Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики от 10 июня 2020 года №33-1869/2020

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 10 июня 2020 года Дело N 33-1869/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе:
председательствующего судьи Комиссаровой Л. К.,
судей Нестеровой Л. В., Димитриевой Л. В.,
при секретаре Львовой Е. В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Александровой Л. В. к акционерному обществу " Российский Сельскохозяйственный банк" и др. о взыскании суммы страховой премии и др., поступившее по апелляционной жалобе представителя Александровой Л. В.- Адушкиной А. Г. на решение Московского районного суда г. Чебоксары Чувашской Республики от 3 марта 2020 года.
Заслушав доклад судьи Нестеровой Л. В., выслушав объяснения представителя акционерного общества " Российский Сельскохозяйственный банк"- Афанасьевой Е. В., возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия
установила:
Александрова Л. В. обратилась в суд с иском с учетом уточнения к акционерному обществу " Российский Сельскохозяйственный банк" (далее также- Банк), акционерному обществу " Страховая компания " РСХБ- Страхование" ( далее также- Страховая компания), в котором просила признать недействительным п. 5 заявления от 28 июня 2019 года, оформленного ею ( истцом) для присоединения к Программе коллективного страхования заемщиков/ созаемщиков в рамках кредитных продуктов, разработанных для пенсионеров, от несчастных случаев и болезней;
взыскать с Банка денежную сумму, уплаченную за услуги, в размере 34347 рублей 13 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 23 июля 2019 года по 31 октября 2019 года в размере 676 рублей 13 коп., и далее, начиная с 1 ноября 2019 года по день фактической уплаты денежной суммы, исходя из ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя;
взыскать со Страховой компании сумму страховой премии в размере 19075 рублей 21 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 23 июля 2019 года по 31 октября 2019 года в размере 375 рублей 49 коп., и далее, начиная с 1 ноября 2019 года по день фактической уплаты денежной суммы, исходя из ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.
Требования мотивировала тем, что на основании договора от 28 июня 2019 года Банк- кредитор предоставил ей ( истцу)- заемщику кредит. Одновременно кредитор отобрал от нее ( заемщика) заявление о присоединении к Программе коллективного страхования заемщиков/ созаемщиков в рамках кредитных продуктов, разработанных для пенсионеров, от несчастных случаев и болезней. За такое подключение она ( Александрова Л. В.) заплатила Банку 53422 рубля 34 коп., из которых 34347 рублей 13 коп. является вознаграждением Банка, а 19075 рублей 21 коп.- компенсацией расходов данного ответчика на оплату суммы страховой премии Страховой компании.
Однако 5 июля 2019 года от участия в программе страхования она ( истец) отказалась, о чем уведомила ответчиков, и в связи с этим просила возвратить денежные суммы, уплаченные ею при присоединении к этой программе. Но данные требования, полученные ответчиками 12 июля 2019 года, остались без удовлетворения.
Между тем она ( Александрова Л. В.) в спорных правоотношениях является страхователем, и в силу прямого указания закона вправе отказаться от договора страхования в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных расходов, в том числе при таком отказе в течение 14 календарных дней со дня его заключения сумма страховой премии подлежит возвращению. А условие договора, ограничивающее данное право, предусмотренное в п. 5 заявления, является недействительным условием сделки.
При изложенных обстоятельствах денежные суммы, указанные в иске, включая компенсацию морального вреда, причиненного необоснованным отказом от возвращения денежной суммы, уплаченной по договору, проценты за нарушение срока возвращения денежных сумм, подлежат взысканию в судебном порядке.
Александрова Л. В., представители Банка, Страховой компании в судебное заседание не явились.
Но в письменных объяснениях представители ответчиков требования не признали ввиду их необоснованности, а представитель Банка также ссылался на несоразмерность штрафа последствиям нарушения обязательства.
Судом принято указанное решение, которым постановлено в удовлетворении исковых требований Александровой Л. В. к Банку о признании недействительным п. 5 заявления от 28 июня 2019 года на присоединение к Программе коллективного страхования заемщиков/ созаемщиков в рамках кредитных продуктов, разработанных для пенсионеров, от несчастных случаев и болезней, взыскании денежной суммы, уплаченной за услуги, в размере 34347 рублей 13 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 23 июля 2019 года по 31 октября 2019 года в размере 676 рублей 13 коп., и далее, начиная с 1 ноября 2019 года по день фактической уплаты денежной суммы, исходя из ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, компенсации морального вреда в размере 5000 рублей, штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя отказать.
Взыскать со Страховой компании в пользу Александровой Л. В. сумму страховой премии в размере 19075 рублей 21 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 23 июля 2019 года по 31 октября 2019 года в размере 375 рублей 49 коп., и далее, начиная с 1 ноября 2019 года по день фактической уплаты денежной суммы, исходя из ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, компенсацию морального вреда в размере 1000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 10225 рублей 35 коп.
В удовлетворении исковых требований Александровой Л. В. к Страховой компании о взыскании компенсации морального вреда в размере 4000 рублей отказать.
Взыскать со Страховой компании в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1078 рублей 03 коп.
Это решение обжаловано представителем истца, который просит его изменить в части отказа в удовлетворении требований, предъявленных к Банку, но, по сути, он ставит вопрос об отмене данного судебного постановления в этой части ввиду его незаконности и необоснованности.
В частности представитель ссылается на то, что по спорным правоотношениям районный суд первоначально принял заочное решение, которым требования, предъявленные к Банку, удовлетворил в полном объеме. Впоследствии данное заочное решение незаконно отменил, расценив по своему усмотрению апелляционную жалобу этого ответчика, поданную по истечении срока, предусмотренного для подачи заявления об отмене заочного решения, заявлением об отмене заочного решения. При этом его ( представителя истца) о времени и месте рассмотрения указанного обращения Банка не известил.
Что касается обжалованного решения, то, отказывая в удовлетворении требований, предъявленных к Банку, суд первой инстанции не учел, что в силу прямого указания закона потребитель вправе в любое время отказаться от договора возмездного оказания услуг и от договора страхования. В таком случае денежная сумма, внесенная по договору, подлежит возврату, а условие договора страхования, ограничивающее данное право, является ничтожным, поскольку не соответствует акту, содержащему нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров.
Изучив дело, рассмотрев его в пределах доводов апелляционной жалобы и поступивших относительно них письменных возражений Банка, обсудив эти доводы, признав возможным рассмотрение дела в отсутствие остальных лиц, участвующих в деле, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Разрешая спор, возникший между истцом и Банком, суд первой инстанции, помимо прочего исходил из того, что возмездная услуга по страхованию является самостоятельной по отношению к кредитованию, в связи с чем взимание платы с истца за подключение к программе страхования в размере, добровольно согласованном сторонами, требованиям действующего законодательства не противоречит.
При этом факт перечисления суммы страховой премии и оплаты комиссии ответчики не оспаривают, что свидетельствует об оказании Банком указанной услуги, а признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости доказывания данных обстоятельств.
Что касается компенсации морального вреда, то по данному требованию районный суд пришел к противоречивым выводам. Так, в мотивировочной части решения указал, что с каждого из ответчиков ее следует взыскать в размере 1000 рублей, а в резолютивной- что в удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда с Банка необходимо отказать.
Отказывая в удовлетворении требований, предъявленных к Банку, по указанным основаниям, районный суд не учел следующее.
Как видно из настоящего дела, 28 июня 2019 года Банк- кредитор и Александрова Л. В.- заемщик подписали соглашение N ..., по условиям которого кредитор предоставил заемщику кредит, а заемщик взял на себя обязательства возвратить сумму кредита и выплатить проценты за пользование данной суммой, в случае просрочки платежа- соответствующую неустойку.
В этот же день Александрова Л. В. обратилась с заявлением о присоединении к Программе коллективного страхования заемщиков/ созаемщиков в рамках кредитных продуктов, разработанных для пенсионеров, от несчастных случаев и болезней ( Программа страхования N 5), в котором выразила свое согласие быть застрахованной по договору коллективного страхования, заключенному между Банком и Страховой компанией.
В данном заявлении указывается, что величина страховой платы, которую заемщик обязан единовременно уплатить Банку, составляет 53422 рубля 34 коп., и включает в себя вознаграждение Банка за сбор, обработку и техническую передачу информации о заемщике, связанную с распространением на него условий договора страхования, а также компенсацию расходов Банка на оплату страховой премии страховщику.
При этом в п. 5 заявления оговаривается, что действие договора страхования в отношении нее ( Александровой Л. В.) может быть прекращено досрочно по ее желанию, что в соответствии со ст. 958 Гражданского кодекса Российской Федерации ( далее- ГК РФ) и условиями договора страхования возврат страховой платы или ее части в случае досрочного прекращения договора страхования не производится, о чем она ( заемщик) осведомлена.
Те обстоятельства, что заемщик согласен на страхование по указанному договору коллективного страхования на условиях программы страхования, что плата за сбор, обработку и техническую передачу информации о заемщике, связанную с распространением на него программы страхования, составляет 34347 рублей 13 коп., следуют и из соглашения N ... от 28 июня 2019 года.
Согласно ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
Если эти правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.
Таким образом, из соглашения N ... от 28 июня 2019 года, заявления Александровой Л. В. от 28 июня 2019 года, условия которых подлежат толкованию по правилам ст. 431 ГК РФ, следует, что 34347 рублей 13 коп. причитаются Банку за оказание определенных услуг ( за сбор, обработку и техническую передачу информации о заемщике, связанную с распространением на него условий договора страхования), а остальная сумма в размере 19075 рублей 21 коп,, по сути, является суммой страховой премии, которую заемщик должен заплатить по договору страхования, заключенному между Страховой компанией и ею ( истцом).
Следовательно, между Банком и истцом сложились отношения, вытекающие из договора возмездного оказания услуг, поскольку в соответствии с п. 1 ст. 779 ГК РФ именно по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги ( совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.
28 июня 2019 года на основании заявления истца со счета, открытого на имя последнего, за присоединение Александровой Л. В. к программе коллективного страхования по кредитному договору N ... от 28 июня 2019 года Банк списал 53422 рубля 34 коп., включающие в себя вознаграждение Банка в размере 34347 рублей 13 коп., сумму страховой премии в размере 19075 рублей 21 коп., причитающуюся Страховой компании.
По смыслу п. 1 ст. 310, п. 4 ст. 450, п. 1, 2, 4 ст. 450. 1 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами.
При этом право на односторонний отказ от договора ( исполнения договора), предоставленное стороне законами, иными правовыми актами или договором, может быть осуществлено ею ( управомоченной стороной) путем уведомления другой стороны об отказе от договора ( исполнения договора). В этом случае договор прекращается с момента получения уведомления, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором.
В случае одностороннего отказа от договора ( исполнения договора) полностью, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым.
В частности заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг в одностороннем порядке в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору ( п. 1 ст. 782 ГК РФ, ст. 32 Закона Российской Федерации от 7 февраля 2012 года N 2300- 1 " О защите прав потребителей" ( далее- Закон)).
5 июля 2019 года своими правами, указанными выше, Александрова Л. В. воспользовалась и направила Банку по почте письменное заявление, в котором просила возвратить деньги, уплаченные за присоединение к программе страхования. Это письмо Банк получил 12 июля 2019 года, но оставил без ответа и удовлетворения.
Изложенное свидетельствует о том, что исходя из вышеуказанных положений закона договор возмездного оказания услуг, совершенный Банком и истцом, считается расторгнутым с 12 июля 2019 года, в связи с чем Александрова Л. В. должна оплатить данному ответчику только расходы, связанные с исполнением обязательств по договору, фактически понесенные последним до 12 июля 2019 года.
При этом наличие реальных расходов, понесенных в связи с совершением действий по страхованию интересов истца, включая перечисление суммы страховой премии Страховой компании, до отказа истца от договоров возмездного оказания услуг и страхования, в соответствии с положениями ч. 1 ст. 56, ч. 1 ст. 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ( далее- ГПК РФ) должен доказывать Банк.
В обоснование того, что Банк перечислил деньги страховщику, районный суд сослался на мемориальные ордера N ... от 28 июня 2019 года, N ... от 28 июня 2019 года, из которых усматривается, что 5724 рубля 52 коп. по первому документу составляют налог на добавленную стоимость с комиссии за присоединение истца к программе коллективного страхования, а 28622 рубля 61 коп. по второму документу- комиссию за присоединение истца к программе коллективного страхования по кредитному договору N ... от 28 июня 2019 года. Между тем эти денежные суммы ( всего 34347 рублей 13 коп.) фактически являются вознаграждением Банка за услуги, перечисленные выше, а не суммой страховой премии, причитающейся Страховой компании.
Кроме того, в настоящем деле имеется мемориальный ордер N ... от 28 июня 2019 года, в котором отражены сведения о том, что 19075 рублей 21 коп. составляют сумму страховой премии по кредитному договору N ... от 28 июня 2019 года и относятся к обязательствам Банка перед Страховой компанией.
Однако мемориальный ордер, как следует из п. 1, 2 Указания Центрального банка Российской Федерации от 29 декабря 2008 года N 2161- У " О порядке составления и оформления мемориального ордера", составляется для оформления бухгалтерских записей в случаях, когда форма первичного учетного документа, на основании которого осуществляется бухгалтерская запись, не содержит реквизитов ( полей) для указания счетов, по дебету и кредиту которых совершаются бухгалтерские записи.
Использование мемориального ордера в качестве расчетного документа не допускается.
В мемориальном ордере указываются данные первичных учетных документов, оформленных на бумажном носителе или в электронном виде.
Без первичного учетного документа составляются мемориальные ордера для осуществления бухгалтерской записи по переносу остатков с одного лицевого счета на соответствующий ему парный лицевой счет, а также для исправления бухгалтерских записей ( мемориальный исправительный ордер).
Следовательно, мемориальный ордер не является доказательством, подтверждающим факт перечисления 28 июня 2019 года денег Страховой компании.
В материалах настоящего дела также имеется выписка из Бордеро за период с 1 июня 2019 года по 30 июня 2019 года, представленная ответчиками в подтверждение своих доводов, в которой указывается, что истец включен в число застрахованных лиц с 28 июня 2019 года.
Между тем из договора коллективного страхования N ... от 26 декабря 2014 года, подписанного Страховой компанией, поименованной страховщиком, и Банком, поименованным страхователем, видно, что первоначально Банк ежемесячно, но не позднее десяти первых рабочих дней месяца, следующего за отчетным, в электронном виде представляет страховщику Бордеро. Страховщик, в свою очередь, не позднее пятнадцати первых рабочих дней месяца, следующего за отчетным, направляет Банку дополнительное соглашение, в котором указывает размер страховой премии, подлежащей уплате за отчетный месяц.
В срок не позднее тридцати рабочих дней после получения от страховщика дополнительных соглашений Банк перечисляет Страховой компании страховую премию в соответствии с Бордеро в отношении каждого застрахованного лица, включенных в Бордеро за истекший месяц. Днем уплаты страховой премии является день ее зачисления на расчетный счет страховщика, указанный в договоре.
Таким образом, указанные мемориальные ордера и выписка из Бордеро, а иные доказательства Банк не представил, доказательствами, с достаточностью и достоверностью подтверждающими факт оказания им ( Банком) услуг по договору, совершенному между ним ( Банком) и Александровой Л. В., до обращения последней с заявлением об отказе от страхования, не являются.
Что касается п. 5 заявления от 28 июня 2019 года, то согласно п. 4 ст. 421, п. 1 ст. 422 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. А именно договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами ( императивным нормам), действующим в момент его заключения.
В то же время в случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное ( диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.
Соответственно, законодатель предусмотрел, что за исключением случаев, предусмотренных п. 2 ст. 168 ГК РФ или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки ( п. 1 ст. 168 ГК РФ).
Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки ( п. 2 ст. 168 ГК РФ).
По смыслу данных норм, ст. 180 ГК РФ, разъяснений, содержащихся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 " О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", от 22 ноября 2016 года N 54 " О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", правовых позиций, изложенных в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 ( 2016), утвержденном 20 декабря 2016 года Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, если право на получение денежных средств, уплаченных по договору, от которого сторона сделки отказалась в одностороннем порядке, предоставлено этой стороне императивными нормами, то включение в договор условия, не позволяющего это сделать, является ничтожным условием договора, поскольку оно противоречит существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.
Как указывалось, по спорным правоотношениям страховая плата в размере 53422 рублей 34 коп. состоит из вознаграждения Банка в размере 34347 рублей 13 коп. и суммы страховой премии в размере 19075 рублей 21 коп., оплачиваемой заемщиком Страховой компании.
А п. 5 заявления от 28 июня 2019 года помимо прочего предусматривает, что условиями договора страхования возврат страховой платы или ее части в случае досрочного прекращения договора страхования не производится.
Между тем в силу прямого указания закона ( п. 1 ст. 782 ГК РФ, ст. 32 Закона) заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.
Что касается страхования, то согласно абз. 3 п. 3 ст. 3 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года N 4015- 1 " Об организации страхового дела в Российской Федерации", ст. 4 Федерального закона от 10 июля 2002 года N 86- ФЗ " О Центральном банке Российской Федерации ( Банке России)" Банк России вправе определять в своих нормативных актах минимальные ( стандартные) требования к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования.
На основании данных положений Центральный банк Российской Федерации принял Указание от 20 ноября 2015 года N 3854- У " О минимальных ( стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования" ( далее- Указание), вступившее в силу со 2 марта 2016 года.
Это Указание устанавливает минимальные ( стандартные) требования к условиям и порядку осуществления страхования в отношении страхователей- физических лиц, в том числе страхования жизни на случай смерти, дожития до определенного возраста или срока либо наступления иного события; страхования от несчастных случаев и болезней.
При осуществлении добровольного страхования ( за исключением случаев осуществления добровольного страхования, предусмотренных п. 4 Указания) страховщик должен предусмотреть условие о возврате страхователю уплаченной страховой премии в порядке, установленном Указанием, в случае отказа страхователя от договора добровольного страхования, начиная с 1 января 2018 года, в течение четырнадцати календарных дней со дня его заключения независимо от момента уплаты страховой премии, при отсутствии в данном периоде событий, имеющих признаки страхового случая ( п. 1 Указания).
Страховщик при осуществлении добровольного страхования должен предусмотреть, что в случае если страхователь отказался от договора добровольного страхования в срок, установленный п. 1 Указания, и до даты возникновения обязательств страховщика по заключенному договору страхования ( далее - дата начала действия страхования), уплаченная страховая премия подлежит возврату страховщиком страхователю в полном объеме ( п. 5 Указания).
Страховщик при осуществлении добровольного страхования должен предусмотреть, что в случае если страхователь отказался от договора добровольного страхования в срок, установленный п. 1 Указания, но после даты начала действия страхования, страховщик при возврате уплаченной страховой премии страхователю вправе удержать ее часть пропорционально сроку действия договора страхования, прошедшему с даты начала действия страхования до даты прекращения действия договора добровольного страхования ( п. 6 Указания).
Страховщик при осуществлении добровольного страхования должен предусмотреть условие о том, что договор добровольного страхования считается прекратившим свое действие с даты получения страховщиком письменного заявления страхователя об отказе от договора добровольного страхования или иной даты, установленной по соглашению сторон, но не позднее срока, определенного в соответствии с п. 1 Указания ( п. 7 Указания).
Страховщик при осуществлении добровольного страхования должен предусмотреть условие о возврате страхователю страховой премии по выбору страхователя наличными деньгами или в безналичном порядке в срок, не превышающий 10 рабочих дней со дня получения письменного заявления страхователя об отказе от договора добровольного страхования ( п. 8 Указания).
Страховщики обязаны привести свою деятельность по вновь заключаемым договорам добровольного страхования в соответствии с требованиями Указания в течение 90 дней со дня вступления его в силу ( п. 10 Указания).
Таким образом, все договоры добровольного страхования, заключенные с физическими лицами после вступления в силу Указания, должны соответствовать приведенным выше требованиям, предусматривающим право страхователя- физического лица в течение определенного срока ( с 1 января 2018 года в течение четырнадцати календарных дней со дня заключения договора добровольного страхования) отказаться от него с возвратом страховой премии в полном объеме, если к моменту отказа от него договор страхования не начал действовать, а если договор начал действовать, то за вычетом суммы страховой премии, пропорциональной времени действия начавшегося договора добровольного страхования.
С учетом изложенного условие договора, содержащееся в п. 5 заявления от 28 июня 2019 года, о том, что в случае досрочного прекращения договора страхования возврат страховой платы или ее части не производится, является ничтожным, т. к. нарушает императивные нормы, предоставляющие потребителю право в любое время отказаться от исполнения договора об оказании услуги, а также в течение срока, установленного законом, отказаться от договора страхования и получить денежные суммы, уплаченные по данным сделкам, в соответствующих размерах.
Соответственно, требование Александровой Л. В. о признании недействительным п. 5 заявления, в части, предусматривающей отказ в возврате страховой платы или ее части в случае досрочного прекращения договора страхования подлежит удовлетворению. В то же время для признания недействительным остальных условий, изложенных в данном пункте заявления, оснований нет.
При таких обстоятельствах с Банка в пользу истца следует взыскать 34347 рублей 13 коп., уплаченные последним по договору возмездного оказания услуг.
Александрова Л. В. также просит взыскать с Банка проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 23 июля 2019 года по 31 октября 2019 года в размере 676 рублей 13 коп., и далее, начиная с 1 ноября 2019 года по день фактической уплаты денежной суммы, исходя из ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации.
В силу п. 2 ст. 314 ГК РФ в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условия, позволяющие определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, обязательство должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не предусмотрена законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не вытекает из обычаев либо существа обязательства.
Применительно к спорной ситуации, т. к. иные сроки не установлены ни другими нормами гражданского законодательства, регулирующими спорные правоотношения, ни указанным договором, данные положения означают, что Банк должен был выплатить Александровой Л. В. денежную сумму в размере 34347 рублей 13 коп. не позднее семи дней со дня предъявления соответствующего требования, т. е. не позднее 19 июля 2019 года.
Согласно п. 1, 3 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.
Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.
По смыслу данных норм, разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года N 7 " О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам ст. 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства. При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.
Расчет процентов, начисляемых после вынесения решения, осуществляется в процессе его исполнения судебным приставом- исполнителем, а в случаях, установленных законом,- иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами.
Вместе с тем в соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, и может выйти за пределы заявленных требований только в случаях, предусмотренных федеральным законом.
Поскольку по спорной категории дела выйти за пределы заявленных требований суд не может, то с учетом этой нормы гражданского процессуального закона указанные проценты в соответствии с заявленными требованиями могут быть взысканы только за период с 23 июля 2019 года по день фактической уплаты денежной суммы.
Ключевая ставка, установленная Центральным банком Российской Федерации, за период с 23 июля 2019 года по 28 июля 2019 года ( 6 дней) составляет 7, 5 % годовых, с 29 июля 2019 года по 8 сентября 2019 года ( 42 дня)- 7, 25 % годовых, с 9 сентября 2019 года по 27 октября 2019 года ( 49 дней)- 7 % годовых, с 28 октября 2019 года по 15 декабря 2019 года ( 49 дней)- 6, 5 % годовых, с 16 декабря 2019 года по 9 февраля 2020 года ( 56 дней)- 6, 25 % годовых, с 10 февраля 2020 года по 26 апреля 2020 года ( 77 дней)- 6 % годовых, с 27 апреля 2020 года по 10 июня 2020 года ( 45 дней)- 5, 5 % годовых.
Соответственно, исходя из того, что Банк не возвратил денежную сумму в размере 34347 рублей 13 коп., за период с 23 июля 2019 года по 10 июня 2020 года с Банка в пользу Александровой Л. В. необходимо взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 1945 рублей 91 коп. по следующему расчету:
за период с 23 июля 2019 года по 28 июля 2019 года в размере 42 рублей 35 коп. ((( 34347, 13 руб. х 7, 5 %): 365 дн.)х 6 дн.);
за период с 29 июля 2019 года по 8 сентября 2019 года в размере 286 рублей 54 коп. ((( 34347, 13 руб. х 7, 25 %): 365 дн.)х 42 дн.);
за период с 9 сентября 2019 года по 27 октября 2019 года в размере 322 рублей 77 коп. ((( 34347, 13 руб. х 7 %): 365 дн.)х 49 дн.);
за период с 28 октября 2019 года по 15 декабря 2019 года в размере 299 рублей 71 коп. ((( 34347, 13 руб. х 6, 5 %): 365 дн.)х 49 дн.);
за период с 16 декабря 2019 года по 9 февраля 2020 года в размере 328 рублей 71 коп. ((( 34347, 13 руб. х 6, 25 %): 365 дн. и, начиная с 1 января 2020 года, на 366 дн.)х 56 дн.);
за период с 10 февраля 2020 года по 26 апреля 2020 года в размере 433 рублей 56 коп. ((( 34347, 13 руб. х 6 %): 366 дн.)х 77 дн.);
за период с 27 апреля 2020 года по 10 июня 2020 года в размере 232 рублей 27 коп. ((( 34347, 13 руб. х 5, 5 %): 366 дн.)х 45 дн.).
А далее, начиная с 11 июня 2020 года по день уплаты суммы денежного долга, данные проценты подлежат взысканию в размере ключевой ставки, установленной Центральным банком Российской Федерации, в соответствующие периоды.
По смыслу ст. 151, п. 2 ст. 1101 ГК РФ, ст. 15 Закона моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения, в том числе исполнителем, прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда, и иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
При этом при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя ( п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 " О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей").
По спорным правоотношениям законные требования Александровой Л. В., являющейся потребителем, о возврате денежной суммы, уплаченной за услуги, Банк своевременно не исполнил. Тем самым нарушил ее права, причинив ей в связи с этим нравственные страдания, что является достаточным условием для удовлетворения иска о взыскании компенсации морального вреда.
Приняв во внимание положения вышеуказанных правовых норм и обстоятельства настоящего дела ( характер и степень нравственных страданий, испытанных Александровой Л. В. в связи с действиями Банка, степень вины последнего), требования разумности и справедливости, суд апелляционной инстанции взыскивает с Банка в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.
В силу п. 6 ст. 13 Закона при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с исполнителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
В силу п. 1 ст. 329, п. 1 ст. 330, п. 1 ст. 333 ГК РФ неустойкой, которой может обеспечиваться исполнение обязательств, признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.
Если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, то суд вправе ее уменьшить. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.
Таким образом, из данных положений и разъяснений, содержащихся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 " О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", от 24 марта 2016 года N 7 " О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", следует, что штраф, предусмотренный п. 6 ст. 13 Закона, имеет гражданско- правовую природу и по своей сути является мерой ответственности, предусмотренной законом за ненадлежащее исполнение обязательств, т. е. является формой неустойки, установленной законом.
Гражданское законодательство, предусматривая неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательства и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, предписывает устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба. А право ее снижения предоставлено суду в целях устранения явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательств, в целях защиты прав и законных интересов участников гражданских правоотношений.
При этом правила о снижении размера неустойки на основании ст. 333 ГК РФ применяются также в случаях, когда неустойка определена законом, в связи с чем возможно уменьшение и штрафа, предусмотренного п. 6 ст. 13 Закона.
Оценив имеющиеся доказательства в их совокупности, в том числе письменные объяснения представителя Банка об уменьшении штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, приняв во внимание характер и объем нарушенного обязательства, степень выполнения ответчиком своего обязательства и его поведение, компенсационный характер штрафа, который не должен приводить к получению кредитором необоснованной выгоды, к извлечению сторонами преимуществ из своего незаконного поведения, а также к ситуации, когда неправомерное поведение становится более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования, требования разумности и справедливости, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что для уменьшения штрафа по правилам п. 1 ст. 333 ГК РФ оснований не имеется.
С учетом изложенного с Банка в пользу Александровой Л. В. подлежит взысканию штраф в размере 20646 рублей 52 коп. ((( 34347, 13 руб.+ 1945, 91 руб.+ 5000 руб.)х 50 %).
В соответствии с положениями ч. 1 ст. 103, ч. 4 ст. 329 ГПК РФ, подп. 1 и 3 п. 1 ст. 333. 19 Налогового кодекса Российской Федерации с Банка в доход местного бюджета следует взыскать и государственную пошлину в размере 2038 рублей 79 коп., включая государственную пошлину за требование имущественного характера в размере 1288 рублей 79 коп. (((( 34347, 13 руб.+ 1945, 91 руб.)- 20000 руб.)х 3 %)+ 800 руб.), за требования неимущественного характера в размере 600 рублей, за апелляционную жалобу, при подаче которой истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, в размере 150 рублей.
Кроме того, при рассмотрении иска, предъявленного к Банку, районный суд допустил существенные нарушения норм гражданского процессуального права, которые впоследствии привели к принятию неправильного решения в отношении данного ответчика.
Согласно ч. 1, 3 ст. 331 ГПК РФ определения суда первой инстанции могут быть обжалованы в суд апелляционной инстанции отдельно от решения суда сторонами и другими лицами, участвующими в деле ( частная жалоба) в случае, если: 1) это предусмотрено ГПК РФ;
2) определение суда исключает возможность дальнейшего движения дела.
На остальные определения суда первой инстанции частные жалобы не подаются, но возражения относительно них могут быть включены в апелляционную жалобу.
Так, по спорным правоотношениям Московский районный суд г. Чебоксары Чувашской Республики действительно первоначально принял заочное решение от 26 ноября 2019 года, которым в том числе удовлетворил и вышеуказанные требования, предъявленные Александровой Л. В. к Банку.
20 декабря 2020 года Банк подал на это решение апелляционную жалобу, которую судья районного суда, первоначально расценив ее именно таким процессуальным документом, оставил без движения ввиду отсутствия сведений об отправлении ее копии иным лицам, участвующим в деле, о чем вынес определение от 24 декабря 2019 года.
Впоследствии это же обращение Банка судья суда первой инстанции по собственной инициативе отнес к заявлению об отмене заочного решения, тогда как и по форме, и по содержанию оно таковым не являлось: указанную апелляционную жалобу Банк адресовал суду апелляционной инстанции, при ее подаче оплатил государственную пошлину, свои требования сформулировал исходя из полномочий, предоставленных законом суду апелляционной инстанции. К тому же данная жалоба подана по истечении семи дней со дня получения копии заочного решения Банком, тогда как заявление об отмене заочного решения подается до истечения упомянутого срока ( ч. 1 ст. 237 ГПК РФ).
Определением Московского районного суда г. Чебоксары Чувашской Республики от 31 января 2020 года заочное решение от 26 ноября 2019 года отменено с мотивировкой, что представитель Банка в судебном заседании, состоявшемся 26 ноября 2019 года не участвовал, но о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом; что копию этого решения Банка получил 2 декабря 2019 года, но его представитель ссылается на обстоятельства, которые могут повлиять на решение по существу.
Между тем в силу ст. 242 ГПК РФ заочное решение суда подлежит отмене при наличии совокупности определенных условий, а именно, если суд установит, что неявка ответчика в судебное заседание была вызвана уважительными причинами, о которых он не имел возможности своевременно сообщить суду, и при этом ответчик ссылается на обстоятельства и представляет доказательства, которые могут повлиять на содержание решения суда.
Однако в настоящем деле имеется письменное заявление представителя Банка, в котором он просит рассмотреть дело, назначенное на 26 ноября 2019 года, в отсутствие представителя данного ответчика. При этом Банк ни в апелляционной жалобе, ни впоследствии на наличие новых доказательств, которые могут повлиять на содержание решения суда, не ссылался. В деле отсутствуют сведения и о получении Александровой Л. В. судебного извещения о том, что 31 января 2020 года будет рассматриваться вопрос об отмене заочного решения от 26 ноября 2019 года.
При изложенных обстоятельствах решение в части, в которой Александровой Л. В. отказано в удовлетворении требований о признании недействительным п. 5 заявления, о взыскании с Банка денежных сумм, требованиям законности и обоснованности не отвечает, в связи с чем суд апелляционной инстанции его отменяет и принимает по делу в указанной части новое решение, которым требования Александровой Л. В. в части, изложенной выше, удовлетворяет.
Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Московского районного суда г. Чебоксары Чувашской Республики от 3 марта 2020 года в части отказа в удовлетворении требований о признании недействительным п. 5 заявления от 28 июня 2019 года, о взыскании денежных сумм с акционерного общества " Российский Сельскохозяйственный банк" отменить и в указанной части по делу принять новое решение, которым признать недействительным п. 5 заявления от 28 июня 2019 года, оформленного Александровой Л. В. для присоединения к Программе коллективного страхования заемщиков/ созаемщиков в рамках кредитных продуктов, разработанных для пенсионеров, от несчастных случаев и болезней, в части, предусматривающей отказ в возврате страховой платы или ее части в случае досрочного прекращения договора страхования.
В признании недействительным п. 5 заявления от 28 июня 2019 года, оформленного Александровой Л. В. для присоединения к Программе коллективного страхования заемщиков/ созаемщиков в рамках кредитных продуктов, разработанных для пенсионеров, от несчастных случаев и болезней, в остальной части Александровой Л. В. отказать.
Взыскать с акционерного общества " Российский Сельскохозяйственный банк" в пользу Александровой Л. В. денежную сумму, уплаченную за услуги, в размере 34347 рублей 13 коп. ( тридцати четырех тысяч трехсот сорока семи рублей 13 коп.), проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 23 июля 2019 года по 10 июня 2020 года в размере 1945 рублей 91 коп. ( одной тысячи девятисот сорока пяти рублей 91 коп.), и далее, начиная с 11 июня 2020 года по день уплаты суммы денежного долга, исходя из ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, установленной в соответствующие периоды, компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей ( пяти тысяч рублей), штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 20646 рублей 52 коп. ( двадцати тысяч шестисот сорока шести рублей 52 коп.).
Взыскать с акционерного общества " Российский Сельскохозяйственный банк" в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 2038 рублей 79 коп. ( двух тысяч тридцати восьми рублей 79 коп.).
Председательствующий
Судьи


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка