу, не противопоказанную работнику по состоянию здоровья. В случае отказа работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, либо отсутствия у работодателя соответствующей работы трудовой договор прекращается по п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Прекращение работодателем трудового договора с работником по названному основанию будет правомерным только в случае исполнения работодателем обязанности по предложению работнику имеющейся у работодателя работы, которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При проверке в суде законности увольнения работника по п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан представить доказательства исполнения данной обязанности.

Согласно штатному расписанию ответчика на момент увольнения истца имелась вакантная должность руководителя кружка отдела социально-педагогического обслуживания и социально-трудовой реабилитации.

Должностной инструкцией руководителя кружка установлено, что на должность руководителя кружка назначается лицо, имеющее среднее профессиональное образование и опыт работы на аналогичных должностях в учреждениях социальной направленности (в том числе детских) не менее 1 года.

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

В силу изложенного, исходя из представленных материалов дела и подлежащих применению в настоящем споре норм права, судебная коллегия приходит к выводу, что ответчиком не доказано исполнения работодателем обязанности по предложению работнику имеющейся у работодателя работы, которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья, в связи с чем произведенное увольнение не может быть признано законным, а Шершевенкова А.А. подлежит восстановлению на работе в прежней должности.

Согласно ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 N 922 утверждено Положение об особенностях порядка исчисления средней заработной платы.

Согласно п. 2 указанного Положения, для расчета среднего заработка учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя, независимо от источников этих выплат.

При этом в силу п. 3 Положения, для расчета среднего заработка не учитываются выплаты социального характера и иные выплаты, не относящиеся к оплате труда (материальная помощь, оплата стоимости питания, проезда, обучения, коммунальных услуг, отдыха и другие).

В соответствии с п. 4 положения, расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата.

Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев.

Согласно п. 9 Положения, средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате.

Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

Согласно материалам дела заработная плата истца за период с марта 2020 года по февраль 2021 года (77 рабочих дней) составила 223 095,20 рублей, а, следовательно, среднедневной заработок составит 2 897,34 рублей.

Таким образом, заработная плата за время вынужденного прогула с 31.03.2021 по 28.09.2021 (127 рабочих дней), составит 367 962,18 рубля и за вычетом выходного пособия в размере 29 495,50 рублей составит 338 466,68 рублей, подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца.

Между тем, отказывая в удовлетворении требований истца о взыскании задолженности по заработной плате за период отстранения от работы с 22.03.2021 по 30.03.2021, судебная коллегия исходит из того, что в силу положений части 3 статьи 76 Трудового кодекса Российской Федерации в период отстранения от работы (недопущения к работе) заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Учитывая установление факта нарушений действиями ответчика трудовых прав истца, характер причиненных истцу нравственных страданий, обстоятельства, связанных с индивидуальными особенностями истца, являющейся инвалидом, а также требования разумности и справедливости, судебная коллегия приходит к выводу о взыскании компенсации морального вреда в размере 30 000 рублей.