Определение Судебной коллегии по гражданским делам Томского областного суда от 22 июня 2018 года №33-1930/2018

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ТОМСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 22 июня 2018 года Дело N 33-1930/2018
от 22 июня 2018 года
Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе:
председательствующего Фоминой Е.А.,
судей: Вотиной В.И., Ходус Ю.А.,
при секретаре Скороходовой Е.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Томске апелляционную жалобу ответчика Харафиди Анны Юрьевны, апелляционную жалобу ответчиков Гусева Игоря Валерьевича, Юрченко Алексея Александровича, Барковой Наталии Геннадьевны, Хаирова Ильдара Зайнулловича, Гариповой Евгении Сергеевны на решение Томского районного суда Томской области от 14 марта 2018 года
по гражданскому делу по иску Мастова Константина Шаломовича к Гусеву Игорю Валерьевичу, Юрченко Алексею Александровичу, Хаирову Ильдару Зайнулловичу, Гариповой Евгении Сергеевне, Самойловой Светлане Алексеевне, Барковой Наталии Геннадьевне, Ефименко Алексею Григорьевичу, Харафиди Анне Юрьевне о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок,
заслушав доклад судьи Вотиной В.И., пояснения ответчика Харафиди А.Ю., представителей ответчика Гусева И.В. Федотова А.Н., Механошина Д.А., представителей ответчика Барковой Н.Г. Минчиной B.C., Кахиева P.M., поддержавших доводы апелляционных жалоб, представителя истца Мастова К.Ш. Кологривого П.А., возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб,
установила:
Мастов К.Ш. обратился в суд с иском к Гусеву И.В., Юрченко А.А., Хаирову И.З., Гариповой Е.С., Самойловой С.А., Барковой Н.Г., Ефименко А.Г., Харафиди А.Ю., в котором просил:
признать недействительными в силу ничтожности договора дарения, заключенного 04.05.2012 между Харафиди А.Ю. и Барковой Н.Г. доли в размере 1000000/2512497 на земельный участок, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: для
сельскохозяйственного использования, кадастровый номер
/__/, расположенного по адресу: /__/;
договора дарения, заключенного 19.10.2012 между Барковой Н.Г. и Хаировым И.З. доли в размере 30000/2512497 на указанный земельный участок,
договора дарения, заключенного 19.10.2012 между Барковой Н.Г. и Юрченко А.А. доли в размере 5000/2512497 на указанный земельный участок,
договора дарения, заключенного 19.10.2012 между Барковой Н.Г. и Гусевым И.В. доли в размере 15000/2512497 на указанный земельный участок,
договора дарения, заключенного 23.10.2012 между Барковой Н.Г. и Самойловой С.А доли в размере 10000/2512497 на указанный земельный участок,
договора дарения, заключенного 24.10.2012 между Барковой Н.Г. и Ефименко А.Г. доли в размере 50000/2512497 на указанный земельный участок,
договора дарения, заключенного 14.12.2012 между Барковой Н.Г. и Гариповой Е.С доли в размере 10000/2512497 на указанный земельный участок;
указать, что решение является основанием для внесения в Единый государственный реестр недвижимости изменений о прекращении права Гусева И.В., Юрченко А.А., Хаирова И.З., Гариповой Е.С., Самойловой С.А., Барковой Н.Г., Ефименко А.Г., на доли на земельный участок категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: для сельскохозяйственного использования, кадастровый номер /__/, расположенного по адресу: /__/.
В обоснование требований истец указал, что в феврале 2017 года при рассмотрении по существу Томским областным судом апелляционной жалобы по делу N2-549/2016 ему стало известно о заключении договора дарения, по которому Харафиди А.Ю. подарила Барковой Н.Г. 1000000/2512497 доли на земельный участок с кадастровым номером /__/, расположенный по адресу: /__/. Баркова Н.Г. в дальнейшем подарила часть доли по договорам дарения следующим лицам: Гусеву И.В. - доля в праве в размере 15000/2512497; Юрченко А.А. - доля в праве в размере 5000/2512497; Хаирову И.З. - доля в праве в размере 30000/2512497; Гариповой Е.С. - доля в праве в размере 10000/2512497; Ефименко А.Г. -доля в праве в размере 50000/2512497; Самойловой (Адреевой) А.А. - доля в праве в размере 10000/2512497. Переход права собственности на земельные доли к ответчикам был зарегистрирован в Управлении Росреестра по Томской области. На момент подписания оспариваемых договоров участников долевой собственности на земельный участок было более пяти, в связи с чем при заключении сделок необходимо было руководствоваться положениями Федерального закона от 24.07.2002 N101-ФЗ "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения". Он (Мастов К.Ш.) является одним из участников общей долевой собственности спорного земельного участка. В силу закона возможность отчуждения доли на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения лицу, не являющемуся участником долевой собственности, связана с выделением земельного участка в счет своей земельной доли с соблюдением порядка, предусмотренного законом. Однако процедура отчуждения земельной доли ответчиками соблюдена не была. Баркова Н.Г, Самойлова С.А, Юрченко А.А, Хаиров И.З., Ефименко А.Г, Гусев И.В, Гарипова Е.С. на момент совершения оспариваемых сделок не являлись участником общей долевой собственности на земельный участок.
В судебном заседании представитель истца Мастова К.Ш. Кологривый П.А. требования поддержал по изложенным в исковом заявлении основаниям.
Ответчик Харафиди А.Ю. исковые требования признала в полном объеме.
Представители ответчика Барковой Н.Г. Механошин Д.А. и Федотов А.В. исковые требования не признали, заявили о пропуске срока исковой давности истцом по сделке, совершенной между Харафиди А.Ю. и Барковой Н.Г., указав, что срок необходимо исчислять с 22.10.2012, т.е. с момента подписания истцом соглашения об уточнении местоположения спорного земельного участка, из которого он узнал о том, что помимо него есть и иные собственники, которые определилиуказанным соглашением свои доли. Выразили несогласие с утверждением истца о нарушении преимущественного права на приобретение доли земельного участка, выраженное в нарушении процедуры выдела доли при ее отчуждении третьему лицу, не являющемуся собственником, при их количестве более чем пять.
Дело рассмотрено в отсутствие истца Мастова К.Ш., ответчиков Гусева И.В., Юрченко А.А., Хаирова И.З., Гариповой Е.С., Самойловой С.А., Барковой Н.Г., Ефименко А.Г.
Обжалуемым решением, с учетом определения Томского районного суда Томской области от 26.04.2018 об исправлении описки, на основании ст. 129, 166, 167, п.2 ст. 168, п.1 ст. 181 (в редакции Федерального закона от 21.07.2005 N109-ФЗ), ст. 196, 199, п.1 ст.200 (в редакции, действовавшей до 01.09.2013), ст.208, 209, 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.27 Земельного кодекса Российской Федерации, ст. 12, ч.1 ст. 14 Федерального закона от 24.07.2002 N101-ФЗ "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения, Федерального закона от 30.12.2012 N302-Ф3 "О внесении изменений в главы 1, 2, 3, и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (в редакции от 04.03.2013), п.32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п.49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N10, пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" исковые требования Мастова К.Ш. удовлетворены.
В апелляционной жалобе Харафиди А.Ю. просит решение суда изменить в части, исключив из абзаца 8 страницы 10, абзаца 1 страницы 11 указание о прекращении прав ответчика Харафиди А.Ю. на доли в праве собственности на спорный земельный участок.
В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает на то, что истцом не заявлялись требования о прекращении ее права, в связи с чем вывод суда о прекращении ее права является опиской и противоречит установленным в мотивировочной части законным и обоснованным выводам суда.
В апелляционной жалобе Гусев И.В., Юрченко А.А., Баркова Н.Г., Хаиров И.З., Гарипова Е.С. просят решение суда отменить.
В обоснование доводов апелляционной жалобы указывают на то, что истцом пропущен срок исковой давности, течение которого, по мнению апеллянтов, начинается с 22.10.2012 - момента подписания истцом соглашения об уточнении местоположения спорного земельного участка, из которого он узнал о наличии иных собственников.
Считая вывод суда о начале течения срока исковой давности с момента, когда истец фактически узнал о нарушении своего права основанным на неверном толковании норм материального права, указывают, со ссылкой на п.1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, что течение срока исковой давности по заявленным требованиям определяется не осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, а действиями сторон по началу исполнения сделки.
Полагают, что к оспариваемой сделке дарения между Харафиди А.Ю. и Барковой Н.Г. необходимо применять правила, относящиеся к договору купли-продажи, поскольку фактически заключенный договор дарения от 04.05.2012 является ничтожной сделкой в силу ее притворности, т.к. совершен с целью прикрыть сделку купли-продажи земельного участка, фактически оплаченного Барковой Н.Г., поскольку имеются встречные обязательства сторон. Однако данный довод был проигнорирован судом первой инстанции, ему не дана соответствующая правовая оценка. Фактически оформление прав на Харафиди А.Ю. носило формальный характер.
В материалы дела представлен акт приема-передачи доли земельного участка по договору дарения Барковой Н.Г., между тем факт передачи доли Мастову К.Ш. доказательствами не подтвержден.
Считают, что ввиду злоупотребления правом при заключении договора дарения между Мастовым К.Ш. и Харафиди А.Ю. суду следовало отказать в удовлетворении исковых требований.
Исследуя спорные договоры дарения, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что они не исполнены, поскольку доля не является объектом земельных отношений и передать ее невозможно. Таким образом, по мнению апеллянтов, суд должен был прийти к выводу и о том, что сделка дарения между Харафиди А.Ю. и Мастовым К.Ш. также не исполнена, следовательно, истец не является собственником доли спорного земельного участка в связи с неисполнением договора дарения, и оспариваемыми им сделками не могут быть нарушены его права как собственника земельного участка.
Выводы суда о том, что в силу ст.208 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности к заявленным требованиям не применим, основаны на ошибочном толковании норм материального права и не соответствуют обстоятельствам дела.
Как видно из материалов дела, истец собственником земельных долей, в отношении которых совершены оспариваемые сделки, не являлся и не является, свои требования он основывает не на нарушении его права пользования земельным участком, а на нарушении его преимущественного права на приобретение долей в праве общей долевой собственности при заключении оспариваемых сделок. С учетом изложенного данный иск не направлен на защиту права собственности либо владения истца указанными земельными долями, в связи с чем положения ст.208 Гражданского кодекса Российской Федерации к заявленным требованиям не подлежат применению.
В судебное заседание при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции истец Мастов К.Ш., ответчики Гусев И.В., Юрченко А.А., Самойлова С.А., Гарипова Е.С., Ефименко А.Г., надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания дела, не явились.
Так же в судебное заседание при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции не явились ответчики Баркова Н.Г., Хаиров И.З.
Баркова Н.Г., Хаиров И.З. извещались по месту жительства в порядке, установленном главой 10 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (судебные извещения).
В соответствии со ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, а также свидетели, эксперты, специалисты и переводчики извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату (ч. 1). Судебное извещение, адресованное лицу, участвующему в деле, направляется по адресу, указанному лицом, участвующим в деле, или его представителем. В случае, если по указанному адресу гражданин фактически не проживает, извещение может быть направлено по месту его работы (ч. 4).
Согласно справке Областного адресного бюро Баркова Н.Г. зарегистрирована по адресу: /__/, Хаиров И.З. зарегистрирован по адресу: /__/. Направленные Барковой Н.Г. и Хаирову И.З. по указанным адресам извещения о времени и месте слушания дела ими не получены. По сообщению Почты России телеграмма Барковой Н.Г. не вручена, так как на указанной улице нет такого номера дома, телеграмма Хаирову И.З. не доставлена, так как квартира закрыта, адресат по извещению за телеграммой не является, повторная телеграмма вручена маме для передачи.
В соответствии со ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.
Из разъяснений, изложенных в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю. Юридически значимое сообщение, адресованное юридическому лицу, направляется по адресу, указанному в едином государственном реестре юридических лиц либо по адресу, указанному самим юридическим лицом. При этом необходимо учитывать, что гражданин, юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.
Статья 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное (п. 68 постановления).
Таким образом, при сложившихся обстоятельствах, поскольку Баркова Н.Г., Хаиров И.З. не обеспечили получение почтовой корреспонденции по адресу места жительства, они несут риск ответственности неполучения юридически значимых сообщений.
В данном случае в отсутствие уважительных причин, препятствовавших получению судебного извещения по месту жительства, судебная коллегия полагает, что ответчики Баркова Н.Г., Хаиров И.З. надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела.
В соответствии с требованиями ч.З ст. 167, ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Обсудив доводы апелляционных жалоб, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия оснований для отмены или изменения судебного акта не нашла.
Судом установлено и подтверждено материалами дела, что 04.05.2012 между Харафиди А.Ю. и Барковой Н.Г заключен договор дарения, по которому Харафиди А.Ю. безвозмездно передает (дарит) Барковой Н.Г. 1000000/2512497 долей на земельный участок, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: для сельскохозяйственного использования, кадастровый номер /__/, расположенный по адресу: /__/.
Государственная регистрация сделки и перехода права собственности по ней произведены 04.06.2012, номер регистрации /__/, /__/.
В дальнейшем Баркова Н.Г. передала в собственность безвозмездно доли на указанный земельный участок по договорам дарения следующим лицам:
Гусеву Игорю Валерьевичу, доля в праве в размере 15000/2512497 договор дарения от 19.10.2012, номер регистрации /__/ от 06.11.2012;
Юрченко Алексею Александровичу, доля в праве в размере 5000/2512497 договор дарения от 19.10.2012, номер регистрации /__/ от 06.11.2012;
Хаирову Ильдару Зайнулловичу, доля в праве в размере 30000/2512497 договор дарения от 19.10.2012, номер регистрации /__/ от 06.11.2012;
Гариповой Евгении Сергеевне, доля в праве в размере 10000/2512497 договор дарения от 14.12.2012 номер регистрации /__/ от 24.12.2012;
Ефименко Алексею Григорьевичу, доля в праве в размере 50000/2512497 договор дарения от 24.10.2012, номер регистрации /__/ от 11.12.2012;
Самойловой (Андреевой) Светлане Алексеевне, доля в праве в размере 10000/2512497 договор дарения от 23.10.2012, номер регистрации /__/ от 06.12.2012.
Как следует из сведений Единого государственного реестра недвижимости земельный участок с кадастровым номером /__/, расположенный по адресу: /__/ находился и находится на настоящий момент в собственности более чем пяти лиц, в том числе истца Мастова К.Ш., ответчика Харафиди А.Ю.
Оборот земель сельскохозяйственного назначения, за исключением земельных участков, предоставленных из земель сельскохозяйственного назначения гражданам для индивидуального жилищного, гаражного строительства, ведения личного подсобного и дачного хозяйства, садоводства, животноводства и огородничества, а также земельных участков, занятых зданиями, строениями, сооружениями, в силу пунктов 6 и 7 статьи 27 Земельного кодекса Российской Федерации регулируется Федеральным законом от 24.07.2002 N 101-ФЗ "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" (далее - Закон N 101-ФЗ).
Данный закон устанавливает правила и ограничения, применяемые к обороту земельных участков и долей в праве общей собственности на земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения - сделкам, результатом совершения которых является возникновение или прекращение прав на земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения и доли в праве общей собственности на земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения, определяет условия предоставления земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения, находящихся в государственной или муниципальной собственности, а также изъятия их в государственную или муниципальную собственность.
В пункте 1 статьи 12 названного Закона предусмотрено, что к сделкам, совершаемым с долями в праве общей собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, применяются правила Гражданского кодекса Российской Федерации. В случае, если число участников долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения превышает пять, правила Гражданского кодекса Российской Федерации применяются с учетом особенностей, установленных настоящей статьей, а также статьями 13 и 14 настоящего Федерального закона.
В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 12 Закона N 101-ФЗ без выделения земельного участка в счет земельной доли такой участник долевой собственности по своему усмотрению вправе завещать свою земельную долю, отказаться от права собственности на земельную долю, внести ее в уставный (складочный) капитал сельскохозяйственной организации, использующей земельный участок, находящийся в долевой собственности, или передать свою земельную долю в доверительное управление либо продать или подарить ее другому участнику долевой собственности, а также сельскохозяйственной организации или гражданину - члену крестьянского (фермерского) хозяйства, использующим земельный участок, находящийся в долевой собственности. Участник долевой собственности вправе распорядиться земельной долей по своему усмотрению иным образом только после выделения земельного участка в счет земельной доли.
Таким образом, закон связывает возможность отчуждения доли на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения лицу, не являющемуся участником долевой собственности, с выделением земельного участка в счет своей доли с соблюдением порядка, предусмотренного законом.
Особенности владения, пользования и распоряжения земельным участком из земель сельскохозяйственного назначения, находящимся в долевой собственности, установлены в статье 14 Закона N 101-ФЗ.
В силу части 1 этой же статьи Закона N 101-ФЗ владение, пользование и распоряжение земельным участком из земель сельскохозяйственного назначения, находящимся в долевой собственности более чем пяти лиц, осуществляются в соответствии с решением участников долевой собственности, которое принимается на общем собрании участников долевой собственности.
Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что установленные законодателем в статье 12 Федерального закона "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" особенности правового регулирования оборота долей в праве общей собственности на земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения направлены на соблюдение баланса частных и публичных интересов (постановление от 30 января 2009 года N 1-П; определения от 17 ноября 2009 года N 1504-0-0, от 23 апреля 2013 года N 534-0 и от 28 января 2016 г. N 174-0).
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 30.01.2009 N 1-П,
отношениями, возникающими при выделении в порядке, установленном пунктами 2-4 статьи 13 и абзацем вторым пункта 1.1 статьи 14 Федерального закона "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения", земельных участков в счет долей в праве общей собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, затрагиваются права и законные интересы всех участников долевой собственности на этот земельный участок, т.е. значительного, как правило, числа сособственников, а потому им свойственны некоторые признаки корпоративных отношений (пункт 4).
Право участника долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения на выделение земельного участка в счет своей земельной доли не носит абсолютного характера, поскольку его реализация обусловлена определенными законодателем требованиями сохранения целевого назначения таких земельных участков и наличием у сособственников общих интересов, выражаемых большинством (пункт 4.1).
Таким образом, исходя из императивного характера указанных норм, договор дарения мог быть заключен только с участником долевой собственности либо с лицом, использующим данный земельный участок на законных основаниях.
Разрешая спор, суд первой инстанции, установив, что Баркова Н.Г, Самойлова С.А, Юрченко А.А., Хаиров И.З., Ефименко А.Г, Гусев И.В, Гарипова Е.С. на момент заключения оспариваемых договоров дарения земельной доли не являлись сособственниками данного земельного участка, не ииспользовали данный земельный участок по назначению как члены крестьянского (фермерского) хозяйства, пришел к верному выводу, что Харафиди А.Ю. не вправе была производить отчуждение своей земельной доли путем заключения с Барковой Н.Г. договора дарения, как и Баркова Н.Г. не могла заключать в дальнейшем сделки дарения с Самойловой С.А, Юрченко А.А., Хаировым И.З., Ефименко А.Г, Гусевым И.В, Гариповой Е.С., в связи с чем оспариваемые договоры дарения заключены с нарушением закона.
В силу абз. 2 п. 3 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
Указанное положение разъяснено в п. 84 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".
По смыслу названной нормы права, под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее юридически значимый интерес в данном деле. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.
Статьей 13 Федерального закона от 24 июля 2002 г. N 101-ФЗ "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" участник или участники долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения вправе выделить земельный участок в счет своей земельной доли или своих земельных долей, если это не противоречит требованиям к образованию земельных участков, установленным Земельным кодексом Российской Федерации и настоящим Федеральным законом.
Земельный участок образуется путем выдела в счет земельной доли или земельных долей на основании решения общего собрания участников долевой собственности или путем выдела земельного участка в порядке, установленном пунктами 4-6 настоящей статьи.
Из толкования вышеприведенных норм следует, что распоряжение своей земельной долей в пользу лица, не указанного в ст. 12 Федерального закона, затрагивает права и интересы всех остальных собственников долей в праве на земельный участок сельскохозяйственного назначения, поскольку закон императивно устанавливает необходимость выделения земельной доли только на основании решения общего собрания, которое утверждает проект границ выделяемого земельного участка и его местоположение.
В данном случае не имеет правового значения возможность приобретения данной доли другим участником общедолевой собственности, оспаривающим договор, поскольку при наличии более пяти участников распоряжение принадлежащей ответчику долей закон связывает с субъектным составом либо выделением доли с согласия общего собрания собственников долей.
Согласно ч. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции на момент совершения сделок) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.
Интерес истца в данном случае заключается в том, что распоряжение долей произошло без выдела доли и в отсутствие надлежащего согласия по проекту межевания собственников долей, к которым, в том числе, относится истец.
При отсутствии указания в законе на иные последствия, применяемые при нарушении порядка распоряжения земельной долей в праве на участок сельскохозяйственного назначения, судебная коллегия соглашается с выводом суда о ничтожности оспариваемых договоров дарения.
На основании ч. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
Поскольку по делу установлено существенное нарушение прав истца как владельца доли, суд первой инстанции пришел к верному выводу об удовлетворении требования о признании недействительными оспариваемых договоров дарения и указании в решении о прекращении права общей долевой собственности Барковой Н.Г., Самойловой С.А., Юрченко А.А., Хаирова И.З., Ефименко А.Г., Гусева И.В., Гариповой Е.С. на долю в праве собственности на спорный земельный участок.
Из материалов дела следует, что представителем ответчиков Барковой Н.Г., Гусева И.В. Федотовым А.Н. в ходе рассмотрения дела было заявлено о применении к исковым требованиям срока исковой давности.
Суд первой инстанции пришел к выводу, что срок исковой давности Мастовым К.Ш. не пропущен. С указанным выводом суда соглашается судебная коллегия.
В соответствии со ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемых договоров с Барковой Н.Г., Гусевым И.В.) срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.
В соответствии с п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ) срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
Согласно п. 9 ст. 3 Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ (ред. от 28.12.2016) "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" установленные положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года. Десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона), начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года.
Оспариваемые истцом договоры дарения заключены с Барковой Н.Г.
04.04.2012, с Гусевым И.В. 19.10.2012 и по состоянию на 01 сентября 2013 года срок исковой давности по требованиям о признании указанных договоров недействительными по основаниям, предусмотренным ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, не истек, следовательно, установленные положениями Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ сроки исковой давности применяются к спорным правоотношениям.
С учетом изложенного, в соответствии с п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ) срок исковой давности начал течь для Мастова К.Ш. с момента, когда он узнал о существовании оспариваемых договоров, поскольку он стороной сделок не являлся.
Истец в иске указал, что о заключении оспариваемых договоров дарения он узнал в феврале 2017 года при рассмотрении Томским областным судом апелляционной жалобы по делу N 2-549/2016.
Апеллянты полагают, что течение срока исковой давности начинается с
22.10.2012 - момента подписания истцом соглашения об уточнении местоположения спорного земельного участка, из которого Мастов К.Ш. узнал о наличии иных собственников.
Действительно, в материалах дела содержится соглашение от 22.10.2012 об уточнении доли участников долевой собственности спорного земельного участка, сторонами которого являлись, в том числе Мастов К.Ш., Баркова Н.Г.
Вместе с тем в тексте данного соглашения отсутствует ссылка на правоустанавливающие документы, регистрационную запись о праве Барковой Н.Г., не содержится оснований возникновения права собственности Барковой Н.Г. При таких обстоятельствах Мастов К.Ш., при подписании указанного соглашения, не знал и не мог знать о заключенном между Харафиди А.Ю. и Барковой Н.Г. договоре дарения от 04.05.2012.
Гусев И.В. в указанном соглашении не упомянут.
Иных данных о том, когда Мастову К.Ш. стало известно о заключении оспариваемых договоров дарения, кроме февраля 2017 года, что следует из пояснений Мастова К.Ш., материалы дела не содержат.
При таких обстоятельствах, судебная коллегия полагает, что срок исковой давности истцом не пропущен. Доводы апелляционной жалобы об обратном не состоятельны.
С учетом изложенного иные выводы суда первой инстанции и доводы апелляционной жалобы в части применения положений о пропуске срока исковой давности, правового значения по делу не имеют.
Доводы апеллянтов, со ссылкой на соглашение от 02.04.2012, о том, что договор дарения, заключенный с Барковой Н.Г. от 04.05.2012 является притворной сделкой, Баркова Н.Г. являлась первым правообладателем земельного участка и по договору дарения его получила формально, прикрыв сделку по купле-продаже через Харафиди А.Ю., не обоснованы.
Так, из материалов дела следует, что 02.04.2012 Харафиди А.Ю., Лактионовым Д.В. (сторона 1) и Барковой Н.Г. (сторона 2) заключено соглашение, по условиям которого сторона 2 берет на себя обязательство по оплате стоимости, определенной аукционом 21.04.2012, земельного участка из земель сельскохозяйственного назначения площадью /__/ кв.м, с кадастровым номером /__/, в размере 10 000 000 рублей, которые передаются для оплаты по расписке стороне 1.
В свою очередь, сторона 1 обязуется совершить все необходимые юридически значимые действия и осуществить перевод земельного участка из земель сельскохозяйственного назначения в категорию - земли населенных пунктов для жилищного строительства.
Сторона 1 обязуется в срок до 30.05.2012 передать стороне 2 по договору дарения долю в размере 10000000/2512497 (соответствующую 100 га земли) из земельного участка с кадастровым номером /__/.
Сторона 1 после выполнения п.1 соглашения берет на себя обязательство выполнить выдел доли в размере 10000000/2512497 (соответствующую 100 га земли) из земельного участка с кадастровым номером /__/, принадлежащей стороне 2 в натуре, а также разделить эти 100 га на участки площадью от 6 до 15 соток по согласованию со стороной 2.
Указанное соглашение являлось предметом оценки суда при рассмотрении иска Барковой Н.Г. к Харафиди А.Ю., Лактионову Д.В. о взыскании денежных средств.
Судебной коллегией по гражданским делам Томского областного суда от 27.10.2017 при рассмотрении апелляционной жалобы по иску Барковой Н.Г. к Харафиди А.Ю., Лактионову Д.В. установлено, что заключенное между указанными сторонами соглашение от 02.04.2012 является договором поручения, в рамках которого истец обеспечивает выполнение поручения посредством передачи денежной суммы, а ответчики совершают юридически значимые действия за ее счет (ст. 971 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
Из разъяснений, содержащихся в пунктах 87, 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела части I первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе, сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.
Барковой Н.Г. в суде первой инстанции требований о признании договора дарения от 04.05.2012 недействительным в силу его притворности не заявлялось. Доказательств того, что воля участников спорной сделки, в том числе дарителя, была направлена на совершение притворной сделки, не представлялось.
Довод апелляционной жалобы, что истцом не подтвержден факт передачи ему доли на земельный участок, не основан на материалах дела. Право Мастова К.Ш. на долю в праве общей долевой собственности на земельный участок зарегистрировано на основании договора дарения от
04.05.2012, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 28.05.2012. Право истца в установленном законом порядке ответчиками не оспаривалось.
Доводы апеллянта о злоупотреблении истцом своими правами судебная коллегия находит не состоятельными, поскольку обстоятельств, явно свидетельствующих о недобросовестном поведении истца, влекущих отказ в защите принадлежащего права на основании положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, по делу не установлено.
Таким образом, доводы апелляционной жалобы о злоупотреблении Мастовым К.Ш. своими правами носят характер субъективных суждений апеллянта, допустимыми доказательствами не подтверждены и не могут повлечь отмену решения суда.
Довод представителя ответчика Барковой Н.Г. Минчиной B.C. о том, что Харафиди А.Ю. в один день 04.05.2012 заключила два договора, как с Мастовым К.Ш., так и с Барковой Н.Г., на законность решения не влияет, так как договор дарения и право собственности Мастова К.Ш. зарегистрированы
28.05.2012, тогда как договор дарения и право собственности Барковой Н.Г. зарегистрированы 04.06.2012.
Согласно пункту 1 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.
В соответствии с пунктом 3 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей в момент заключения договоров) договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.
По смыслу указанных законоположений, в случае, когда предусмотренное законом обязательное требование государственной регистрации договора не соблюдено, такой договор не имеет юридической силы и не может иметь никаких юридических последствий, его нельзя считать заключенным.
Доводы апелляционной жалобы Харафиди А.Ю. являются несостоятельными и не влекут отмену или изменение обжалуемого решения суда, так как указание в решении суда о прекращении прав ответчика Харафиди А.Ю. на доли в праве собственности на спорный земельный участок устранено определением Томского районного суда Томской области от 26.04.2018 об исправлении описки.
При проверке законности и обоснованности решения по настоящему делу в апелляционном порядке судебная коллегия не установила нарушений норм материального или процессуального законодательства судом первой инстанции, являющихся основанием к отмене обжалуемого решения.
При таких обстоятельствах судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда и удовлетворения апелляционных жалоб.
Руководствуясь п.1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Томского районного суда Томской области от 14 марта 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика Харафиди Анны Юрьевны, апелляционную жалобу ответчиков Гусева Игоря Валерьевича, Юрченко Алексея Александровича, Барковой Наталии Геннадьевны, Хаирова Ильдара Зайнулловича, Гариповой Евгении Сергеевны - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи:


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка