Дата принятия: 27 мая 2020г.
Номер документа: 33-1832/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ КИРОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 27 мая 2020 года Дело N 33-1832/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Кировского областного суда в составе председательствующего судьи Дубровиной И.Л.
и судей Митяниной И.Л., Маркина В.А.
при секретаре Жёлтиковой Е.А.
с участием прокурора Новиковой И.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Кирове 27 мая 2020 г. гражданское дело по апелляционной жалобе ОАО НПП "Химмаш-Старт" на решение Советского районного суда Кировской области от 10 марта 2020 г., которым постановлено:
взыскать с ОАО НПП "Химмаш-Старт" в пользу Крупина С.И. компенсацию морального вреда в сумме 250000 рублей.
Взыскать с ОАО НПП "Химмаш-Старт" госпошлину в доход бюджета муниципального образования Советский муниципальный район Кировской области в размере 300 рублей.
Заслушав доклад судьи Митяниной И.Л., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Крупин С.И. обратился в суд к ОАО НПП "Химмаш-Старт" о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием. В обоснование иска указал, что с 1 января 2010 г. по 21 декабря 2015 г. работал в ОАО научно-производственном предприятии "Химмаш-Старт", в его структурном подразделении - печном отделении в должностях <данные изъяты>. С 1 июня 2011 г. переведен на должность <данные изъяты> химического производства участка <данные изъяты> АТО печного отделения объекта <данные изъяты> УХО, расположенного <данные изъяты>, а с 31 октября 2011 г. по 25 ноября 2011 г. на него были возложены обязанности <данные изъяты> того же участка <данные изъяты> АТО. Ему предоставлялись меры социальной поддержки, предусмотренные ч. 3 ст. 1 ФЗ "О социальной защите граждан, занятых на работах с химическим оружием" для второй группы работ с химоружием. 8 ноября 2011 г. с 1.00 до 07.00 он находился на рабочем месте и исполнял свои должностные обязанности. Перед началом смены прошел медицинский осмотр и инструктаж по технике безопасности. В конце смены почувствовал головокружение, нарушение зрения, нехватку воздуха, но не сообщил об этом старшему по смене. В ходе послесменного медицинского осмотра у него был обнаружен <данные изъяты> и его направили в поликлинику объекта <данные изъяты> УХО для наблюдения и оказания медицинской помощи. По результатам медицинских исследований ему был поставлен заключительный диагноз: острая <данные изъяты>. Заболевание признано профессиональным. По данному факту проводилось расследование обстоятельств и причин произошедшего, по результатам которого составлен акт о случае профессионального заболевания от 5 апреля 2012 г., которым подтвержден заключительный диагноз профессионального заболевания. Вины истца в произошедшем не установлено. Своими действиями ответчик причинил ему моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях. После произошедшего его мучают головные боли, головокружение, шум в голове, чувство давления в глазах, периодические колющие боли в области сердца, снижение памяти, ухудшение слуха, плохой сон, утомляемость, раздражительность. Просил взыскать с ОАО НПП "Химмаш-Старт" 500 000 рублей компенсации морального вреда в связи с его профессиональным заболеванием.
Судом постановлено решение, резолютивная часть которого приведена выше.
В апелляционной жалобе ОАО НПП "Химмаш-Старт" просит решение суда отменить и вынести новое, которым снизить размер компенсации морального вреда. Представленные истцом доказательства подтверждают лишь факт профессионального заболевания истца, но не факт и степень полученных им нравственных и физических страданий, которые мог испытывать истец в связи с установленным ему диагнозом. Истцу была установлена <данные изъяты>, которая не вызывает длительной и значительной утраты трудоспособности, после приобретенного профессионального заболевания истец продолжал работать на предприятии. В настоящее время истец также продолжает постоянно трудиться в должности, требующей физической нагрузки. Степень утраты трудоспособности истцу не устанавливалась. Судом не установлена причинно-следственная связь между плохим самочувствием истца и профессиональным заболеванием, полученным им 8 ноября 2011 г. При определении размера компенсации морального вреда суд ограничился лишь устными заявлениями истца о том, что после получения профессионального заболевания он неоднократно обследовался и проходил лечение в Центре профпатологии в г. Волгоград, не учел конкретных обстоятельств дела и отсутствие допустимых доказательств, подтверждающих требование истца.
Крупин С.И. в возражениях на жалобу просит решение оставить без изменения, жалобу - без удовлетворения.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ОАО НПП "Химмаш-Старт" не явился, извещен надлежащим образом, о причинах неявки не сообщил.
Разрешив вопрос о рассмотрении дела в отсутствие не явившегося ответчика, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, заслушав истца, указывавшего на законность и обоснованность решения суда, заключение прокурора отдела облпрокуратуры Новиковой И.В., полагавшей решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, проверив материалы дела и решение суда первой инстанции в пределах, предусмотренных ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.
Установлено, что с 1 января 2010 г. по трудовому договору <данные изъяты> Крупин С.И. принят на работу в ОАО НПП "Химмаш-Старт", в его структурном подразделении - печном отделении в должностях <данные изъяты>. С 1 июня 2011 г. переведен на должность <данные изъяты> химического производства участка <данные изъяты> АТО печного отделения объекта <данные изъяты> УХО, расположенного <данные изъяты>, а с 31 октября 2011 г. по 25 ноября 2011 г. на него были возложены обязанности <данные изъяты> того же участка <данные изъяты> АТО.
8 ноября 2011 г. во время послесменного медицинского осмотра у Крупина С.И. был обнаружен <данные изъяты> и он был направлен в поликлинику объекта УХО для наблюдения и оказания медицинской помощи.
В соответствии с санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (<данные изъяты>) <данные изъяты> от 17 ноября 2011г., и дополнений к ней, утвержденных врио заместителя руководителя Регионального управления <данные изъяты> ФМБА России на объекте <данные изъяты> подвергалось уничтожению отравляющее вещество - <данные изъяты>. Вероятность воздействия ФОВ на Крупина С.И. при проведении работ <данные изъяты> не исключалась.
Согласно выписке из протокола <данные изъяты> от 30 января 2012 г. заседания комиссии по установлению профессиональных заболеваний Центра профпатологии ФГУЗ <данные изъяты> ФМБА России, ФГУП "НИИ ГПЭЧ" ФМБА России Крупину С.И. постановлен диагноз: "<данные изъяты>". Данное заболевание является профессиональным.
По результатам расследования случая профессионального заболевания был составлен акт от 5 апреля 2012 г., в котором указано, что Крупину С.И. поставлен заключительный диагноз "<данные изъяты>".
Согласно пункту 18 акта, в ходе расследования факт воздействия <данные изъяты> на аппаратчика Крупина С.И. результатами лабораторных исследований проведенных в помещении 114 спустя 14 часов после проведения работ <данные изъяты> камеры термического обезвреживания АТО не подтвержден. Конкретных причин, приведших к профессиональному заболеванию, связанному с воздействием <данные изъяты>, комиссией не установлено. При этом, выявлены обстоятельства, которые могли бы способствовать воздействию <данные изъяты> на работника при наличии <данные изъяты> в воздухе рабочей зоны и на поверхностях технологического оборудования в помещении <данные изъяты> В соответствии с пунктом 19 акта, вины работника не установлено. В пункте 21 акта указано, что лицом, допустившим нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативов, является начальник печного отделения ОАО НПП "Химмаш-Старт" <данные изъяты>., который был привлечен к административной ответственности.
Согласно ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
В силу ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту ТК - РФ) работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Учитывая, что вышеизложенными обстоятельствами и доказательствами подтверждается факт работы истца у ответчика во вредных условиях труда, причинная связь между этой работой и возникновением профессионального заболевания, вина работодателя в возникновении у Крупина С.И. профессионального заболевания установлена, вывод суда о компенсации морального вреда является правильным.
Статьей 237 ТК РФ предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции руководствовался положениями ст. 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, учел характер перенесенных истцом физических и нравственных страданий, личность пострадавшего. Обоснованно учел в качестве фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, то, что он был причинен в процессе уничтожения химического оружия, то есть оружия массового поражения, что усиливает ответственность работодателя.
Вместе с тем суд не учел, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных потерпевшим страданий (п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").
Поэтому при определении размера компенсации суду необходимо было учитывать, в том числе степень тяжести вреда, причиненного Крупину С.И.
Согласно выписке из протокола <данные изъяты> от 30 января 2012 г. заседания комиссии по установлению профессиональных заболеваний Центра профпатологии ФГУЗ МСЧ<данные изъяты> ФМБА России, ФГУП "<данные изъяты>" ФМБА России Крупину С.И. постановлен диагноз: "<данные изъяты>". Данное заболевание является профессиональным.
Согласно судебно-медицинскому освидетельствованию от 20 июня 2013 г., проведенному в рамках проверки следственным управлением Следственного комитета РФ по Кировской области по факту нарушения подрядной организацией ОАО НПП "Химмаш-Старт" на <данные изъяты> объекте УХО "<данные изъяты>" установленных правил и требований санитарно-эпидемиологического законодательства РФ в области УХО (СП 2.2.1.2513-09) и общепромышленной безопасности при производстве работ по уничтожению химического оружия (заключение эксперта <данные изъяты> от 20 июня 2013 г.), у Крупина С.И. установлена <данные изъяты>
Как следует из медицинского заключения <данные изъяты> расширенного заседания Врачебной комиссии по связи заболеваний с профессией от 23 мая 2014 г. у Крупина С.И. данных за формирование отдаленных последствий <данные изъяты> нет. Крупину С.И. рекомендовано наблюдение и лечение у терапевта и повторное стационарное обследование в Центре профпатологии через 1 год.
При прохождении обследования степень утраты трудоспособности установлена не была, каких-либо заболеваний, которые находятся во взаимосвязи с полученным в 2011 г. профзаболеванием не установлено.
Дальнейшее лечение истец не проходил, в медицинские учреждения не обращался, доказательств того, что имеющиеся заболевания истца являются следствием полученного профессионального заболевания, истцом не представлено.
Учитывая, что <данные изъяты> истца вызвала кратковременное расстройство здоровья и относится к причинившей легкий вред здоровью, учитывая сохранение полной трудоспособности истца, отсутствие необходимости в постоянном лечении, отсутствие установленных сопутствующих полученному в 2011 году отравлению заболеваний, находящихся с ним в причинно-следственной связи, судебная коллегия определяет компенсацию морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, в размере 150000 рублей, полагая ее соответствующей принципу разумности и соразмерности с учетом степени тяжести вреда и последствий.
В соответствии с п. 2 ст. 328 ГПК РФ суд апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение.
С учетом изложенного судебная коллегия полагает необходимым изменить решение суда в части размера взыскания компенсации морального вреда.
Руководствуясь ст. 328, 329, 330 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Советского районного суда Кировской области от 10 марта 2020 года изменить в части размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию.
Принять в этой части новое решение.
Взыскать с открытого акционерного общества научно- производственное предприятие "Химмаш-Старт" в пользу Крупина С.И. компенсацию морального вреда в размере 150000 рублей.
В остальной части решение Советского районного суда Кировской области от 10 марта 2020 г. оставить без изменения.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
