Дата принятия: 24 октября 2019г.
Номер документа: 33-2085/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ТОМСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 24 октября 2019 года Дело N 33-2085/2019
от 24 октября 2019 года
Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе
председательствующего Руди О.В.,
судей: Вотиной В.И., Нечепуренко Д.В.
при секретаре Коневой К.А., Шумаковой Ю.М.,
помощник судьи С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Томске апелляционную жалобу представителя кооператива по эксплуатации объекта недвижимости "Административно-гаражный комплекс" Кузё Павла Викторовича на решение Советского районного суда г. Томска от 08 апреля 2019 года
по гражданскому делу N 2-845/2019 по исковому заявлению Кондратьева Ильи Георгиевича к кооперативу по эксплуатации объекта недвижимости "Административно-гаражный комплекс" о возмещении ущерба, компенсации морального вреда,
заслушав доклад председательствующего, пояснения представителей ответчика Кооператив "АГ Комплекс" Шарафанову Т.Н., Кузё П.В., поддержавших апелляционную жалобу, представителя истца Крылова А.А., просившего в ее удовлетворении отказать,
установила:
Кондратьев И.Г. обратился в суд с иском к кооперативу по эксплуатации объекта недвижимости "Административно-гаражный комплекс" (далее - Кооператив "АГ Комплекс"), в котором с учетом уточнения требований просил взыскать с ответчика стоимость восстановительного ремонта автомобиля 106 645 руб., компенсацию морального вреда - 20 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины - 3 332,90 руб., за проведение независимой экспертизы - 3000 руб. (л.д. 3-4, 130).
В обоснование указал, что 22.03.2018 в результате схода снега с крыши здания, расположенного по адресу: г.Томск, пр. Фрунзе, д. 117а, принадлежащему ему автомобилю "Хендэ IX55", государственный регистрационный знак /__/, причинены механические повреждения. Независимой оценочной организацией ООО "МЦЭиП" определена стоимость восстановительного ремонта автомобиля в размере 106 645 руб. Врученная ответчику претензия о возмещении ущерба оставлена без удовлетворения.
В судебном заседании истец Кондратьев И.Г., его представитель Крылов А.А. требования поддержали по основаниям, изложенным в иске. Кондратьев И.Г. пояснил, что 22.03.2018 приехав в офис ООО "ГеоГрад" по адресу: г.Томск, пр. Фрунзе, 117а, припарковал автомобиль возле входа в здание с правой стороны, примерно в 0,5 метров от здания. Передней частью автомобиль стоял к центру входа в здание от начала ступенек. Предупреждающих о сходе снега табличек на здании не видел, на здании оформлены рекламные щиты. При выходе из здания около 16 час.15 мин. увидел, как на лобовое стекло и крышу его автомобиля с крыши здания падает снег. В результате чего автомобилю причинены повреждения, от возмещения ущерба ответчик отказался.
Представители ответчика Кооператив "АГ Комплекс" Шарафанова Т.Н., Кузё П.В. против удовлетворения исковых требований возражали по основаниям, изложенным в отзыве (л.д. 131-133). Суть возражений сводилась к тому, что незадолго до случившегося крыша здания поэтапно была очищена от снега, а потому на ней отсутствовал снег, наледь, которые могли причинить автомобилю истца заявленные повреждения. Предупреждающие о сходе снега с крыши таблички в количестве 5 штук на стене здания имелись.
Представленные истцом доказательства противоречивы. Экспертное заключение ООО "МЦЭиП" N13.03-8КМ от 11.12.2018 о рыночной стоимости услуг по восстановительному ремонту подтверждает лишь стоимость ремонта автомобиля Кондратьева И.Г., но не факт его повреждения именно в результате падения снега с крыши здания по адресу: г. Томск, пр. Фрунзе, д. 117А. Оно составлено 11.12.2018, в то время как инцидент произошел 22.03.2018.
Согласно акту осмотра транспортного средства к указанному экспертному заключению время осмотра транспортного средства - 15 час. 00 мин., место осмотра транспортного средства - г. Томск, ул. Киевская, д. 147, кв. 67. Однако в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 01.04.2018 указано время происшествия - 16 час. 15 мин, адрес - г. Томск, пр. Фрунзе, д. 117А.
В качестве поврежденных деталей в акте осмотра транспортного средства указаны: стекло ветровое, панель крыши, поперечина крыши передняя. В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела говорится только о вмятинах на переднем крыле и трещинах на лобовом стекле.
Согласно акту осмотра транспортного средства осматривался автомобиль темно-вишневого цвета.
К экспертному заключению ООО "МЦЭиП" N13.03-8КМ от 11.12.2018 приложен фотоматериал поврежденного транспортного средства Кондратьева И.Г., однако с учетом даты составления экспертного заключения (11.12.2018) достоверно неизвестно, когда данные снимки сделаны. Из снимков нельзя сделать вывод о характере повреждений автомобиля, т.к. на них видны лишь трещины на лобовом стекле автомобиля.
Указанные противоречия ставят под сомнение факт повреждения автомобиля при изложенных истцом обстоятельствах в указанное им время и в указанном им месте.
Обжалуемым решением на основании п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации
ст. 15, п. 1 ст. 151,ст. 210, пп. 1, 2 ст. 401, ст. 1064, 1082, 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 12, 56, ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 30 Федерального закона N 384-ФЗ "Технический регламент о безопасности зданий и сооружений", п. 3.4.3.5 ч. 3 постановления администрации г. Томска от 26.01.2011 N 55 "Об утверждении Правил благоустройства территории муниципального образования "Город Томск", абз. 2 п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" исковые требования удовлетворены частично. С Кооператива "АГ Комплекс" в пользу Кондратьева И.Г. взыскано в счет возмещения ущерба 85 316 руб., судебные расходы по оплате оценки ущерба - 2400 руб., по уплате государственной пошлины - 2 759,48 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано (л.д. 168-175).
В апелляционной жалобе представитель ответчика Кооператива "АГ Комплекс" Кузё П.В. просит решение отменить, принять новое, которым в удовлетворении исковых требований отказать (л.д. 179-183).
Указывает, что постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 01.04.2018 составлено сотрудником полиции исключительно со слов Кондратьева И.Г.
В возбуждении уголовного дела отказано за отсутствием события преступления. При этом иск подан 11.02.2019, т.е. по истечении года после происшествия.
Экспертное заключение ООО "МЦЭиП" N 13.03-8КМ от 11.12.2018 о рыночной стоимости услуг по восстановительному ремонту подтверждает стоимость ремонта автомобиля, но не факт его повреждения в результате падения снега с крыши здания по адресу: г. Томск, пр. Фрунзе, д. 117А. К тому же экспертное заключение составлено 11.12.2018, в то время как событие произошло 22.03.2018.
В акте осмотра транспортного средства к экспертному заключению указаны: время осмотра автомобиля 15 час. 00 мин; место осмотра - г. Томск, ул. Киевская, д. 147, кв. 67; поврежденные детали - стекло ветровое, панель крыши, поперечина крыши передняя; цвет - темно-вишневый.
Однако в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела время происшествия указано иное - 16 час. 15 мин., адрес: г. Томск, пр. Фрунзе, д. 117А, повреждения иные - вмятина на переднем крыле, трещины на лобовом стекле.
Несмотря на то, что экспертное заключение содержит фотоснимки поврежденного транспортного средства, с учетом даты составления экспертного заключения достоверно неизвестно, когда данные снимки были сделаны.
В отказном материале осмотр места происшествия зафиксирован в соответствующем протоколе. Осмотр проводился в присутствии понятых М. и К., который по совместительству является экспертом, составившим экспертное заключение ООО "МЦЭиП" N 13.03-8КМ от 11.12.2018. При этом осмотр проводился в отсутствие специалиста, в качестве автомобиля указан "Хендай" черного цвета, припаркованный у первого подъезда дома по пр. Фрунзе, 117А. К протоколу осмотра прилагается фотоматериал, однако снимки не позволяют сделать вывод о наличии и характере повреждений транспортного средства.
Осмотр крыши здания сотрудником полиции не производился, снимков крыши фотоматериал не содержит, отметок о наличии/отсутствии на крыше снега в протоколе осмотра, равно как и отметок о наличии/отсутствии снега или его следов на автомобиле истца, нет. Более того, протокол составлен в отсутствие представителя Кооператива "АГ Комплекс", при том, что на месте присутствовала председатель кооператива Ш., которой сотрудником полиции не была предоставлена возможность дать пояснения относительно случившегося и внести в протокол замечания.
Ссылается на противоречия между показаниями Кондратьева И.Г. и материалами КУСП N 18/4554 в части времени приезда к зданию и выхода из него, парковки автомобиля.
Согласно показаниям председателя кооператива Ш. и свидетеля Г. во время составления протокола (17 час. 05 мин.) автомобиль Кондратьева И.Г. находился на парковке напротив первого подъезда здания по п. Фрунзе, 117А, т.е. автомобиль был перемещен с места происшествия. Указанные противоречия могли быть устранены путем вызова и допроса М. и К., сотрудника полиции С., о чем неоднократно было заявлено в ходе рассмотрения дела.
Представленные истцом фотографии от 22.03.2018 в судебное заседание 28.03.2019 вызывают сомнения, поскольку дата создания снимков могла быть изменена путем корректировки свойств файла на компьютере. Исходя из порядковых номеров и времени создания снимков, Кондратьевым И.Г. было сделано более 700 снимков за 8 минут. Дата создания снимков вызывает сомнения в связи с несоответствием погодных условий на них. Так, 22.03.2018 была солнечная погода, отсутствовало такое количество снега на земле и на крышах соседних зданий, как видно на снимках. Судом было отказано в назначении судебной фототехнической экспертизы с целью установления действительной даты создания снимков.
Согласно справке Томского ЦГМС от 13.03.2019 в период с 17.03.2018 по 20.03.2018 температура воздуха днем достигала от +4,5 до + 6,1 градусов, в период с 17.03.2018 по 19.03.2018 осадков не было, а 20.03.2018 выпало 1,4 мм осадков. В таких условиях снег на крыше здания по пр. Фрунзе, 117А должен был растаять. 20.03.2018 проводилась уборка крыши от снега. 21.03.2018 осадков выпало 6,2 мм, но с учетом того, что ранее крыша была полностью очищена от снега, на крыше не могла образоваться значительная масса снега, которая могла причинить указанные истцом повреждения. Конструкция здания также не позволяет скапливаться снегу в значительном количестве.
Охрану здания обеспечивает ИП И., который каждый день утром производит обход, осматривает здание, в том числе крышу, проверяет сохранность имущества по перечню из 30 позиций, в том числе предупреждающих табличек о возможном сходе снега. В течение дня обход каждые два часа осуществляют охранники, результаты осмотров ежедневно вносятся в книгу дежурств.
Полагает, что кооперативом предприняты все возможные меры для исключения возможности причинения вреда имуществу третьих лиц в результате падения снега с крыши здания при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.
Истец припарковал автомобиль вплотную к зданию в метре от крыльца первого подъезда на пешеходной дорожке, выложенной плиткой и возвышающейся над проездом перед зданием, несмотря на наличие между зданиями по пр. Фрунзе. 117А и пр. Фрунзе, 115Б бесплатной парковки. Имеющиеся на здании предупреждающие таблички "Осторожно! Сход снега" в количестве 5 штук, в том числе у крыльца первого подъезда, Кондратьев И.Г. лично сорвал, фотографируя место происшествия в их отсутствие.
В возражениях на апелляционную жалобу истец Кондратьев И.Г. просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения (л.д. 188).
Судебная коллегия, руководствуясь статьей 167, частью 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришла к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие истца Кодратьвеа И.Г., надлежащим образом извещенного о времени и месте рассмотрения дела и не явившегося в судебное заседание.
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия пришла к выводу о его отмене.
Так, судом установлено, видно из дела, что истец Кондратьев И.Г. является собственником автомобиля "ХЕНДЭ IX55" темно-вишневого цвета, 2008 года выпуска, государственный регистрационный знак /__/, что подтверждается карточкой учета транспортного средства, выданной межрайонным отделом технического надзора, регистрации автомототранспортных средств и экзаменационной работы УМВД России по Томской области (л.д. 20), свидетельством о регистрации /__/ (л.д. 34).
10.12.2002 собственниками здания по адресу: г. Томск, пр. Фрунзе, 117А, создан кооператив "Административно-гаражный Комплекс", который осуществляет, в том числе эксплуатацию нежилых помещений, включая содержание и обслуживание общего имущества, что подтверждается ответом администрации Советского района г.Томска от 22.02.2019 N 883, выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц от 09.01.2019 NЮЭ9965-19-242089, Уставом Кооператива "Административно-гаражный Комплекс", (л.д. 8-15, 45,79-85).
Полагая, что по вине ответчика его автомобилю причинен ущерб падением снега с крыши здания, которое обслуживает ответчик, истец обратился в суд с иском о его возмещении.
Удовлетворяя иск в части, суд первой инстанции исходил из того, что истцом представлены доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, обстоятельства, при которых причинен вред, установив в этом вину ответчика.
С таким выводом и его обоснованностью судебная коллегия не может согласиться.
Так, по общему правилу вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (п. 1 ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно п. 2 названной статьи лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
Статья 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает способы возмещения вреда. Одним из способов возмещения вреда, то есть отрицательных последствий правонарушения, является возмещение причиненных убытков.
Понятие убытков раскрывается в п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации: под реальным ущербом понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества, а под упущенной выгодой - неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.
Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.
Из анализа приведенных положений следует, что причиненный вред может выражаться в нарушении субъективного права и наступлении имущественного ущерба (утрате имущества) или неблагоприятных последствий нематериального характера.
Основанием данной ответственности является гражданское правонарушение, условиями - определенные законом обстоятельства, установление которых в каждом конкретном случае обеспечивает применение мер ответственности и восстановление нарушенного права.
Для привлечения лица к ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправности поведения причинителя вреда, причинной связи между этими элементами, а также вины причинителя вреда.
Исходя из смысла названных норм, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать нарушение своего права (наличие и размер убытков), неправомерность действий (бездействия) причинителя вреда, причинную связь между неправомерными действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями. Недоказанность хотя бы одного из названных элементов состава гражданского правонарушения влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований. Отсутствие вины доказывается лицом, указанным в качестве причинителя.
Факт причинения истцу ущерба повреждением автомобиля, принадлежащем ему на праве собственности, установлен в судебном заседании доказательствами, приведенными и раскрытыми в решении, никем не оспаривается.
В подтверждение размера такого ущерба истцом представлено экспертное заключение N13.03.-8 КМ от 11.12.2018, выполненное ООО "Межрегиональный Центр Экспертизы и Права", из которого следует, что размер расходов на восстановительный ремонт ХЕНДЭ IX55, г/н /__/, не превышает рыночную стоимость данного транспортного средства в до аварийном состоянии и составляет без учета физического износа 106 645 рублей, с учетом износа 60 017 рублей (л.д. 21-35).
Оценивая данное заключение, суд первой инстанции признал его допустимым и достоверным доказательством, подтверждающим размер ущерба, причиненного автомобилю истца, в сумме 106 645 рублей.
При этом суд исходил из разъяснений в абзаце 2 п. 13 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", где указано, если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения.
По мнению судебной коллегии, достоверность приведенного заключения вызывает сомнения.
Во-первых, оценивая статус данного экспертного заключения, судебная коллегия исходит из того, что такое заключение является внесудебным заключением специалиста, подлежит оценке по правилам ст. 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Во-вторых, такое заключение может быть принято судом в качестве доказательства, если отсутствуют обоснованные и достоверные данные, свидетельствующие о недостоверности результатов экспертизы, или ставящие их под сомнение.
Как следует из текста экспертного заключения N13.03.-8 КМ от 11.12.2018 ООО "Межрегиональный Центр Экспертизы и Права", проведение экспертизы поручено эксперту К. (л.д.22). Им же проведено исследование, составлено итоговое заключение (л.д.27).
Ранее этим же специалистом от имени ООО "Межрегиональный Центр Экспертизы и Права" 22.03.2018 была составлена справка о рыночной стоимости услуг по восстановительному ремонту в сумме 106645 руб. в рамках проверки по заявлению Кондратьева И.Г. о возбуждении уголовного дела (л.д. 67, отказной материал N18/4554).
При этом в материалах дела имеется протокол осмотра места происшествия от 22.03.2018, составленный сотрудником полиции С., где этот же специалист (К.) привлечен в качестве понятого при производстве процессуального действия (л.д. 59).
Учитывая, что протокол осмотра места происшествия был составлен в рамках проверки, проводимой по заявлению Кондратьева И.Г. по факту повреждения его имущества с целью возбуждения уголовного дела и привлечения виновных лиц, судебная коллегия исходит из определения "понятого", данного в части 1 ст. 60 УПК Российской Федерации, которая прямо определяет понятого как не заинтересованное в исходе уголовного дела лицо, привлекаемое дознавателем, следователем для удостоверения факта производства следственного действия, а также содержания, хода и результатов следственного действия.
По общему правилу эксперт также независим в своей деятельности, он не вправе самостоятельно собирать материалы для исследования, участвовать в сборе таких материалов.
Анализируя приведенные обстоятельства, судебная коллегия установила, что эксперт К. являлся понятым при осмотре места происшествия, то есть участвовал в процессуальном действии в рамках проводимой проверки по заявлению Кондратьева И.Г., по результатам которого составлен процессуальный документ, являющийся доказательством по факту причинения повреждения имущества истца. Именно в этом акте осмотра места происшествия зафиксированы повреждения, имеющиеся на спорном транспортном средстве 22.03.2018 (л.д.60).
Таким образом, эксперт, участвующий в качестве понятого при производстве осмотра транспортного средства по одному и тому же факту причинения ущерба имуществу истца, по мнению судебной коллегии, не может быть признан объективным при производстве проводимой впоследствии внесудебной экспертизы оценки такого ущерба, принимая во внимание и тот факт, что сразу после участия в осмотре места происшествия этот же эксперт составил справку об оценке ущерба.
Перечень повреждений автомобиля, отраженный в экспертном заключении, идентичен перечню в справке об оценке ущерба и перечню, указанному в акте осмотра автомобиля.
При таких обстоятельствах судебная коллегия не исключает возможности формирования позиции эксперта по вопросу установления перечня полученных повреждений и определения размера ущерба в зависимости от тех сведений, которые были получены им в ходе осмотра места происшествия 22.03.2018. Указанное свидетельствует о наличии сомнений в достоверности выводов эксперта.
Названные обстоятельства суд первой инстанции не принял во внимание.
Вместе с тем, не смотря на неоднократно поставленный перед представителем истца вопрос о необходимости и целесообразности проведения по делу судебной товароведческой экспертизы в связи с указанными обстоятельствами, последний соответствующего ходатайства не заявил, настаивал на достоверности представленного заключения.
Ссылаясь на неправомерность действий ответчика и, соответственно, его вину в причинении ущерба имуществу, истец указал, что ущерб причинен в результате неисполнения ответчиком обязанностей по содержанию своего имущества (здания) и прилегающей к нему территории, в результате чего произошел сход снега с крыши.
По мнению судебной коллегии, представленные истцом доказательства указанные обстоятельства бесспорно не подтверждают.
Так, в соответствии со статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.
По смыслу указанной нормы на собственника или иное лицо, которому делегированы правомочия собственника, возлагаются обязанности (бремя) по содержанию принадлежащего ему имущества. Данные обязанности связываются с необходимостью несения расходов по содержанию имущества в надлежащем состоянии, в том числе исключающем возможность причинения вреда иным лицам.
Правилами техники безопасности при эксплуатации жилых и общественных зданий, утвержденными Минжилкомхозом РСФСР 30.05.1979, предусмотрена регулярная очистка крыш от снега (раздел 12).
Очистка кровли от снега и наледи предусмотрена также перечнем работ, указанным в приложении к Положению об организации и проведении реконструкции, ремонта и технического обслуживания жилых зданий, объектов коммунального и социально-культурного назначения, утв. Приказом Госкомархитектуры при Госстрое СССР от 23.11.1988 N 312.
При этом ссылка суда первой инстанции на п. 3.4.3.5 ч. 3 постановления администрации Города Томска от 26.01.2011 N 55 (ред. от 09.11.2015) "Об утверждении Правил благоустройства территории муниципального образования "Город Томск" несостоятельна, поскольку названный документ утратил силу на основании постановления администрации Города Томска от 31.03.2017 N 204, вступившего в силу на следующий день после дня его официального опубликования (опубликовано в "Сборнике официальных материалов муниципального образования "Город Томск" - 06.04.2017), то есть до 22.03.2018.
Как видно из представленной выписки из ЕГРЮЛ от 09.01.2019, кооператив по эксплуатации объекта недвижимости "Административно-гаражный комплекс", зарегистрированный по адресу: г.Томск, пр. Фрунзе, 117А, создан в том числе для управления недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе (л.д.12).
Уставом кооператива определено его место нахождения (пр.Фрунзе,117А), виды деятельности, среди которых - эксплуатация нежилых помещений, включая содержание и обслуживание общего имущества (п.2.1, л.д.80).
Таким образом, ответчик является лицом, ответственным за безопасное состояние здания по пр. Фрунзе, 117А, поскольку такие полномочия ему делегированы собственниками помещений в здании.
Ш. (председатель кооператива) является лицом, правомочным действовать от его имени в целях исполнения уставных задач (л.д. 9, 79).
Из пояснений Ш. в суде первой инстанции следует, что в рамках исполнения полномочий по обслуживанию здания ею заключались договоры подряда на уборку снега с крыши здания с С.
Пояснения представителя ответчика в указанной части подтверждаются:
актом сдачи-приемки выполненных работ N14 от 11.03.2018, из которого следует, что выполнены работы по уборке снега с круглой части административно-гаражного комплекса по пр. Фрунзе,117А (л.д.117);
договором подряда от 20.03.2018 между кооперативом "АГ "Комплекс" и С. (л.д. 118), предметом которого являлись работы по очистке крыши от снега круглой части здания по адресу: г. Томск, пр. Фрунзе, 117а, за вознаграждение (п.1.1, л.д. 118);
актом сдачи-приемки работ, выполненных по договору N16 от 20.03.2018, подписанным Ш. без замечаний (л.д.120);
расходным кассовым ордером N58 от 20.03.2018, по которому С. кооперативом АГ Комплекс оплачена сумма в размере 5000 руб. по договору подряда за уборку снега (л.д. 121).
Поскольку пояснения представителя ответчика подтверждаются объективно представленными письменными доказательства, в своей совокупности они достаточны для вывода о том, что по состоянию на 20.03.2018 крыша (круглая часть) здания от снега была очищена.
Учитывая, что описываемое истцом событие, по его утверждению, произошло 22.03.2018, следует установить, могло ли накопиться на крыше такое количество снега и наледи, которое при описанных обстоятельствах 22.03.2018 повредило имущество истца.
В деле имеются доказательства, которые содержат сведения данным обстоятельствам.
Так, по данным метеорологической станции Томск, представленным Томским ЦГМС-филиал ФГБУ "Западно-Сибирское УГМС", метеорологические параметры, в частности за период с 20.03.2018 по 22.03.2018, имели следующие значения:
20.03.2018 - среднесуточная температура воздуха - 2,4 °С, минимальная температура воздуха -9,1 °С, максимальная температура воздуха +4,5 °С, максимальная скорость ветра 14 м/с, количество осадков 1,4 мм;
21.03.2018 - среднесуточная температура воздуха - 6,5 °С, минимальная температура воздуха -9,2 °С, максимальная температура воздуха -2,6 °С, максимальная скорость ветра 6 м/с, количество осадков 6,2 мм;
22.03.2018 - среднесуточная температура воздуха - 6,5 °С, минимальная температура воздуха -11,3 °С, максимальная температура воздуха -1.1 °С, максимальная скорость ветра 4 м/с, количество осадков 0,6мм. (л.д. 94-95).
Таким образом, накануне 22.03.2018 количество осадков составило 6,2 мм.
В деле представлены фотографии, где зафиксирована крыша здания по адресу: г. Томск, пр.Фрунзе, 117А.
Оценивая справочную информацию метеорологической станции в совокупности с представленными в деле фотографиями, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что "на фотографиях виден свисающий снег на крыше здания, в том числе в той части над которой стоит автомобиль истца, видны остатки снега на автомобиле, а также снега по всей территории вокруг здания и очевидна траектория падения снега с крыши дома, для определения которой не требуется специальных познаний в области физики".
В таком выводе суда первой инстанции судебная коллегия усомнилась и, учитывая заявленное представителями ответчика ходатайство о назначении судебной экспертизы с целью определения механизма получения повреждений автомобилем истца, на основании ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации назначила по делу судебную трассологическую экспертизу, посчитав, что для установления обстоятельств, имеющих значение для дела, требуются специальные познания (л.д.203-206).
Согласно выводам экспертов, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, повреждения автомобиля истца могли образоваться 22.03.2018 от падения снежной массы, при условии неочистки крыши 20.03.2018, так и с аналогичной крыши по иному адресу. Решить вопрос категорично экспертам не представилось возможным, поскольку в представленных материалах осматривался автомобиль черного цвета, тогда как фактически он темно-фиолетовый (идентификационный номер ТС не указан), экспертом ООО "Межрегиональный Центр Экспертиз и Права" был проведен осмотр автомобиля в 15.00, а истцом указано время падения снега в 16.15 час. В связи с чем эксперты не исключают возможность повреждения данного автомобиля ранее (л.д. 210-228).
В суде апелляционной инстанции был допрошен эксперт П., который пояснил, что при производстве экспертизы экспертами были тщательно изучены все представленные в гражданском деле материалы, включая справку метеорологической станции Томск о выпавших осадках, среднесуточной температуре и фотоматериал.
Согласно показаниям эксперта П. в суде апелляционной инстанции то количество снега, запечатленное на фотографиях в деле, с учетом данных о выпавших осадках и среднесуточной температуре, не могло сформировать массу, способную причинить заявленные на автомобиле истца повреждения. Если бы снег в результате перепада температур сформировался бы в наледь, то от его падения было бы повреждено лакокрасочное покрытие транспортного средства, таких повреждений автомобиль не имел. А имевшаяся на панели крыши вмятина описанного размера и локализации могла образоваться лишь вследствие падения снежного массива, слежавшегося на протяжении не менее 30-50 дней, имеющего гораздо больший вес, чем это следует из представленных в деле фотографий. При этом, по мнению эксперта, свисающие с крыши небольшие снежные слои при детальном рассмотрении представляют из себя легкий, мягкий, не слежавшийся снег, который при падении указанных повреждений автомобилю причинить не мог.
Таким образом, оценивая приведенные доказательства в их совокупности, судебная коллегия пришла к выводу о том, что доказательства ответчика о совершении действий по обслуживанию и уборке крыши здания истцом не опровергнуты, а выпавший в период с 20.03.2018 по 22.03.2018 снег не мог образовать тот снежный массив, который при падении 22.03.2018 мог причинить автомобилю истца заявленные повреждения.
Придя к такому выводу, судебная коллегия руководствовалась заключением судебной экспертизы в совокупности с показаниями эксперта П. в суде апелляционной инстанции, признав их допустимыми и достоверными доказательствами, полученными в установленном законом порядке.
К тому же после допроса эксперта представитель истца, присутствующий в зале судебного заседания, ходатайств о повторной судебной экспертизе не заявил, ограничившись отрицанием выводов эксперта.
Между тем согласно правовой позиции, обозначенной Конституционным Судом Российской Федерации в ряде решений по жалобам граждан на нарушение конституционных прав частью третьей статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон -субъектов доказательственной деятельности, когда наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (статья 123, часть 3 Конституции Российской Федерации) стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (часть первая статьи 56 ГПК Российской Федерации), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.
Имея процессуальную возможность заявления ходатайства, не будучи ограниченным в таком праве, принимая во внимание, что судом апелляционной инстанции получено новое доказательство, представитель истца такую процессуальную возможность реализовать не пожелал.
При таких данных судебная коллегия не согласилась с выводом суда первой инстанции о том, что представленные ответчиком доказательства об уборке крыши не могут служить доказательством факта отсутствия снега на крыше данного здания 22.03.2018, способного причинить ущерб имуществу истца.
Между тем, по мнению судебной коллегии, ответчик представил доказательства правомерности своих действий в опровержение довода истца об их неправомерности.
Помимо этого, по мнению судебной коллегии, сам факт события 22.03.2018 в описанное истцом время и в описанном истцом месте, в результате которого автомобилю истца причинен ущерб, вызывает сомнение, поскольку представленные истцом в его подтверждение доказательства противоречивы. В этой части доводы апелляционной жалобы заслуживают внимания.
Так, из пояснений истца, изложенных в иске, следует, что в 16.15 час. он увидел уже поврежденный снегом автомобиль (л.д.3). Это же следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела (л.д. 51).
Однако в заявлении на имя начальника ОМВД России по Советскому району г.Томска, зарегистрированном в КУСП за N1554 от 22.03.2018 Кондратьев И.Г. указал, что в 16.15 стал свидетелем падения снега с крыши здания на его автомобиль (л.д.55). Это же отражено и в объяснениях Кондратьева И.Г. от 22.03.2018, полученных в рамках проверки его заявления о преступлении (л.д. 56).
Оценивая позицию истца на протяжении всего периода, начиная с 22.03.2018, судебная коллегия признает ее противоречивой, так как сначала истец утверждает, что видел сам факт падения снега с крыши здания на его автомобиль в 16.15, впоследствии указывает, что выйдя, увидел уже лежащий на автомобиле снег. Данные обстоятельства, учитывая, что пояснения сторон в силу ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются одним из средств доказывания по гражданскому делу, дают основания для признания таких пояснений недостоверными.
Что касается показаний М. - очевидца момента падения снега на автомобиль, судебная коллегия не может принять их во внимание, оценивая критически.
Так, М. в объяснении УП ОМВД России по Советскому району г.Томска С. от 22.03.2018 указал, что в 16.10, проходя мимо дома N117А по пр.Фрунзе увидел, как с крыши дома упала глыба льда на стоящий возле дома автомобиль "Хендэ IX55", государственный регистрационный знак /__/, повредив крышу и лобовое стекло (л.д.58).
Между тем его пояснения в части падения на автомобиль глыбы льда не согласуются ни с пояснениями самого истца (о падении снега), ни с представленным в деле фотоматериалом и опровергаются показаниями эксперта в суде апелляционной инстанции и договорами подряда по чистке крыши здания.
Таким образом, пояснения М. в связи с изложенным пояснения истца не подтверждают.
Следующей группой доказательств истца являются документы, содержащиеся в отказном материале N18/4554 по заявлению Кондратьева И.Г. о возбуждении уголовного дела (л.д.47), по мнению истца, они подтверждают факт причинения ущерба его автомобилю при описанных им обстоятельствах в указанное время.
По мнению судебной коллегии, данные доказательства указанные обстоятельства бесспорно не подтверждают.
Так, из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 01.04.2018 следует, что 22.03.2018 в ОМВД России по Советскому району г. Томска поступило заявление Кондратьева И.Г. о том, что 22.03.2018 около 16 час. 15 мин. в результате схода снега с крыши здания по адресу: г.Томск, пр. Фрунзе, 117А его автомобиль получил повреждения в виде вмятины на переднем крыле, повреждения лобового стекла (л.д.51). В возбуждении дела по ст. 167, ч. 1 ст. 168 УК РФ отказано в виду отсутствия события преступления по п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК Российской Федерации.
Анализируя данное постановление, судебная коллегия не признает данное постановление в качестве бесспорного доказательства, подтверждающего причинение ущерба истцу в указанное время в названном месте, поскольку, как видно из отказного материала, постановление основано на объяснениях самого Кондратьева И.Г., свидетеля (понятого) М., оценка пояснениям которых дана судебной коллегией выше.
Что касается протокола осмотра места происшествия от 22.03.2018 (л.д. 59), составленного с участием понятых К., М., то фактически таковым он не является, поскольку в нем описано не место происшествия, а повреждения автомобиля. В связи с чем какой-либо информации в отношении обстановки на месте происшествия, количества снега вокруг автомобиля, на крыше здания и т.п. он не несет. А тот факт, что в протоколе указано место парковки автомобиля (около первого подъезда здания по адресу: г. Томск, пр. Фрунзе, 117А) не означает безусловно, что событие произошло при описанных истцом обстоятельствах.
Более того, отказной материал в части описанных в нем событий противоречит акту осмотра, составленному экспертом К.
Так, в акте осмотра, составленном экспертом К. 22.03.2018, указано время осмотра транспортного средства -15.00 час. (л.д. 30), тогда как, по утверждению истца, сход снега произошел в 16.15 час. А учитывая тот факт, что К., как следует из акта осмотра N13.03.-8КМ (л.д. 30), осматривал автомобиль истца по ул. Киевской,147 в 15-00 час., указанное означает, что уже в 15.00 автомобиль истца находился вдали от дома по пр. Фрунзе,117А и уже имел те повреждения, которые явились основанием претензий истца. Доказательств тому, что в акте допущена описка, в деле нет.
Не согласилась судебная коллегия и с выводом суда первой инстанции в том, что ответчик не доказал, что автомобиль истца получил механические повреждения при иных обстоятельствах, в ином месте или от действий третьих лиц.
При этом суд сослался на распечатку с сайта Госавтоинспекции, содержащую сведения об участии автомобиля ХЭНДЭ 1X55, г/н /__/, в ДТП в 2016 году, наличии повреждения на задней правой двери, и ответ отдельного батальона дорожно-патрульной службы ГИБДД УМВД РФ по Томской области от 25.03.2019 N 38/1854, из которого следует, что дорожно-транспортных происшествий с участием автомобиля ХЭНДЭ 1X55, г/н /__/, в период времени с января 2018 г. по настоящее время согласно Федеральной информационной системе Госавтоинспекции, на территории г.Томска не зарегистрировано (л.д.99).
Однако участие (неучастие) автомобиля в иных дорожно-транспортных происшествиях об отсутствии вины ответчика бесспорно не может свидетельствовать, поскольку, как верно указал суд, характер повреждений, полученных автомобилем истца при ДТП в 2016 году, отличен от повреждений, установленных на автомобиле 22.03.2018.
Вместе с тем тот факт, что автомобиль истца не был участником дорожно-транспортных происшествий не свидетельствует о том, что он не мог получить эти повреждения при сходе снега, но в другом месте и в другое время. А таких доказательств ответчик и не мог представить, поскольку такие случаи официально по факту не регистрируются.
Между тем такой вывод судебной коллегии согласуется как с заключением эксперта, полученном в суде апелляционной инстанции, о том, что такие повреждения автомобиль мог получить при падении снега с другой крыши, в другое время, в другом месте, так и с содержанием акта осмотра транспортного средства, составленного экспертом К. 22.03.2018 в 15.00 час.
Таким образом, истец не представил убедительных доказательств тому, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, при том, что ответчик, по мнению судебной коллегии, доказал, что вред причинен не по его вине.
Изложенные обстоятельства не позволили суду апелляционной инстанции сделать вывод о том, что в причинении вреда имуществу истца есть вина ответчика, существует причинно-следственная связь между его неправомерными действиями и ущербом у истца. Недоказанность названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении иска.
В этой связи иные доводы апелляционной жалобы правового значения не имеют, не оцениваются судебной коллегией.
При таких обстоятельствах решение суда подлежит отмене с отказом в иске.
Руководствуясь п. 2 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
апелляционную жалобу представителя кооператива по эксплуатации объекта недвижимости "Административно-гаражный комплекс" Кузё Павла Викторовича удовлетворить.
Решение Советского районного суда г. Томска от 08 апреля 2019 года отменить в части удовлетворения исковых требований Кондратьева Ильи Георгиевича к кооперативу по эксплуатации объекта недвижимости "Административно-гаражный комплекс" о возмещении ущерба, и в части взыскания судебных расходов, принять по делу в этой части новое решение.
Отказать в удовлетворении исковых требований Кондратьева Ильи Георгиевича к кооперативу по эксплуатации объекта недвижимости "Административно-гаражный комплекс" о возмещении ущерба в сумме 85316 руб., взыскании судебных расходов.
В остальной части это же решение Советского районного суда г. Томска от 08 апреля 2019 года оставить без изменения.
Председательствующий
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
