Дата принятия: 08 августа 2018г.
Номер документа: 33-1843/2018
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ НОВГОРОДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 8 августа 2018 года Дело N 33-1843/2018
08 августа 2018 года Великий Новгород
Судебная коллегия по гражданским делам Новгородского областного суда в составе:
председательствующего Хухры Н.В.,
судей Смирновой Л.Н., Котихиной А.В.,
при секретаре Королевой А.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Котихиной А.В. апелляционную жалобу Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации на решение Новгородского районного суда Новгородской области от 24 мая 2018 года по иску Шагиева Д.А. к Министерству Финансов Российской Федерации и Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,
установила:
Шагиев Д.А. обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ и Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации (далее также ФСИН России) о взыскании компенсации морального вреда в размере 500000 руб. В обоснование заявленных требований указал, что с <...>г. по <...> содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Новгородской области (далее также Учреждение или СИЗО-1). В период содержания под стражей были существенно нарушены его права, а именно, площадь камер не соответствовала количеству содержавшихся в них лиц, камеры находились в антисанитарном состоянии, отсутствовали розетки, сантехнические удобства и горячая вода, освещение было тусклым, а влажность высокой, отсутствовала вентиляция, совместно содержались больные туберкулезной инфекцией и ВИЧ-инфицированные, площадь прогулочного двора составляла менее установленной нормы.
Решением Новгородского районного суда Новгородской области от 24 мая 2018г. иск Шагиева Д.А. удовлетворен частично, с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации в пользу Шагиева Д.А. взыскана компенсация морального вреда в размере 500 руб. В удовлетворении исковых требований в остальной части отказано.
Не соглашаясь с принятым по делу судебным актом, представитель ФСИН России в апелляционной жалобе просит его отменить и принять новое решение, которым отказать в удовлетворении иска по тем основаниям, что суд неправильно применил нормы материального и процессуального права, не учел пропуск истцом срока обращения в суд, недоказанность юридически значимых обстоятельств, в том числе противоправных действий (бездействия) ответчиков и факта причинения истцу физических либо нравственных страданий, а также то, что ФСИН России является ненадлежащим ответчиком.
В соответствии со ст.167 ГПК РФ судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания.
В силу ст.327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, обсудив эти доводы, заслушав объяснения Шагиева Д.А., данные посредством видеоконференцсвязи, объяснения представителя ответчика ФСИН России и третьего лица УФИН России по Новгородской области, судебная коллегия оснований к отмене или изменению решения суда не установила.
Частью 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.
Согласно статье 3 Конвенции "О защите прав человека и основных свобод" от 4 ноября 1950г. (далее также Конвенция) никто не должен подвергаться бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.
В силу статьи 52 Конституции Российской Федерации, государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.
В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, действия (или бездействие) органов государственной власти, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда (Определение от 4 июня 2009г. N 1005-О-О).
В соответствии со статьей 1064 ГК РФ законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1).
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).
Статьей 1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет казны Российской Федерации.
В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными статьей 151 ГК РФ и главой 59 ГК РФ.
В соответствии со статьей 151 (абзац 1) ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Закрепив в приведенной норме общий принцип компенсации морального вреда, законодатель не установил ограничений в отношении оснований такой компенсации (Определение Конституционного Суда РФ от 16 октября 2001г. N 252-О).
Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, или нарушающими его личные неимущественные права. Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с временным ограничением или лишением каких-либо прав и др. (пункт 2).
Таким образом, перечень нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, не является исчерпывающим.
Разрешая спор, суд исходил из того, что истец содержался под стражей в условиях, которые не соответствовали нормам, установленным законодательством, в том числе Федеральным законом N103-ФЗ от 15 июля 1995г. "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее - Федеральный закон N 103-ФЗ от 15 июля 1995г).
Данный вывод суда является обоснованным, поскольку соответствует требованиям закона и установленным обстоятельствам дела.
Так, согласно статье 4 Федерального закона N103-ФЗ от 15 июля 1995г. содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией РФ, принципами и нормами международного права, и не должно сопровождаться действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым (обвиняемым), содержащимся под стражей.
В силу статьи 15 Федерального закона N 103-ФЗ от 15 июля 1995г., в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых (обвиняемых), а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.
Статьей 23 Федерального закона N103-ФЗ от 15 июля 1995г. установлена норма санитарной площади в камере на одного человека (подозреваемого и обвиняемого) в размере 4-х квадратных метров.
Согласно Инструкции по организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом Министерства Юстиции РФ от 03 ноября 2005г. N 204 ДСП, прогулочные дворы следует располагать, как правило, на верхних этажах режимных корпусов. На каждого обвиняемого или осужденного, выводимого на прогулку, должно приходиться 2,5-3 кв.м. прогулочного двора. Минимальный размер прогулочного двора не может быть менее 12 кв.м.
Тот факт, что заключенному приходится жить, спать и пользоваться туалетом в переполненной камере, сам по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания или переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий лишению свободы, и вызвать у заключенного чувства тоски и неполноценности, которые могли оскорбить и унизить его (§68 Постановления Европейского Суда от 23 октября 2014г. по делу "Мела против Российской Федерации").
Таким образом, нарушения личных неимущественных прав (в том числе права на достаточное личное пространство) обвиняемого (подозреваемого), выразившиеся в несоблюдение норм санитарной площади в камерах и прогулочных двориках на одного человека, унижает его человеческое достоинство и порождает у него чувства тоски, тревоги и собственной неполноценности. Поэтому упомянутые ненадлежащие условия содержания заключенного под стражей объективно вызывают у него нравственные страдания (переживания), то есть причиняют ему моральный вред.
Отсюда следует, что в данном случае сам по себе факт необеспечения истца достаточным личным пространством в камере и прогулочном дворе является достаточным, чтобы стать причиной его нравственных страданий.
Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в спорный период санитарная площадь в камерах составляла от 2.4 до 3.9 кв. метров.
Следовательно, истец на протяжении 15 месяцев содержался в камерах, где не обеспечивалась санитарная площадь на одного человека - 4 кв.м., вследствие чего имели место явно стесненные условия содержания под стражей.
В соответствии с пунктом 11 части 1 статьи 17 Федерального закона от 15 июля 1995г. N103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", подозреваемые и обвиняемые имеют право пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа.
Из письменных материалов дела судом первой инстанции установлено, что режимный корпус <...> оборудован восемнадцатью прогулочными двориками, пятнадцать из которых имеют площадь 17 кв.м., два дворика - площадь 15 кв.м., один дворик - 13,7 кв.м., режимный корпус <...> оборудован двадцатью двумя прогулочными двориками, двадцать один из которых имеют площадь 15-16 кв.м., один дворик - площадь 32,4 кв.м.
Представленные ответчиком документы не содержат конкретных сведений о количестве подозреваемых и обвиняемых, выводимых совместно с истцом на прогулку и о том, что на каждого подозреваемого и обвиняемого, в том числе и на истца, приходилось не менее 2,5-3 кв.м. прогулочного дворика.
Вместе с тем, принимая во внимание установленный факт переполненности камер, в которых содержался истец, следует признать обоснованными доводы в части переполненности прогулочных двориков камер, которые допустимыми доказательствами не опровергнуты.
Установленные обстоятельства дела свидетельствуют о том, что в результате нарушений условий содержания в Учреждении, выразившихся в необеспечение истца санитарной площади камер на одного человека и площадью прогулочного двора были нарушены его личные неимущественные права (нематериальные блага), гарантированные законом.
С учетом достаточно длительного периода нарушения указанных выше личных неимущественных прав истца (более 15-ти месяцев), его возраста, от которого зависит степень страданий, продолжительности времени, прошедшего с момента перенесения истцом страданий и до обращения его в суд, неосторожной формы вины ответчика, отсутствия необратимых последствий от нарушенных прав, суд первой инстанции пришел к выводу, что размер компенсации в 500 руб. соответствует характеру и объему причиненных истцу нравственных страданий, и отвечает требованиям разумности, справедливости, соразмерности.
Доводы апелляционной жалобы ФСИН России о том, что нарушения условий содержания истца не могли служить основанием для взыскания в его пользу компенсации морального вреда, не могут быть приняты во внимание, поскольку статьей 151 ГК РФ предусмотрено право гражданина, подвергшего лишению или ограничению неимущественных прав, на компенсацию морального вреда.
Не могут быть приняты во внимание и доводы апелляционной жалобы ФСИН России о том, что истцом не представлено доказательств несения им нравственных страданий (причинения морального вреда). Выше указывалось, что содержание под стражей в условиях, не соответствующих установленным нормам, влечет нарушение прав истца, гарантированных законом, и сам по себе факт их наличия объективно доказывает причинение страданий (переживаний) в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению прав подозреваемого (обвиняемого), содержащего под стражей.
Ссылка в апелляционной жалобе на то, что истцом не доказаны незаконность действий (бездействия) сотрудников уголовно-исполнительной системы, а также причинная связь между незаконными действиями (бездействием) и наступившим моральным вредом, несостоятельна, поскольку в данном случае истцом доказан факт несоблюдения Учреждением норм обеспечения санитарной площади камер. Поскольку условия содержания истца под стражей не соответствовали требованиям закона, то действия (бездействия) Учреждения являлись незаконными. В результате незаконных действий (бездействия) Учреждения, выразившихся в необеспечении условий содержания истца под стражей, были нарушены личные неимущественные права (нематериальные блага) истца, что вызывало у последнего нравственные страдания, то есть явилось прямой причиной причинения морального вреда.
Ссылка в апелляционной жалобе ФСИН России на то, что истцом не доказана вина ФСИН России в причинении ему морального вреда, несостоятельна, так как не основана на требованиях пункта 2 статьи 1064 ГК РФ, в силу которых обязанность доказывать отсутствие вины в причинении вреда лежит на ответчике, а не на истце.
Несостоятельна и ссылка в апелляционной жалобе на то, что ФСИН России является ненадлежащим ответчиком по настоящему спору.
Согласно статье 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с ГК РФ причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступает финансовый орган, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо.
В соответствии со статьей 125 ГК РФ от имени Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов (пункт 1).
В случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, от имени Российской Федерации могут выступать государственные органы, а также юридические лица (пункт 3).
Статьей 158 БК РФ предусмотрено, что главный распорядитель бюджетных средств отвечает от имени Российской Федерации по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств (подпункт 12.1. пункта 1).
Главный распорядитель средств федерального бюджета выступает в суде от имени Российской Федерации в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, выступает соответственно главный распорядитель средств федерального бюджета (подпункт 1 пункта 3).
Подпунктом 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004г. N 1314, определено, что ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.
Поэтому в настоящем споре ответственность перед истцом должно нести государство - Российская Федерация - в лице ФСИН России (главный распорядитель средств федерального бюджета) за счет казны Российской Федерации.
Доводы апелляционной жалобы ФСИН России о том, что нарушение норм санитарной площади имело место по не зависящим от Учреждения обстоятельствам, несостоятельны, поскольку переполненность изолятора не снимает с Российской Федерации в лице Учреждения обязанности по обеспечению надлежащих условий содержания и по соблюдению прав и интересов подозреваемых (обвиняемых) независимо от материально-технических трудностей.
Несостоятельны и доводы апелляционной жалобы ФСИН России о том, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения в суд с настоящим иском.
Так, согласно пункту 1 статьи 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ.
Пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994г. N 10 разъяснено, что на требования о компенсации морального вреда исковая давность не распространяется, поскольку они вытекают из нарушения личных неимущественных прав и других материальных благ.
Другие доводы апелляционной жалобы ФСИН России сводятся к иной оценке обстоятельств, установленных судом первой инстанции, противоречат нормам права, регулирующим спорные правоотношения, и не могут повлечь отмену или изменение состоявшегося судебного решения.
Таким образом, суд достаточно полно выяснил значимые обстоятельства дела, в соответствии со статьей 67 ГПК РФ оценил объяснения лиц, участвующих в деле, и представленные доказательства, правильно применил нормы материального права, регулирующие вопросы компенсации морального вреда, не допустил и нарушений норм процессуального права, которые могли бы повлечь принятие незаконного решения.
Предусмотренных статьей 330 ГПК РФ оснований к отмене или изменению решения по доводам апелляционной жалобы не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.327-330 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
Решение Новгородского районного суда Новгородской области от 24 мая 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации - без удовлетворения.
Председательствующий Хухра Н.В.
Судьи Смирнова Л.Н.
Котихина А.В.
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
