Дата принятия: 09 июня 2020г.
Номер документа: 33-2101/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САРАТОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 9 июня 2020 года Дело N 33-2101/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда в составе:
председательствующего Беляевой Е.О.,
судей Щипуновой М.В., Песковой Ж.А.,
при секретаре Поляковой А.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Ковалева Г.Г., Чекманова С.В. к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда по апелляционным жалобам Ковалева Г.Г., Чекманова С.В., Министерства финансов РФ, Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Саратовской области на решение Октябрьского районного суда города Саратова от 22 ноября 2019 года, которым исковые требования удовлетворены частично.
Заслушав доклад судьи Щипуновой М.В., объяснения представителей истцов Хорешко Д.Ю. и Кирилина В.Н., поддержавших доводы апелляционной жалобы истцов, возражавших против доводов жалоб ответчика и третьего лица, представителя ответчика Москвитина А.И., поддержавшего доводы жалобы ответчика, не возражавшего против доводов жалобы третьего лица, возражавшего против доводов жалобы истцов, представителя третьего лица прокуратуры Саратовской области Медведевой З.А., высказавшейся за удовлетворение жалоб ответчика и третьего лица, против удовлетворения жалобы истцов, исследовав материалы дела, обсудив доводы жалоб, судебная коллегия
установила:
Чекманов С.В. обратился в суд с вышеназванным иском. В обоснование исковых требований указал, что он незаконно находился под стражей в общей сложности 470 дней и ему незаконно пять раз предъявлялось обвинение в совершении особо тяжкого преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ, а именно, <данные изъяты> В.В.В. Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 5 700 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя - 50 000 рублей.
Ковалев Г.Г. обратился в суд с вышеназванным иском. В обоснование исковых требований указал, что он незаконно находился под стражей в общей сложности 470 дней и ему незаконно пять раз предъявлялось обвинение в совершении особо тяжкого преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ, а именно, <данные изъяты> В.В.В. Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 5 700 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя - 50 000 рублей.
Данные гражданские дела объединены в одно производство.
Решением Октябрьского районного суда города Саратова от 22 ноября 2019 года с Министерства финансов Российской Федерации за чет казны Российской Федерации взысканы в пользу Ковалева Г.Г. компенсация морального вреда 500 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя - 10 000 рублей, в пользу Чекманова С.В. - компенсация морального вреда в размере 500 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя - 10 000 рублей В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.
Истцы не согласились с решением суда, подали апелляционную жалобу, в которой, просили его отменить, и принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме. В доводах жалобы ссылаются на то, что при определении размера компенсации морального вреда судом не приняты во внимание такие обстоятельства, как невозможность навещать родных, утрата социальных связей.
Полагают, что в данном случае подлежат применению нормы Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Указывают, что несправедливым является присуждение компенсации морального вреда исходя из 1063 руб. за сутки незаконного пребывания под стражей.
Министерство финансов РФ также не согласилось с решением суда, подало апелляционную жалобу, в которой просит решение суда изменить, снизив взысканную сумму компенсации морального вреда и расходов на оплату услуг представителей с учетом требований разумности и справедливости.
Следственным управлением Следственного комитета Российской Федерации по Саратовской области также подана апелляционная жалоба на указанное решение суда. Третье лицо просит решение суда отменить, вынести новое судебное решение, снизив размер компенсации морального вреда и расходов по оплате услуг представителя. Полагает выводы суда о нервном потрясении истцов, находящихся под стражей, необоснованными и немотивированными. Полагает, что при определении размера компенсации морального вреда суд не учел требования разумности и справедливости.
Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.
В силу ч. 3 ст. 167 ГПК РФ неявка лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте рассмотрения дела, не является препятствием к разбирательству дела, в связи с чем судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.
Проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Как следует из материалов дела, 03 ноября 2016 года следственным отделом по городу Энгельсу Следственного управления Следственного комитета РФ по Саратовской области возбуждено уголовное дело N по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.
<дата> по данному делу в качестве подозреваемых задержаны Ковалев Г.Г. и Чекманов С.В. в порядке ст. <данные изъяты> УПК РФ.
<дата> Ковалеву Г.Г. и Чекманову С.В. было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ.
<дата> в отношении Ковалева Г.Г. и Чекманова С.В. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком по <дата> включительно.
<дата> срок содержания обвиняемого Ковалева Г.Г. и Чекманова С.В. под стражей продлен до <дата> включительно.
<дата> срок содержания обвиняемого Чекманова С.В. под стражей продлен до <дата> включительно.
<дата> срок содержания обвиняемого Ковалева Г.Г. под стражей продлен до <дата> включительно.
<дата> Ковалеву Г.Г. и Чекманову С.В. предъявленное новое обвинение в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ.
<дата> срок содержания обвиняемого Ковалева Г.Г. под стражей продлен до <дата> включительно.
<дата> срок содержания обвиняемого Чекманова С.В. под стражей продлен до 8 месяцев, то есть по <дата> включительно.
<дата> срок содержания обвиняемых Ковалева Г.Г. и Чекманова С.В. под стражей продлен до <дата> включительно.
<дата> уголовное дело в отношении Ковалева Г.Г. и Чекманова С.В. поступило в Саратовский областной суд для рассмотрения по существу.
<дата> срок содержания Ковалева Г.Г. и Чекманова С.В. под стражей продлен Саратовским областным судом.
<дата> в соответствии с положением ч. 1 ст. 346 УПК РФ на основании вынесенного коллегией присяжных заседателей вердикта о невиновности подсудимых, Ковалев Г.Г. и Чекманов С.В. освобождены из под стражи в зале суда.
05 марта 2018 года Саратовским областным судом постановлен оправдательный приговор в отношении Ковалева Г.Г. и Чекманова С.В., за ними в соответствии со ст. 134 УПК РФ признано право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.
Апелляционным определением Верховного суда РФ от 05 июня 2018 года приговор Саратовского областного суда от 05 марта 2018 года в отношении Ковалева Г.Г. и Чекманова С.В. был отменен, уголовное дело направлено на новое рассмотрение в Саратовский областной суд.
Постановлением Саратовского областного суда от 06 июля 2018 года уголовное дело N возвращено прокурору Саратовской области в порядке ст. <данные изъяты> УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом
<дата> Ковалев Г.Г. и Чекманов С.В. вновь были задержаны в порядке, предусмотренном ст. <данные изъяты> УПК РФ.
<дата> Ковалеву Г.Г. и Чекманову С.В. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ.
<дата> в отношении обвиняемого Ковалева Г.Г. и Чекманова С.В. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком по <дата> включительно.
<дата> Чекманову С.В. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ.
<дата> Ковалеву Г.Г. предъявлено новое обвинение в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ.
<дата> срок содержания обвиняемого Ковалева Г.Г. и Чекманова С.В. под стражей продлен по <дата> включительно.
<дата> Ковалеву Г.Г. и Чекманову С.В. предъявлено новое обвинение в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ
<дата> срок содержания обвиняемого Ковалева Г.Г. и Чекманова С.В. под стражей продлен по <дата> включительно.
<дата> уголовное дело в отношении Ковалева Г.Г. и Чекманова С.В. поступило в Саратовский областной суд для рассмотрения по существу.
<дата> срок содержания обвиняемых под стражей продлен Саратовским областным судом.
<дата> в соответствии с положением ч. 1 ст. 346 УПК РФ на основании вынесенного коллегией присяжных заседателей вердикта о невиновности подсудимых Ковалев Г.Г. и Чекманов С.В. освобождены из под стражи в зале суда.
11 июня 2019 года Саратовским областным судом постановлен оправдательный приговор в отношении Ковалева Г.Г. и Чекманова С.В. и за ними в соответствии со ст. <данные изъяты> УПК РФ признано право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.
Таким образом, Ковалев Г.Г. и Чекманов С.В. незаконно находились под стражей в общей сложности 470 дней и им неоднократно предъявлялись обвинения в совершении особо тяжкого преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ.
Разрешая спор по существу и удовлетворяя в части исковые требования истцов о взыскании с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда, суд первой инстанции, ссылаясь на положения ст. 151, пп. 1 и 3 ст. 1070, 1071, ст. ст. 1100 и 1101 ГК РФ, исходил из того, что моральный вред причинен истцам в результате незаконного уголовного преследования, что установлено вступившим в законную силу приговором суда, которым признано право истцов на реабилитацию, в связи с чем пришел к выводу о доказанности причинения истцам нравственных страданий в результате такого преследования.
С указанным выводом судебная коллегия соглашается, так как он соответствует обстоятельствам дела, основан на правильном применении норм материального права.
Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истцов (по 500 000 рублей в пользу каждого), суд учел характер и степень нравственных страданий, длительность уголовного преследования, а также период нахождения истцов под стражей. Также суд учел, что незаконное уголовное преследование и заключение под стражу оказали отрицательное влияние на моральное и психологическое состояние истцов, в связи с незаконным уголовным преследованием и нахождением под стражей изменился их привычный образ жизни.
Кроме того, судом учтено, что истцы, находясь под стражей испытывали нервные потрясения. Принятая к ним мера пресечения в совокупности с иными процессуальными действиями, совершенными в рамках производства по уголовному делу, предполагали определенные ограничения, нарушили права истцов на свободу передвижения, личную свободу.
С выводом суда о размере взыскиваемой в пользу истцов компенсации морального вреда судебная коллегия согласиться не может по следующим основаниям.
Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Согласно абзацу 3 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.
Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 4 ноября 1950 года, с изменениями от 13 мая 2004 года) признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации.
Из положений ст. 46 Конвенции, ст. 1 Федерального закона от 30 марта 1998 года N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" следует, что правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в его окончательных постановлениях, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов.
Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", применение судами Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции.
Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.
Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие "семейная жизнь" не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и совершеннолетними детьми.
Однако судами первой инстанций нормы Конвенции о защите прав человека и основных свобод и разъяснения вышеприведенного постановления Пленума при разрешении спора применены не были.
Не было учтено, что истцы, находясь под стражей, были лишены возможности общения со своими родителями, не могли осуществлять помощь и проявлять заботу о них.
Кроме того, на иждивении Чекманова С.В. находился малолетний ребенок, который также был лишен возможности получать содержание и заботу от него, а также Чекманов С.В. длительное время был лишен возможности общения с ним.
Наличие указанных фактических обстоятельств сомнений не вызывает в силу их очевидности и необходимости учета при решении вопроса о размере компенсации морального вреда.
Обстоятельства, касающиеся утраты семейных связей применительно к вышеприведенным нормам материального права, судом при определении степени нравственных страданий не учитывались.
Также суд при определении размера компенсации морального вреда оставил без внимания личности истцов, которые ранее не были судимы, являлись добропорядочными членами общества, в связи с чем незаконное привлечение их к уголовной ответственности за особо тяжкое преступление и длительное нахождение под стражей явилось существенным психотравмирующим фактором.
Судебная коллегия, рассмотрев перечисленные доводы и установленные судом первой инстанций факты, сложившуюся практику Европейского Суда по правам человека, приходит к выводу, что присуждение компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей за 470 дней незаконного пребывания под стражей (1063 рубля за сутки) является явно не справедливой.
По мнению судебной коллегии, разумной можно считать в данном случае компенсацию в размере 1 000 000 рублей за 470 дней пребывания под стражей (по 2 127 рубля 65 копеек за сутки).
В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
По мнению судебной коллегии, суд первой инстанции правильно определил размер, взыскиваемых с ответчика расходов, связанных с оплатой услуг представителей (по 10 000 руб. в пользу каждого истца), с учетом сложности дела, объема оказанных услуг, степени участия в деле представителей.
В связи с изложенным, решение суда первой инстанции в части размера компенсации морального вреда подлежит изменению на основании п. 3 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 327.1, 328, 329, 330 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Изменить решение Октябрьского районного суда города Саратова от 22 ноября 2019 года в части размеров компенсации морального вреда.
Изложить абзац второй и четвертый резолютивной части решения суда в следующей редакции:
"Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Ковалева Г.Г. компенсацию морального вреда 1000 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 10 000 рублей.
Взыскать с Министерства финансов Российской Федераци за счет казны Российской Федерации в пользу Чекманова С.В. компенсацию морального вреда в размере 1000 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 10 000 рублей."
В остальной части решение суда оставить без изменений.
Председательствующий
Судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
