Дата принятия: 14 мая 2020г.
Номер документа: 33-1988/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САРАТОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 14 мая 2020 года Дело N 33-1988/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда в составе:
председательствующего Бартенева Ю.И.,
судей Негласона А.А., Сугробовой К.Н.,
при ведении протокола помощником судьи Дмитриевой К.В.
с участием прокурора Савиной С.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Макаровой ФИО10 к обществу с ограниченной ответственностью "Саратов-торг" о взыскании денежных средств, компенсации морального вреда
по апелляционной жалобе Макаровой ФИО11 на решение Ртищевского районного суда Саратовской области от 11 декабря 2019 года, которым в удовлетворении исковых требований отказано.
Заслушав доклад судьи Бартенева Ю.И., объяснения представителя ответчика Романовой Е.В., возражавшей против доводов жалобы, заключение прокурора Савиной С.В., полагавшей решение оставлению без изменения, изучив доводы жалобы, поступившие возражения, исследовав материалы дела, судебная коллегия
установила:
Макарова Т.Ю. обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Саратов-торг" (далее - ООО "Саратов-торг") о взыскании денежных средств, компенсации морального вреда.
Требования мотивировала тем, что с февраля 2015 года по 02 июля 2019 года она состояла в трудовых отношениях с ООО "Саратов-торг", место работы - город Ртищево. За указанный период времени истец пять раз проходила медицинское освидетельствование в ГУЗ СО "Ртищевская ЦРБ", оплата которого производилась за счет ее собственных средств и составила: за 2015 год - 1 684 рубля (сумма сложилась из 1 000 рублей - стоимость комиссии в ЦРБ + стоимость анализов в СЭС в размере 684 рубля), за 2016 года - 1 684 рубля, за 2017 год - 1 805 рублей (сумма сложилась из 1 150 рублей - стоимость комиссии в ЦРБ + стоимость анализов в СЭС в размере 655 рублей), за 2018 год - 2 405 рублей (сумма сложилась из 1 750 рублей - стоимость комиссии в ЦРБ + стоимость анализов в СЭС в размере 655 рублей), за 2019 год - 3 106 рублей (сумма сложилась из 2 100 рублей - стоимость комиссии в ЦРБ + стоимость анализов в СЭС в размере 586 рублей + оплата справок врачей психиатра и нарколога в размере 420 рублей), а всего на сумму 10 684 рубля.
За указанный период работы работодатель привлекал истца к работе на время большее указанного в расчетных листах. Ежедневно она работала по 12 часов, график работы был установлен с 08:00 часов до 20:00 часов, но в расчетных листах рабочие часы указаны в меньшем объеме.
Так, в январе 2017 года истцом было фактически отработано 9 дней по
12 часов, то есть 108 рабочих часов, а в расчетных листках рабочее время указано в размере 99 часов, и заработная плата начислялась, исходя из этого количества рабочих часов. Количество неоплаченных часов работы составило: в январе 2017 года - 9 часов, за февраль 2017 года рабочие часы указаны верно, в марте 2017 года -
21 час, в апреле 2017 года - 10 часов, в мае 2017 года - 10 часов, в июне 2017 года - 20 часов, в июле, августе 2017 года - по 10 часов, за сентябрь и октябрь 2017 года расчетные листы не сохранились, в ноябре 2017 года - 65 часов, в декабре 2017 года - 24 часа, за январь 2018 года, февраль 2017 года расчетные листы не сохранились, за март 2018 года рабочие часы указаны верно, в апреле 2018 года - 73 часа, в мае
2018 года - 85 часов, в июне 2018 года - 73 часа, в июле 2018 года - 28 часов, в августе 2018 года - 40 часов, в сентябре 2018 года - 32 часа, в октябре 2018 года -
64 часа, в ноябре 2018 года - 40 часов, в декабре 2018 года - 13 часов, в январе
2019 года - 13 часов, в феврале 2019 года - 21 час, в марте 2019 года - 10 часов, в апреле 2019 года - 20 часов, в мае 2019 года фактически отработано 204 часа, в расчетном листе указано 220 часов.
Истец не имеет возможности произвести расчет оплаты часов сверхурочной работы в соответствии со ст. 152 ТК РФ, в связи с чем, произвела расчет исходя из того, что за 2017-2018 годы каждый час работы оплачивался в размере 50 рублей, за 2019 год оплата каждого отработанного часа составляла 100 рублей.
Считает, что ей не доплачивали заработную плату: за 2017 год в размере
8 950 рублей; за 2018 год в размере 22 400 рублей, за январь-май 2019 года в размере 6 400 рублей, а всего на сумму 37 750 рублей.
Также истец считает, что ей не были выплачены отпускные в полном объеме за 2018 год. За 2017 год сумма отпускных за 28 дней составила 30 941 рубль 68 копеек. За 2018 год сумма отпускных за 24 дня составила 10 165 рублей 76 копеек. Если исходить из того, что за один день 2017 года отпускные составляли 1 105 рублей
06 копеек (30 941 рубль 68 копеек/28 дней), а условия оплаты труда не менялись, за 24 дня 2018 года отпускные должны были составлять 26 521 рубль 44 копейки. Фактически истцу выплачено отпускных в 2018 году 10 165 рублей 76 копеек, таким образом, недоплата отпускных в 2018 году составляет 16 355 рублей 68 копеек (26 521 рубль 44 копейки - 10165 рублей 76 копеек).
09 июля 2019 года истец обращалась с заявлением в ООО "Саратов-торг" о перерасчете заработной платы, 23 июля 2019 года истцу поступил ответ о том, что нарушений трудовых прав нет.
В 2016 году товар в магазин привозили после окончания рабочего дня, иногда истец принимала товар в период с 22:00 часов до 03:00 часов ночи. Грузчика не было, все коробки с товаром она перекладывала сама, вес одной коробки составляет от 8-ми до 13-ти килограмм. В период работы истец приобрела такие заболевания как: пупочная грыжа, артрозо-артрит правого лучезапястного сустава, дорсопатия, хандроз 2 степени грудного отдела позвоночника, вертеброленная торакалгия и иные. Появление данных заболеваний истец связывает с характером работы в
ООО "Саратов-торг" - сверхурочная работа, работа с холодильным оборудованием, подъем тяжелых коробок и так далее. По настоящее время истец продолжает обследоваться у разных медицинских специалистов, не может устроиться на другую работу.
В связи с невыплатой денежных средств, длительностью нарушения трудовых прав истец считает, что работодателем ей причинен моральный вред, который оценивает в 100 000 рублей.
Полагая свои трудовые права нарушенными, истец обратилась в суд, который просила взыскать с ООО "Саратов-торг" в расходы на прохождение медицинского осмотра в размере 10 684 рублей, заработную плату за сверхурочную работу в сумме 37 750 рублей, отпускные за 2018 год в размере 16 355 рублей 68 копеек, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.
Разрешив спор, Ртищевский районный суд Саратовской области решением от
11 декабря 2019 года в удовлетворении иска отказал в полном объеме.
С решением не согласилась истец, полагает решение незаконным и необоснованным, просит его отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме. Заявитель указывает, что срок исковой давности ей не пропущен, кроме того, приказы о привлечении к сверхурочной работе, графики работы за период с января 2017 года по июль 2019 года не подписывала либо подписывала под надзором менеджера.
В возражениях на апелляционную жалобу ответчик выражает согласие с принятым решением, критически оценивает доводы жалобы, полагает, что судом обоснованно применен срок исковой давности, просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Истец, будучи извещенной надлежащим образом, в судебное заседание не явилась, представила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие. При указанных обстоятельствах, учитывая положения ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося истца.
Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения районного суда согласно требованиям ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, исходя из доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Часть 1 ст. 15 ТК РФ определяет трудовые отношения как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условии труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.
В силу ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Кодексом.
Согласно ст. 56 ТК РФ трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предоставленные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.
В ст. 57 ТК РФ установлено, что существенными условиями трудового договора, то есть, без наличия которых трудовой договор признается незаключенным, в частности являются: место работы; дата начала работы; дата заключения трудового договора; трудовая функция; права и обязанности работника; права и обязанности работодателя; условия оплаты труда.
Согласно ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу, в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).
В соответствии со ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.
В силу п. 6 ст. 136 ТК РФ заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.
В соответствии со ст. 213 ТК РФ работники организации пищевой промышленности, общественного питания и торговли, водопроводных сооружений, медицинских организаций и детских учреждений, а также некоторых других работодателей проходят медицинские осмотры в целях охраны здоровья населения, предупреждения возникновения и распространения заболеваний. Предусмотренные настоящей статьей медицинские осмотры и психиатрические освидетельствования осуществляются за счет средств работодателя.
В соответствии со ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.
Согласно ст. 97 ТК РФ работодатель имеет право в порядке, установленном ТК РФ, привлекать работника к работе за пределами продолжительности рабочего времени, установленной для данного работника в соответствии с ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором: для сверхурочной работы (ст. 99 ТК РФ); если работник работает на условиях ненормированного рабочего дня (ст. 101 ТК РФ).
Согласно ч. 1 ст. 99 ТК РФ сверхурочной работой при суммированном учете рабочего времени является работа, выполняемая работником по инициативе работодателя сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.
В соответствии с ч. 7 ст. 99 ТК РФ обязывает работодателя вести точный учет продолжительности сверхурочных работ, выполненных каждым работником.
Согласно ст. 152 ТК РФ устанавливает единый порядок оплаты часов сверхурочной работы. Сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере.
Судом установлено и из материалов дела следует, что 20 февраля 2015 года между ООО "Саратов-торг" и Макаровой Т.Ю. заключен трудовой договор
N с последующими дополнительными соглашениями N от 06 июля
2015 года, N от 14 октября 2015 года, N от 01 июня 2016 года, N от 27 июня 2017 года, N от 01 сентября 2017 года, N от 27 декабря 2017 года, N от
27 апреля 2018 года, N от 29 декабря 2018 года, N от 29 мая 2019 года (т. 1 л.д. 8-10, 15, 71-79).
Согласно п. 1.1 трудового договора Макарова Т.Ю. принимается на работу в ООО "Саратов-торг" на должность продавца продовольственных товаров. Дата начала работы - 20 февраля 2015 года, что подтверждается заявлением
Макаровой Т.Ю. от 20 февраля 2015 года о приеме на работу (т. 1 л.д. 61), приказом о приеме работника на работу N от 20 февраля 2015 года (л.д. 62), трудовой книжкой ТК N (л.д. 13-14).
02 июля 2019 года трудовой договор N от 20 февраля 2019 года расторгнут по инициативе работника на основании личного заявления
Макаровой Т.Ю. об увольнению по собственному желанию от 18 июня 2019 года по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, что подтверждается приказом о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) N от 02 июля 2019 года (т. 1 л.д. 86), заявлением Макаровой Т.Ю. от 18 июня 2019 года (т. 1 л.д. 87).
Из объяснений истца, данных ею в суде первой инстанции, следует, что она за указанный период времени пять раз проходила медицинское освидетельствование в ГУЗ СО "Ртищевская ЦРБ", оплата которого производилась за счет ее собственных денежных средств, с заявлениями о возмещении понесенных расходов она к работодателю не обращалась, так как боялась потерять работу.
Судом установлено, что за период трудовых отношении ООО "Саратов-торг" выдавало Макаровой Т.Ю. направления на прохождение медицинских осмотров в поликлинике "СЭПО", с которой у ООО "Саратов-торг" заключен договор на оказание медицинских услуг, что подтверждается договором N на оказание медицинских услуг (с юридическим лицом) от 01 июня 2017 года, заключенным между ООО "Медико-санитарная часть СЭПО" и ООО "Саратов-торг" (т. 1 л.д. 94-96), направлениями на предварительный (периодический) медицинский осмотр N от 16 февраля 2017 года (т. 1 л.д. 97), N от 22 февраля 2018 года (т. 1 л.д. 98), от 19 февраля 2019 года, что также следует из акта проверки Государственной инспекции труда в Саратовской области N от 30 августа 2019 года (т. 1 л.д. 117-120) и не отрицалось
Макаровой Т.Ю.
Однако, как следует из объяснений истца, данных в суде первой инстанции, она в город Саратов в поликлинику "СЭПО" для прохождения медицинских осмотров не ездила, поскольку несла бы расходы на дорогу, в связи с чем все медицинские осмотры проходила по месту жительства в городе Ртищево Саратовской области.
Также судом установлено и из материалов дела следует, что Макарова Т.Ю.
10 февраля 2016 года (т. 1 л.д. 31), 06 марта 2017 года (т. 1 л.д. 29 - оборот),
27 февраля 2018 года (т. 1 л.д. 29), 20 февраля 2019 года (т. 1 л.д. 28) произвела оплату в ФБУЗ "Центр гигиены и эпидемиологии в Саратовской области" за оказанные медицинские услуги, 16 февраля 2017 года произвела оплату в
ГУЗ СО "Ртищевская РБ" за периодический медицинский осмотр (т. 1 л.д. 30),
04 марта 2019 года заключила договор на оказание платных медицинских услуг с
ГУЗ "Аткарская психиатрическая больница" на осмотр врачом-психиатром, врачом-наркологом (т. 1 л.д. 27), и 04 марта 2019 года была допущена к работе, что подтверждается сведениями в медицинской книжке N (т. 1 л.д. 24).
Отказывая в удовлетворении требований в части взыскания расходов на прохождение медицинских осмотров в сумме 10 684 рубля, суд указал, что истцом пропущен срок исковой давности по указанным требованиям, предусмотренный ст. 392 ТК РФ, о применении последствий чего заявлено ответчиком, при этом исходил из того, что, регулярно проходя медицинское освидетельствование, располагая сведениями о заключении договора на оказание медицинских услуг, предполагая о нарушении своих трудовых прав, выразившемся в неоплате медицинских осмотров, начиная с 2015 года по март 2019 года, когда была пройдена комиссия и истец была допущена к работе, Макарова Т.Ю. обратилась в суд с требованиями об их защите лишь 21 октября 2019 года, то есть, по истечении
3-х месяцев, со дня, когда узнала о нарушении своего права в отношении каждого пройденного осмотра с 2015 года по 2019 год, и именно с указанного момента исчисляется срок исковой давности в отношении каждой выплаты, а каких-либо уважительных причин пропуска названного срока в ходе судебного разбирательства не установлено.
Судебная коллегия не может согласиться с выводом суда о том, что к данным правоотношениям подлежит применению 3-х месячный срок исковой давности, предусмотренный ст. 392 ТК РФ, при этом исходит из того, что за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.
При таких обстоятельствах годичный срок исковой давности Макаровой Т.Ю. пропущен только в отношении платежей, осуществленных ей 10 февраля 2016 года, 16 февраля 2017 года, 06 марта 2017 года и 27 февраля 2018 года.
По платежам от 20 февраля 2019 года и 04 марта 2019 года срок на обращение в суд истцом не пропущен, однако, указанные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.
Согласно ст. 214 ТК РФ работник обязан проходить обязательные предварительные (при поступлении на работу) и периодические (в течение трудовой деятельности) медицинские осмотры (обследования), а также проходить внеочередные медицинские осмотры (обследования) по направлению работодателя в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.
В соответствии со ст. 213 ТК РФ работники организаций пищевой промышленности, общественного питания и торговли, водопроводных сооружений, лечебно-профилактических и детских учреждений, а также некоторых других работодателей проходят указанные медицинские осмотры (обследования) в целях охраны здоровья населения, предупреждения возникновения и распространения заболеваний. Предусмотренные настоящей статьей медицинские осмотры (обследования) и психиатрические освидетельствования осуществляются за счет средств работодателя.
Из приведенных норм права следует, что именно на работодателе лежит обязанность по организации проведения обязательного медицинского осмотра своих работников, выдаче работникам соответствующие направления в медицинские организации, выплате среднего заработка за время прохождения медицинского осмотра.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В данном случае бремя доказывания осведомленности работника о необходимости прохождения в конкретный срок в конкретном медицинском учреждении медицинского осмотра лежало на стороне ответчика.
Судебная коллегия полагает, что ответчиком такие доказательства представлены, а именно, договором N на оказание медицинских услуг от
01 июня 2017 года, заключенным между ООО "Медико-санитарная часть СЭПО" и ООО "Саратов-торг", а также направлениями работника на предварительный (периодический) медицинский осмотр за 2017-2019 годы подтвержден факт организации работодателем медицинского осмотра сотрудников предприятия, включая Макарову Т.Ю., и доведения до нее информации о сроках и месте проведения медицинского осмотра.
Макаровой Т.Ю. не отрицался тот факт, что она отказалась от прохождения медицинского осмотра в ООО "Медико-санитарная часть СЭПО" по тем основаниям, что в таком случае ей были бы затрачены денежные средства на дорогу, в связи с чем судебная коллегия не усматривает правовых оснований для возложения обязанности на работодателя возместить истцу понесенные ей расходы на прохождение медицинского осмотра, поскольку действующими нормативными актами обязанность по организации прохождения медицинского осмотра, в том числе, выбора медицинского учреждения, возложена на работодателя.
Разрешая исковые требования о взыскании заработной платы за сверхурочную работу в сумме 37 750 рублей, суд исходил из следующего.
Согласно п. 4.2.1 трудового договора N от 20 февраля 2015 года работодатель обязуется предоставлять работнику работу в соответствии с условиями настоящего договора; выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в сроки, установленные, локальным организационно-распорядительным нормативно-правовым актом Общества (правилами внутреннего трудового распорядка Общества и положением об оплате труда и материальном стимулировании работников (п. 4.2.4); за надлежащее исполнение трудовых обязанностей в течение месячной нормы рабочего времени работнику гарантируется выплата должностного оклада в размере 6 900 рублей в месяц (с последующим увеличением до 11 300 рублей (п. 5.1); в соответствии с действующими нормативно-правовыми актами Общество имеет право, исходя из результатов выполненной работы, выплачивать работнику стимулирующие выплаты (п. 5.3); работнику устанавливается режим гибкого рабочего времени, с установлением учетного периода, равному календарному месяцу, при котором продолжительность рабочего времени, не превышает норму, утвержденную производственным календарем, согласно действующему законодательству РФ (п. 6.1); время начала и окончания рабочего дня, а также перерыва для отдыха и питания определяется Правилами внутреннего трудового распорядка Общества (п. 6.2); выходные дни предоставляются работнику в соответствии с Правилами внутреннего трудового распорядка Общества (п. 6.3); по решению Общества работник может привлекаться к работе в ночное время. Ночным устанавливается время с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут (п. 6.4); в порядке и на условиях, установленных трудовым законодательством, по решению Общества работник может привлекаться к работе за пределами нормальной продолжительности рабочего времени (п. 6.7); характер функций выполняемых работником, определяется его должностной инструкцией (п. 7.2); работник имеет право на ежегодный основной оплачиваемый отпуск, продолжительностью
28 календарных дней (п. 8.1).
Судом установлено, что с приказами о привлечении к сверхурочной работе и графиками работы за период с января 2017 года по июль 2019 года Макарова Т.Ю. была ознакомлена под роспись (т. 1 л.д. 179-235, т. 2 л.д. 1-36).
Отказывая в удовлетворении требований истца о взыскании недоплаченной заработной платы за период с ноября 2018 года по май 2019 года, суд исходил из того, что из платежных ведомостей и платежных поручений за указанный период следует, что оплата сверхурочной работы работодателем начислена и выплачена
Макаровой Т.Ю. в полном объеме (т. 1 л.д. 130-147), а из табелей учета рабочего времени за спорный период следует, что Макарова Т.Ю. к работе в выходные и нерабочие праздничные дни не привлекалась (т. 1 л.д. 148-178).
Кроме того, отказывая в удовлетворении требований истца о взыскании недоплаченной заработной платы за период с января 2017 года по октябрь 2018 года, суд указал, что Макаровой Т.Ю. пропущен годичный срок исковой давности, предусмотренный ст. 392 ТК РФ, поскольку, получая заработную плату ежемесячно с момента трудоустройства, будучи несогласной с количеством оплаченных часов, в суд за защитой нарушенного права Макарова Т.Ю. обратилась только 21 октября
2019 года.
Судебная коллегия с такими выводами соглашается, полагает их основанными на полном и всестороннем анализе материалов дела, сделанными при правильном применении норм материального права.
Так, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна предоставить доказательства в подтверждение своих доводов и возражений.
Макарова Т.В., указывая о привлечении ее работодателем в спорный период к работе на время большее, чем указано в расчетных листках, вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ, не представила в подтверждение этого каких-либо доказательств.
Судебная коллегия, соглашаясь с выводом суда о пропуске истцом срока на обращение в суд, установленного ст. 392 ТК РФ, одновременно полагает необходимым дополнить следующее.
Пленум Верховного Суда РФ в п. 16 постановления от 29 мая 2018 года N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" разъяснил, что судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного ст. 392 ТК РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (ч. 4 ст. 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как-то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.
Обращено внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.
Обстоятельства, касающиеся причин пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, и их оценка судом должны быть отражены в решении (ч. 4 ст. 198 ГПК РФ).
Однако, учитывая, что ответ на обращение Макаровой Т.Ю. из Государственной инспекции труда в Саратовской области датирован 08 августа
2019 года (т. 1 л.д. 34), срок, установленный ст. 392 ТК РФ, истцом пропущен без уважительных причин.
Принимая решение об отказе в иске в указанной части по причине пропуска срока, предусмотренного ст. 392 ТК РФ, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что стороной истца не оспаривалось то обстоятельство, что в юридически значимый период истец знала о начисленных и выплаченных ей ответчиком суммах в качестве заработной платы, при несогласии с неначислением какой-либо выплаты в составе заработной платы за конкретный месяц должна была обратиться с иском в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, однако Макарова Т.Ю. (с учетом времени, затраченного на обращение в Государственную инспекцию труда Саратовской области) с иском обратилась лишь 21 октября
2019 года, то есть с пропуском установленного срока.
Исключительных обстоятельств, препятствующих Макаровой Т.Ю. своевременно обратиться в суд, судом не установлено, и уважительных причин для восстановления пропущенного процессуального срока не имеется.
При указанных обстоятельствах, судом сделан правильный вывод о том, что истечение срока обращения в суд, о применении последствий которого заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований в указанной части.
Довод жалобы, согласно которому Макарова Т.Ю. не была под роспись ознакомлена с приказами о привлечении к сверхурочной работе и с графиками работы за период с января 2017 года по июль 2019 года, либо подписывала данные документы под надзором менеджера - представителя работодателя признается судебной коллегией несостоятельным, поскольку из материалов дела следует, что оплата сверхурочной работы работодателем начислена и выплачена Макаровой Т.Ю. в полном объеме, в связи с чем факт ознакомления либо не ознакомления истца с указанными документами не имеет правового значения для разрешения настоящего спора.
Приобщенная к материалам дела фотография вывески ООО "Купец" (т. 3 л.д. 115), содержащая сведения о графике работы магазина, не является надлежащим доказательством, поскольку не содержит данных, позволяющих соотнести указанную информацию с торговой точкой, в которой осуществляла свою деятельность истец. Кроме того, сведения, содержащиеся на указанной фотографии, противоречат трудовому договору, заключенному с Макаровой Т.Ю.
Разрешая требования Макаровой Т.Ю. о взыскании недоплаченной компенсации за неиспользованный отпуск в размере 16 355 рублей 68 копеек, суд, руководствуясь ст.ст. 84.1, 122, 123, 136, 140 ТК РФ, учитывая, что из записки-расчета при прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) работодателем рассчитана сумма компенсации за неиспользованный отпуск в размере 15 507 рублей 35 копеек (т. 1 л.д. 111-112), указанная сумма выплачена в полном объеме 02 июля 2019 года, что подтверждается платежным получением N (т. 2 л.д. 237), с графиком отпусков, а также с приказом о предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска Макарова Т.Ю. была ознакомлена под роспись, отклоняя произведенный истцом расчет как не основанный на нормах законодательства, пришел к выводу о том, что доводы истца о недоплате отпускных в сумме 16 355 рублей 68 копеек не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, в связи с чем в удовлетворении указанных требований отказал.
Судебная коллегия соглашается с такими выводами суда, при этом исходит из того, что расчет сумм оплаты за период нахождения в ежегодном оплачиваемом отпуске истцу произведен на основании ст. 139 ТК РФ и Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного постановлением Правительства РФ от 24 декабря 2007 года N 922.
Так, в соответствии с требованиями п. 4. вышеуказанного Положения от
24 декабря 2007 года N 922 расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата.
Средний дневной заработок для оплаты отпусков, предоставляемых в календарных днях, и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за расчетный период, на 12 и на среднемесячное число календарных дней (п. 10).
Из личной карточки работника формы Т-2 (т. 1 л.д. 63-66) следует, что за период работы с 2015 года по 2018 год Макаровой Т.Ю. ответчиком было предоставлено 105 дней отпуска.
Из записки-расчета при прекращении трудового договора от 02 июля 2019 года N (т. 1 л.д. 111-112) следует, что при расторжении трудового договора истцу была выплачена компенсация за неиспользованный отпуск в количестве 16,33 дней в сумме 15 507 рублей 35 копеек.
Учитывая что, нарушений трудовых прав истца установлено не было, оснований для взыскания компенсации морального вреда также не имелось.
Довод жалобы, согласно которому у истца имеются профессиональные заболевания, в связи с чем Макарова Т.Ю. в суде первой инстанции была не против назначить судебно-медицинскую экспертизу, признается судебной коллегией необоснованным, поскольку, как следует из материалов дела, истцом в ходе судебного разбирательства ходатайств о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы не заявлялось, а имеющиеся в материалах дела медицинские документы Макаровой Т.Ю. не являются доказательством, подтверждающим связь ее работы в обществе с возникновением профзаболевания, в связи с чем судебная коллегия находит недоказанным наличие причинно-следственной связи между заболеваниями истца и ее работой в обществе.
Ходатайств о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы не заявлялось истцом и в суде апелляционной инстанции.
Судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции правильными, основанными на верном толковании и применении норм материального и процессуального права.
Доводы апелляционной жалобы, по существу, повторяют изложенные в исковом заявлении обстоятельства, которые были предметом рассмотрения суда первой инстанции, а также связаны с несогласием истца с принятым судом решением, не опровергают выводов суда первой инстанции и не содержат предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены или изменения решения в апелляционном порядке, направлены на иное толкование норм права и оценку доказательств, надлежащая оценка которым дана в решении суда первой инстанции, с которой судебная коллегия соглашается. Иных доводов к отмене решения апелляционная жалоба не содержит.
Руководствуясь ст. 327.1, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Ртищевского районного суда Саратовской области от 11 декабря
2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Макаровой Т.Ю. - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
