Дата принятия: 23 марта 2021г.
Номер документа: 33-2035/2021
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ АЛТАЙСКОГО КРАЕВОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 23 марта 2021 года Дело N 33-2035/2021
23 марта 2021 года <адрес>
Судебная коллегия по гражданским делам <адрес>вого суда в составе
председательствующего Секериной О.И.
судей Алешко О.Б., Шипунова И.В.
при секретаре Подлужной А.И.
рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе представителя истца Титова В. А. - Лахониной О. Б. на решение Железнодорожного районного суда <адрес> Алтайского края от ДД.ММ.ГГ по делу по иску Титова В. А. к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда.
Заслушав доклад судьи Шипунова И.В., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Титов В.А. обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации, в котором просил взыскать за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.
В обоснование исковых требований указывал, что в 2015 году истцу предъявлено обвинение в сокрытии денежных средств организации, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством РФ о налогах и сборах, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам и сборам, совершенное руководителем в особо крупном размере (статья 199.2 УК РФ). Предварительное расследование продолжалось почти год, было проведено большое количество следственных действий, избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде, ДД.ММ.ГГ дело поступило в суд, состоялось 22 судебных заседания, приговором суда от ДД.ММ.ГГ истец оправдан по предъявленному обвинению, за ним признано право на реабилитацию.
Незаконным привлечением к уголовной ответственности истцу причинен моральный вред, выразившийся в глубоких нравственных страданиях, в связи с тем, что приходилось доказывать свою невиновность, собирать документы, осуществлять поиск свидетелей произошедших событий, сообщать им о возбуждении в отношении истца уголовного дела, от чего истец испытывал чувство неловкости и стыда. Органом предварительного расследования и суда было допрошено много свидетелей по уголовному делу, о факте возбуждения уголовного дела быстро стало известно общественности, пострадала репутация истца как честного человека. В связи с привлечением к уголовной ответственности знакомые стали менее доброжелательно относиться. Истец постоянно думал об уголовном деле, о наступлении возможных неблагоприятных последствий, о том, какие меры необходимо принять, чтобы доказать свою невиновность, не мог поехать в отпуск из-за действующей в отношении него меры пресечения, находился в зависимости от дат назначенных судебных заседаний, не мог самостоятельно распоряжаться своим свободным временем. Истец получил психологический стресс от осознания того, что его могут осудить, переживал из-за уголовного преследования, стал раздражительным, не мог подолгу заснуть, возникли конфликты в семье. Истец был лишен возможности работать и представлять своей семье достаточные средства для нормальной жизни. До настоящего времени перед истцом никто не извинился. Продолжающиеся нравственные переживания повлекли обострение заболеваний. Сразу после приговора суда истец вынужден был обратиться за медицинской помощью, проходил длительное лечение.
Решением Железнодорожного районного суда <адрес> Алтайского края от ДД.ММ.ГГ исковые требования Титова В.А. удовлетворены частично, в его пользу с Министерства финансов РФ за счет казны Российской Федерации взыскана компенсация морального вреда в размере 35 000 рублей.
В апелляционной жалобе представитель Титова В.А. просит отменить решение суда и удовлетворить требования в полном объеме.
Мотивирует жалобу тем, что размер взысканной судом компенсации в 35 000 рублей является неразумным, несправедливым, несоразмерным понесенным истцом нравственным страданиям.
Незаконное уголовное преследование длилось более полутора лет, проводились многочисленные следственные действия, в которых истец вынужден был участвовать.
Сторона обвинения просила назначить истцу наказание 6 лет лишения свободы, что вызвало глубокий стресс и переживания, оправдательный приговор был обжалован стороной обвинения.
В средствах массовой информации Титова В.А. называли преступником и вором.
В связи с мерой пресечения в виде подписки о невыезде истец не мог выехать к родителям в другой населенный пункт.
Возражения на апелляционную жалобу, поступившие от Министерства финансов Российской Федерации, Следственного управления Следственного комитета России, а также Прокуратуры Алтайского края содержат просьбу об оставлении решения суда без изменения.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца настаивал на удовлетворении жалобы, представители ответчика и третьих лиц просили жалобу отклонить.
Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежаще, об уважительности причин неявки не уведомили, что в силу части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для рассмотрения гражданского дела в их отсутствие.
Проверив материалы дела, законность и обоснованность решения суда в пределах доводов жалобы (часть 1 статьи 327.1 ГПК РФ), судебная коллегия изменяет решение суда на основании пункта 3 части 1 статьи 330 ГПК РФ в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела.
Судом установлено и материалами дела подтверждается, что ДД.ММ.ГГ в отношении Титова В.А. возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 199.2 УК РФ, ДД.ММ.ГГ Титову В.А. предъявлено обвинение, ДД.ММ.ГГ избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, ДД.ММ.ГГ Титов В.А. был уведомлен об окончании следственных действий, ДД.ММ.ГГ ознакомлен с материалами уголовного дела.
ДД.ММ.ГГ уголовное дело передано в суд, проведено 21 судебное заседание с учетом перерыва в судебном заседании.
Приговором Железнодорожного районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГ Титов В.А. по ст. 199.2 УК РФ оправдан в соответствии с п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления, признано за Титовым В.А. право на реабилитацию.
Апелляционным постановлением <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГ приговор Железнодорожного районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГ оставлен без изменения, апелляционное представление - без удовлетворения.
При таких обстоятельствах суд пришел к правильному выводу о том, что факт незаконного уголовного преследования в отношении истца по ст. 199.2 УК РФ установлен и подтвержден материалами дела.
Истец незаконно привлечен к уголовной ответственности, к нему применялась мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, незаконное уголовное преследование длилось с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ (более одного года и трех месяцев).
Конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда корреспондируют положения Всеобщей декларации прав человека 1948 года (статья 8), Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года (подпункт "a" пункта 3 статьи 2, пункт 5 статьи 9, пункт 6 статьи 14), Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года (пункт 5 статьи 5) и Протокола N 7 к данной Конвенции (статья 3), закрепляющие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу или осуждения за преступление, на компенсацию.
Согласно ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
В силу ст. 133 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации (УПК РФ) право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на возмещение вреда в порядке, установленном главой 18 УПК РФ, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.
В соответствии с п.п. 34, 35, 55 ст. 5 УПК РФ реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный - лицо, имеющее в соответствии с настоящим Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием; уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.
Согласно ст. 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В пунктах 2 и 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 10 (с последующими изменениями и дополнениями) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъясняется, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
В соответствии с вышеуказанными разъяснениями при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п.8).
Согласно пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" от ДД.ММ.ГГ *** при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.
В силу ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за
Свобода личности, неприкосновенность личности гарантируется государством и в силу Конституции РФ является одним из важнейших прав гражданина, определяет смысл и содержание всех прав гражданина и человека. Сам по себе факт уголовного преследования предполагает наличие нравственных страданий, переживаний, вызванных отрицательной, негативной оценкой личности гражданина со стороны государства, обвинением в совершении действий, которые не согласуются с общепринятыми нормами и правилами поведения в обществе.
Суд первой инстанции, обоснованно руководствуясь указанными выше нормами материального права и разъяснениями по их применению, тем не менее, сделал итоговый вывод о размере компенсации морального вреда, который нельзя признать в полной мере соответствующим обстоятельствам данного конкретного дела, в том числе характеру и степени перенесенных истцом нравственных страданий, а также общим началам разумности и справедливости.
Статья 67 ГПК РФ предусматривает компетенцию суда оценивать собранные по делу доказательства в отдельности и в их совокупности по своему внутреннему убеждению.
Размер компенсация морального вреда является оценочной категорией, которая подлежит определению в рамках ограниченного законом судейского усмотрения.
Между тем, реализация такой ограниченной законом свободы оценки доказательств и судейского усмотрения, в рамках предоставленных суду полномочий при разрешении дела, не должна приводить к очевидным и явным противоречиям с установленными обстоятельствами и принципами разумности и справедливости, и, соответственно, необоснованному занижению размера компенсации морального вреда реабилитированному лицу.
Поскольку причинение морального вреда незаконным уголовным преследованием является правовой презумпцией, то есть наличие нравственных страданий в таком случае предполагается, доказыванию подлежит лишь их характер и степень, исходя из обстоятельств конкретного дела.
Размер компенсации морального вреда не может быть таким, который явно противоречит правовой природе института возмещения вреда в связи с реабилитацией, в том числе как способа денежного возмещения перенесенных страданий, и приводить к ситуации, когда взысканное в пользу потерпевшего возмещение не отвечает общим началам разумности и справедливости, умаляя, тем самым, само назначение такой компенсации.
Иными словами, исходя из применимого по данной категории дел стандарта доказывания (наличие нравственных страданий презюмируется, а их степень и характер подлежит установлению с достаточной степенью достоверности, исходя из разумности и справедливости), недопустимым является произвольное уменьшение размера компенсации, которая при сравнимых обстоятельствах может быть присуждена реабилитированному лицу.
Судом установлено, что истцу вменялось совершение преступления средней тяжести, предусмотренного ст. 199.2 УК РФ - сокрытие денежных средств либо имущества организации или индивидуального предпринимателя, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам и (или) сборам, совершенное собственником или руководителем организации либо иным лицом, выполняющим управленческие функции в этой организации, или индивидуальным предпринимателем в крупном размере, за совершение которого предусмотрено наказание в виде штрафа в размере от двухсот тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от восемнадцати месяцев до трех лет, либо принудительные работы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового, либо лишение свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.
Данный состав преступления относится к категории преступлений в сфере экономической деятельности.
Таким образом, судом учтена специфика деяния, в совершении которого обвинялся истец.
Суд обосновано нашел основания согласиться с доводами истца в той части, что в результате незаконного уголовного преследования он испытывал нравственные переживания, так как испытывал страх за свою дальнейшую судьбу в связи с возможностью последующего наказания.
Как верно указано судом, само по себе придание гражданину статуса подсудимого влечет для него неблагоприятные последствия в оценке его личных качеств в обществе, возможность осуждения за совершенное преступление, возможность применения уголовного наказания, что причиняет нравственные страдания человеку, связанные с умалением его доброго имени и деловой репутации. При уголовном преследовании в установленном законом порядке гражданин подвергается репрессивным мерам со стороны государства, что прямо регламентировано уголовно-процессуальным законодательством.
Руководствуясь статьей 56 ГПК РФ, суд счел не доказанными доводы истца о том, что именно в связи с уголовным преследованием изменилось отношение окружающих к нему, утрачен круг общения, информация стала известна средствам массовой информации, что привело к негативным последствиям.
Суд указал, что сам факт информирования знакомых об уголовном преследовании в отношении Титова В.А. не свидетельствует о формировании негативного отношения к нему в связи с преследованием по составу ст. 199.2 УК РФ, при этом общая негативная оценка в социуме в связи с незаконным уголовном преследованием судом учтена при рассмотрении настоящего дела.
Также суд не усмотрел нарушения конституционных прав истца на труд, жилище, охрану семьи.
Суд сослался на то, что истец весь период следствия и рассмотрения дела в суде был трудоустроен, доказательств получения заработной платы в размере меньшем, чем до возбуждения уголовного дела, не представлено; каких-либо доказательств возникновения конфликтов в семье наличия причинно-следственной связи с уголовным преследованием суду не представлено.
Кроме этого, суд сослался на то, что представленные стороной истца в подтверждение причиненного размера ущерба компенсации морального вреда медицинские документы однозначно не свидетельствуют о получении Титовым В.А. указанных в них заболеваний в результате незаконного уголовного преследования. Каких-либо объективных доказательств, свидетельствующих об ухудшении состояния здоровья в период уголовного преследования, суду не представлено.
В качестве особенностей личности Титова В.А. суд учел его возраст, семейное положение, профессиональную и трудовую занятость, отсутствие сведений о привлечении ранее к уголовной ответственности.
В целом соглашаясь с указанными выводами суда, судебная коллегия полагает, что суд в целях определения размера компенсации морального вреда не в полной мере учел следующее.
Суд не принял во внимание в качестве оснований для взыскания компенсации морального вреда нарушение права истца на свободу передвижения, поскольку Титовым В.А. не представлено доказательств того, что он в этот период времени намеревался выехать за пределы города, и ему было отказано в этом должностными лицами следственных органов, факт ограничения конституционного права на свободу передвижения судом не установлен.
Оценивая позицию Титова В.А., суд пришел к выводу о том, что ограничительные меры, связанные со свободой передвижения, были вызваны производством по уголовному делу, оконченному вынесением оправдательного приговора суда.
Судебная коллегия не может в полной мере согласиться с такими выводами суда, поскольку суд, сославшись, по сути, на законность самой примененной меры пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении, которая в силу статьи 102 УПК РФ состоит в обязательстве обвиняемого не покидать постоянное или временное место жительства без разрешения дознавателя, следователя или суда, в назначенный срок являться по вызовам дознавателя, следователя и в суд, иным путем не препятствовать производству по уголовному делу, тем не менее, не учел, что такая мера пресечения применялась в рамках незаконного уголовного преследования, и она в определенной степени ограничивала свободу Титова В.А.
Несмотря на то, что Титов В.А., как верно указано судом, не обращался к следователю или суду за разрешением покинуть постоянное место жительства в целях выезда к родителям в другой населенный пункт, сам по себе факт применения этой меры пресечения (принятие на себя обязательства) и невозможности передвигаться свободно, то есть без каких-либо ограничений и условий, умаляло права Титова В.А.
В этой связи категоричный вывод суда о том, что ссылки на ограничение свободы передвижения вообще не являются основанием для компенсации морального вреда, нельзя признать обоснованным, в данном случае речь идет именно о степени и характере примененных в отношении истца ограничений в связи с мерой пресечения, но не о полном отсутствии ограничения в правах.
Кроме того, несмотря на отсутствие прямых доказательств конфликтных отношений в семье, а также негативного отношения знакомых к истцу в связи с уголовным преследованием, нельзя не учитывать, что само по себе такое преследование предполагает изменение характера семейных и иных отношений, в которых участвует истец, в негативную сторону, поскольку информация о статусе истца как обвиняемого не могла не оказывать влияния на его отношения с родными, друзьями и знакомыми.
Как указано в мотивировочной части решения суда, определяя размер компенсации, суд принял во внимание, что истцу были причинены нравственные страдания, выразившиеся в нарушении его личных неимущественные прав (достоинство, доброе имя, право быть не привлеченным к уголовной ответственности за преступление, которого он не совершал); в отношении истца в течение более года велось уголовное преследование, Титов В.А. находился под подпиской о невыезде и надлежащем поведении, в отношении истца проводился значительный объем следственных действий, в которых он был вынужден участвовать, давать объяснения суду по предъявленному обвинению, определять свою позицию по защите в суде, настаивая на незаконности привлечения к уголовной ответственности. Судом учтена длительность рассмотрения дела на стадии предварительного расследования и в суде.
Несмотря на то, что указанные выводы в целом основаны на материалах дела, судебная коллегия отмечает, что суд не установил конкретный объем и характер тех следственных действий, которые произведены в рамках предварительного расследования, тогда как это обстоятельство имеет юридическое значение и суд, исходя из предмета доказывания, не может ограничиваться указанием на то, что в отношении истца проводился значительный объем следственных действий, суд обязан в целях определения размера компенсации морального установить конкретный их перечень и существо.
В этой связи судебной коллегией истребованы сведения в виде справки по уголовному делу из Железнодорожного районного суда <адрес>, исходя из которых в рамках предварительного расследования Титов В.А. неоднократно допрашивался, заявлял ходатайства о запросе доказательств, участвовал при производстве экспертизы, а также иных следственных действиях.
Таким образом, объем и суть тех следственных действий, в которых участвовал истец, свидетельствует о том, что в связи с незаконным уголовным преследованием он был вынужден претерпевать меры воздействия со стороны государства в таком объеме, что не мог не испытывать существенных нравственных переживаний.
Указанные выше конкретные обстоятельства, не в полной мере принятые во внимание судом, сами по себе являются достаточными для того, чтобы не согласиться с тем размером компенсации морального вреда, который определен судом.
Тем не менее, суд апелляционной инстанции исходит из того, что суд, в первую очередь, определяя такой размер, не учел требования разумности и справедливости.
Присужденный судом размер компенсации, исходя из указанного выше толкования норм материального права, не отвечает названным основным началам и является таким, который явно противоречит правовой природе института возмещения вреда в связи с реабилитацией, взыскание в пользу Титова В.А. компенсации в размере 35 000 рублей умаляет само назначение такой компенсации.
Суд апелляционной инстанции полагает, что суд необоснованно определилстоль малый размер компенсации, несмотря на то, что обстоятельства дела позволяли взыскать ее в большем размере в целях восстановления нарушенного права, то есть суд безосновательно пришел к выводу о невозможности присуждения компенсации в большем размере.
При таких обстоятельствах судебная коллегия изменяет решение суда и взыскивает в силу статьи 1071 ГК РФ с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Титова В.А. компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Железнодорожного районного суда <адрес> Алтайского края от ДД.ММ.ГГ изменить, взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Титова В. А. компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
