Дата принятия: 12 ноября 2020г.
Номер документа: 33-20703/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 12 ноября 2020 года Дело N 33-20703/2020
Санкт-Петербург
12 ноября 2020 г.
Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:
председательствующего
Черкасовой Г.А.
судей
Князевой О.Е., Миргородской И.В.
при секретаре
Кулинич Е.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу страхового публичного акционерного общества "Ингосстрах" на решение Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга от 10 июня 2020 года по делу N 2-100/2020 по иску Ковалева А. Н. к СПАО "Ингосстрах" о взыскании суммы страхового возмещения, неустойки, компенсации морального вреда и штрафа.
Заслушав доклад судьи Черкасовой Г.А., объяснения представителя истца Ковалева А.Н. - Лопунова М.С., действующего на основании доверенности, представителя ответчика страхового публичного акционерного общества "Ингосстрах" - Федоровой Л.Н., действующей на основании доверенности, судебная коллегия
установила:
Ковалев А.Н. в апреле 2019 г. обратился в суд и, уточнив и дополнив исковые требования в ходе судебного разбирательства, просил взыскать со СПАО "Ингосстрах" страховое возмещение по договору ОСАГО в размере 400.000 руб., неустойку в таком же размере, исчисленную за период с 17.09.2018 по 27.06.2019, компенсацию морального вреда в размере 30000 руб., штраф в размере 50 % от суммы невыплаченного страхового возмещения, а также сумму расходов на составление заключения о стоимости восстановительного ремонта в размере 20 000 руб.
Истец указал, что является собственником автомобиля КИА Sportage, г.р.з. N..., который был поврежден в дорожно-транспортном происшествии, имевшем место 26.06.2018 на <адрес> по вине водителя Рыбина М.Н., управлявшего автомобилем БМВ, г.р.з N..., в связи с чем истец в порядке прямого возмещения убытков обратился с заявлением о страховом случае в СПАО "Ингосстрах", где была застрахована его ответственность по договору ОСАГО (полис ХХХ N... от 30.09.2017).
В результате рассмотрения заявления истцу было выдано направление на ремонт автомобиля, автомобиль был передан 17.08.2018 для ремонта в указанную в направлении организацию - ООО "РЕНО СЕРВИС СПб", однако в установленные законом сроки ремонт выполнен не был, в связи с чем истцом произведена оценка стоимости восстановительного ремонта автомобиля.
По заключению ООО "Городской центр автоэкспертиз" от 21.03.2019 полная стоимость восстановительного ремонта автомобиля составляет 524.500 руб., что превышает размер страховой суммы по договору ОСАГО, в связи с чем требования истца в части взыскания страхового возмещения ограничены суммой в 400.000 руб.
В уточненном исковом заявлении от 27.06.2019 Ковалев А.Н. привел расчет неустойки на полную сумму 1.132.000 руб., исчислив ее с 17.09.2018 - по истечении 30 дней с даты передачи автомобиля для производства ремонта, и ограничив требования в этой части размером основного обязательства по выплате страхового возмещения - 400.000 руб. (т.1, л.д.201-202).
Решением Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга от 10.06.2020, с учетом исправления арифметической ошибки, внесенного определением суда от 18.08.2020, исковые требования Ковалева А.Н. удовлетворены частично: в его пользу присуждены со СПАО "Ингосстрах" страховое возмещение в размере 266.500 руб., неустойка в размере 266.500 руб., компенсация морального вреда в размере 20.000 руб., расходы по составлению заключения о стоимости ремонта автомобиля в размере 13.400 руб. и штраф в размере 133.250 руб.
Постановлено взыскать с ответчика в бюджет Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 10.162 руб. 50 коп. (с учетом определения от 10.06.2020 об исправлении арифметической ошибки).
В апелляционной жалобе, поданной первоначально 09.07.2020 и представленной в мотивированном виде 12.08.2020, ответчик просит отменить решение суда первой инстанции в части взыскания с него штрафных санкций, принять в этой части новое решение об отказе в удовлетворении требований истца, считая выводы суда не соответствующими фактическим обстоятельствам дела и нормам материального права, указывая на надлежащее исполнение страховщиком его обязательств и оспаривая в связи с этим основания для взыскания неустойки, а также указывая на несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, неверное определение размера штрафа.
Дело рассмотрено судебной коллегией в отсутствие истца.
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не усматривает оснований для ее удовлетворения.
В соответствии с положениями статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело подлежит рассмотрению судом апелляционной инстанции в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе ответчика, законность и обоснованность решения подлежит проверке только в обжалуемой части.
Суд апелляционной инстанции находит, что судом первой инстанции допущено частично неправильное применение норм материального права, юридически значимые обстоятельства определены не в полном объеме, однако к нарушению прав и законных интересов подателя апелляционной жалобы это не привело. В свою очередь, в отсутствие апелляционной жалобы истца законных оснований для проверки решения в полном объеме и для его отмены в необжалуемой части не имеется.
Право Ковалева А.Н. на получение страхового возмещения по договору ОСАГО в связи с повреждением принадлежащего ему автомобиля в дорожно-транспортном происшествии 26.06.2018 не оспаривается ответчиком и подтверждено приложенными к исковому заявлению копиями документов, относящихся к дорожно-транспортному происшествию, а также материалами выплатного дела, полученными судом первой инстанции от страховщика (т.1, л.д.8-10, 65-89 - копии документов о принадлежности автомобиля Ковалеву А.Н., постановлений по делу об административном правонарушении, заявления о страховом случае, страхового полиса, акта осмотра транспортного средства, направления на ремонт).
Как следует из материалов дела и правильно отражено в обжалуемом решении, заявление о страховом случае с приложением необходимых документов было подано истцом в СПАО "Ингосстрах" 23.07.2018 (т.1, л.д.65-76).
По направлению страховщика, выданному 23.07.2018, была произведена независимая техническая экспертиза в ООО "ЭЭНКОМ", составлен акт осмотра транспортного средства от 25.07.2018 и оформлено экспертное заключение о стоимости восстановительного ремонта на полную сумму 326.490,36 руб. (с учетом износа запчастей - 195.814,59 руб.) - т.1, л.д.79-87.
26.06.2018 страховщиком было оформлено и выдано истцу направление на ремонт, в котором была указана ремонтная организация - СТОА "РЕНО СЕРВИС СПб" по адресу Санкт-Петербург, ул.Софийская, д.87, и указан лимит ответственности страховщика - 326.490,36 руб. (т.1, л.д.88-89).
На основе представленных истцом доказательств, а именно заказа-наряда от 17.08.2018, оформленного ООО "РЕНО СЕРВИС СПб" (т.1, л.д.15), суд первой инстанции признал установленным, что в указанную дату истец в соответствии с выданным ему направлением передал поврежденный автомобиль для осуществления ремонта на СТОА, указанную в направлении.
На факт передачи автомобиля для проведения ремонта и его нахождения в распоряжении ООО "РЕНО СЕРВИС СПб" указывает, кроме того, содержание составлявшихся позднее актов обнаружения скрытых повреждений, а также дополнительных заключений о стоимости ремонта от 27.08.2018 и от 03.09.2018, которые имеются в материалах выплатного дела и из которых следует, что акты неоднократно оформлялись с участием представителей СТОА, на бланках "Петровского автоцентра", расположенного по адресу ул.Софийская, д.87 и являющегося официальным дилером РЕНО в Москве и Санкт-Петербурге (т.1, л.д.90-91, 92-107, 108-110, 111-126, 127); эти документы передавались в распоряжение страховщика, который, таким образом, осуществлял согласование стоимости ремонта с ремонтной организацией.
Факт нахождения автомобиля в сервисной организации также было отражен в письменном обращении Ковалева А.Н. к ответчику от 22.02.2018 (т.1, л.д.133-134).
Таким образом, представленными доказательствами опровергнуты доводы ответчика, который в отзывах на иск ссылался на то, что истец не воспользовался выданным ему направлением на ремонт.
Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", по общему правилу, к отношениям по обязательному страхованию гражданской ответственности владельцев транспортных средств применяется закон, действующий в момент заключения соответствующего договора страхования (пункт 1 статьи 422 ГК РФ).
Пунктом 15.1 статьи 12 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об ОСАГО), в редакции Федерального закона от 28.03.2017 N 49-ФЗ, действовавшей на момент заключения договора ОСАГО, а также на момент ДТП, предусмотрено, что страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 этой статьи) в соответствии с пунктом 15.2 или с пунктом 15.3 этой статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).
Требования к организации восстановительного ремонта установлены пунктом 15.2 той же статьи, к их числу относится, в частности, срок проведения восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, который не может превышать 30 рабочих дней со дня представления потерпевшим транспортного средства на станцию технического обслуживания или передачи такого транспортного средства страховщику для организации его транспортировки до места проведения восстановительного ремонта.
При этом согласно абзацу девятому пункта 17 той же статьи ответственность за несоблюдение станцией технического обслуживания срока передачи потерпевшему отремонтированного транспортного средства, а также за нарушение иных обязательств по восстановительному ремонту транспортного средства потерпевшего несет страховщик, выдавший направление на ремонт.
В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 53 вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 58, которые правильно приняты во внимание судом первой инстанции, обращение к страховщику с заявлением о страховом возмещении в виде организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания является реализацией права потерпевшего на выбор способа возмещения вреда.
До установления факта нарушения его прав станцией технического обслуживания потерпевший не вправе изменить способ возмещения причиненного вреда. Так, например, если станция технического обслуживания не приступает своевременно к выполнению восстановительного ремонта или выполняет ремонт настолько медленно, что окончание его к сроку становится явно невозможным, потерпевший вправе изменить способ возмещения вреда и потребовать выплату страхового возмещения в размере, необходимом для устранения недостатков и завершения восстановительного ремонта. Такие требования предъявляются потерпевшим с соблюдением правил, установленных статьей 16.1 Федерального закона от 25.04.2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств".
По смыслу приведенных норм и разъяснений, несоблюдение сроков проведения восстановительного ремонта станцией технического обслуживания, за что в силу закона ответственность несет страховщик, выдавший направление на ремонт, влечет возникновение у потерпевшего права потребовать предоставления страхового возмещения в денежной форме, в размере, соответствующем стоимости ремонта, то есть размеру не исполненного надлежащим образом обязательства страховщика. При этом указанное право реализуется потерпевшим в претензионном порядке, предусмотренном ст.16.1 Закона об ОСАГО.
Данное основание является дополнительным по отношению к предусмотренным пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО случаям, когда страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется в денежной форме (путем выдачи суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) в кассе страховщика или перечисления суммы страховой выплаты на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя) (наличный или безналичный расчет)).
К числу этих случаев отнесено превышение стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства над установленной подпунктом "б" статьи 7 Закона страховой суммой, если потерпевший не согласен произвести доплату за ремонт станции технического обслуживания (подпункт "д" пункта 16.1 статьи 12), а также наличие соглашения в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем) - подпункт "ж" пункта 16.1.
Таким образом, основанием для удовлетворения иска Ковалева А.Н. могло быть как нарушение установленного срока проведения ремонта транспортного средства, так и выявленное превышение стоимости восстановительного ремонта над размером страховой суммы в 400.000 руб., предусмотренным подпунктом "б" статьи 7 Закона.
Обращаясь в суд, истец фактически ссылался на оба указанных основания, приводя как доводы о том, что ремонт автомобиля не был осуществлен в установленные сроки, в том числе на момент подачи искового заявления, так и ссылку на содержание заключения независимой экспертной компании ООО "Городской центр автоэкспертиз" от 21.03.2019, согласно которому полная стоимость восстановительного ремонта автомобиля без учета износа составила 524.500 руб., то есть превышала страховую сумму в 400.000 руб.
По заключению судебной экспертизы, проведенной на основании определения суда первой инстанции от 18.09.2019 экспертом ООО "Центр судебных экспертиз Северо-Западного округа" (заключение N 453/59-С3 от 13.01.2020), стоимость восстановительного ремонта автомобиля КИА SLS (SPORTAGE), г.р.з. К152КА178, необходимого для устранения повреждений, полученных в результате ДТП, произошедшего 26.06.2018, определенная в соответствии с Положением Банка России от 19.09.2014 года N 432-П "О единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства", на дату ДТП, с учетом эксплуатационного износа узлов и деталей, составляла 266 500 руб. (т.1, л.д.222-224 - определение о назначении экспертизы, т.2, л.д.1-28 - экспертное заключение).
Из исследовательской части указанного заключения, формулировка которого была обусловлена вопросом, поставленным на разрешение эксперта в определении суда, также усматривается, что итоговый вывод эксперта основан на предварительном определении полной стоимости ремонта, составившей согласно его выводам 432.278,88 руб., с учетом полной стоимости деталей, подлежащих замене - 354.800 руб., которые с учетом износа были оценены экспертом в 189.039,15 руб., что и явилось причиной оценки ремонта с учетом эксплуатационного износа автомобиля в 266.500 руб. (т.2, л.д.26).
Таким образом, заключением судебной экспертизы подтверждено в том числе, что фактическая полная стоимость необходимого восстановительного ремонта автомобиля истца превышала размер страховой суммы в 400.000 руб.
Вместе с тем независимо от указанного обстоятельства, самостоятельное юридическое значение имело несоблюдение срока осуществления ремонта автомобиля, создававшее, как указано выше, основание для предъявления потерпевшим требования о страховом возмещении в денежной форме, независимо соотношения между стоимостью ремонта и размером страховой суммы.
Представленные в суд доказательства подтверждают факт нарушения установленного срока проведения ремонта, за которое отвечает страховщик, из чего правильно исходил суд первой инстанции при разрешении спора.
Как указано выше, после получения истцом направления на ремонт автомобиль был передан им в ремонтную организацию, указанную страховщиком, <дата>. При этом, по утверждению самого ответчика, определенная им стоимость восстановительного ремонта не превышала размер страховой суммы, и имелась реальная возможность восстановления поврежденного автомобиля (его приведения в первоначальное состояние) за счет страхового возмещения, итоговый размер которого был согласован СПАО "Ингосстрах" в 346.644 руб.
Исходя из пункта 15.2 статьи 12 Закона об ОСАГО, восстановительный ремонт должен был быть проведен в срок, не превышающий 30 рабочих дней со дня представления потерпевшим транспортного средства на станцию технического обслуживания, то есть в данном случае - не позднее 27.09.2018.
При этом, по смыслу приведенных положений статьи 12 Закона, в указанный срок должны быть в том числе совершены любые действия, связанные с выявлением скрытых повреждений автомобиля и с уточнением характера и объема ремонтных воздействий. Соответственно, дополнительные исследования автомобиля истца, проводившиеся в указанный период, не являются основанием для приостановления или перерыва течения срока ремонта.
По обстоятельствам дела, которые ответчиком не оспаривались, ремонт автомобиля истца в указанный выше срок завершен не был, при этом никаких доказательств, позволяющих сделать вывод о том, что поведение самого истца создавало какие-либо препятствия для исполнения обязательств ответчика, то есть для завершения ремонта, в суд представлено не было; в апелляционной жалобе ответчик на такие доказательства также не ссылается.
Как следует из материалов дела, 24.09.2018 (до окончания исчисленного в указанном выше порядке срока производства ремонта) Ковалев А.Н. обратился к ответчику по электронной почте, поставив вопрос о том, что страховая сумма не покрывает расходы на ремонт, и о выплате ему в связи с этим полагающейся суммы наличными (т.1, л.д.128).
На указанное обращение СПАО "Ингосстрах" ответило 27.09.2018 (в последний день срока проведения ремонта) с указанием на то, что страховое возмещение в силу законодательства об ОСАГО должно быть предоставлено в натуре и что его выплата в денежной форме возможна только на основании соглашения между страховщиком и потерпевшим (подпункт "ж" пункта 16.1 ст.12 Закона об ОСАГО), в связи с чем предложило истцу заключить соответствующее соглашение (т.1, л.д.129).
Вместе с тем необходимо учитывать, что такая позиция страховщика являлась состоятельной только до истечения установленного законом предельного срока проведения ремонта, в отсутствие между сторонами какого-либо соглашения о продлении срока. В силу приведенных выше норм и разъяснений по истечении указанного срока право потерпевшего на изменение способа возмещения вреда являлось безусловным и не могло ставиться в зависимость от заключения какого-либо соглашения между страховщиком и потерпевшим. В свою очередь, фактические обстоятельства дела позволяют сделать вывод о том, что срок проведения ремонта был нарушен, ответственность за это несет страховщик, то есть после 27.09.2018 Ковалев А.Н. вправе был требовать страховой выплаты в денежной форме.
С учетом изложенного нельзя признать состоятельными доводы апелляционной жалобы о надлежащем исполнении СПАО "Ингосстрах" его обязательств и о том, что основанием для выплаты истцу страхового возмещения в денежной форме могло быть только превышение стоимости ремонта над страховой суммой, которое было установлено лишь в ходе судебного разбирательства (в результате проведения судебной экспертизы).
Из материалов дела также следует, что 31.10.2018 Ковалев А.Н. обратился к ответчику с письменным заявлением, в котором просил отремонтировать его автомобиль бывшими в употреблении оригинальными запчастями того же года, увеличить лимит выплаты либо взыскать недостающую сумму с виновника ДТП, так как лимит страховой выплаты не покрывает расходы на ремонт, сервисная компания просит доплатить денежные средства в размере около 200.000 руб. (т.1, л.д.130).
В ответе на указанное обращение 09.11.2018 СПАО "Ингосстрах" сослалось на результаты проведенной оценки стоимости ремонта, выразило готовность рассмотреть вопрос об увеличении стоимости ремонта при получении от СТО акта о дополнительных повреждениях, информировала Ковалева А.Н. о согласовании новой стоимости ремонта в 346.644 руб., а также указало, что страховое возмещение в денежной форме возможно только на основании соглашения между страховщиком и потерпевшим, при этом его размер должен быть определен с учетом износа поврежденного автомобиля (т.1, л.д.131-132).
22.02.2019 Ковалев А.Н. в письменной форме повторно обратился к страховщику требованием отремонтировать автомобиль (т.1, л.д.133-134).
В ответе на указанное обращение СПАО "Ингосстрах" подтвердило свою позицию, изложенную в письме от 09.11.2018 (т.1, л.д. 135).
27.03.2019 истец обратился к ответчику с письменной претензией, в которой изложил требование о выплате ему страхового возмещения в денежной форме, мотивированное как тем, что ремонт автомобиля не был проведен в установленные законом сроки, так и ссылкой на превышение стоимости ремонта над страховой суммой, в подтверждение чего приложил к претензии экспертное заключение ООО "ГЦА" от 21.03.2019 (т.1, л.д. 138).
Таким образом, после истечения срока проведения ремонта (27.09.2018) Ковалев А.Н. формально впервые выразил волеизъявление, направленное на изменение способа возмещения вреда в связи с нарушением сроков проведения ремонта, только 27.03.2019, то есть только с этой даты может считаться соблюденным претензионный порядок, на который указано в пункте 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 58 и который предусмотрен абзацем вторым пункта 1 ст.16.1 Закона об ОСАГО (в редакции Федерального закона от 28.03.2017 N 49-ФЗ,применимой к отношениям сторон), и только по истечении десяти календарных дней, установленных тем же положением закона для рассмотрения претензии, может считаться наступившей обязанность страховщика по осуществлению страховой выплаты в денежной форме.
Соответственно, только с 07.04.2019 имеются основания для начисления неустойки на сумму страхового возмещения, предусмотренной абзацем вторым пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО, в размере одного процента от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом размера страхового возмещения по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.
Вместе с тем указанным абзацем установлена также ответственность страховщика при возмещении вреда в натуральной форме (на основании пунктов 15.1 - 15.3 ст.12 Закона), а именно предусмотрено, что в случае нарушения установленного абзацем вторым пункта 15.2 настоящей статьи срока проведения восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства или срока, согласованного страховщиком и потерпевшим и превышающего установленный абзацем вторым пункта 15.2 настоящей статьи срок проведения восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере 0,5 процента от определенной в соответствии с настоящим Федеральным законом суммы страхового возмещения, но не более суммы такого возмещения.
Таким образом, истец с учетом фактических обстоятельств дела вправе был претендовать на взыскание с ответчика неустойки за период с 28.09.2018 по 06.04.2019 за нарушение сроков проведения ремонта (в размере 0,5% от суммы страхового возмещения), а после этой даты до 27.06.2019 (дата, по которую были заявлены требования Ковалевым А.Н.) - неустойки за нарушение срока страховой выплаты в размере 1% от ее суммы.
В соответствии с изложенным выше исчисление истцом, а также судом первой инстанции неустойки с 17.09.2018 не основано на законе.
Судом первой инстанции не учтено, а также не учитывается ответчиком в его апелляционной жалобе, что по смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 58, изменение потерпевшим способа возмещения вреда в связи с нарушением срока проведения ремонта предполагает право потерпевшего требовать страховой выплаты в денежной форме в полном размере, соответствующем размеру неисполненного обязательства страховщика, то есть полной стоимости восстановительного ремонта автомобиля, поскольку в силу взаимосвязанных положений пунктов 15.1 - 15.3 и пункта 19 статьи 12 Закона об ОСАГО при возмещении в натуральной форме стоимость восстановительного ремонта оплачивается страховщиком в полном объеме, без учета износа комплектующих изделий, подлежащих замене.
Иной подход создавал бы необоснованную выгоду для страховщика, нарушившего свои обязательства, поскольку означал бы, что при предоставлении страхового возмещения в натуральной форме страховщик должен был бы понести расходы на восстановление транспортного средства в полном объеме, а при несоблюдении сроков ремонта и предъявлении потерпевшим требования о страховой выплате в денежной форме размер соответствующих расходов страховщика существенно снижался бы в результате учета износа автомобиля.
Таким образом, с учетом заключения проведенной по делу судебной экспертизы истец вправе был требовать взыскания в его пользу страховой выплаты в размере, соответствующем полной стоимости ремонта, но не превышающем 400.000 руб. (размер страховой суммы). Более того, по версии самого ответчика полная стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца, которая осталась не оплачена страховщиком, составляла 346.644 руб., то есть также превышала размер страховой выплаты, присужденной в пользу Ковалева А.Н. судом первой инстанции, который ошибочно исходил из того, этот размер должен определяться исходя из стоимости ремонта с учетом износа.
Однако, как указано выше, решение суда первой инстанции Ковалевым А.Н. не обжаловано, и оснований для его отмены в части размера страховой выплаты, присужденной в пользу истца не имеется.
В свою очередь, при начислении неустойки по указанным выше нормам на сумму стоимости восстановительного ремонта, из которой исходил страховщик (346.644 руб.), ее размер за период с 28.09.2018 по 06.04.2019 (201 день) должен был бы составить 346.644 х 0,5: 100 х 201 = 348.377 руб., за период с 07.04.2019 по 27.06.2019 (82 дня) - 346.644 х 1 : 100 х 82 = 284.248 руб., совокупный размер неустойки составил бы 632.625 руб., то есть также существенно превысил бы размер основного обязательства.
При начислении неустойки на установленную судом сумму страховой выплаты в размере 266.500 руб. ее размер за период с 07.04.2019 по 27.06.2019 составил бы 266.500 х 1: 100 х 82 = 218.530 руб., при этом за предшествующий период сохранялись основания для взыскания с ответчика неустойки, исчисленной исходя из стоимости неоплаченного им ремонта, то есть совокупный размер неустойки также значительно превысил бы размер основного обязательства.
Следовательно, установление судом размера неустойки в 266.500 руб. не приводит к его превышению над размером, предусмотренным законом, и не создает нарушения прав и законных интересов ответчика.
Что касается доводов апелляционной жалобы о несоразмерности неустойки, основанных на сопоставлении данной меры ответственности с размером процентов за пользование чужими денежными средствами (ст.395 ГК РФ), то они не могут быть приняты во внимание, поскольку в данном случае размер неустойки установлен иными нормами законодательства, при этом совокупный размер присужденных в пользу истца сумм сопоставим с определенными судебной экспертизой необходимыми расходами на ремонт автомобиля, возможность которого не была обеспечена страховщиком, что и может в данном случае служить критерием соразмерности неустойки.
Неправильность определения размера штрафа, на которую указывает ответчик в апелляционной жалобе, устранена в результате принятия судом определения об исправлении арифметической ошибки от 18.08.2020.
Таким образом, доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о наличии оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции.
Руководствуясь ст.328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
Решение Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга от 10 июня 2020 г. по настоящему делу, с учетом исправления арифметической ошибки, внесенного определением того же суда от 18 августа 2020 г., оставить без изменения, апелляционную жалобу СПАО "Ингосстрах" - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
