Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 17 апреля 2019 года №33-1714/2019

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 17 апреля 2019 года Дело N 33-1714/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:
председательствующего - судьи Мельниковой Г.Ю.,
судей Батршиной Ф.Р., Хохлова И.Н.,
с участием прокурора Вострокнутовой В.К.,
при секретаре Вахрушевой Л.С.,
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Ижевске Удмуртской Республики 17 апреля 2019 года апелляционные жалобы Харисовой М. В., ООО "Общественно-правовой центр "Гильдия юристов" на решение Первомайского районного суда г.Ижевска Удмуртской Республики от 1 октября 2018 года, которым постановлено:
"Исковые Харисовой М. В. к МУП <адрес> "Ижгорэлектротранс", ООО "Общественно-правовой центр "Гильдия юристов" о возмещении вреда, причиненного здоровью - удовлетворить частично.
Взыскать солидарно с МУП <адрес> "Ижгорэлектротранс", ООО "Общественно-правовой центр "Гильдия юристов" в пользу Харисовой М. В. компенсацию морального вреда в размере 80 000 руб.
Взыскать с МУП <адрес> "Ижгорэлектротранс" в местный бюджет госпошлину в размере 3 000 руб.
Взыскать с ООО "Общественно-правовой центр "Гильдия юристов" в местный бюджет госпошлину в размере 3 000 руб."
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Хохлова И.Н., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Истец Харисова М.В. обратилась в суд с иском к ответчикам МУП <адрес> "Ижгорэлектротранс" (далее - МУП "ИжГЭТ") и ООО "Общественно-правовой центр "Гильдия юристов" (далее - ОПЦ "Гильдия юристов") о взыскании в солидарном порядке компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью, которым, с учётом увеличения размера исковых требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодека Российской Федерации (далее - ГПК РФ), окончательно просила взыскать с ответчиков солидарно компенсацию морального вреда в размере 900 000 рублей. В обоснование требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ в 13.45 час. на перекрестке <адрес> автомобиль <данные изъяты> принадлежащий ОПЦ "Гильдия юристов", создал помеху трамваю <данные изъяты>, принадлежащему МУП "ИжГЭТ", вследствие чего водитель трамвая был вынужден резко затормозить. Являясь пассажиром трамвая, в момент торможения истец упала и получила телесные повреждения. По результатам медицинской экспертизы данные повреждения причинили вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства, в связи с чем, истец просит взыскать с ответчиков солидарно компенсацию причинённого морального вреда.
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Камашева О.В.
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО "Росгосстрах", СПАО "Ингосстрах".
В судебном заседании суда первой инстанции истец Харисова М.В. и её представитель адвокат Белоковыльский М.С. исковые требования, с учётом увеличения их размера, поддержали в полном объёме.
Представитель ответчика МУП "ИжГЭТ" Полякова С.В. в судебном заседании суда первой инстанции исковые требования не признала. Указала, что вина водителя трамвая Камашевой О.В. в причинении вреда истцу отсутствует. Считала, что в действиях истца имелась грубая неосторожность, в связи с чем, размер взыскиваемой суммы должен быть уменьшен.
Представители ответчика ОПЦ "Гильдия юристов" Поздеева И.В., Данчинова О.Г. в судебном заседании суда первой инстанции исковые требования не признали, оспаривали вину ОПЦ "Гильдия юристов" и сам факт ДТП. Пояснили, что автомобиль <данные изъяты> момент ДТП действительно принадлежал ОПЦ "Гильдия юристов", лицо, управлявшее автомобилем, не установлено. Истец допустила грубую неосторожность, не держалась за поручни. Дело об административном правонарушении в отношении ОПЦ "Гильдия юристов" было прекращено в связи с отсутствием состава.
Третье лицо Камашева О.В., представители третьих лиц СПАО "Ингосстрах" и ООО "Росгосстрах", прокурор <данные изъяты> в судебное заседание суда первой инстанции не явились, о времени и месте рассмотрении дела были извещены надлежащим образом.
В соответствии со статьёй 167 ГПК РФ дело было рассмотрено судом первой инстанции в отсутствие указанных лиц.
Судом постановлено указанное выше решение.
В апелляционной жалобе истец Харисова М.В. просит решение суда первой инстанции отменить в части размера взысканной суммы компенсации морального вреда, исковые требования удовлетворить в полном объёме. Считает, что компенсация морального вреда в размере 80 000 рублей определена судом необоснованно, без учёта характера и степени вреда, причинённого её здоровью.
Представитель ответчика ОПЦ "Гильдия юристов" в апелляционной жалобе просит решение суда первой инстанции отменить. В жалобе повторно приводит доводы об отсутствии вины ОПЦ "Гильдия юристов" в ДТП, произошедшем ДД.ММ.ГГГГ, указывает, что автомобиль ОПЦ "Гильдия юристов" участником ДТП не являлся. Также полагает, что в действиях истца присутствуют признаки грубой неосторожности. Видеозапись, представленную ответчиком МУП "ИжГЭТ", считает недопустимым доказательством. Кроме того, полагает, что не доказан факт получения компрессионного перелома позвонков истцом вследствие падения в трамвае.
В возражениях относительно апелляционной жалобы ответчика ОПЦ "Гильдия юристов" истец Харисова М.В. приводит доводы о её необоснованности.
В соответствии со статьями 167, 327 ГПК РФ судебное заседание суда апелляционной инстанции проведено в отсутствие представителя ответчика МУП "ИжГЭТ", третьих лиц, надлежащим образом извещённых о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец Харисова М.В. и её представитель адвокат Белоковыльский М.С. доводы апелляционной жалобы истца поддержали, апелляционную жалобу ответчика ОПЦ "Гильдия юристов" просили оставить без удовлетворения.
Представители ответчика ОПЦ "Гильдия юристов" Габдрахманова И.В. и Посохин А.А. в судебном заседании суда апелляционной инстанции доводы апелляционной жалобы ОПЦ "Гильдия юристов" поддержали.
Прокурор Вострокнутова В.К. в судебном заседании суда апелляционной инстанции полагала размер компенсации морального вреда подлежащим увеличению. Доводы апелляционной жалобы ОПЦ "Гильдия юристов" сочла необоснованными.
Протокольным определением судебной коллегией было отказано в удовлетворении ходатайства представителя ОПЦ "Гильдия юристов" о назначении по делу повторной судебной экспертизы по делу, поскольку судом первой инстанции было правомерно отказано в проведении повторной экспертизы по первому вопросу, оснований для проведения экспертизы по двум другим вопросам не имеется, поскольку ответчиком не представлено доказательств наличия уважительных причин не заявления данных вопросов в суде первой инстанции.
Изучив материалы настоящего гражданского дела, материалы дела о нарушении Правил дорожного движения N, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений относительно жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционных жалоб и возражений на жалобу, судебная коллегия считает правильным решение суда изменить в части размера взысканной компенсации морального вреда.
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ в 13.45 ч. на перекрестке <адрес> произошло ДТП с участием трамвая <данные изъяты>, принадлежащего МУП "ИжГЭТ", под управлением Камашевой О.В. и автомобилем <данные изъяты>, принадлежащим ОПЦ "Гильдия юристов" под управлением неустановленного водителя. В салоне вышеуказанного трамвая произошло падение пассажира Харисовой М.В., которая получила телесные повреждения. Харисова М.В. была госпитализирована в ГКБ N. По результатам медицинской экспертизы телесные повреждения причинили вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства.
Данное обстоятельство подтверждается: справкой о ДТП от ДД.ММ.ГГГГ в которой указано, что в результате ДТП произошло падение пассажира Харисовой М.В. в трамвае; протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ; объяснениями водителя трамвая Камашевой О.В., очевидцев ФИО2, ФИО1, самой пострадавшей Харисовой М.В.; постановлением старшего инспектора по ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД МВД по УР от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении производства по делу об административном правонарушении.
Из выводов экспертного заключения N от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного <данные изъяты> следует, что у Харисовой М.В. имеется закрытая травма левой <данные изъяты>. Повреждение образовалось от воздействия твердым тупым предметом с ограниченной травмирующей поверхностью и могло быть получено в салоне транспортного средства при ДТП ДД.ММ.ГГГГ. Данное повреждение причинило средней тяжести вред здоровью по признаку длительного его расстройства.
Из постановления старшего инспектора по ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД МВД по УР от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении производства по делу об административном правонарушении следует, что установить водителя, управляющего автомобилем <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ около 13.45 ч. не представилось возможным.
Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы N от ДД.ММ.ГГГГ, выполненной <данные изъяты> учитывая имеющиеся сведения о клинических и рентгенологических критериях оценки сращения переломов, консолидация происходит к 8 месяцам с момента получения травмы. В связи с этим не исключается образование <данные изъяты> и в последующем (ДД.ММ.ГГГГ) установленным диагнозом <данные изъяты> во время дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ. Повреждения характера <данные изъяты> оцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты трудоспособности не менее чем на одну треть (согласно п.6.11.10 Приказа N194н Минздравсоцразвития от 24 апреля 2008 года). <данные изъяты>. Вследствие этого, связи между дорожно-транспортным происшествием, происшедшим с Харисовой М.В. ДД.ММ.ГГГГ и диагнозом <данные изъяты> не имеется.
Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 150, 151, 1064, 1079, 1083, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статей 56, 103 ГПК РФ, пунктом 1.2 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 года N 1090; разъяснениями, содержащимися в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" (далее - Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1), пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".
Удовлетворяя частично исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что представленными по делу доказательствами было подтверждено, что вред здоровью Харисовой М.В. был причинён вследствие падения в трамвае ДД.ММ.ГГГГ. В результате чего истцу были причинены физические и нравственные страдания. Также установлено, что в ДТП, повлекшем падение Харисовой М.В., участвовали трамвай <данные изъяты>, и автомобиль <данные изъяты>. Собственниками указанных транспортных средств являются, соответственно, ответчики МУП "ИжГЭТ" и ОПЦ "Гильдия Юристов". В связи с чем, судом установлено, что причинителями вреда Харисовой М.В. являются ответчики, что влечёт возложение на них обязанности по компенсации истцу причинённого морального вреда.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учёл характер и тяжесть полученных истцом в результате ДТП телесных повреждений, которые в совокупности повлекли причинение тяжкого вреда здоровью по признаку значительной стойкой утраты трудоспособности не менее чем на одну треть, длительность восстановительного периода, степень причинённых истцу неудобств бытового плана, возраст потерпевшей, который приводит к более длительному периоду восстановления здоровья. При этом суд счёл заявленный в иске размер компенсации явно завышенным и подлежащим снижению, взыскал с МУП "ИжГЭТ", ОПЦ "Гильдия юристов" солидарно в пользу Харисовой М.В. компенсацию морального вреда в размере 80 000 рублей.
Также судом взыскана с МУП "ИжГЭТ" и ОПЦ "Гильдия юристов" в местный бюджет государственная пошлина в размере по 3 000 рублей с каждого.
Учитывая установленные по делу обстоятельства, судебная коллегия в целом соглашается с выводами суда первой инстанции в части обоснованности требований истца о взыскании компенсации морального вреда. В то же время судебная коллегия не может согласиться с размером такой компенсации, полагая его заниженным, не в полной мере учитывающим степень и характер понесённых истцом нравственных и физических страданий.
В силу положений статьи 1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).
Согласно статье 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причинённый источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобождён судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 ГК РФ. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (пункт 1).
Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (пункт 2).
Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи (пункт 3).
В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 разъяснено, что судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников.
При причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 ГК РФ несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ.
В пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 разъясняется, что в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причинённый жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. При этом надлежит учитывать, что вред считается причинённым источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств.
Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).
Компенсация морального вреда, согласно статье 12 ГК РФ, является одним из способов защиты нарушенных гражданских прав.
Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ (пункт 1 статьи 1099 ГК РФ).
Если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).
Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях причинения вреда жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).
В пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 разъяснено следующее. Учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечёт физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинён источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).
При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учётом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Согласно статье 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов (часть 1 статьи 55 ГПК РФ).
Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (части 1-3 статьи 67 ГПК РФ).
Эксперт ФИО3 в судебном заседании суда первой инстанции пояснила, что в ответе на второй вопрос эксперты не исключают образование <данные изъяты> и установленного в последующем диагноза - <данные изъяты> Средний вред здоровью ставился в связи <данные изъяты> ставится тяжкий вред здоровью. <данные изъяты> <данные изъяты> От удара Харисова М.В. вполне могла потерять сознание, так как испытала болевой шок (том 2, л.д.71-72).
Эксперт ФИО4 в судебном заедании суда первой инстанции пояснил, что он проводил медицинскую экспертизу в отношении Харисовой М.В. Диагноз <данные изъяты> у истца не подтверждён, он подтверждается на основании лабораторных анализов и методом лучевой диагностики остеодестиометрия - это позволяет точно определить количество кальция в тканях и поставить диагноз. Если диагноз установлен, то такие переломы действительно могут образоваться. Точно нельзя сказать, что образование переломов относится именно ДД.ММ.ГГГГ Образование костных мозолей строго индивидуально; это связано с внутренними и внешними факторами. Есть только примерные временные промежутки, по которым следует, что костная мозоль на 3-4 неделю образуется после травматического воздействия, а может, 3 месяца, год и более. Это может зависеть от образа жизни и от состояния костей. Не исключено, что перелом образовался в момент ДТП. Если не было иной симптоматики, то именно только ДТП повлияло - если нет иной документации и иных данных. Выводы экспертного заключения полностью подтверждает. Суждение о том, что не исключается образование компрессионных переломов, носит вероятный характер. На вопрос о том, есть необходимость проведения дополнительной, повторной экспертизы или иных дополнительных исследований, эксперт пояснил, что только если подтвердить диагноз <данные изъяты>, так как рентгенологическая картина останется прежней, <данные изъяты>
На основании перечисленных доказательств по делу судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты трудоспособности не менее чем на одну треть был причинён истцу в результате взаимодействия транспортных средств <данные изъяты>, принадлежащего ОПЦ "Гильдия юристов" под управлением неустановленного водителя и трамвая <данные изъяты>, принадлежащего МУП "ИжГЭТ", под управлением Камашевой О.В. В связи с чем, взыскание компенсации морального вреда с ответчиков солидарно в пользу истца является правомерным и соответствует вышеизложенным положениям законодательства, регулирующего порядок взыскания компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью в ДТП.
Доказательств наличия оснований для освобождения от ответственности, установленных пунктом 2 статьи 1079 ГК РФ, ответчиками не представлено.
При определении размера компенсации судебная коллегия, руководствуясь вышеуказанными разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, учитывает, что согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы N истцу был причинён тяжкий вред здоровью, что повлекло длительный период лечения и восстановления здоровья, в связи с чем, с учетом требований разумности и справедливости, установленных обстоятельств по делу, полагает, что в рассматриваемом случае соразмерным будет взыскание компенсации морального вреда с ответчиков солидарно в пользу истца в размере 250 000 рублей. Решение суда первой инстанции в указанной части подлежит изменению. Доводы апелляционной жалобы истца признаны судебной коллегией заслуживающими внимания.
В то же время доводы апелляционной жалобы ответчика ОПЦ "Гильдия юристов" признаны судебной коллегией несостоятельными, поскольку направлены на переоценку выводов, указанных в решении, и представленных по делу доказательств.
Довод о том, что автомобиль ответчика не являлся участником ДТП, приведён повторно и уже рассматривался судом первой инстанции. Данный довод, а также указание о том, что автомобиль <данные изъяты> двигался в ином направлении, нежели транспортное средство создавшее помеху трамваю, опровергаются представленными по делу доказательствами (дело о нарушении Правил дорожного движения N, свидетельские показания, видеозапись), которыми подтверждено, что автомобиль <данные изъяты>, принадлежащий ответчику, создал помеху движению трамвая, что послужило причиной падения истца в салоне трамвая.
Довод о не установлении вины ответчика в ДТП основан на ошибочном толковании приведенных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ из которых следует, что при причинении вреда третьим лицам, каковым в настоящем деле является пассажир трамвая Харисова М.В., владельцы источников повышенной опасности, взаимодействием которых причинен вред, солидарно возмещают как материальный, так и моральный вред независимо от вины каждого из них. Факт причинения вреда здоровью истца вследствие ДТП с участием автомобиля ответчика <данные изъяты> подтверждён перечисленными выше доказательствами по делу.
В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 N 1 разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности) (пункт 19).
Факт принадлежности ОПЦ "Гильдия юристов" автомобиля <данные изъяты> на момент ДТП подтверждён копией свидетельства о регистрации данного транспортного средства N и ответчиком не оспорен.
Таким образом, судебная коллегия считает, что предусмотренные законом обстоятельства для возложения на ответчика обязанности по компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью истца в результате ДТП с участием автомобиля <данные изъяты> в рассматриваемом случае установлены и доказаны.
Довод о наличии в действиях истца грубой неосторожности является несостоятельным, поскольку также основан на ошибочном толковании норм права.
Как разъяснено в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1, вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).
Понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействия, которые привели к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят. При грубой неосторожности нарушаются обычные, очевидные для всех требования, предъявляемые к лицу, осуществляющему определенную деятельность.
Оценивая действия пассажира трамвая Харисовой М.В. с точки зрения наличия в ее действиях грубой неосторожности, судебная коллегия исходит из содержания пункта 5.1.3 Правил пользования городским автомобильным и электрифицированным пассажирским транспортом в <адрес>, утвержденных решением Городской думы <адрес> N783 от 18 июня 2015 года и действовавших в момент рассматриваемых событий, которым предусмотрено, что пассажир обязан во избежание падения во время движения транспортного средства держаться за поручни.
Судом первой инстанции наличия в действиях истца грубой неосторожности не установлено. Исходя из установленных обстоятельств ДТП, пояснений самой Харисовой М.В., третьего лица Камашевой О.В. и показаний свидетелей ФИО1 и ФИО2 по делу, судебная коллегия с таким выводом соглашается, поскольку соответствующих доказательств в деле не имеется, апелляционная жалоба ответчика ссылки на такие доказательства также не содержит.
Указанные самой Харисовой М.В., третьим лицом Камашевой О.В. и свидетелями обстоятельства падения пассажира трамвая Харисовой М.В. лишены элемента очевидности и не характеризуют поведение потерпевшего как легкомысленный расчет, соответственно, не подлежат квалификации в качестве грубой неосторожности истца.
Указание в жалобе на недостоверность видеозаписи, представленной МУП "ИжГЭТ", как доказательства, по мнению судебной коллегии, также направлены на переоценку данного доказательства.
Как уже указано выше согласно части 1 статьи 55 и части 1 статьи 56 ГПК РФ видеозапись может являться доказательством по делу.
Согласно статье 186 ГПК РФ в случае заявления о том, что имеющееся в деле доказательство является подложным, суд может для проверки этого заявления назначить экспертизу или предложить сторонам представить иные доказательства. В нарушение требований указанной статьи, доказательств подложности видеозаписи стороной ответчика не представлено, ходатайства о проведении соответствующей экспертизы не заявлялось.
Кроме того, вопреки доводам жалобы, основанным на неправильном толковании норм ГПК РФ, суд первой инстанции основывал свои выводы по делу не только на представленной видеозаписи, а с учётом оценки всех представленных доказательств в их совокупности по правилам статьи 67 ГПК РФ.
Довод о недоказанности взаимосвязи компрессионного перелома позвонков с ДТП также противоречит представленному в деле доказательству - заключению судебной экспертизы N.
Таким образом, судебная коллегия пришла к выводу о том, что в целом апелляционной жалобы ООО ПЦ "Гильдия юристов" основаны на несогласии ответчика с принятым судом решением, однако доказательств неправомерности выводов суда не содержат. Несогласие стороны с решением суда не может являться основанием для отмены или изменения судебного акта.
Взыскание с ответчиков в доход местного бюджета государственной пошлины соответствует положениям статей 103 ГПК РФ и 333.19 Налогового кодекса РФ.
На основании изложенного, проверяемое решение суда подлежит изменению в части размера взысканной компенсации морального вреда путем увеличения с 80 000 рублей до 250 000 рублей. Апелляционная жалоба Харисовой М.В. подлежит частичному удовлетворению. В то же время оснований для отмены или изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы ОПЦ "Гильдия юристов" не имеется, апелляционная жалоба ОПЦ "Гильдия юристов" удовлетворению не подлежит.
Руководствуясь статьей 328 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Первомайского районного суда г.Ижевска Удмуртской Республики от 1 октября 2018 года изменить в части размера компенсации морального вреда, взысканной солидарно с МУП <адрес> "Ижгорэлектротранс", ООО "Общественно-правовой центр "Гильдия юристов" в пользу Харисовой М. В., увеличив её с 80 000 рублей до 250 000 рублей.
В остальной части то же решение оставить без изменения. Апелляционную жалобу Харисовой М.В. удовлетворить частично, апелляционную жалобу ООО "Общественно-правовой центр "Гильдия юристов" оставить без удовлетворения.
Председательствующий Г.Ю. Мельникова
Судьи Ф.Р. Батршина
И.Н. Хохлов


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка