Дата принятия: 01 сентября 2022г.
Номер документа: 33-19293/2022
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 1 сентября 2022 года Дело N 33-19293/2022
г. Санкт - Петербург "1" сентября 2022 года
Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе
Председательствующего Осининой Н.А.,Судей Мирошниковой Е.Н., Шумских М.Г.,При помощнике судьи Верещагиной А.Ю.
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Администрации Московского района Санкт-Петербурга, Шаршова С. В. на решение Московского районного суда Санкт-Петербурга от 15 марта 2022 года по гражданскому делу N 2-77/2022 по иску Владимировой Е. А. к Администрации Московского района Санкт-Петербурга об установлении факта установления на иждивении и совместного проживания, признании права собственности на квартиру в порядке наследования по закону, по иску Шаршова С. В. к Администрации Московского района Санкт-Петербурга, администрации муниципального образования Сертолово Всеволожского муниципального района о восстановлении срока для принятии наследства.
Заслушав доклад судьи Осининой Н.А., выслушав объяснения представителя Администрации Московского района Санкт-Петербурга - Денденковой Ю.Е., возражения представителя Владимировой Е.А. - Лещинского Л.В., объяснения Шаршова С.В., судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда
УСТАНОВИЛА:
Владимирова Е.А. обратилась в суд с иском к Администрации Московского района Санкт-Петербурга об установлении факта нахождения на иждивении Ш.В.А., умершего <дата>, и совместного проживания с ним более года Владимировой Е.А., <дата> года рождения, признании за Владимировой Е.А., <дата> года рождения, права собственности на <адрес> в Санкт-Петербурге, кадастровый N..., в порядке наследования по закону.
В обоснование заявленных требований истец ссылалась на то, что с 1993 года состояла в фактических брачных отношениях с Ш.В.А., с которым совместно проживала одной семьей, ведя с ним общее хозяйство; имеющиеся у нее заболевания требовали длительного и дорогостоящего лечения, после августа 2016 г. и до смерти Ш.В.А. получала от него систематическую помощь, которая была для нее постоянным и основным источником средств к существованию. Кроме того, истец указывала, что после смерти Ш.В.А. она обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, однако свидетельство о праве на наследство ей не было выдано по причине отсутствия документального подтверждения нахождения на иждивении наследодателя.
Шаршов С.В. обратился в суд с иском к Администрации Московского района Санкт-Петербурга, администрации муниципального образования Сертолово Всеволожского муниципального района о восстановлении срока для принятии наследства после смерти отца Ш.В.А., <дата> года рождения, умершего <дата>, в обоснование заявленных требований ссылаясь на то, что является единственным наследником отца по закону, при этом о его смерти узнал только <дата>, поскольку во второй половине 2016 года ему стало известно, что отец не желает его видеть, не хочет, чтобы его беспокоили, а с первой половины 2017 года встречи с отцом стали редкими, поскольку по просьбе отца встречи могли проходить по его инициативе.
Решением Московского районного суда Санкт-Петербурга от 15 марта 2022 года исковые требования Владимировой Е.А. удовлетворены, в удовлетворении исковых требований Шаршова С.В. отказано.
В апелляционных жалобах Администрация Московского района Санкт-Петербурга и Шаршов С.В. выражают несогласие с постановленным решением, полагая его незаконным и необоснованным.
В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, и возражениях относительно жалобы.
Представители Администрации муниципального образования Сертолово Всеволожского муниципального района, Владимиров А.В., нотариус Орлова Е.А., представители Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Санкт-Петербургу в заседание судебной коллегии не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом согласно требованиям ст. 113 ГПК РФ.
В соответствии с ч. 3 ст. 167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или если суд признает причины их неявки неуважительными, в связи с чем судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующему.
В силу ст. 264 ГПК РФ, суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан.
В соответствии со ст. 265 ГПК РФ, суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение, только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов.
В соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.
В силу пункта 1 статьи 1141 ГК РФ наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной статьями 1142 - 1145 и 1148 ГК РФ.
Согласно п. 2 ст. 1148 ГК РФ, к наследникам по закону относятся граждане, которые не входят в круг наследников, указанных в статьях 1142 - 1145 названного Кодекса, но ко дню открытия наследства являлись нетрудоспособными и не менее года до смерти наследодателя находились на его иждивении и проживали совместно с ним. При наличии других наследников по закону они наследуют вместе и наравне с наследниками той очереди, которая призывается к наследованию.
В силу п. 3 ст. 1148 ГК РФ, при отсутствии других наследников по закону указанные в пункте 2 указанной статьи нетрудоспособные иждивенцы наследодателя наследуют самостоятельно в качестве наследников восьмой очереди.
Согласно разъяснениям п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", при определении наследственных прав в соответствии со статьями 1148 и 1149 ГК РФ необходимо иметь в виду, что к нетрудоспособным относятся, в том числе граждане, достигшие возраста, дающего право на установление трудовой пенсии по старости (пункт 1 статьи 7 Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации") вне зависимости от назначения им пенсии по старости; граждане, признанные в установленном порядке инвалидами I, II или III группы (вне зависимости от назначения им пенсии по инвалидности).
При этом, находившимся на иждивении наследодателя может быть признано лицо, получавшее от умершего в период не менее года до его смерти - вне зависимости от родственных отношений - полное содержание или такую систематическую помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию, независимо от получения им собственного заработка, пенсии, стипендии и других выплат. При оценке доказательств, представленных в подтверждение нахождения на иждивении, следует оценивать соотношение оказываемой наследодателем помощи и других доходов нетрудоспособного.
Совместное проживание с наследодателем не менее года до его смерти является условием призвания к наследованию нетрудоспособных иждивенцев наследодателя, названных в пункте 2 статьи 1148 ГК РФ (из числа граждан, которые не входят в круг наследников, указанных в статьях 1142 - 1145 ГК РФ).
Как установлено судом и усматривается из материалов дела, <дата> умер Ш.В.А., что подтверждается копией свидетельства о смерти.
После смерти Ш.В.А. Владимирова Е.А. обратилась к нотариусу Нотариальной палаты Санкт-Петербурга Орловой Е.А. с заявлением о принятии наследства по закону, однако свидетельство о праве на наследство Владимировой Е.А. выдано не было в связи с тем, что отсутствуют подтверждения фактов совместного проживания истца с наследодателем, о чем в материалах дела имеется справка от <дата>.
Как следует из представленных справок о доходах наследодателя Ш.В.А., за 2019 год им был получен общий доход в размере 164418,60 руб., за январь 2020 года им был получен доход в размере 14606,07 руб., Владимировой Е.А. за 2019 год получен доход в размере (164 418,60 + 241333,87) = 405 752,47, за январь 2020 года ею был получен доход в размере 21318,31 руб.
Согласно представленным справкам (формы 9) о регистрации в спорном жилом помещении, Владимирова Е.А. с <дата> зарегистрирована проживающей по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, в то время как наследодатель с <дата> зарегистрирован по месту жительства по адресу: <адрес>.
Согласно объяснениям представителя истца наследодатель не регистрировал Владимирову Е.А. по месту своего жительства, поскольку она имеет постоянную регистрацию в Санкт-Петербурге, в связи с чем вопрос о регистрации по месту жительства между ней наследодателем не ставился.
Кроме того, в обоснование требований истец ссылалась на показания допрошенных свидетелей А.Т.А., Ф.В.Ф., М.А.А., Т.С.Н., показавших, что Владимирова Е.А. проживали совместно с наследодателем, вели совместное хозяйство, после болезни Владимировой Е.А. общий бюджет расходовался на лекарства для истца, в последний год жизни наследодателя Владимирова Е.А. не работала, ее дохода на проживание не хватало, денежные средства на продукты питания, одежду, оплату жилищно-коммунальных услуг тратились из дохода Ш.В.А., который подрабатывал печником, выполнял заказы на изготовление печей, цена которых составляла около 250 000 - 300 000 рублей.
В подтверждение наличия у нее заболеваний и инвалидности Владимирова Е.А. представила выписные эпикризы из истории болезни N..., N..., справку о перечне оказанных застрахованному лицу медицинских услуг от <дата>, справку МСЭ-2017 N..., медицинскую карту СПб ГБУЗ "Городская поликлиника N...".
Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что факт нахождения Владимировой Е.А. на иждивении у наследодателя Ш.В.А. в течение года перед его смертью подтвержден достаточными и достоверными доказательствами.
В силу части 1 статьи 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.
Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Судебная коллегия полагает доводы апелляционной жалобы Администрации Московского района Санкт-Петербурга заслуживающим внимание, а решение суда в части удовлетворения требований Владимировой Е.А. подлежащим отмене в соответствии с п.п. 3, 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ, как не соответствующее вышеуказанным требованиям.
Так, материалами дела подтверждается, что истец в последний год жизни наследодателя имела собственный доход, превышавший доход наследодателя более чем в два раза.
С учетом документальных данных о размере доходов истца и наследодателя ссылки истца на то, что наследодатель на свои средства содержал и себя, и истца, судебная коллегия расценивает критически.
Оценивая показания свидетелей А.Т.А., Ф.В.Ф., М.А.А., Т.С.Н., судебная коллегия учитывает, что из показаний названных свидетелей не следует, каким именно образом распределялся доход между истцом и Ш.В.А., свидетели не являлись очевидцами указанных обстоятельств, показания свидетелей о том, что Ш.В.А. подрабатывал печником и получал доход в размере 250 000 - 300 000 руб. за один заказ, никакими иными доказательствами не подтверждены, при этом свидетели являются знакомыми истца.
Каких-либо документов, договоров или иных письменных доказательств в подтверждение приведенных доводов не представлено.
Достаточных и достоверных доказательств в обоснование доводов о том, что в последний год жизни Ш.В.А. подрабатывал печником и выполнял заказы на изготовление печей, цена которых составляла около 250 000 - 300 000 руб., и указанные денежные средства предоставлялись Ш.В.А. Владимировой Е.А. в качестве основного источника средств к существованию, истцом в порядке ст. 56 ГПК РФ не представлено.
Таким образом, в материалах дела отсутствуют какие-либо документальные подтверждения доводов истца о том, что наследодатель в течение года до смерти оказывал ей полное содержание или систематическую помощь, при том положении, что материалами дела подтверждается факт получения истцом дохода, значительно превышающего доход наследодателя. При таком положении следует признать, что показания свидетелей со стороны истца в отсутствие каких-либо иных объективных подтверждений их показаний, учитывая дружеские отношения свидетелей с истцом, не могут быть положены в основу для удовлетворения заявленных истцом требований.
При этом факт совместного проживания истца с наследодателем был подтвержден материалами дела, однако достаточных и достоверных доказательств, которые бы позволили суду сделать вывод о том, что со стороны наследодателя истцу оказывалась такая материальная помощь, которая была основным источником существования истца, представлено не было.
Оценив в совокупности доказательства, представленные истцом, в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к выводу, что доводы Владимировой Е.А. о том, что не менее года до смерти наследодателя он предоставлял ей полное содержание или такую систематическую помощь, которая была для нее постоянным и основным источником средств к существованию, независимо от получения ею собственного дохода, не нашли своего объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства, достаточных и достоверных доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости, в подтверждение данных доводов в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представлено.
При таком положении судебная коллегия полагает, что на основании п.п. 3, 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ решение суда в части удовлетворения требований Владимировой Е.А. подлежит отмене с принятием в указанной части нового решения об отказе в удовлетворении указанных требований.
Вместе с тем, оценивая доводы апелляционной жалобы Шаршова С.В., судебная коллегия не усматривает оснований к отмене решения в части отказа в удовлетворении заявленных им требований в силу следующего.
Согласно положениями п. 1 ст. 1114 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) днем открытия наследства является день смерти гражданина.
В соответствии с п. 1 ст. 1153 ГК РФ принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.
В силу п. 1 ст. 1154 ГК РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.
В соответствии с п. 1 ст. 1155 ГК РФ по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства, суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам, и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.
Как следует из п. 40 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 29.05.2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", споры, связанные с восстановлением срока для принятия наследства и признанием наследника принявшим наследство, рассматриваются в порядке искового производства с привлечением в качестве ответчиков наследников, приобретших наследство (при наследовании выморочного имущества - РФ либо муниципального образования, субъекта РФ), независимо от получения ими свидетельства о праве на наследство.
Требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:
а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;
б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.
Таким образом, основанием к восстановлению наследнику срока для принятия наследства является не только установление судом факта неосведомленности наследника об открытии наследства - смерти наследодателя (ст. 1113 ГК РФ), но и представление наследником доказательств, свидетельствующих о том, что он не должен был знать об этом событии по объективным, не зависящим от него обстоятельствам, а также при условии соблюдения таким наследником срока на обращение в суд с соответствующим заявлением.
Из материалов дела следует, что Шаршов С.В., приходящийся сыном наследодателю Ш.В.А., с заявлением о принятии наследства к нотариусу обратился <дата>, то есть спустя 1 год 8 месяцев после смерти наследодателя.
В обоснование заявленных требований о восстановлении ему срока для принятия наследства после смерти отца Ш.В.А. Шаршов С.В. ссылался на то, что он перестал общаться с отцом с 2017 году в связи с конфликтной ситуацией, возникшей из-за злоупотребления отцом алкоголем, до этого общение с отцом осуществлялось через дядю, сам истец общение с отцом не инициировал и отцу не звонил, о смерти отца Шаршов С.В. узнал спустя год от двоюродного брата.
На вопрос суда в судебном заседании <дата> Шаршов С.В. пояснил, что не звонил отцу и не интересовался его судьбой, так как был занят своей семьей.
