Дата принятия: 21 июля 2020г.
Номер документа: 33-1907/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ТОМСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 21 июля 2020 года Дело N 33-1907/2020
от 21 июля 2020 года
Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе:
председательствующего Худиной М.И.,
судей: Марисова А.М., Радикевич М.А.,
при секретаре Кутлубаевой К.В., помощник судьи П.,
рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело N 2-53/2020 по иску публичного акционерного общества "Сбербанк России" к Шниту Алексею Александровичу, Сунгуровой Анне Анатольевне о признании недействительной сделкой договор дарения
по апелляционной жалобе ответчика Шнита Алексея Александровича на решение Зырянского районного суда Томской области от 20 марта 2020 года.
Заслушав доклад судьи Марисова А.М., объяснения ответчика Шнита А.А., судебная коллегия
установила:
ПАО "Сбербанк России" обратилось в суд с иском к Шниту А.А., Сунгуровой А.А. о признании недействительной сделкой договор дарения от 04.12.2018, заключенного между Шнит А.А. и Сунгуровой А.А., взыскании судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 6000 рублей.
В обосновании исковых требований, указано, что между ПАО "Сбербанк России" и ИП Шнитом А.А. был заключен кредитный договор /__/ от 14.02.2014. В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору, Заемщик обеспечил предоставление Банку поручительство Шнит О.В.
В связи с неисполнением обязательств по данному кредитному договору, ПАО "Сбербанк России" обратилось в Третейский суд при Автономной некоммерческой организации "Независимая Арбитражная палата" о взыскании задолженности по кредитному договору /__/ от 14.02.2014 в размере 1178209,60 рублей, расходов по уплате третейского сбора в размере 15000 рублей. 11.05.2017 вынесено решение, в соответствии с которым исковые требования удовлетворены в полном объеме. Определением Зырянского районного суда Томской области от 29.06.2017 выданы исполнительные листы на принудительное исполнение решения третейского суда. На стадии принудительного исполнения требований исполнительных документов ПАО Сбербанк, должники обратились в суд с заявлением об утверждении мирового соглашения от 14.07.2017, заключенного между ПАО Сбербанк и ИП Шнитом А.А., Шнит О.В., которое утверждено определением Зырянского районного суда Томской области от 21.08.2017. Должниками условия кредитного договора с учетом заключенного мирового соглашения не исполняются с мая 2019 года.
Также между ПАО "Сбербанк России" и ИП Шнитом А.А. заключен кредитный договор /__/ от 13.10.2014. В обеспечение обязательств по кредитному договору, заемщик обеспечил предоставление Банку поручительства Шнит О.В. В связи с неисполнением обязательств по данному кредитному договору ПАО Сбербанк предъявило исковое заявление в Третейский суд при Автономной некоммерческой организации "Независимая арбитражная палата" о взыскании солидарно с ИП Шнита А.А., Шнит О.В. в пользу ПАО Сбербанк задолженности по кредитному договору /__/ от 13.10.2014 в размере 3229511,14 рублей, расходов по уплате третейского сбора в размере 31000 рублей. 18.05.2017 Третейский суд при Автономной некоммерческой организации "Независимая Арбитражная палата" вынес решение, в соответствии с которым исковые требования удовлетворены в полном объеме. Определением Зырянского районного суда Томской области от 29.06.2017 выданы исполнительные листы на принудительное исполнение решения третейского суда, которые были предъявлены в Управление службы судебных приставов по Томской области для принудительного исполнения. На стадии принудительного исполнения требований исполнительных документов ПАО Сбербанк, должники обратились в суд с заявлением об утверждении мирового соглашения от 14.07.2017, заключенного между сторонами кредитного договора, которое было утверждено определением Зырянского районного суда от 21.08.2017. Должниками условия кредитного договора с учетом заключенного мирового соглашения не исполняются с мая 2019 года.
04.12.2018 между ответчиками Шнитом А.А. и Сунгуровой А.А. заключен договор дарения имущества, согласно которому Шнит А.А. подарил Сунгуровой А.А. предметы домашнего обихода и обстановки, а именно: мебель, бытовую и садовую технику. Договор заключен в простой письменной форме. Истец считает данный договор дарения мнимой сделкой, так как он совершен с целью сокрытия имущества от обращения на него взыскания.
Дело рассмотрено судом в отсутствие участвующих в деле лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.
Обжалуемым решением суда иск банка удовлетворен, договор дарения имущества от 04.12.2018, заключенный между Шнитом А.А. и Сунгуровой А.А., признан недействительным.
В апелляционной жалобе Шнит А.А. просит решение отменить, полагая, что решение суда принято с нарушениями норм материального и процессуального права в части правил исследования и оценки доказательств, на выводах, не соответствующих фактическим обстоятельствам дела. Не соглашается с выводами суда о мнимости договора, указывает, что исполнение просроченных обязательств перед банком обеспечено залогом принадлежащего другого имущества (помещения магазина в с. Зырянском, товаров в обороте, автомобиля). Считает, что необоснованным вывод суда о том, что договор дарения был заключен с целью воспрепятствовать обращению взыскания на подаренное имущество.
Дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие представителя истца, ответчика Сунгуровой А.А., третьего лица Шнит О.В., представителей третьего лица УФССП России по Томской области, ОСП по Зырянскому району УФССПР России по Томской области.
Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
В п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.
При таких обстоятельствах добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.
При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.
Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со ст. ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как нарушающая требования закона.
В силу п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
В соответствии с пунктом 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 указанного кодекса). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.
Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.
Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Как установлено материалами дела, между ПАО "Сбербанк России" и ИП Шнит А.А. были заключены кредитные договоры /__/ от 14.02.2014, /__/ от 13.10.2014. В обеспечение обязательств по кредитным договорам, Заемщиком было предоставлено Банку поручительство Шнит О.В.
Денежные обязательства по данным кредитным договорам не исполнены, решениями Третейского суда при Автономной некоммерческой организации "Независимая Арбитражная палата" от 11.05.2017, 18.05.2017 солидарно с ИП Шнита А.А., Шнит О.В. в пользу ПАО Сбербанк взыскана задолженность по кредитному договору /__/ от 14.02.2014 в размере 1178209,60 рублей, по кредитному договору /__/ от 13.10.2014 в размере 3229511,14 рублей.
В связи с неисполнением обязательств по данным кредитным договорам со стороны заемщика определениям Зырянского районного суда Томской области от 29.06.2017, от 29.06.2017 выданы исполнительные листы на принудительное исполнение решений третейского суда, которыми постановлено взыскать задолженность по указанным кредитным договорам на сумму в размере 1178209,60 рублей, расходов по уплате третейского сбора в размере 15000 рублей и, соответственно, в размере 3229511,14 рублей, расходов по уплате третейского сбора в размере 31000 рублей.
Условия мировых соглашений, утвержденных определениями Зырянского районного суда от 21.08.2017 N 13-20/2017 и N 13-21/2017, должниками были нарушены, в связи с чем ПАО Сбербанк 17.07.2019 обратилось в суд с ходатайством о выдаче исполнительных листов в отношении должников.
25 июля 2019 года были выданы исполнительные листы ФС N 0081333581 и ФС N 008133588, на основании которых в ОСП по Зырянскому району УФССП России по Томской области 13.09.2019 возбуждены исполнительные производства N 13985/19/70011- ИП и N 13986/19/7001 ПИП.
При этом из дела следует, что 04.12.2018 между ответчиками Шнит А.А. и Сунгуровой А.А. был заключен договор дарения имущества, согласно которому Шнит А.А. подарил Сунгуровой А.А. предметы домашнего обихода и обстановки, мебель и бытовую технику и технику, предназначенную для выполнения работ на приусадебном участке, а именно: /__/.
Данное имущество осталось на хранении по месту жительства дарителя.
Договор дарения был совершен после вынесения Третейским судом при Автономной некоммерческой организации "Независимая Арбитражная палата" решений о взыскании солидарно с ИП Шнита А.А., Шнит О.В. в пользу ПАО Сбербанк задолженности по кредитному договору /__/ от 14.02.2014 в размере 1178209,60 рублей и по кредитному договору /__/ от 13.10.2014 в размере 3229511,14 рублей, расходов по уплате третейского сбора в размере 31000 рублей и после возбуждения исполнительного производства по взысканию с должников взысканной суммы.
Подаренное имущество является имуществом, на которое могло бы быть обращено взыскание по долгам ИП Шнита А.А., Шнит О.В.
Безвозмездное отчуждение произведено при наличии неисполненного денежного обязательства.
Таким образом, характер сделки, состав участников сделки, фактическое оставление имущества по договору дарения во владении членов семьи должников, а также наличие непогашенных обязательств у ответчика свидетельствуют о мнимости сделки, поскольку действия Шнита А.А. были направлены не на распоряжение принадлежащим ему имуществом, а на его укрытие от обращения на него взыскания в последующем в рамках исполнительных производств, по которым он является должником.
В деле отсутствуют доказательства, подтверждающие, что в момент заключения сделки воля сторон была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих прав и обязанностей.
Сунгурова А.А. не могла не знать о наличии непогашенных денежных обязательствах Шнита А.А., поскольку является его тещей.
Указанный договор дарения отвечает критериям мнимой сделки, поскольку был направлен на вывод имущества, на которое могло быть обращено взыскание по требованию кредитора.
Такие действия ответчиков также отвечают признакам злоупотребления правом, т.к. они были направлены не на добросовестную реализацию ответчиками своих прав по распоряжению принадлежащим им имуществом, а на лишение истца возможности получить удовлетворение по долгам ответчика за счет спорного имущества.
В соответствии со ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.
Согласно разъяснениям, данным в п. 7 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 г. N 35, если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признан судом недействительной (п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ).
При таких обстоятельствах, решение суда является законным и обоснованным, в связи с чем требования ПАО "Сбербанк России" правильно удовлетворены судом.
Доводы апеллянта от отсутствии доказательств мнимости договора дарения противоречат установленным по делу обстоятельствам, а потому отклоняются как необоснованные.
Ссылки апеллянта на то, что требования по неисполненным кредитным договорам обеспечены залогом имущества, на правильность решения суда не влияют, поскольку не исключает удовлетворение заявленного банком иска и не свидетельствуют о действительности договора дарения.
С учетом изложенного решение суда первой инстанции является законным и обоснованным? не подлежащим отмене по доводам апелляционной жалобы.
Руководствуясь п.1 ст.328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Зырянского районного суда Томской области от 20 марта 2020 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Шнита Алексея Александровича - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
