Дата принятия: 11 июня 2019г.
Номер документа: 33-2079/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ СМОЛЕНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 11 июня 2019 года Дело N 33-2079/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Смоленского областного суда в составе:
председательствующего Хлебникова А.Е.,
судей Цветковой О.С., Болотиной А.А.,
при секретаре Савченковой Н.М.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Печковского Михаила Васильевича к Романенковой Елене Андреевне о признании договоров дарения жилого дома и земельного участка недействительными по апелляционной жалобе Печковского Михаила Васильевича на решение Монастырщинского районного суда Смоленской области от 18 марта 2019 года.
Заслушав доклад судьи Цветковой О.С., возражения представителя Романенковой Е.А. - Кель О.И. относительно доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия
установила:
Печковский М.В., уточнив требования, обратился в суд с иском к Романенковой Е.А. о признании договоров дарения жилого дома и земельного участка недействительными с применением последствий недействительности сделок. В обоснование иска указал, что являлся собственником жилого дома общей площадью 101,8 кв.м и земельного участка площадью 1536 кв.м, расположенных по адресу: ..., которые подарил внучке Романенковой Е.А. по заключенным с ней договорам дарения от 12.02.2009. Считает, что договоры дарения этих объектов недвижимости заключены под влиянием заблуждения с его стороны относительно природы сделок, поскольку он полагал, что заключает договоры пожизненного содержания с иждивением, и что дом и участок перейдут в собственность Романенковой Е.А. после его смерти. Кроме того, в настоящее время внучка препятствует его проживанию в доме, угрожает выселением. Ссылаясь на ст. 178 ГК РФ, просит суд признать недействительными договоры дарения вышеуказанных жилого дома и земельного участка, заключенные между сторонами 12.02.2009, применить последствия недействительности сделок, аннулировав в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Смоленской области записи о регистрации перехода права собственности на жилой дом N ... от 24.07.2009 и на земельный участок N ... от 24.07.2009.
В судебном заседании суда первой инстанции Печковский М.В. и его представитель адвокат Серченя А.Ю. иск поддержали, указали, что истец осознал, что дом и участок ему не принадлежат, в октябре 2018 г. на сороковой день после смерти своей супруги, когда ответчица заявила ему, что он не является собственником дома и участка. Ранее ответчица вводила его в заблуждение, поскольку он полагал, что собственником дома и земельного участка внучка станет после его смерти.
Дело рассмотрено в отсутствие ответчицы Романенковой Е.А., обеспечившей явку своего представителя Кель О.И., которая иск не признала, указав, что на момент подписания договоров дарения истец был дееспособен, на тот момент ему исполнилось 58 лет, при подписании договоров дарения все условия сделок были ему оглашены, после чего он поставил свои подписи. С 2009 года истец знал, что собственником дома и участка стала Романенкова Е.А., которая, в свою очередь, препятствий истцу в проживании в доме не чинила, требований о выселении не заявляла, истец проживает в доме, как и ранее. Ответчица с 2007 года проживает в г. Смоленске со своей семьей, а потому не могла давать обещаний ухаживать за истцом. Заявила о пропуске истцом срока исковой давности при обращении с данным иском.
Решением Монастырщинского районного суда Смоленской области от 18 марта 2019 года в иске Печковскому М.В. отказано.
В апелляционной жалобе Печковский М.В. просит решение суда отменить, принять новое решение об удовлетворении его требований, в обоснование приводит доводы, аналогичные изложенным в иске, полагая, что его позиция подтверждена показаниями допрошенных судом первой инстанции свидетелей.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель Романенковой Е.А. - Кель О.И. возражала относительно доводов апелляционной жалобы, считая решение суда законным и обоснованным, не подлежащим отмене по доводам жалобы.
Стороны в судебное заседание апелляционной инстанции не явились о времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом, об отложении судебного заседания не просили. Ответчица обеспечила явку своего представителя. Руководствуясь ст.ст. 167, 327 ГПК РФ, судебная коллегия определиларассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.
Заслушав представителя ответчицы, проверив законность и обоснованность решения в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что 12.02.2009 между Печковским М.В. (даритель) и Романенковой Е.А. (одаряемая) заключены договор дарения жилого дома, общей площадью 101,8 кв.м, находящегося по адресу ..., расположенного на земельном участке площадью 1536 кв.м, находящемся в собственности дарителя, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 26.11.2008 и договор дарения земельного участка площадью 1536 кв.м, с кадастровым номером ..., расположенного по вышеназванному адресу, также принадлежащему Печковскому М.В. на праве собственности, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 26.11.2008.
Указанные договоры дарения объектов недвижимости составлены в письменной форме, собственноручно подписаны сторонами, зарегистрированы в Управлении Росреестра по Смоленской области (Починковский отдел). На основании названных договоров дарения 24.07.2009 право собственности на жилой дом и земельный участок зарегистрировано за Романенковой Е.А. в установленном законом порядке, о чем на договорах имеются отметки регистрационного органа (л.д. 9, 46-47).
Печковский М.В. с 29.05.2006 зарегистрирован по месту жительства в спорном доме по адресу: ... и фактически проживает там, что подтверждено паспортными данными (л.д.6), участниками процесса не оспаривалось.
По сведениям налогового органа плательщиком налога на имущество (спорный жилой дом) и земельного налога (спорный земельный участок) является Романенкова Е.А., на 17.02.2019 задолженности по налогам не имеет (л.д.53-60).
Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия оснований для признания оспариваемых договоров недействительными по заявленному в иске основанию совершения Печковским М.В. дарения под влиянием его заблуждения относительно природы сделок, поскольку договоры дарения он заключал добровольно, лично подписал их, требуемая законом форма сделок соблюдена, в установленном порядке произведена государственная регистрация договоров и перехода по ним права собственности к ответчице. Доводы иска о том, что Печковский М.В. подписал договоры с условием, что Романенкова Е.А. будет за ним ухаживать, истец в суде первой инстанции не подтвердил, указав, что такой договоренности с ответчицей не было, что зафиксировано в протоколе судебного заседания от 29.01.2019, замечаний на который не поступало. Достаточных доказательств в обоснование иска, вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ, истцом не представлено.
Судебная коллегия полагает возможным согласиться с приведенными выводами суда в силу следующего.
Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (ст. 432 ГК РФ).
Действующим гражданским законодательством установлено, что любая сделка как действие представляет собой единство внутренней воли и внешнего волеизъявления, отсутствие какого-либо из этих элементов или несоответствие между ними лишает сделку юридической силы.
В силу п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьими лицами.
В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
В силу ст. 178 ГК РФ (в редакции, действовавшей на дату заключения сделок) сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.
По смыслу приведенной статьи сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.
В качестве обоснования исковых требований и в заседании суда первой инстанции истец ссылался на то обстоятельство, что заблуждался относительно природы сделки, поскольку полагал, что заключает договор пожизненного содержания с иждивением, однако был введен в заблуждение ответчицей, изменившей отношение к нему после смерти жены истца в 2018 году, а также, что право собственности на объекты дарения перейдут к истице после его смерти.
Под заблуждением понимается неправильное, ошибочное, не соответствующее действительности представление лица об элементах совершаемой им сделки. Внешнее выражение воли в таких случаях не соответствует ее подлинному содержанию.
Заблуждение может влиять на юридическую силу сделки только в тех случаях, когда оно настолько существенно, что обнаруживает полное несоответствие между тем, что желало лицо, и тем, на что действительно была обращена его воля. Таким образом, существенным заблуждение будет в том случае, когда есть основание полагать, что совершивший сделку не заключил бы ее, если бы знал обстоятельства дела.
Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться с учетом конкретных обстоятельств дела исходя из того, насколько заблуждение являлось существенным именно для данного участника сделки.
Вместе с тем, Печковским М.В. в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что оспариваемые сделки совершены под влиянием существенного заблуждения в отношении их природы.
Так, в приведенных выше договорах дарения жилого дома и земельного участка от 12.02.2009 согласованы все существенные условия, четко выражены его предмет и воля сторон, договоры по своей форме и содержанию соответствует требованиям, установленным действующим гражданским законодательством для такого рода сделок.
В соответствии с п.п. 1,3 ст. 574 ГК РФ дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных п.п 2 и 3 настоящей статьи. Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов. Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.
Как указано в договоре дарения жилого дома от 12.02.2009, даритель подарил одаряемому принадлежащий ему на праве собственности жилой дом, общей площадью 101,8 кв.м, а одаряемый указанный жилой дом от дарителя принимает. На момент подписания договора в жилом доме зарегистрирован Печковский М.В. В соответствии с п. 5 договора дарения право собственности на указанный дом возникает у одаряемого с момента регистрации договора и регистрации перехода права собственности. Аналогичные положения содержит договор дарения земельного участка, на котором расположен жилой дом. Государственная регистрация договоров и перехода права собственности на их основании к Романенковой Е.А. имела место 24.07.2009.
Таким образом, материалы дела свидетельствуют о том, что заключая договоры названных объектов недвижимости, расположенных по адресу: ... стороны достигли правового результата, соответствующего сделке дарения, договоры исполнены, правовые последствия по нему наступили - переход права собственности к одаряемому Романенковой Е.А., принявшей дар, произведен и зарегистрирован в установленном порядке, о чем внесены сведения регистрационный орган, ею как собственницей производятся налоговые платежи в отношении жилого дома и земельного участка, что подтверждено налоговым органом (л.д.7-8, 43-44, 53-60).
Также суд пришел к выводу о том, что истцом пропущен срок исковой давности.
Несмотря на неправильное указание в решении о том, что по данным требованиям срок исковой давности составляет три года, это не привело к принятию неправильного решения.
Согласно ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности для защиты права по иску лица, право которого нарушено, устанавливается в три года.
Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (п. 1 ст. 197 ГК РФ).
В силу п. 2 ст. 181 ГК РФ (в редакции, действовавшей на дату заключения сделок) срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Согласно п.1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.
Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п. 2 ст. 199 ГК РФ).
Стороной ответчика заявлено о пропуске срока исковой давности по требованиям о признании сделок недействительными в настоящем иске, который предъявлен на основании ст. 178 ГК РФ, а по названному основанию сделка является оспоримой, и на день подачи такого иска Печковским М.В. годичный срок исковой давности, установленный пунктом 2 ст. 181 ГК РФ, пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа в иске (п.1 ст. 199 ГК РФ).
Так, из материалов дела видно, что Печковский М.В. лично подписал, как договор дарения жилого дома, так и договор дарения земельного участка, каждый из договоров поименован крупными буквами "дарение", а не как договор пожизненного содержания с иждивением, намерения были заключить именно договор дарения, а потому, как верно указано судом, срок исковой давности начал течь с момента исполнения договора. То обстоятельство, что спустя 9 лет отношение внучки, как указывает истец, к нему ухудшилось, не может являться основанием для признания оспариваемых сделок недействительными.
Кроме того, в самом тексте договоров (п.5 договора дарения жилого дома и п.5.1. договора дарения земельного участка), один экземпляр каждого из которых выдан, в том числе, Печковскому М.В., что он подтвердил своей подписью в договорах, прямо указано, что право собственности на объект дарения возникает у одаряемого с момента государственной регистрации договора и регистрации перехода права собственности в УФРС по Смоленской области, приложил к иску копию договора дарения дома со
штампами регистрационного органа о государственной регистрации 24.07.2009 договора и перехода права собственности.
Как пояснила представитель Романенковой Е.А. - Кель О.И. суду апелляционной инстанции, подача документов о регистрации заключенных сторонами договоров дарения и перехода права собственности проходила в в регистрационной службе в личном присутствии Печковского М.В. и при его участии как стороны сделок.
Доказательств, опровергающих это, материалы дела не содержат.
Поэтому о нарушении своих прав истец должен был узнать не позднее совершения регистрационных действий по указанным договорам, которые произведены 24.07.2009 в присутствии истца, следовательно, применительно к положениям п.2 ст. 181 ГК РФ обращение Печковского М.В. с иском (26.11.2018) об оспаривании сделки дарения жилого дома и уточненным иском (06.02.2019) об оспаривании сделки дарения земельного участка состоялось за пределами годичного срока исковой давности, о восстановлении которого истцом не заявлено и доказательств уважительности причин столь длительного пропуска срока при наличии таковых им не представлено.
Вместе с тем, неверное применение судом норм при разрешении вопроса о пропуске срока исковой давности не влечет иного результата по делу, по которому, исходя из установленных обстоятельств, предмета спора, вышеуказанных положений закона, регулирующих возникшие правоотношения, суд пришел к выводу наряду с пропуском срока исковой давности об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок по заявленному основанию совершения под влиянием заблуждения недействительными, с чем судебная коллегия соглашается.
Вопреки мнению апеллянта, показания свидетелей ФИО1., ФИО2., ФИО3., ФИО4., допрошенных судом первой инстанции по ходатайству стороны истца, а также свидетеля ФИО5., допрошенной по ходатайству стороны ответчика, не опровергают выводов суда, поскольку по обстоятельствам заключения оспариваемых сделок свидетели показаний не давали. Свидетели ФИО1., ФИО2. подтвердили, что Печковский М.В. говорил им (свидетелям), что дом подарен внучке.
Доводы жалобы в целом повторяют позицию истца, изложенную в иске, которая получила оценку в решении, направлены на переоценку доказательств по делу, данную судом первой инстанции, при этом не опровергают правильность выводов суда, с которыми согласилась судебная коллегия.
Существенных нарушений норм процессуального права, которые могли бы служить основанием для отмены решения суда, судом не допущено.
Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Монастырщинского районного суда Смоленской области от 18 марта 2019 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу Печковского Михаила Васильевича - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
