Дата принятия: 29 мая 2019г.
Номер документа: 33-1709/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ АСТРАХАНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 29 мая 2019 года Дело N 33-1709/2019
Судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда в составе:
председательствующего: Белякова А.А.
судей областного суда: Лапшиной Л.Б. и Стус С.Н.
при секретаре: Мязиной Н.А.
заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Белякова А.А. дело по апелляционной жалобе представителя истца Брежневой М. Ю. по доверенности Егоренко П. Н. и дополнений к ней на решение Советского районного суда г.Астрахани от 12 ноября 2018 года по делу по иску Брежневой М. Ю. к Омаровой Н. Г. о взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплаты и компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛА:
Брежнева М.Ю. обратилась в суд с иском, указав, что на основании договора от 25 мая 2016 года работала у Омаровой Н.Г. в качестве няни, выполняла трудовые обязанности по воспитанию детей. За период с 11 июля 2016 года по 28 декабря 2016 года выплата заработной платы не производилась. Просила взыскать с Омаровой Н.Г. в ее пользу задолженность по заработной плате в размере 338125 рублей, компенсацию за задержку выплаты заработной платы с 11 июля 2016 года по день вынесения решения суда, компенсацию морального в сумме 43098,63 рублей.
В судебном заседании истец Брежнева М.Ю. и ее представитель Егоренко П.Н. иск поддержали.
Ответчик Омарова Н.Г. в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела.
Представитель ответчика Омаровой Н.Г. по доверенности Блинова А.Е. иск не признала, заявила ходатайство о применении срока исковой давности.
Решением Советского районного суда г.Астрахани от 12 ноября 2018 года исковые требования Брежневой М.Ю. оставлены без удовлетворения.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней представитель истца Брежневой М.Ю. по доверенности Егоренко П.Н. ставит вопрос о незаконности постановленного судом решения, поскольку отсутствие надлежащего трудового договора не свидетельствует о невыполнении Брежневой М.Ю. трудовых функций. Суд поверхностно и предвзято отнесся к показаниям свидетелей. При вынесении решения судом не учтены показания свидетелей ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, подтвердивших наличие и период трудовых отношений между сторонами. Указывает, что Брежнева М.Ю. обратилась в суд с иском в пределах установленного законом срока.
На заседание судебной коллегии Омарова Н.Г. не явилась, о слушании дела извещена, просила рассмотреть дело без ее участия, при указанных обстоятельствах в силу статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в ее отсутствие.
Заслушав докладчика, объяснения истца Брежневой М.Ю. и ее представителя по доверенности Егоренко П.Н., поддержавших доводы жалобы, представителя ответчика Омаровой Н.Г. по доверенности Блиновой А.Е., считавшей жалобу необоснованной, проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнение к ней, судебная коллегия считает решение суда подлежащим отмене по основаниям неправильного определения обстоятельств, имеющих значение для дела, неправильного применения норм материального права.
В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит, в том числе, свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.
Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.
В силу статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.
Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.
Согласно разъяснениям, данным в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", к характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.
О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.
К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года).
Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что истцом не представлено достоверных доказательств, подтверждающих наличие между сторонами трудовых отношений.
С указанным выводом суда согласиться нельзя по следующим основаниям.
Из материалов дела следует, что 25 мая 2016 года между Омаровой Н.Г. (работодатель) и Брежневой М.Ю. (работник) заключен договор, по условиям которого работник принимается на работу в семью работодателя в качестве няни, выполняет трудовые обязанности по воспитанию детей ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ДД.ММ.ГГГГ года рождения, осуществляет досмотр и воспитание детей, проводит режимные процессы, такие как: прогулки, кормление детей, гигиенические процедуры, игры, занятия и прочие по согласованию с работодателем.
Согласно исковому заявлению и объяснений истца, в том числе и на заседании судебной коллегии, с 28 мая 2016 года по 15 ноября 2016 года Брежнева М.Ю. фактически была допущена ответчиком Омаровой Н.Г. к работе в качестве няни по адресу проживания работодателя: <адрес>, за что ей частично была выплачена заработная плата.
Данные обстоятельства, наряду с объяснениями истца, подтверждаются объяснением представителя ответчика Омаровой Н.Г. по доверенности Блиновой А.Е. о том, что Брежнева М.Ю. действительно оказывала услуги няни в период с 28 мая 2016 года по октябрь 2016 года включительно.
Факт осуществления Брежневой М.Ю. трудовой деятельности у Омаровой Н.Г. в качестве няни также подтверждается показаниями опрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО9, ФИО10 и ФИО8
Доводы представителя ответчика Блиновой А.Е. о том, что договор от 25 мая 2016 года не может подтверждать трудовые отношения между сторонами, несостоятельны, так как указанный договор в своей совокупности с объяснениями сторон и свидетельскими показаниями подтверждает работу Брежневой М.Ю. у ответчика Омаровой Н.Г. в качестве няни, значимым обстоятельством является фактическое допущение истца к работе.
Ссылка представителя ответчика Блиновой А.Е. в возражениях на апелляционную жалобу на то обстоятельство, что заключенный между сторонами договор следует считать договором возмездного оказания услуг, основана на ошибочном толковании норм права, поскольку по смыслу норм Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 779-782) договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора возмездного оказания услуг является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.
От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя.
Неправильное толкование судом норм трудового права и несоответствие выводов суда установленным обстоятельствам дела привело к неправильному разрешению спора, поэтому судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для установления факта трудовых отношений, возникших между сторонами, с 28 мая 2016 года по 15 ноября 2016 года в должности няни по воспитанию Омаровой Н.Г.
Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется статьей 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, часть 3 которой содержит положение о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.
Поскольку судом фактически разрешены требования об установлении факта трудовых отношений между сторонами в должности няни по воспитанию детей, в удовлетворении которых отказано, судебная коллегия, исходя из части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным выйти за пределы заявленных требований, в соответствии со статьей 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, принять новое решение об установлении факта трудовых отношений между Брежневой М.Ю. и Омаровой Н.Г. в должности няни по воспитанию детей, возникших с 28 мая 2016 года по 15 ноября 2016 года.
Отказывая в удовлетворении исковых требований, районный суд пришел к выводу о пропуске истцом без уважительных причин срока, предусмотренного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, для защиты своих трудовых прав, исчисляя его с 15 ноября 2016 года.
Такой вывод нельзя признать законным, поскольку с учетом положений части 1 статьи 14 Трудового кодекса Российской Федерации срок должен исчисляться с момента установления трудовых отношений между сторонами.
В силу части 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации одним из оснований возникновения трудовых отношений между работником и работодателем является фактический допуск работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.
Поскольку представителем ответчиков заявлено о пропуске истцом срока на обращение в суд по данному трудовому спору, то указанное заявление подлежало рассмотрению в рамках сложившихся правоотношений между истцом и ответчиком, исходя из установления того обстоятельства, являлись ли они трудовыми, в связи с чем подлежали ли применению к ним положения статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации.
В соответствии со статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей до 3 октября 2016 года) работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки (часть первая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).
При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (часть третья статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).
Федеральным законом от 3 июля 2016 года N 272-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам повышения ответственности работодателей за нарушения законодательства в части, касающейся оплаты труда", вступившим в силу с 3 октября 2016 года, статья 392 Трудового кодекса Российской Федерации дополнена новой частью второй следующего содержания: "За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении".
Приведенные нормативные положения, определяющие сроки обращения в суд за разрешением спора о взыскании заработной платы и порядок исчисления этих сроков, а также разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, с учетом спорного периода невыплаты заработной платы, о котором заявлено Брежневой М.Ю., судом не учтены, обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения вопроса о соблюдении истцом срока на обращение в суд за разрешением спора о взыскании заработной платы, о применении которого было заявлено ответчиком, а именно: прекращены или нет трудовые отношения, начислялась ли работнику заработная плата, о выплате которой возник спор, конкретная дата (число, месяц, год), когда истец узнал или должен был узнать о наличии у работодателя перед ним задолженности по выплате заработной платы, судом не устанавливались.
Ввиду названных обстоятельств, вывод суда о пропуске истцом срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора о взыскании заработной платы, нельзя признать законным.
Обращаясь в суд с иском, Брежнева М.Ю. указала на установление ей заработной платы в размере 20000 рублей.
В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы.
В свою очередь работодатель в соответствии со статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в сроки, установленные в соответствии с Трудовым кодексом РФ и трудовым договором.
Согласно части 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты и стимулирующие выплаты.
Условиями заключенного между сторонами договора предусмотрено, что работодатель оплачивает услуги работника по договоренности, но не реже двух раз в месяц (пункт 7 договора).
Факт установления истцу Брежневой М.Ю. ежемесячной оплаты по договору в размере 20000 рублей также подтверждается показаниями свидетелей ФИО11, ФИО10 и не оспаривалось представителем ответчик на заседании судебной коллегии, пояснившей, что все суммы, указанные истцом были выплачены Омаровой Н.Г. в полном объеме.
Доказательств установления истцу заработной платы в ином размере стороной ответчика не представлено.
Согласно протоколу судебного заседания от 7 апреля 2017 года (л.д. 27-30), невыплата заработной платы Брежневой М.Ю. имела место за ноябрь и декабрь 2016 года.
Из объяснений истца Брежневой М.Ю., данных в суде первой инстанции, следует, что с 15 ноября 2016 года она у ответчика Омаровой Н.Г. уже не работала, но в декабре 2016 года по просьбе ответчика Омарова Н.Г. периодически сидела с детьми.
То обстоятельство, что Брежнева М.Ю. работала у ответчика Омаровой Н.Г. до середины ноября 2016 года, подтверждается и показаниями свидетеля ФИО9
Учитывая изложенное, судебная коллегия считает возможным взыскать в пользу истца с ответчика Омаровой Н.Г. задолженность по заработной плате за период с 1 ноября по 15 ноября 2016 года (15 дней) в размере 10000 рублей (20000:2=10000).
К объяснениям истца Брежневой М.Ю., данным в суде первой инстанции 12 ноября 2018 года, о наличии у ответчика задолженности по заработной плате за период с июля по ноябрь 2016 года, судебная коллегия относится критически, поскольку они противоречат первоначальным объяснениям истца.
Обращаясь в суд с иском, Брежнева М.Ю. также указала на наличие у ответчика задолженности по заработной плате за сверхурочную работу - работу в ночное время, в выходные и праздничные дни.
Согласно части 1 статьи 99 Трудового кодекса Российской Федерации, сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.
Условиями заключенного между сторонами договора определен трудовой распорядок - 5 дней в неделю (будни) с 10.00 часов до 17.00 часов.
Принимая во внимание, что доказательств, свидетельствующих о привлечении истца работодателем к сверхурочной работе и наличия оснований для привлечения к сверхурочной работе, в нарушении статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, судебная коллегия не находит оснований для взыскания с ответчика в пользу истца задолженности по заработной плате за сверхурочную работу.
В соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы и выплат при увольнении, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной трехсотой действующей в это время ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от невыплаченных в срок сумм, за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. Обязанность выплаты указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.
Как следует из материалов дела, на момент прекращения трудовых отношений между сторонами, заработная плата истцу, как выше установлено, в полном объеме не выплачена.
Поскольку со стороны работодателя имеет место задержка выплаты заработной платы, то имеются законные основания для удовлетворения требований истца о взыскании процентов (денежной компенсации) в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка России от невыплаченных в срок сумм за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока выплаты.
Ко взысканию с ответчика Омаровой Н.Г. подлежит денежная компенсация за задержку выплаты заработной платы в общей сумме 5034,67 руб., в том числе: за период с 16 ноября 2016 года по 3 февраля 2017 года за 79 дней просрочки - 526,66 руб. (10000 x 10%: 150 x 79), за период с 27 марта 2017 года по 3 апреля 2017 года за 59 дней просрочки - 383,50 руб. (10000 х 9,75% : 150 х 59), за период со 2 мая 2017 года по 19 июня 2017 года за 29 дней просрочки - 178,83 руб. (10000 х 9,25% : 150 х 29), за период с 19 июня 2017 года по 3 августа 2017 года за 93 дня просрочки - 558 руб. (10000 х 9% : 150 х 93), за период с 18 сентября 2017 года по 30 октября 2017 года за 46 дней просрочки - 260,67 руб. (10000 х 8,5% : 150 х 46), за период с 30 октября 2017 года по 3 ноября 2017 года за 46 дней просрочки - 253 руб. (10000 х 8,25% : 150 х 46), за период с 18 декабря 2017 года по 3 января 2018 года за 61 день просрочки - 315,17 руб. (10000 х 7,75% : 150 х 61), за период с 12 февраля 2018 года по 26 марта 2018 года за 40 дней просрочки - 200 руб. (10000 х 7,5% :150 х 40), за период с 26 марта 2018 года по 3 августа 2018 года за 172 дня просрочки - 831,33 руб. (10000 х 7,25% :150 х 172), за период с 17 сентября 2018 года по 3 ноября 2018 года за 92 дня просрочки - 460 руб. (10000 х 7,5% : 150 х 92), за период с 17 декабря 2018 года по 29 мая 2019 года за 209 дней просрочки - 1079,85 руб. (10000 х 7,75% :150 х 209).
Подлежат удовлетворению и требования истца о взыскании компенсации морального вреда.
Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Из разъяснений, содержащихся в пункте 63 (абзац 2) Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N2, следует, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (абзац 3 пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N2).
Определяя размер компенсации морального вреда, судебная коллегия, исходя из конкретных обстоятельств нарушения трудовых прав истца, выразившихся в неуплате заработной плате и других выплат, предусмотренных трудовым законодательством, формы вины работодателя, а также требований разумности, справедливости и соразмерности, находит необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5000 руб.
В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
Согласно части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, государственная пошлина уплачивается при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, при цене иска до 20 000 рублей - 4 процента цены иска, но не менее 400 рублей; при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера для физических лиц - 300 рублей.
С учетом приведенной нормы с ответчика в доход местного бюджета подлежит уплате государственная пошлина пропорционально удовлетворенной части исковых требований в размере 901,39 руб. (601,39 + 300).
На основании изложенного и руководствуясь статьёй 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда,
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Советского районного суда Астраханской области от 12 ноября 2018 года отменить, принять новое решение, которым иск Брежневой М. Ю. удовлетворить частично.
Установить факт трудовых отношений между Брежневой М. Ю. и Омаровой Н. Г. в должности няни по воспитанию детей, возникших с 28 мая 2016 года по 15 ноября 2016 года.
Взыскать в пользу Брежневой М. Ю. с Омаровой Н. Г. задолженность по заработной плате в размере 10000 руб., денежную компенсацию за нарушение срока выплаты заработной платы в размере 5034,67 руб., компенсацию морального вреда в размере 5000 руб.
Взыскать с Омаровой Н. Г. в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 901,39 руб.
Председательствующий А.А. Беляков
Судьи областного суда Л.Б. Лапшина
С.Н. Стус
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
