Определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 6 октября 2022 года Дело N 33-20627/2022

Санкт-Петербург 6 октября 2022 года
Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:
председательствующего Яшиной И.В.судей Байковой В.А., Осининой Н.А.при секретаре Шипулине С.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело N 2-218/2022, поступившее из Невского районного суда Санкт-Петербурга, по апелляционной жалобе Муратовой В. И. на решение Невского районного суда Санкт-Петербурга от 18 марта 2022 года по иску Муратовой В. И. к Иванову И. А. о признании договора дарения мнимой сделкой и применении последствий недействительности сделки.

Заслушав доклад судьи Яшиной И.В., заслушав объяснения представителей истца Муратовой В.И. - Герасимовой О.О., Баженовой Ж.А., ответчика Иванова И.А., представителя ответчика Иванова И.А. - Харитоновой Т.В.

УСТАНОВИЛА:

Муратова В.И. обратилась в Невский районный суд Санкт-Петербурга с иском к Иванову И.А., и в окончательной редакции искового заявления просила признать недействительным договор дарения заключенный <дата> между Муратовой В.И. и Ивановым И.А., применить последствия недействительности сделки: прекратить право собственности Иванова И.А. на следующее имущество: <...> доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение <...>, расположенное по адресу: <адрес>

В обоснование требований истец указала, что <дата> между истцом и ответчиком заключен договор дарения вышеуказанного недвижимого имущества. По мнению истца, указанный договор является мнимой сделкой, поскольку стороны не имели намерения создать соответствующие правовые последствия, договор не породил никаких правовых последствий как для истца, так и для ответчика, поскольку недвижимое имущество не выбывало из фактического владения истицы, которая по прежнему распоряжается им в своих интересах, единолично несет бремя содержания имущества целиком, производит оплату коммунальных платежей.

Решением Невского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> в удовлетворении исковых требований Муратовой В.И. было отказано.

Полагая указанное решение незаконным, Муратова В.И. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить.

На рассмотрение дела в суд апелляционной инстанции истец Муратова В.И., третье лицо нотариус Горностаева А.С не явились, о времени и месте судебного заседания извещались надлежащим образом по правилам ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о причинах неявки суду не сообщили, доказательств невозможности явки в судебное заседание не представили, в связи с чем, судебная коллегия на основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела усматривается, что в период с <дата> по <дата> стороны состояли в зарегистрированном браке.

<дата> между Муратовой В.И. и Ивановым И.А. заключен договор дарения. Указанный договор дарения зарегистрирован в Управлении Росреестра по Санкт-Петербургу <дата>.

Согласно п.1 договора даритель подарила одаряемому из принадлежащих ей <...> долей в праве общей долевой собственности на земельный участок и принадлежащего на праве собственности нежилого помещения:

- <...> долей в праве общей долевой собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>

- <...> долю в праве общей долевой собственности на нежилое помещение <...>, расположенное по адресу: <адрес>

Согласно п.5 договора дарения одаряемый принял в дар от дарителя вышеуказанное недвижимое имущество.

Также в материалы дела представлена копия соглашения от <дата>, заключенного между Муратовой В.И. и Ивановым И.А.

Согласно п.1.1 соглашения стороны, являясь совместными собственниками нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес> установили следующий порядок использования:

Иванов И.А. предоставляет участнику 1 Муратовой В.И. по своему усмотрению сдавать нежилое помещение (в том числе принадлежащую участнику ? долю) в аренду и получать арендные платежи. В случае необходимости использовать нежилое помещение в качестве обеспечения исполнения обязательств в отношении сделок с третьими лицами, но в данном случае не причинять убытков Иванову И.А., в противном случае ответственность по нанесению ущерба относится к участнику, причинившему убытки.

Также соглашением установлено, что участник долевой собственности, осуществивший за свой счет содержание нежилого помещения с соблюдением установленного порядка использования общего имущества, имеет право требования возмещения расходов от другого участника, а в случае извлечения выгоды от использования нежилого помещения возмещение осуществляется за счет полученного дохода, и у участника получившего соответствующий доход, прекращается право требования.

По ходатайству истца судом первой инстанции допрошены свидетели.

Свидетель Тюренков А.И. показал, что с Муратовой В.И. познакомился в 2011 году, с Ивановым И.А. позже. Когда стороны начали работать на Ивановской ул., свидетель делал ремонт помещения. Свидетель является индивидуальным предпринимателем. В. предложила произвести работы по ремонту помещения. Основным заказчиком была В. И.. На Ивановской улице помещение использовалось под офис. Оплату ремонтных работ производила Муратова В.И. И. И.А. к свидетелю по поводу этого помещения не обращался. Работы ремонтные были оплачены от имени ООО "СВ-Групп". С начала 2017 года между свидетелем и ООО "СВ - Групп" заключен договор на техническое обслуживание помещения. И. И.А. никаких поручений свидетелю не давал, для него свидетель никаких работ не выполнял.

Свидетель Данилина О.А. пояснила, что Муратову В.И. знает около 14 лет. Муратова В.И. является ее непосредственным руководителем. И. И.А. является бывшим мужем Муратовой В.И. Работает в ООО "ШвейГрад" в должности швеей. В 2021 году перешла работать в ООО "СВ-Групп" на должность начальника швейного производства. Руководство обществом ООО "ШвейГрад" осуществляла Муратова В.И. Все вопросы решались через Муратову В.И. Офис, производство и магазин располагались на <адрес>. И. И.А. не имеет и не имел рабочего места на <адрес>. В ООО "ШвейГрад" всем руководила Муратова В.И., все документы подписывал И. И.А., но фактически руководство осуществляла Муратова В.И. О наличии каких-либо договоров между сторонами свидетелю неизвестно. С 2020 года И. И.А. начал приходить на Ивановскую, угрожать всем сотрудникам увольнением, но конкретных претензий не предъявлял.

Свидетель Теряник Е.Н. показала, что Муратову В.И. и Иванова И.А. знает. Маратову В.И. знает как гендиректора ООО "СВ-Групп", И. И.А. является ее бывшим супругом. Рабочее место свидетеля находится на <адрес>. Трудовой договор со свидетелем подписывала Муратова В.И. Гендиректором ПФК Швейград являлся И. И.А., но все вопросы решались через Муратову В.И. Рабочего места у Иванова И.А. на Ивановской ул. не было. В последний раз И. И.А. приходил на Ивановскую ул., ломал дверь, сломал эквайринг.

Обращаясь с настоящим иском, истец просила признать договор дарения недействительным по основаниям мнимости сделки, поскольку она совершена с целью подтверждения финансовых ресурсов Иванова И.А. для осуществления им коммерческой деятельности.

Суд первой инстанции, разрешая требования истца и отказывая в их удовлетворении, исходил из того, что договор дарения не может быть признан мнимой сделкой, поскольку заключен в письменной форме, в нем определены все существенные условия, переход права собственности на основании данной сделки зарегистрирован в установленном законом порядке, условия сделки исполнены сторонами, также указал на пропуск истцом срока исковой давности.

Судебная коллегия не может согласиться с таким решением суда первой инстанции, в связи со следующим.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

По смыслу приведенной нормы права, стороны мнимой сделки при ее заключении не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду ее заключения, то есть стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут придать ей требуемую законом форму и произвести для вида соответствующие регистрационные действия, что само по себе не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу ч. 1 ст. 170 ГК РФ при рассмотрении возражений о мнимости заключенной сделки следует исходить из того, что сделкой являются действия, направленные на возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть на достижение определенного правового результата.

При совершении мнимой сделки стороны не преследуют цели совершения какой-либо сделки вообще, не намереваются совершить какие-либо действия, влекущие правовые последствия. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем, сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей, а направлена на создание у третьих лиц ложного представления о намерениях участников сделки.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку.

Ссылаясь на исполнение сторонами условий сделки, суд первой инстанции не учел, что фактически передачи долей одаряемому не произошла.

Так, Муратова В.И. продолжала распоряжаться, пользоваться, владеть спорными долями недвижимого имущества, об этом свидетельствуют заключенное сторонами соглашение <дата>, по условиям которого ответчик передал истцу полномочия единолично распоряжаться спорным имуществом, как до заключения спорной сделки, так и после истец продолжает использовать помещение для осуществления коммерческой деятельности, заключает единолично договоры в отношении спорного недвижимого имущества с третьими лицами, в том числе с ресурсоснабжающими организациями, несет бремя содержания данного имущества, об этом свидетельствуют договор на пользование коммунальными услугами собственником нежилого помещения от <дата>, заключенного истцом с ОООО "Жилкомсервис N 2 Невского района", договор о долевом участии собственника нежилого помещения в расходах по управлению многоквартирным домом, содержанию и текущему ремонту общего имущества в многоквартирном доме от <дата>, заключенный истцом с ООО "Жилкомсервис N 2 Невского района", договор на отпуск питьевой воды от <дата>, заключенный истцом с ГУП "Водоканал Санкт-Петербурга и ООО "Жилкомсервис N 2 Невского района", договор на прием сточных вод и загрязняющих веществ от <дата>, заключенный истцом с ГУП "Водоканал Санкт-Петербурга" и ООО "Жилкомсервис N 2 Невского района", договор на оказание услуг по вывозу ТКО и КГМ от <дата>, заключенный истцом с АО "Арктика", акты сверки расчетов по перечисленным договорам.

Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание то, что истец в порядке реализации по защите своих прав собственника в отношении спорного нежилого помещения обратилась в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ООО "ПФК ШВЕЙГРАД", генеральным директором которого является ответчик по настоящему гражданскому делу Иванов И.А., об обязании прекратить использование адреса: <адрес> в качестве адреса юридического лица. По результатам рассмотрение данных требований, решением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и <адрес> от <дата> заявленные Муратовой В.И. требования к ООО "ПФК ВЕЙГРАД" удовлетворены, при принятии решения судом установлено, что Муратовой В.И. принадлежит спорное нежилое помещение, адрес которого ООО "ПФК ШВЕЙГРАД", генеральный директор Иванов И.А., использует в нарушение прав Муратовой В.И. на использование принадлежащего ей нежилого помещения.

Следовательно, Муратова В.И. и после заключения договора дарения продолжает оставаться владельцем спорного нежилого помещения, и по своему усмотрению реализовывает права собственника в отношении данного имущества.

Ссылаясь на дарение ему долей нежилого помещения, Иванов И.А., в свою очередь, не заявлял каких-либо возражений по поводу реализации Муратовой В.И. правомочий собственника спорных долей и не предпринимал мер по защите своих прав.

При установленных обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о том, что сделка в отношении долей недвижимого имущества, заключенная между сторонами, совершена лишь для вида и не повлекла соответствующих ей правовых последствий, в связи с чем договор дарения от <дата>, заключенный между Муратовой В.И, и Ивановым А.И., <адрес> долей земельного участка, расположенные по адресу: <адрес> является недействительным. В порядке применения последствий недействительности сделки подлежит прекращению право собственности ответчика на указанное имущество.

Разрешая ходатайство ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

Из приведенных положений закона следует, что для разрешения вопроса об исчислении срока исковой давности, о применении которого заявлено ответчиком, суду необходимо установить начальный момент течения данного срока.

Как установлено судебной коллегией, договор дарения от <дата>, заключен сторонами в отсутствие намерения создать соответствующие правовые последствия, формальный переход права собственности долей к Иванову И.А. не повлек тех правовых последствий, которые возникают в случае приобретения имущества в результате дарения, Ивановым И.А. не были приобретены все права, из которых формируется право собственности, в частности, право владения, пользования и распоряжения имуществом, что позволяет сделать вывод о том, что исполнение сделки не началось сразу после ее заключения.

В данном случае, ответчик в порядке реализации своих прав собственника в отношении спорных долей недвижимого имущества <дата> выдал Харитоновой Т,В. доверенность на представление его интересов в судебных инстанция, регистрирующих органах, в том числе на право управление спорными долями недвижимого имущества, в связи с чем судебная коллегия полагает, что исполнение сделки началось с даты выдачи доверенности на управление спорным имуществом, которое и повлекло нарушение прав истца, таким образом срок для оспаривания договора дарения от <дата> надлежит исчислять с момента начала реализации ответчиком прав в отношении спорного имущества, а именно с <дата>, с настоящим иском истец обратилась в суд <дата> (дата подачи иска с приложением на почтовое отделение связи), то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности.

На основании части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 60 300 руб.

При таком положении, договор дарения от <дата>, заключенный между Муратовой В.И. и Ивановым И.А., следует признать недействительным, в порядке применения последствий недействительности сделки - право собственности Иванова И.А. подлежит прекращению, а решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием нового решения об удовлетворении исковых требований Муратовой В.И.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Невского районного суда Санкт-Петербурга от

<дата> отменить. Принять по делу новое решение.

Признать недействительным договор дарения от <дата>, заключенный между Муратовой В. И. и Ивановым И. А. в отношении <...> долей земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>

Применить последствия недействительности сделки, прекратить право собственности Иванова И. А., <дата> года рождения, место рождения: <адрес>, паспорт <...> <дата>, на <адрес> долей земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>

Взыскать с Иванова И. А. в пользу Муратовой В. И. расходы по уплате государственной пошлины в размере 60300 рублей.

Председательствующий:

Судьи:

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 25.11.2022

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД
Рег. N...Судья: Попова Н.В.