Дата принятия: 04 июля 2019г.
Номер документа: 33-1902/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ТУЛЬСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 4 июля 2019 года Дело N 33-1902/2019
04 июля 2019 года
город Тула
Судебная коллегия по гражданским делам Тульского областного суда в составе:
председательствующего Кургановой И.В.,
судей Копаневой И.Н., Крыловой Э.Ю.,
при секретаре Захаренко О.М.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе Сафронова В.Н. на решение Щекинского районного суда Тульской области от 14 марта 2019 года по иску Сафронова В.Н. к ООО СК "Капитал-Лайф" о признании договора страхования недействительным, взыскании денежных средств, штрафа.
Заслушав доклад судьи Копаневой И.Н., судебная коллегия
установила:
Сафронов В.Н. обратился в суд с иском к ООО СК "Капитал-Лайф" о признании договора страхования недействительным, незаключенным, взыскании денежных средств, штрафа, ссылаясь на то, что 29 декабря 2017 года он обратился в ПАО Национальный банк "ТРАСТ" для заключения договора срочного вклада, где ему пояснили, что есть возможность заключить договор под 8,55% годовых при условии, что он заключит с ответчиком договор страхования жизни. При этом ему было разъяснено, что данный договор предусматривает единовременную уплату 211000 рублей, срок договора 5 лет, но он сможет расторгнуть данный договор в любое время с возвратом всей суммы. 29 декабря 2018 года он подписал договор срочного вклада "Премиальный" <данные изъяты> и дополнительное соглашение к нему, согласно которым от него принимался вклад под 8,55% годовых на 567 дней при условии наличия договора страхования жизни с ООО "СК "Капитал-Лайф". Одновременно с договором срочного вклада он был вынужден подписать последнюю страницу договора страхования жизни, через три месяца ему передали незаверенную копию договора N от 29 декабря 2017 года, по которому устанавливалась страховая премия (страховой взнос) в размере 211000 рублей с периодичностью оплаты страховых взносов раз в год в течение 5 лет. Договор страхования жизни N N от 29 декабря 2017 года подписан им под влиянием заблуждения и обмана, а также с нарушением Закона "О защите прав потребителей". Из договора срочного вклада N и дополнительного соглашения к нему следует, что Банк заключал договор только при условии заключения с ним договора страхования жизни с ООО "СК "Капитал-Лайф" с единовременной страховой премией - 211000 рублей. Договор страхования жизни N подписан в день заключения договора срочного вклада - 29 декабря 2017 года, в этот же день оплачена сумма в размере 211000 рублей. При ознакомлении с договором страхования он с учетом пояснений менеджера сделал вывод, что размер страховой премии (за весь период действия договора) составляет 211000 рублей, но он может уплачиваться равными частями в течение 5 лет. В декабре 2018 года ему стали приходить СМС с требованием произвести оплату страховой премии. При обращении на сайт ответчика в личном кабинете он узнал, что платежи должны производиться каждый год в размере 211000 рублей. В результате он понял, что при заключении договора на вклад в размере <данные изъяты> его фактически заставили заключить договор на страхование жизни на сумму, превышающую сумму вклада. Также он понял, что не может расторгнуть договор, так как ему не будет возвращена уплаченная сумма, и он должен либо остаться без 211000 рублей, либо продолжать платить деньги ответчику, фактически передав ему почти всю сумму вклада, из-за которой он и заключил договор страхования. Он не обладает специальными познаниями в области банковского и страхового дела. Заключение договора страхования на указанный 5-летний срок при одновременном заключении договора банковского вклада сроком на 1 год являлось явно невыгодным для него, поскольку возлагало на него обязанность уплатить страховые взносы страховщику в общей сумме, превышающей размер вклада, при этом в случае размещения суммы в банке под 6% годовых он получил бы более <данные изъяты>, которых в настоящее время он будет лишен. Договор страхования содержит пункты, позволяющие неоднозначное толкование, в частности понятие "страховая премия (страховой взнос)" дано в единственном числе, что позволяет сделать вывод, что данная сумма является окончательной, единовременной. Это же следует из того, что договор предусматривает два варианта оплаты: единовременно и в рассрочку. В момент заключения договора страхования с его (истца) стороны имело место заблуждение относительно природы сделки и её последствий, при этом данное заблуждение было настолько существенным, что он, разумно и объективно оценивая ситуацию и зная о действительном положении дел, данную сделку не совершил бы. Ему не были разъяснены все последствия заключения договора банковского вклада с обязательным условием о заключении договора страхования. Между тем размещение вклада под предложенный банком процент было явно обусловлено заключением им договора страхования исключительно на предложенных банком и страховой компанией условиях и в строго определённой страховой компании. В совокупности условия заключённых сделок в рассматриваемом случае привели не к улучшению его имущественного положения и взаимной выгоде сторон, а к возникновению неблагоприятных для него последствий в виде возложения дополнительных финансовых обязательств. Заключение договора происходило путем подписания им одного экземпляра последней страницы договора, на котором стояла факсимильная подпись и печать ответчика, второй экземпляр договора ему не вручался, и только по прошествии 3 месяцев он смог получить незаверенную копию договора. Отсутствие у него копии договора лишало его возможности оценить его условия в течение первых 14 дней, которые даются законодательством для возможности расторгнуть договор без потери страховой премии. Подписанное им заявление о страховании жизни не может расцениваться как оферта, так как в нем нет "гарантированной выкупной суммы", которая является существенным условием договора страхования жизни. Имеется первая страница договора страхования N, которая им не подписана, что не позволяет сделать вывод, что она ему предоставлялась и была с ним согласована при подписании договоров. Также имеется страница договора со штрих кодом N, то есть им подписан договор N N, доказательств подписания договора N не представлено. О том, что им подписывалось 2 договора - N N - свидетельствует наличие подписанной им "Программы страхования "Капитал", которая является приложением к договору N 100000062120. Из представленных документов следует, что им подписан договор N N от 29 декабря 2017 года, но нет страниц договора с его существенными условиями. Полагает, что договор N не может рассматриваться как заключенный, так как нет доказательств его подписания им. В связи с указанным просил с учетом последующих уточнения признать договор страхования жизни N от 29 декабря 2017 года недействительным, незаключенным, взыскать в его (Сафоронова В.Н.) пользу с ООО "СК "Капитал-Лайф" 211000 рублей и штраф в размере 50% взысканной суммы, в связи с нарушением права потребителя на информацию.
В судебном заседании истец Сафронов В.Н. уточненные исковые требования поддержал, просил суд их удовлетворить.
Представитель ответчика - ООО СК "Капитал-Лайф" в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения страховая компания извещалась надлежащим образом, в представленных письменных возражениях просила в удовлетворении иска Сафронова В.Н. отказать в полном объеме.
Представитель третьего лица - ПАО Национальный Банк "ТРАСТ" в судебное заседание также не явился, о времени и месте его проведения Банк извещался надлежащим образом, в представленных письменных возражениях просил рассмотреть дело в его отсутствие и отказать в удовлетворении иска Сафронова В.Н. в полном объеме.
Исходя из положений ст. 167 ГПК РФ, суд первой инстанции счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Суд решил:
в удовлетворении исковых требований Сафронова В.Н. к ООО СК "Капитал-Лайф" о признании договора страхования недействительным и незаключенным, взыскании денежных средств, штрафа отказать.
В апелляционной жалобе Сафронов В.Н. просит отменить данное решение суда как незаконное и необоснованное и принять по делу новое решение об удовлетворении заявленных истцом требований.
Доводы апелляционной жалобы сводятся к утверждению о нарушении судом первой инстанции норм материального права и неправильной оценке доказательств.
Возражения на апелляционную жалобу не подавались.
В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы.
Проверив материалы дела в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав пояснения Сафронова В.Н., судебная коллегия не усматривает оснований для отмены обжалуемого решения суда.
В соответствии с п. 1 ст. 420 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.
В силу положений ст. ст. 421, 422 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключение договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.
Статьей 432 ГК РФ установлено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Согласно п. 1 ст. 927 ГК РФ страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком). Договор личного страхования является публичным договором (ст. 426).
По договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор (п.1 ст. 934 ГК РФ).
Договор личного страхования считается заключенным в пользу застрахованного лица, если в договоре не названо в качестве выгодоприобретателя другое лицо. В случае смерти лица, застрахованного по договору, в котором не назван иной выгодоприобретатель, выгодоприобретателями признаются наследники застрахованного лица (п. 2 ст. 934 ГК РФ).
В соответствии с п. 1 ст. 4 Закона РФ от 27 ноября 1992 года N 4015-1 (с последующими изменениями и дополнениями) "Об организации страхового дела в Российской Федерации" объектами страхования жизни могут быть имущественные интересы, связанные с дожитием граждан до определенных возраста или срока либо наступлением иных событий в жизни граждан, а также с их смертью (страхование жизни).
В силу положений ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В соответствии с п. 1 ст. 178 ГК РФ совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
Согласно п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
По смыслу положений п. 1 ст. 940 ГК РФ договор страхования недействителен, если не соблюдено требование о его письменной форме.
При этом договор страхования может быть заключен путем составления одного документа (п. 2 ст. 434) либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком. В последнем случае согласие страхователя заключить договор на предложенных страховщиком условиях подтверждается принятием от страховщика указанных в абзаце первом настоящего пункта документов (п. 2 ст. 940 ГК РФ).
Страховщик при заключении договора страхования вправе применять разработанные им или объединением страховщиков стандартные формы договора (страхового полиса) по отдельным видам страхования (п. 3 ст. 940 ГК РФ).
Существенные условия договора личного страхования перечислены в п. 2 ст. 942 ГК РФ, согласно которому при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение: 1) о застрахованном лице; 2) о характере события, на случай наступления которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование (страхового случая); 3) о размере страховой суммы; 4) о сроке действия договора.
В силу положений ст. 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования) (п. 1). Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре (п. 2).
Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, 29 декабря 2017 года между Сафроновым В.Н. и ПАО Национальный банк "Траст" заключены договор срочного вклада "премиальный" N и дополнительное соглашение к нему.
В тот же день между Сафроновым В.Н. и ООО "СК "Капитал-Лайф" на основании Правил страхования жизни, здоровья и трудоспособности в редакции, действующей на дату заключения договора страхования, заключен договор страхования жизни N Программа "Капитал" (далее - договор страхования) со сроком действия с 30 декабря 2017 года до 29 декабря 2022 года.
Страховая премия по данному договору страхования составляет 211000 рублей с периодичностью уплаты раз в год, срок уплаты страховых взносов 5 лет, период уплаты взносов с 30 декабря 2017 года по 29 декабря 2022 года.
По условиям названного договора страхования страховыми случаями являются: дожитие застрахованного лица до срока, установленного договором страхования (Страховой риск - "Дожитие Застрахованного"); смерть застрахованного лица на первом году действия Договора страхования в результате последствий несчастного случая, произошедшего в период действия страхования, за исключением событий, указанных в разделе "события, не являющиеся страховыми случаями" (страховой риск - "Смерть Застрахованного в результате несчастного случая");со второго года действия договора страхования данный риск прекращается; смерть застрахованного лица, начиная со второго года действия Договора страхования, от любой причины, за исключением событий, указанных в разделе "События, не являющиеся страховыми случаями" (страховой риск - "Смерть Застрахованного". Размер страховых сумм по всем страховым случаям - N рублей.
Из текста договора страхования усматривается также, что истец надлежащим образом проинформирован как об условиях договора, так и о его природе, субъектном составе, сумме страховой премии, размере страховой суммы.
Подписав договор страхования, истец подтвердил и то, что он ознакомился и согласился с условиями Программы страхования "Капитал", получил полис, выписку из Правил страхования жизни, здоровья и трудоспособности ("Капитал" - Приложение 1), Таблицу гарантированных выкупных сумм (Приложение 2).
Из заявления о страховании жизни N от 29 декабря 2017 года по программе "Капитал", разработанной на условиях Правил страхования жизни, здоровья и трудоспособности в редакции, действующей на дату заключения договора страхования, каждая страница которого подписана Сафроновым В.Н., следует, что последний обратился в ООО "СК "Капитал-Лайф" с целью страхования жизни. Данное заявление является предложением к заключению договора страхования на условиях Программы страхования "Капитал", с которой он ознакомлен и согласен; срок действия договора с 30 декабря 2017 года до 29 декабря 2022 года, страховая премия составляет 211000 рублей с периодичностью уплаты раз в год, срок уплаты страховых взносов 5 лет, период уплаты взносов с 30 декабря 2017 по 29 декабря 2022 года; взнос по договору уплачивается не позднее 30 декабря каждого полисного года в течение периода уплаты взносов; страхователь (Сафронов В.Н.) заявляет, что вся указанная в настоящем заявлении информация является полной и достоверной и он согласен, что настоящее заявление является составной частью договора.
Судом первой инстанции также установлено, что в тексте договора срочного вклада "Премиальный" N от 29 декабря 2017 года, заключенного между Сафроновым В.Н. и ПАО Национальный банк "ТРАСТ", отсутствуют требования Банка об обязательном заключении с клиентом договора страхования при заключении договора срочного вклада, а в дополнительном соглашении к договору срочного вклада "Премиальный" N от 29 декабря 2017 года имеется ссылка на то, что договор страхования заключен Сафроновым В.Н. добровольно и Банк не является поставщиком услуг по Договору страхования.
Доказательств того, что Сафронову В.Н. отказывали в заключении договора срочного вклада без заключения договора страхования и навязали заключение договора страхования, не представлено.
С заявлением об отказе от договора страхования истец к ответчику не обращался.
Разрешая при установленных обстоятельствах заявленные истцом требования, дав надлежащую правовую оценку представленным сторонами в материалы дела доказательства, суд первой инстанции, руководствуясь вышеприведенными нормами, а также нормами Закона РФ от 07 февраля 1992 года N 2300-1 (с последующими изменениями и дополнениями) "О защите прав потребителей", в частности его п. 6 ст. 13 и ст. 16, обоснованно пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения поддержанных истцом требований.
При этом суд первой инстанции правильно исходил из того, что по приведенным истцом доводам оснований для признания договора страхования незаключенным или недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде возврата в пользу истца страховой премии в полном объеме не имеется, поскольку при заключении договора страхования сторонами были согласованы все существенные условия договора, вся необходимая информация доведена до истца в письменном виде; все существенные условия договора читаемы и подробно указаны в правилах страхования и условиях программы страхования "Капитал", содержание заявления о страховании жизни и договора страхования жизни исключает неоднозначное толкование их положений; собственноручная подпись истца в заявлении о страховании жизни и в договоре страхования подтверждает, что он осознанно и добровольно заключил договор страхования жизни и принял на себя обязательства, в том числе по уплате страховой премии в размере 211000 рублей; истец в случае неприемлемости условий договора страхования не был ограничен в своем волеизъявлении и вправе был не принимать на себя вышеуказанные обязательства, отказаться от них, либо обратиться в течение 14 рабочих дней с заявлением об отказе от договора страхования, однако этого им сделано не было.
Обоснованно суд первой инстанции отклонил и доводы истца о неверном указании на втором листе договора страхования жизни его номера, а также об ошибочном указании номера договора страхования в верхнем правом углу Программы страхования N, правильно указав, что такая неточность в оформлении документов не влияет на права истца и содержание договора, в связи с чем не может являться и основанием для признания договора страхования жизни недействительным.
Апелляционная жалоба Сафронова В.Н. доводов, которые бы позволили усомниться в правильности позиции суда первой инстанции и сделанных им выводов, а, следовательно, и в законности принятого им решения по делу, не содержит.
Довод апелляционной жалобы об отсутствии в договоре страхования условия, предусматривающего возврат страховой премии в случае отказа страхователя от договора страхования в указанный этим правовым актом срок, которое обязательно для договора страхования в силу Указания Центрального Банка РФ от 20 ноября 2015 года N 3854-У, не является основанием для отмены обжалуемого решения суда.
Указание Банка РФ от 20 ноября 2015 года N 3854-У "О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования" (далее - Указание ЦБ РФ) вступило в силу 02 марта 2016 года.
В соответствии с данным Указанием ЦБ РФ все договоры добровольного страхования, заключенные с физическими лицами после вступления в силу Указания ЦБ РФ, должны соответствовать приведенным в данном Указании требованиям, предусматривающим право страхователя - физического лица в течение пяти рабочих дней со дня заключения договора добровольного страхования отказаться от него с возвратом страховой премии в полном объеме, если к моменту отказа от него договор страхования не начал действовать, а если договор начал действовать, то за вычетом суммы страховой премии, пропорциональной времени действия начавшегося договора добровольного страхования.
Согласно положениям п. 1 ст. 16 Закона РФ от 07 февраля 1992 года N 2300-1 (с последующими изменениями и дополнениями) "О защите прав потребителей" (далее - Закон о защите прав потребителей) условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.
В силу п. 76 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (ст. 3, п. 4 и 5 ст. 426 ГК РФ), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей (например, п. 2 ст. 16 Закона РФ от 07 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей", ст. 29 Федерального закона от 02 декабря 1990 года N 395-1 "О банках и банковской деятельности").
Из анализа приведенных положений Указания ЦБ РФ, Закона о защите прав потребителей, вышеприведенных положений ст. 421 ГК РФ и разъяснений Верховного Суда РФ в их взаимосвязи, следует, что при отсутствии в договоре личного страхования условия, предусматривающего возврат страховой премии в случае отказа страхователя от договора страхования в установленный в соответствии с Указаниями ЦБ РФ срок, недействительным в силу ничтожности является не договор страхования в целом, а только его часть, а именно условие, не допускающее предусмотренный Указанием ЦБ РФ возврат платы за участие в Программе страхования в случае отказа заемщика от участия в такой программе.
С учетом положений п. 1 ст. 167 ГК РФ ввиду недействительности условие договора страхования, не допускающее предусмотренный Указанием ЦБ РФ возврат платы за участие в Программе страхования в случае отказа заемщика от участия в такой программе, не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с его недействительностью, и недействительно с момента ее совершения.
Из этого с учетом указанного выше следует, что, несмотря на отсутствие в оспариваемом договоре страхования условия, предусматривающего возврат страховой премии в случае отказа страхователя от договора страхования в установленный в соответствии с Указаниями ЦБ РФ срок, истец вправе был в течение пяти рабочих дней со дня заключения договора добровольного страхования отказаться от него с возвратом страховой премии в полном объеме, если к моменту отказа от него договор страхования не начал действовать, а если договор начал действовать, то за вычетом суммы страховой премии, пропорциональной времени действия начавшегося договора добровольного страхования.
Между тем, как установлено судом первой инстанции, и подтверждено Сафроновым В.Н. в судебном заседании апелляционной инстанции, истец к ответчику с заявлением об отказе от договора добровольного страхования и возврате страховой премии в период действия данного договора ни разу не обращался.
30 декабря 2018 года договор страхования жизни N от 29 декабря 2017 года расторгнут в связи с неуплатой Сафроновым В.Н. страховых взносов в установленный договором срок и в соответствии с Правилами страхования жизни, на условиях которых заключен названный договор.
Не влечет недействительность договора страхования и не свидетельствует о том, что он не заключен, и довод апелляционной жалобы Сафронова В.Н. о недоведении до него полной и достоверной информации об оказываемой услуге (ст. 10 Закона о защите прав потребителей).
В силу п. 1 ст. 12 Закона о защите потребителей, если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков. При отказе от исполнения договора потребитель обязан возвратить товар (результат работы, услуги, если это возможно по их характеру) продавцу (исполнителю).
Как указано выше, в период действия договора страхования истец к ответчику с заявлением об отказе от договора не обращался.
В судебном заседании апелляционной инстанции Сафронов В.Н. пояснил, что при заключении договора страхования жизни сотрудник Банка устно разъяснил ему, что договор страхования может быть расторгнут им в любой момент с возвратом страховой премии, но он не отказывался от договора страхования жизни в период его действия, так как хотел получить повышенные проценты по договору срочного вклада.
При таких обстоятельствах оснований для взыскания с ответчика в пользу истца уплаченной последним при заключении договора страхования страховой премии в размере 211000 рублей, а, следовательно, и штрафа в размере 50% взысканной суммы, не имеется.
Довод апелляционной жалобы о том, что договор страхования был навязан истцу сотрудником Банка, фактически он желал заключить договор банковского вклада, тоже не является основанием для отмены решения суда, поскольку в нарушение ч. 1 ст. 56 ГПК РФ доказательств, подтверждающих данные доводы, ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции не представлено, и при рассмотрении дела судом не установлено.
Доводы апелляционной жалобы о том, что истец был обманут и введен в заблуждение относительно природы сделки, также не могут повлечь отмену обжалуемого решения суда, поскольку доказательств тому, что при заключении договора, истец не имел возможности ознакомиться с его условиями, не представлено, заявление о страховании жизни и договор страхования жизни от 29 декабря 2017 года подписан истцом лично, с Правилами страхования он был ознакомлен и согласен, возраст истца на момент заключения договора составлял 48 лет. Сведений о том, что по состоянию здоровья Сафронов В.Н. мог заблуждаться при заключении договора страхования, в материалах дел не имеется. Не представлены такие сведения и суду апелляционной инстанции.
Иные доводы апелляционной жалобы Сафронова В.Н. аналогичны его доводам, изложенным в иске и уточнениях к нему, эти доводы были предметом проверки суда первой инстанции, который дал им надлежащую правовую оценку.
Оснований не согласиться с оценкой суда первой инстанции, судебной коллегией не установлено.
Всем имеющимся в материалах дела доказательствам судом первой инстанции дана оценка в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, согласно которой никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы; суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Результаты этой оценки в соответствии с ч. 4 ст. 67 и ч. 4 ст. 198 ГПК РФ суд первой инстанции привел в своем решении.
По существу все доводы апелляционной жалобы Сафронова В.Н. основаны на иной, чем у суда первой инстанции, оценке собранных по делу доказательств, установленных обстоятельств и ином толковании норм права самим заявителем жалобы.
Однако иные, чем у суда первой инстанции, оценка доказательств, обстоятельств и толкования закона заявителем жалобы не свидетельствуют о том, что судом первой инстанции вынесено неправомерное решение.
Исходя из всего вышеуказанного и принимая во внимание то, что нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 330 ГПК РФ привели или могли привести к неправильному разрешению дела, судом первой инстанции не допущено, судебная коллегия считает, что оснований для отмены решения Щекинского районного суда Тульской области от 14 марта 2019 года по доводам апелляционной жалобы Сафронова В.Н. не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Щекинского районного суда Тульской области от 14 марта 2019 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу Сафронова В.Н. - без удовлетворения.
Председательствующий
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
