Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики от 17 июня 2020 года №33-1739/2020

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 17 июня 2020 года Дело N 33-1739/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе:
председательствующего Шумилова А.А.,
судей Карлинова С.В., Юркиной И.В.,
при секретаре судебного заседания Молоковой А.Г.
рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении Верховного Суда Чувашской Республики гражданское дело по иску Герасимова П.В. к Министерству финансов Российской Федерации, Следственному комитету Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, поступившее по апелляционной жалобе истца Герасимова П.В. на решение Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 5 февраля 2020 года.
Заслушав доклад судьи Юркиной И.В., выслушав объяснения истца Герасимова П.В. и его представителя Щеткова В.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, объяснения представителя ответчика Следственного комитета Российской Федерации и третьего лица следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Чувашской Республике Казанковой Е.В., возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, объяснения представителя третьего лица прокуратуры Чувашской Республики Яковлева А.Г., судебная коллегия
установила:
Герасимов П.В. обратился в суд с иском (с учетом уточнений) к Министерству финансов Российской Федерации, Следственному комитету Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием.
В обоснование иска указано, что 16 мая 2016 года первым отделом по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Чувашской Республике в отношении Герасимова П.В. было возбуждено уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 183, частью 1 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации. В связи с этим 17 мая 2016 года в принадлежащей истцу квартире был проведен обыск. В период с 17 мая 2016 года по 19 мая 2016 года в отношении истца применена мера процессуального принуждения в виде задержания на основании пункта 2 части 1 статьи 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации с содержанием в <данные изъяты>, с 19 мая 2016 года - обязательство о явке. Постановлением от 1 ноября 2016 года уголовное преследование в отношении Герасимова П.В. прекращено на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в его действиях состава преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 183, частью 1 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации. В иске также указано, что на основании пункта 1 приказа <данные изъяты> от 18 мая 2016 года N с 16 мая 2016 года Герасимов П.В. был отстранен от выполнения служебных обязанностей с выплатой денежного довольствия. Приказом <данные изъяты> от 27 июля 2017 года N в связи с прекращением уголовного преследования в отношении Герасимова П.В. был отменен пункт 1 приказа от 18 мая 2016 года N. Истец полагает, что в связи с незаконным уголовным преследованием на протяжении более пяти месяцев он испытывал моральные и нравственные страдания, связанные с нарушением его конституционных прав на неприкосновенность жилища, распространением сведений, порочащих его честь и достоинство, деловую репутацию добросовестного и порядочного сотрудника. В связи с выплатой денежного довольствия в меньшем размере истца психологически угнетали материальное положение семьи и его финансовые обязательства перед кредитными организациями. С учетом изложенных обстоятельств истец просил взыскать в свою пользу с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.
В судебном заседании истец Герасимов П.В. иск поддержал.
В судебном заседании представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации Павлова А.А. исковые требования в заявленном размере не признала, указав, что размер компенсации морального вреда является завышенным и не соответствует требованиям разумности и справедливости.
В судебном заседании представитель ответчика Следственного комитета Российской Федерации и третьего лица следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Чувашской Республике Казанкова Е.В. просила отказать в удовлетворении исковых требований, предъявленных к Следственному комитету Российской Федерации как к ненадлежащему ответчику, и при определении размера компенсации морального вреда учесть требования разумности и справедливости.
В судебном заседании представитель третьего лица Прокуратуры Чувашской Республики Яковлев А.Г. полагал предъявленные к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации исковые требования о взыскании компенсации морального вреда законными, при этом вопрос о размере компенсации морального вреда подлежит разрешению с учетом требований разумности и справедливости.
Решением Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 5 февраля 2020 года с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Герасимова П.В. взыскана компенсация морального вреда в размере 2000 руб., в остальной части в удовлетворении иска Герасимова П.В. отказано.
Не согласившись с указанным решением суда, истец Герасимов П.В. подал на него апелляционную жалобу на предмет его отмены и принятия нового решения об удовлетворении иска в полном объеме. В апелляционной жалобе указано, что при определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции не учел фактические обстоятельства, при которых истцу был причинен моральный вред, и его индивидуальные особенности. Орган предварительного следствия не обеспечил тайну следствия и охрану честного имени истца от распространения порочащих его сведений, не разместил сообщение о реабилитации истца в средствах массовой информации в соответствии с требованиями части 3 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
Проверив в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, признав возможным рассмотрение дела при имеющейся явке, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных и муниципальных органов или их должностных лиц.
Согласно пункту 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (статьи 133-139, 397 и 399).
Исходя из содержания данных статей Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования по реабилитирующим основаниям). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (статья 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).
Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.
Из положений статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от ее имени выступает Министерство финансов Российской Федерации.
Право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований.
Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, постановлением следователя по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Чувашской Республике в отношении Герасимова П.В. было возбуждено уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 183, частью 1 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации.
В рамках возбужденного уголовного дела 17 мая 2016 года Герасимов П.В. был задержан в качестве подозреваемого и направлен для содержания в <данные изъяты>, что следует из протокола задержания подозреваемого от 17 мая 2016 года. Постановлением от 19 мая 2016 года Герасимов П.В. был освобожден из-под стражи.
Постановлением следователя по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Чувашской Республике от 1 ноября 2016 года прекращено уголовное преследование в отношении Герасимова П.В. по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием в его действиях состава преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 286, частью 2 статьи 183 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке в отношении Герасимова П.В. отменена. В соответствии со статьей 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации за Герасимовым П.В. признано право на реабилитацию.
В пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъяснено, что исходя из положений Конституции Российской Федерации о праве каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, и пункта 4 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения (например, при прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления, предусмотренного статьей 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, при обвинении в убийстве и краже).
Оценив собранные по делу доказательства применительно к положениям вышеназванных норм закона, с учетом установленных судом конкретных обстоятельств дела, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации.
Судебная коллегия считает необходимым отметить, что лица, подвергшиеся незаконному уголовному преследованию, безусловно испытывают нравственные страдания, в связи с чем факт причинения им морального вреда предполагается.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции принял во внимание период незаконного уголовного преследования в отношении истца, избрание в отношении истца меры пресечения в виде задержания в течение двух суток, степень нравственных страданий истца и определилкомпенсацию морального вреда в размере 2000 руб.
Вместе с тем судебная коллегия не может согласиться с приведенным размером компенсации морального вреда, полагая заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы истца.
В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно разъяснениям, данным в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.
Судебная коллегия полагает, что при определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции не в полной мере были учтены установленные по делу обстоятельства, разъяснения, содержащиеся в вышеприведенном пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17, а также в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", не достаточно обращено внимание на основания уголовного преследования, сроки производства по уголовному делу, что привело к неверной оценке степени тяжести перенесенных истцом страданий в связи с незаконным уголовным преследованием.
Принимая во внимание фактические обстоятельства дела, характер причиненных нравственных страданий истцу, связанных с его незаконным уголовным преследованием, судебная коллегия находит установленный судом размер компенсации морального вреда в сумме 2000 руб. не соответствующим перенесенным истцом нравственным страданиям, принципам разумности и справедливости, в связи с чем полагает возможным изменить решение суда первой инстанции и увеличить размер компенсации морального вреда до 15000 руб.
Оснований для увеличения размера компенсации морального вреда до указанного истцом размера судебная коллегия не усматривает.
Учитывая изложенное, решение суда первой инстанции подлежит изменению с указанием на взыскание с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу истца компенсации морального вреда в размере 15000 руб.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 5 февраля 2020 года в части взыскания компенсации морального вреда изменить и взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу Герасимова П.В. компенсацию морального вреда в размере 15000 руб. (пятнадцать тысяч руб.).
В остальной части апелляционную жалобу Герасимова П.В. на решение Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 5 февраля 2020 года оставить без удовлетворения.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г.Самара) через суд первой инстанции в течение трех месяцев.
Председательствующий А.А. Шумилов
Судьи С.В. Карлинов
И.В. Юркина


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка