Дата принятия: 13 мая 2019г.
Номер документа: 33-2091/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 13 мая 2019 года Дело N 33-2091/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе
председательствующего Глуховой И.Л.,
судей Рогозина А.А., Гулящих А.В.,
при секретаре Подилько А.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Ижевске 13 мая 2019 года гражданское дело по апелляционной жалобе КЕв на решение Устиновского районного суда г. Ижевска от 08 февраля 2019 года, которым
исковые требования КЕв к ЛДВ о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, оставлены без удовлетворения.
Взысканы с КЕв в пользу Общества с ограниченной ответственностью "<данные изъяты>" расходы по проведению судебной комплексной экспертизы в размере <данные изъяты> руб. 60 коп.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Глуховой И.Л., Объяснения КЕв, поддержавшей доводы жалобы, объяснения представителя ЛДВ ЛГЛ, полагавшей жалобу необоснованной, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
КЕв обратился в суд с иском к ЛДВ о взыскании стоимости части стены гаража, возмещении материального ущерба и морального вреда. В обоснование указала, что с ДД.ММ.ГГГГ. является собственником гаража в ГСК "<данные изъяты>" по адресу: <адрес> блок N с возведенными стенами размером 4 х 12 метров, площадью 41,5 кв.м, высотой более 3 м. Данный гараж был крайним угловым, находился рядом с пожарным проходом, строительства гаражей в проходе не планировалось. ДД.ММ.ГГГГ. без ее согласия в данном пожарном проходе ЛДВ строится гараж блок N. При уборке мусора кооперативом в пожарном проходе ковшом трактора был сломан верхний угол ее гаража, впоследствии этот угол дал трещину. Крыша гаража ответчика располагается на стене ее гаража, окна закрыты верхней стеной гаража. Боковая стена ее гаража оказалась общей с блоком N, принадлежащим ЛДВ По правилам застройки личных гаражей в блоках ГСК "<данные изъяты>", принятых на общем собрании в 1994г. и в соответствии с протоколом заседания правления ГСК "<данные изъяты>" истец имеет право требовать оплату 50% стоимости боковой стены гаража. Поэтому считает, что ответчик обязан выплатить ей половину стоимости боковой стены ее гаража, добровольно возместить данную сумму ответчик отказался. Кроме того, при строительстве блока N ответчиком был нарушен западный фасад верхнего угла стены ее блока N. В ходе осмотра выявлены повреждения в виде трещин в кирпичной кладке. Согласно экспертного заключения стоимость восстановительного ремонта поврежденной стены ее гаража составляет <данные изъяты> рублей. В результате неправомерных действий ответчика ухудшилось состояние ее здоровья, ей причинен моральный вред. Считая свои права нарушенными, истец просила взыскать с ответчика стоимости 1/2 части стены ее гаража в сумме <данные изъяты> руб., материальный ущерб в сумме <данные изъяты> руб. и компенсацию и морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей.
В судебном заседании КЕв данные требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении.
Представитель ЛДВ ЛГЛ исковые требования не признала. Пояснила, что угол гаража истицы был поврежден трактором ГСК "<данные изъяты>", а не ответчиком. Действий, причинивших ущерб имуществу истицы, ЛДВ не совершал, доказательств тому не представлено, оснований для взыскания с ответчика материального ущерба не имеется. Гараж самой истицей не строился, основания для взыскания с ответчика половины стоимости боковой стены ее гаража отсутствуют. Предусмотренные законом основания для взыскания компенсации морального вреда истцом не доказаны. Также заявила о применении к требованиям истца исковой давности.
В соответствии со ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие привлеченного в качестве третьего лица ТАП, извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.
Судом вынесено вышеуказанное решение.
В апелляционной жалобе КЕв просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении ее иска. Приводит доводы об отсутствии оснований для взыскания с нее в пользу эксперта расходов на проведение судебной экспертизы, т.к. договора с экспертом она не заключала, сумму оплаты за экспертизу эксперт ей не сообщал, экспертиза была проведена некачественно. Считает доказанным, что образование трещины в стене ее гаража произошло по вине ответчика, что влечет взыскание с ответчика материального ущерба в виде стоимости ремонта поврежденной стены. Также считает доказанным факт ухудшения ее здоровья от неправомерных действий ответчика, в что влечет возмещение ответчиком причиненного ей морального вреда.
Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, судебная коллегия, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с ч.1 ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, оснований его отмены не находит.
Как следует из материалов дела и установлено судом, КЕв с ДД.ММ.ГГГГ. является членом ГСК "<данные изъяты>" и собственником гаража N в блоке N. Право собственности КЕв на данный объект не зарегистрировано.
ЛДВ с ДД.ММ.ГГГГ. является членом ГСК "<данные изъяты>" и владельцем гаража N в блоке N. Право собственности ЛДВ на данный объект не зарегистрировано.
На заседания правления ГСК <данные изъяты>" от ДД.ММ.ГГГГ постановлено, что при расчетах за построенные стены руководствоваться: застройщик строит правую стену относительно ворот со стороны улицы; заднюю стену - 50%; переднюю стену - 100%; проемы под переводы в смежной стене, разделяющие гараж на 1 и 2 этаж, производятся с согласия застройщика производившего затраты на эту стену ( п.2). Претензии по затратам за стены определяет правление (п.3).
Согласно копии письма председателя ГСК "<данные изъяты>" КЕв приобрела гараж с возведенными стенами размером 4*12 метров и по правилам застройки может требовать оплаты 50% стоимости боковой стены от владельца гаража N в блоке N (л.д.24, т.1).
ДД.ММ.ГГГГ. КЕв направила ЛДВ претензию с требованиями о возмещении 1/2 стоимости стены гаража, возмещении ущерба от повреждения боковой стены гаража и компенсации морального вреда, которая оставлена последним без ответа.
Отказ ЛДВ добровольно удовлетворить содержащиеся в претензии требования о возмещении материального ущерба и морального вреда послужил поводом для обращения КЕв в суд с настоящим иском.
Разрешая спор, суд признал недоказанным факт причинения истцу материального ущерба и морального вреда вследствие противоправных, виновных действий ответчика, а также пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для возмещения ответчиком стоимости стены его гаража и пропуске им срока исковой давности по указанным требованиям, в связи с чем в удовлетворении иска отказал.
Эти выводы суда первой инстанции коллегия считает верными и не подлежащими переоценке, так как они основаны на правильном применении норм материального права, соответствуют обстоятельствам дела и подтверждены исследованными доказательства.
Предъявляя требования о взыскании с ЛДВ половины стоимости стены гаража, являющейся смежной с гаражем N в блоке N ГСК "<данные изъяты> принадлежащем ответчику, истец ссылалась на наличие принятых общим собранием членов гаражного кооператива в 1994г. правил застройки личных гаражей и решения правления ГСК "<данные изъяты>" от ДД.ММ.ГГГГ., предусматривающее право застройщика на возмещение части затрат на возведение общей стены за счет владельца смежного гаража.
Основания возникновения гражданских прав и обязанностей предусмотрены в ст.8 ГК РФ.
В соответствии с п.п.1.1 п.1 ст.8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут возникать, в том числе, из решений собраний в случаях, предусмотренных законом.
В соответствии с п.2 ст.181.1 ГК РФ решение собрания, с которым закон связывает гражданско-правовые последствия, порождает правовые последствия, на которые решение собрания направлено, для всех лиц, имевших право участвовать в данном собрании (участников юридического лица, сособственников, кредиторов при банкротстве и других - участников гражданско-правового сообщества), а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений.
По смыслу указанной нормы закона решение общего собрания кооператива может влечь для его члена возникновение гражданских прав и обязанностей при наличии в законе прямого указания на гражданско-правовые последствия данного решения, обязательные для лиц, имеющих право участвовать в данном собрании.
В настоящем случае требования истца взыскании части стоимости общей стены гаражных боксов в гаражном кооперативе основаны на принятии соответствующих решений органами гаражного кооператива - общим собранием и правлением.
Поскольку в гражданском законодательстве отсутствует специальный правовой акт, регламентирующий деятельность гаражно-строительных кооперативов (далее - ГСК), регламентация их деятельности, как верно указал суд первой инстанции, на ГСК распространяются общие положения ГК РФ о юридических лицах, особенно некоммерческих корпоративных организациях, в частности положения § 1, 6 (ст. ст. 123.1 - 123.3) гл. 4 ГК РФ.
В соответствии с п.2 ст.123.2 ГК РФ состав и компетенция органов потребительского кооператива, порядок принятия ими решений определяются Уставом данного потребительского кооператива
Анализируя нормы гражданского законодательства, суд правомерно указал, что права и обязанности членов ГСК определяются уставом кооператива, поскольку отдельных требований в законе не установлено, за исключением ст. 123.3 ГК РФ, определяющей обязанности членов потребительских кооперативов.
Соответственно права и обязанности членов ГСК по строительству и эксплуатации гаражей определены Уставом кооператива и принятыми на его основе решениями органов управления ГСК.
Между тем, учредительные документы ГСК "<данные изъяты>", а также доказательства принятия органами управления гаражного кооператива решения о возложении на его членов обязанности выплачивать при строительстве своего гаража часть затрат на возведение общей стены гаражей, при рассмотрении данного спора в материалы дела не были представлены. Основания возникновения гражданско-правовых обязанностей ответчика по возмещению затрат на возмещение половины стоимости общей стены гаражных боксов в связи с принятием органами гаражного кооператива соответствующих решений истцом не доказаны. Более того, закон, который бы связывал гражданско-правовые последствия для членов ГСК с принятыми общим собранием кооператива решениями в сфере имущественных правоотношений его членов между собой, отсутствует. А потому в силу п.2 ст.181.1 ГК РФ принятие подобных решений общих собраний не может порождать для его членов возникновение гражданских прав и обязанностей.
Ссылки истца на решение правления ГСК "<данные изъяты>" от ДД.ММ.ГГГГ. как основание для взыскания с ответчика половины стоимости боковой стены принадлежащего ей гаражного бокса, также не могут быть признаны обоснованными, т.к. законом данный орган не наделен полномочиями регулировать имущественные отношения членов кооператива по вопросам, касающимся принадлежащего им имущества.
Кроме того, применительно к данному требованию истца ответчик заявил о применении срока исковой давности.
В соответствии с ч.1 ст.196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса.
Согласно ч.1 ст.200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Из содержания иска и собственных пояснений КЕв следует, что о нарушении своих прав в связи с возведением ответчиком гаража ей стало известно ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ. она направила в адрес ответчика ЛДВ претензию, в том числе, с требованием возместить часть стоимости стены гаража (л.д.50). Таким образом, по состоянию ДД.ММ.ГГГГ. истцу было известно о нарушении ее прав другой стороной. В суд с настоящим иском истец обратилась ДД.ММ.ГГГГ., т.е. за пределами предусмотренного ст.196 ГК РФ срока исковой давности, что в силу п.2 ст.199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении данных требований истца.
В настоящем деле истцом также были заявлены требования о возмещении материального ущерба в виде стоимости восстановительного ремонта поврежденной стены гаража. В качестве основания данных требований КЕв указывала на виновные действия ответчика по возведению своего гаража, вследствие чего ее стена оказалась общей, была повреждена, на пересечении наружной и общей стен образовались трещины, что требует проведения ремонта.
В соответствии со ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В силу положений ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (ч. 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (ч.2).
Таким образом, по смыслу положений ст.1064 ГК РФ гражданско-правовая ответственность за причинение вреда наступает при наличии совокупности следующих условий: причинение вреда, противоправность поведения и вина причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.
Между тем, в ходе рассмотрения обстоятельства причинения ущерба в связи повреждением гаража истицы, что явилось следствием неправомерных действий ответчика ЛДВ, истцом в порядке ст.56 ГПК РФ не доказаны.
Для установления обстоятельств, имеющих значения для разрешения требований истца о возмещении материального повреждения своего имущества, судом по ходатайству истца была проведена комплексная строительно-техническая и оценочная экспертиза. В своем заключении эксперт пришел к выводу, что переводы крыши (балки) гаража ЛДВ N расположены на стене гаража КЕв N. Состояние несущей конструкции (стены гаража N) можно проклассифицировать как недопустимое состояние. Общая стена между гаражами N и N по своей конструкции не предназначена под нагрузки с кровель обоих гаражей. Стена в полкирпича, без армирования, ослаблена оконными проемами. Угол, примыкающий к воротам восстановлен без перевязки рядов кладки. Все дефекты явные, критические и значительные, устранимые. Имеющиеся трещины на пересечении наружной стены и общей стены не имеют следов осадочного и усадочного характера, либо деформаций от нагрузки с кровли. Возможен удар по левому ребру в плоскости стены. В указанном месте имеется заделка, выполненная не аккуратно и без перевязки. Жесткость конструкции при нагружении ее дополнительной конструкции ей кровли гаража N, в том числе снеговой нагрузки с гаража N не обеспечена.
При этом, будучи допрошенным в судебном заседании, эксперт ДЮВ подтвердил изложенные в заключении выводы, пояснив также, что состояние несущей конструкции можно указать как недопустимое, строительство основного гаража происходило без проекта, на будущую пристройку гаража и нагрузку не рассчитано. Строительство гаража ответчика дает лишь дополнительную нагрузку на стену. Имеется изгиб стены, однако определить, от чего он возник, не представляется возможным. На пересечении наружной стены и общей стены имеются трещины, однако они не связаны с действиями собственника соседнего гаража (ЛДВ) при строительстве. Без динамического наблюдения невозможно экспертным путем разграничить причины возникновения указанных недостатков, оценить стоимость их устранения по отдельности.
Таким образом, заключение экспертизы не подтверждает, что повреждение стены гаража истицы явилось следствие неправомерных действий ответчика.
Более того, их содержания искового заявления и собственных объяснений истицы следует, что при уборке мусора ГСК "<данные изъяты>" ковшом трактора был поврежден угол гаража, от чего впоследствии образовалась трещина. При этом истец не оспаривала, что указанные действия, повлекшие образование трещины от угла ее гаража, были допущены не ответчиком ЛДВ, а иным лицом. Указанные объяснения истицы полностью согласуются с выводами экспертного заключения, из которого следует, что имеющиеся дефекты стены гаража истицы обусловлены нарушениями, допущенными при строительстве гаража истицы, а также являются следствием механического воздействия (удар) по левому ребру в плоскости стены, который, как следует из объяснений самой истицы, допущен не ответчиком, а иным лицом. При этом вывод эксперта о том, что имеющиеся трещины на пересечении наружной стены и общей стены не имеют следов осадочного и усадочного характера, либо деформаций от нагрузки с кровли позволяет говорить о том, что данные повреждения не обусловлены фактом ненадлежащего строительства ответчиком своего гаража, на что истец ссылалась в качестве причины образования повреждений стены ее гаража.
Таким образом, совокупность представленных доказательств не подтверждает наличие предусмотренных ст.1064 ГК РФ оснований возложения на ответчика обязанности возмещения причиненного имуществу истца материального ущерба. Допустимых и достаточных доказательств того, что повреждение гаража истицы находится в причинной связи с неправомерными действиями ответчика, КЕв не представлено. Поэтому в удовлетворении требований о возмещении материального ущерба судом правомерно отказано. Выводы суда в этой части основаны на надлежащей оценке представленных доказательств, которые оценены судом в соответствии с требованиями ст.67 ГПК РФ, оснований для их переоценки коллегия не находит.
Предъявляя требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, КЕв ссылалась на то, что неправомерные действия ответчика нарушают ее имущественные права, причиняют ей нравственные страдания, влекут ухудшение состояния ее здоровья.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В силу ч.2 ст.1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.
Согласно ст.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Поскольку применительно к спорным отношениям сторон отсутствует закон, предусматривающий возмещение морального вреда в связи с нарушением имущественных прав гражданина, оснований для удовлетворения требований истца о возмещении морального вреда по мотиву нарушения ее имущественных прав действиями ответчика не имеется.
При этом каких-либо доказательств в подтверждение своих доводов о нарушении личных неимущественных прав вследствие неправомерных виновных действий ответчика истица в порядке ст.56 ГПК РФ не представила. Доводы истицы об ухудшении ее здоровья вследствие неправомерных действий ответчика как основание заявленных требований о взыскании с ответчика компенсации морального, ничем не подтверждены. Наличие причинной связи между ухудшением здоровья истца и неправомерными действиями ответчика не доказано.
Поэтому в удовлетворении требований истца о возмещении морального вреда судом правомерно отказано.
Обжалуя законность судебного решения, КЕв в жалобе также приводит доводы об отсутствии основания для взыскания с нее в пользу экспертного учреждения расходов на проведение судебной экспертизы. При этом ссылается на то, что договор на проведение экспертизы с экспертом она заключала, о размере оплаты за экспертизу экспертом не уведомлялась, экспертиза проведена некачественно и не может быть признана допустимым доказательством.
Коллегия находит эти доводы истца необоснованными в силу следующего.
В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
Согласно ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате экспертам.
При этом в силу п.2 ст.85 ГПК РФ эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 настоящего Кодекса.
Из материалов дела следует, что по ходатайству истицы по настоящему делу для установления юридически значимых обстоятельств была назначена комплексная строительно-техническая и оценочная экспертиза, расходы по оплате экспертизы судом были возложены на КЕв Однако предварительная оплаты данной экспертизы стороной истца не была произведена.
Поэтому, представляя заключение судебной комплексной строительно-технической и оценочной экспертизы, экспертное учреждение ООО "<данные изъяты>" в порядке ст.85 ГПК РФ одновременно обратилось с ходатайством об оплате произведенной экспертизы в сумме <данные изъяты> руб., представив соответствующий счет на оплату N от ДД.ММ.ГГГГ.
Учитывая, что иск КЕв, по ходатайству которой судом назначалась строительно-техническая и оценочная экспертиза, оставлен без удовлетворения, суд с учетом положений ч.1 ст.96 ГПК РФ и ст.98 ГПК РФ правомерно взыскал с истца расходы на проведение экспертизы, которые ею не были предварительно оплачены.
Ссылки истца в жалобе на отсутствие заключенного ею с экспертом договора на выполнение работ, устанавливающего размер оплаты за проведение работ в рамках назначенных судом экспертиз, также не могут быть приняты во внимание, поскольку в настоящем деле возмещаются расходы экспертного учреждения не в рамках заключенного сторонами гражданско-правового договора, а в соответствии с определением суда о назначении судебной экспертизы. Вопросы проведения экспертизы при разрешении гражданских дел и оплаты расходов на ее проведение регламентированы исключительно нормами ГПК РФ, гражданско-правовые нормы о договоре подряда на данные правоотношения не распространяются. Поэтому доводы истца о невозможности возмещения расходов на проведение судебных экспертиз в отсутствие заключенного стороной с экспертным учреждением гражданско-правового договора на выполнение соответствующих работ отклоняются коллегией как противоречащие нормам гражданско-процессуального законодательства о возмещении судебных расходов.
Учитывая характер проведенной экспертизы и объем экспертного исследования отсутствуют основания для вывода о завышенном размере расходов на ее проведение. Допустимых доказательств несоответствия стоимости проведенной экспертизы фактическим затратам истцом не представлено. Более того, по смыслу абз.2 ч.2 ст.85 ГПК РФ размер оплаты за проведение экспертизы определяет эксперт (экспертное учреждение), а не участвующие в деле лица. Истец как сторона, заявлявшая ходатайство о проведении экспертизы в конкретном экспертном учреждении, не лишена была возможности получить сведения о сумме расходов на ее проведение. Поэтому доводы жалобы истицы об отсутствии у нее на стадии назначения экспертиз сведений о сумме расходов на их проведения, не могут быть приняты во внимание, поскольку не влекут отказ в возмещении фактически понесенных расходов экспертного учреждения на проведение судебных экспертиз.
Ссылки истца на недопустимость экспертного заключения как основание для отказа в возмещении расходов на проведение экспертизы также не могут быть признаны коллегией обоснованными, учитывая, что данное заключение, в том числе, было положено судом в основу своих выводов при разрешении спора по существу.
Таким образом, при разрешении дела судом верно установлены юридически значимые обстоятельства, не допущено нарушений в применении норм материального и процессуального права. Все содержащиеся в апелляционной жалобе были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка. Доводы жалобы ответчика, главным образом, сводятся к иной оценке доказательств, оснований для такой переоценки коллегия не находит. Апелляционная жалоба по изложенным в ней доводам не подлежит удовлетворению.
Руководствуясь ст.328 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Устиновского районного суда г. Ижевска от 08 февраля 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу КЕв - без удовлетворения.
Председательствующий: Глухова И.Л.
Судьи:
Гулящих А.В.
Рогозин А.А.
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
