Дата принятия: 29 мая 2018г.
Номер документа: 33-1703/2018
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ТОМСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 29 мая 2018 года Дело N 33-1703/2018
от 29 мая 2018 года
Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе:
председательствующего Кребеля М.В.,
судей: Мурованной М.В., Клименко А.А.,
при секретаре Беликовой А.Р.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске апелляционную жалобу представителя ответчика Адвокатской палаты Томской области Козырева Петра Федоровича на решение Ленинского районного суда г. Томска от 12 марта 2018 года
по гражданскому делу по иску Казанина Юрия Юрьевича к Адвокатской палате Томской области о признании незаконным и отмене решения Совета Адвокатской палаты Томской области от 27 декабря 2017 года о лишении статуса адвоката, восстановлении в статусе адвоката.
Заслушав доклад председательствующего, объяснения представителя ответчика Адвокатской палаты Томской области Козырева П.Ф., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, объяснения истца Казанина Ю.Ю., возражавшего против апелляционной жалобы, судебная коллегия
установила:
Казанин Ю.Ю. обратился в суд с иском к Адвокатской палате Томской области (далее - АПТО) о признании незаконным и отмене решения Совета Адвокатской палаты Томской области от 27.12.2017 о лишении его статуса адвоката, восстановлении в статусе адвоката.
В обоснование заявленных требований указал, что 17.10.2017 президентом АПТО по представлению вице-президента Козырева П.Ф. от 16.10.2017 возбуждено дисциплинарное производство в отношении адвоката Казанина Ю.Ю., основанием для которого послужило осуществление адвокатом защиты по уголовным делам с нарушением порядка, установленного решением Совета АПТО (без поручения ответственного по району). 30.11.2017 квалификационной комиссией принято решение о наличии в действиях адвоката Казанина Ю.Ю. нарушений, попадающих под обязательное назначение дисциплинарного взыскания, которое направлено для рассмотрения в Совет АПТО. 27.12.2017 Советом АПТО принято решение о лишении Казанина Ю.Ю. статуса адвоката. Полагал, что оспариваемое решение принято незаконно и подлежит отмене, поскольку истец действовал в соответствии с установленным порядком по оказанию юридической помощи. Считал, что ответчиком было нарушено требование ст. 21 Кодекса профессиональной этики адвоката о заблаговременном извещении истца о дате и времени рассмотрения дисциплинарного дела, безосновательно применена исключительная мера ответственности, не учтены смягчающие вину обстоятельства.
В судебном заседании истец Казанин Ю.Ю. заявленные исковые требования поддержал. Дополнительно пояснил, что им соблюдалось Положение "О порядке оказания юридической помощи по назначению дознавателя, следователя, суда на территории Томской области" в редакции от 15.08.2013, поскольку он участвовал в делах по установленному графику, вступал в дела в дни своего дежурства по назначению следователя, дознавателя, суда. Отказаться от участия в качестве адвоката в суде он не имел никакого права, поскольку, приняв на себя защиту на стадии предварительного следствия и дознания, адвокат обязан осуществлять ее до стадии обжалования. Настаивал на том, что ответчиком нарушена процедура привлечения истца к ответственности, поскольку о заседаниях Совета на 27.12.2017 он не был извещен.
Представители ответчика Коптяков С.Н. и Козырев П.Ф. в судебном заседании возражали против заявленных требований, указав, что решение Совета АПТО является законным и обоснованным, дисциплинарное производство было возбуждено на основании представления вице-президента АПТО, рассмотрено уполномоченным составом квалификационной комиссии, которая приняла верное заключение, на основании данного заключения Совет АПТО определилсоразмерное наказание истцу.
Обжалуемым решением суд на основании ст. 67, ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 1, ч. 1 ст. 7, ст. 17 ст. 31 Федерального закона от 31.05.2002 N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации", ст. 7, ст. 8, ст. 9, ст. 18, ст. 19, п. 1 ст. 21, ст. 24 "Кодекса профессиональной этики адвоката", п. 1, п. 2, п. 3, п. 4, п. 11, п. 17 Порядка назначения адвокатов в качестве защитников в уголовном судопроизводстве, утвержденного решением Совета Федеральной палаты адвокатов от 05.10.2017, иск удовлетворил, признал незаконным и отменил решение Совета АПТО от 27.12.2017 о лишении Казанина Ю.Ю. статуса адвоката, восстановил Казанина Ю.Ю. в статусе адвоката, указав, что решение является основанием для внесения сведений о статусе адвоката Казанина Ю.Ю. в реестр адвокатов Томской области.
В апелляционной жалобе представитель ответчика Адвокатской палаты Томской области Козырев П.Ф. просит решение отменить, принять новое, которым в удовлетворении исковых требований отказать.
Оспаривает вывод суда первой инстанции о ненадлежащем извещении истца о дате заседания Совета АПТО, назначенного на 27.12.2017.
Полагает, что Казанин Ю.Ю. не получил почтовое уведомление по неуважительным обстоятельствам, в связи с чем на основании статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации был надлежащим образом уведомлен о дате заседании Совета АПТО.
Настаивает на том, что отправленное на имя истца извещение по адресу адвокатского образования о дате заседания Совета АПТО своевременно передано Казанину Ю.Ю.
Выражает несогласие с произведенной судом первой инстанции оценкой доказательств, в том числе показаний свидетеля Ф.
Не согласен с выводом суда первой инстанции о том, что совершенные истцом действия, формально содержащие признаки нарушения требований законодательства об адвокатской деятельности, не умаляют авторитет адвокатуры, а примененная ответчиком к Казанину Ю.Ю. мера дисциплинарной ответственности является необоснованной и не соответствует тяжести совершенных им действий.
Считает, что применение к адвокату меры дисциплинарной ответственности является предметом исключительной компетенции Совета АПТО.
Обращает внимание на то, что при назначении истцу дисциплинарного наказания ответчиком не учитывался факт его привлечения к дисциплинарной ответственности в 2016 году.
В возражениях на апелляционную жалобу истец Казанин Ю.Ю. просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика без удовлетворения.
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проверив законность и обоснованность решения суда по правилам абзаца первого части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия оснований для его отмены не нашла.
Как установлено судом и видно из дела, Казанин Ю.Ю. являлся адвокатом, о чем в реестре адвокатов Томской области имелась запись 70/823.
В представлении от 16.10.2017 в адрес президента АПТО вице-президент АПТО Козырев П.Ф. просил о возбуждении дисциплинарного производства в отношении истца.
В обоснование указал, что адвокат Казанин Ю.Ю. допускал нарушения Положения "О порядке оказания юридической помощи по назначению органов дознания, предварительного следствия, прокурора, суда и оказания бесплатной юридической помощи на территории Томской области", утвержденного решением Совета АПТО от 02.04.2007 (в редакции от 15.08.2013) (далее - Положение). Так, согласно представленным справкам никто из ответственных по районам, за исключением председателя коллегии адвокатов "Томский юридический центр", не давал поручений адвокату Казанину Ю.Ю. на защиту в порядке ст.50 УПК РФ в органах дознания, следствия, суда. Согласно информации из УМВД России по г. Томску от 08.09.2017 адвокат Казанин Ю.Ю. в 2017 году получил выплаты за 226 случаев участия в делах по назначению следователей или дознавателей в порядке ст. 50 УПК РФ. Согласно информации Управления судебного департамента по Томской области Казанин Ю.Ю. в 2017 году 286 раз участвовал в делах по назначению судей в порядке ст. 50 УПК РФ, из них только в одном случае работал по назначению суда в порядке, установленном Положением. Полученная информация свидетельствует о том, что адвокат Казанин Ю.Ю. нарушил требования подп. 4 п. 1 ст. 7 ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации". В результате незаконных действий адвокатом Казаниным Ю.Ю. в 2017 году многократно (511 случаев, учитывая 1 случай, когда он работал по назначению суда с соблюдением требований Положения) было нарушено Положение, поскольку поручения на защиту по назначению дознавателей, следователей, суда были приняты адвокатом Казаниным Ю.Ю. без поручения на защиту от ответственного по району, президента либо вице-президента АПТО, то есть с нарушением требований п. 14 и 17 Положения.
17.10.2017 распоряжением Президента АПТО на основании представления вице-президента АПТО Козырева П.Ф. от 16.10.2017 в отношении адвоката Казанина Ю.Ю. возбуждено дисциплинарное производство с направлением материалов для рассмотрения в квалификационную комиссию адвокатской палаты.
30.11.2017 квалификационная комиссия АПТО вынесла заключение о наличии в действиях адвоката Казанина Ю.Ю. 511 нарушений Положения, указав на нарушение тем самым адвокатом подп. 4 п. 1 ст. 7 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" и подп. 9 п. 1 ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката, решения Совета АПТО от 02.04.2007 (в редакции от 15.08.2013).
Решением Совета АПТО от 27.12.2017 в действиях адвоката Казанина Ю.Ю. установлены 511 нарушений Положения, соответственно, установлены нарушения подп. 4 п.1 ст. 7 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" N 63-ФЗ от 31.05.2002, подп. 9 п. 1 ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката (далее по тексту - КПЭА), решения Совета АПТО от 02.04.2007 (в редакции от 15.08.2013). К адвокату Казанину Ю.Ю. применена мера дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката.
Удовлетворяя иск, суд первой инстанции исходил из допущенных в ходе дисциплинарного производства нарушений процедуры, нарушений прав адвоката на защиту, придя к выводу о нарушении тем самым принципа состязательности.
Иск разрешен правильно.
Так, в соответствии со статьей 4 Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" законодательство об адвокатской деятельности и адвокатуре основывается на Конституции Российской Федерации и состоит из настоящего Федерального закона, других федеральных законов, принимаемых в соответствии с федеральными законами нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации и федеральных органов исполнительной власти, регулирующих указанную деятельность, а также из принимаемых в пределах полномочий, установленных настоящим Федеральным законом, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации.
В соответствии с подп. 2 и 4 п. 1 ст. 7, подп. 2 и 3 п. 2 ст. 17 Федерального закона от 31.05.2002 N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" адвокат обязан: исполнять требования закона об обязательном участии адвоката в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда, соблюдать Кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, принятые в пределах их компетенции (п.п. 4 п. 1 ст. 7).
В соответствии со статьей 19 Кодекса неисполнение адвокатом решений органов адвокатской палаты должно стать предметом рассмотрения соответствующих квалификационной комиссии и Совета, заседания которых проводятся в соответствии с процедурами дисциплинарного производства, предусмотренными настоящим Кодексом.
Статус адвоката может быть прекращен по решению совета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, в региональный реестр которого внесены сведения об адвокате, на основании заключения квалификационной комиссии при: нарушении адвокатом норм Кодекса профессиональной этики адвоката (пп. 2 п. 2 ст. 17); неисполнении или ненадлежащем исполнении адвокатом решений органов адвокатской палаты, принятых в пределах их компетенции (подп. 3 п. 2 ст. 17).
Принятый Первым Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 года в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом, Кодекс профессиональной этики адвоката (далее Кодекс), устанавливает обязательные для каждого адвоката правила поведения при осуществлении адвокатской деятельности, а также основания и порядок привлечения адвоката к ответственности.
Процедура дисциплинарного производства в отношении адвоката установлена разделом 2 Кодекса профессиональной этики адвоката.
Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 20 Кодекса поводом для возбуждения дисциплинарного производства является представление, внесенное в адвокатскую палату вице-президентом адвокатской палаты либо лицом, его замещающим.
Статьей 22 Кодекса установлено, что дисциплинарное производство включает следующие стадии: 1) возбуждение дисциплинарного производства; 2) разбирательство в квалификационной комиссии адвокатской палаты субъекта Российской Федерации; 3) разбирательство в Совете адвокатской палаты субъекта Российской Федерации.
Процедурные основы дисциплинарного производства регламентированы Разделом 2 Кодекса профессиональной этики адвоката.
Порядок дисциплинарного производства на стадии разбирательства в квалификационной комиссии адвокатской палаты установлен статьей 23 Кодекса, в силу которой дисциплинарное дело, поступившее в квалификационную комиссию адвокатской палаты субъекта РФ, должно быть рассмотрено не позднее двух месяцев, не считая времени отложения дисциплинарного дела по причинам, признанным квалификационной комиссией уважительными (п. 1).
Неявка кого-либо из участников дисциплинарного производства не является основанием для отложения разбирательства. В этом случае квалификационная комиссия рассматривает дело по существу по имеющимся материалам и выслушивает тех участников производства, которые явились на заседание комиссии (п. 3).
Участники дисциплинарного производства с момента его возбуждения имеют право: 1) знакомиться со всеми материалами дисциплинарного производства, делать выписки из них, снимать с них копии, в том числе с помощью технических средств; 2) участвовать в заседании комиссии лично и(или) через представителя; 3) давать по существу разбирательства устные и письменные объяснения, представлять доказательства; 4) знакомиться с протоколом заседания и заключением комиссии; 5) в случае несогласия с заключением комиссии представить Совету свои объяснения (п. 5).
По результатам разбирательства квалификационная комиссия вправе вынести, в том числе, заключение о наличии в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и(или) настоящего Кодекса либо о неисполнении или ненадлежащем исполнении им своих обязанностей перед доверителем (подп. 1 п. 9).
По просьбе участников дисциплинарного производства им в десятидневный срок вручается (направляется) заверенная копия заключения комиссии (п. 13).
В соответствии с п. 3 ст. 24 Кодекса профессиональной этики адвоката участники дисциплинарного производства не позднее десяти суток с момента вынесения заключения квалификационной комиссией вправе представить через ее секретаря в Совет письменное заявление, в котором выражается несогласие с этим заключением или ее поддержка.
Согласно положениям п. 1 ст. 24 Кодекса профессиональной этики адвоката участники дисциплинарного производства извещаются о месте и времени заседания Совета.
В силу п. 5 ст. 24 Кодекса профессиональной этики адвоката участникам дисциплинарного производства предоставляются равные права изложить свои доводы в поддержку или против заключения квалификационной комиссии, а также высказаться по существу предлагаемых в отношении адвоката мер дисциплинарной ответственности.
В соответствии с п. 4 и п. 8 ст. 24 Кодекса профессиональной этики адвоката Совет при разбирательстве не вправе пересматривать выводы заключения комиссии в части установленных ею фактических обстоятельств, считать установленными не установленные ею фактические обстоятельства, а равно выходить за пределы жалобы, представления и заключения комиссии. Решение по жалобе, представлению, обращению принимается Советом путем голосования.
Согласно подп. 1 п. 1 ст. 25 Кодекса профессиональной этики адвоката Совет вправе принять по дисциплинарному производству решение о наличии в действиях (бездействии) адвоката нарушения Кодекса профессиональной этики адвоката, о неисполнении или ненадлежащем исполнении им своих обязанностей перед доверителем и о применении к адвокату мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных статьей 18 Кодекса.
В силу подп. 5 п. 1 ст. 25 Кодекса профессиональной этики адвоката Совет вправе принять решение о направлении дисциплинарного производства квалификационной комиссии для нового разбирательства только вследствие существенного нарушения процедуры, допущенной комиссией при разбирательстве.
Согласно п. 1 и п. 6 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, совершенно умышленно или по грубой неосторожности, влечет применение мер дисциплинарной ответственности в виде замечания, предупреждения и прекращения статуса адвоката.
При определении меры дисциплинарной ответственности должны учитываться тяжесть совершенного проступка, обстоятельства его совершения, форма вины, иные обстоятельства, признанные Советом существенными и принятые во внимание при вынесении решения.
Решение Совета адвокатской палаты по дисциплинарному производству может быть обжаловано адвокатом, привлеченным к дисциплинарной ответственности, в месячный срок со дня, когда ему стало известно или он должен был узнать о состоявшемся решении (п. 2 ст.25 Кодекса).
Принимая во внимание тот факт, что поводом для возбуждения дисциплинарного производства в силу подпункта 2 пункта 1 статьи 20 Кодекса является представление вице - президента АПТО, основания для его возбуждения имелись, поскольку Козырев П.Ф. является вице-президентом Адвокатской палаты Томской области.
Из материалов дела следует и судом первой инстанции установлено, что квалификационная комиссия, принимая решение в рамках дисциплинарного производства в отношении Казанина Ю.Ю., исходила из того, что истец в 2017 году получил выплаты за 226 случаев участия в делах по назначению следователей или дознавателей в порядке ст. 50 УПК РФ и 286 раз участвовал в делах по назначению судей в порядке ст. 50 УПК РФ, из них только в одном случае он работал по назначению суда в порядке, установленном Положением "О порядке оказания юридической помощи по назначению органов дознания, предварительного следствия, прокурора, суда и оказания бесплатной юридической помощи на территории Томской области", утвержденным решением Совета АПТО от 02.04.2007 (в редакции от 15.08.2013), в связи с чем поручение на защиту по 511 делам принято адвокатом Казаниным Ю.Ю. с нарушением норм Положения.
В подтверждение этих нарушений комиссия сослалась на графики, постановления о назначении защитника, постановления о выплате процессуальных издержек, реестры, таблицы уголовных дел.
Вместе с тем истец оспаривал количество фактов допущенных им нарушений.
Оценив представленные в дело доказательства в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что поскольку истец оказывал юридическую помощь по назначению в порядке ст. 50 УПК РФ в дни своих дежурств, то участие Казанина Ю.Ю. в процессуальных действиях по уголовным делам по назначению следователей и дознавателей в порядке ст. 50 УПК РФ (226 случаев) в отсутствие поручения ответственного не может быть вменено ему в вину при рассмотрении вопроса о привлечении к дисциплинарной ответственности и расценено как нарушение Положения "О порядке оказания юридической помощи по назначению органов дознания, предварительного следствия, прокурора, суда и оказания бесплатной юридической помощи на территории Томской области".
Также судом установлено, что в 2017 году адвокат Казанин Ю.Ю. без поручения ответственного принял участие в судебных заседаниях в дни своих дежурств по 154 делам, из них по 64 уголовным делам и 89 материалам.
Поскольку в данной части решение суда сторонами по делу не обжалуется, его законность и обоснованность в силу положений ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предметом проверки судебной коллегии не является, оснований для выхода за пределы доводов апелляционной жалобы судебная коллегия не усматривает.
Совет согласился с выводами квалификационной комиссии и принял решение о прекращении статуса адвоката в отношении истца.
Однако, по мнению судебной коллегии, ответчиком бесспорные доказательства законности решения Совета АПТО не представлены.
Так, при вынесении оспариваемого решения ответчиком не было учтено, что, как и любое другое правонарушение, дисциплинарный проступок обладает совокупностью признаков: субъект, субъективная сторона, объект, объективная сторона. Субъектом дисциплинарного проступка в данной ситуации может быть адвокат, состоящий в правоотношениях с АПТО и нарушающий решения АПТО. Субъективной стороной дисциплинарного проступка выступает вина со стороны работника (в виде умысла или по неосторожности). Объект дисциплинарного проступка - внутренний порядок оказания правовой помощи, установленный АПТО. Объективной стороной выступают конкретные действия адвоката, вредные последствия и прямая связь между ними и действием правонарушителя.
В указанной связи конкретные действия адвоката в определенный день по конкретному делу обязательны к установлению, подлежат доказыванию. Соответственно, объем вменяемых нарушений имеет значение.
Таким образом, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что при рассмотрении дела не нашел подтверждения вывод Совета АПТО, изложенный в оспариваемом решении, о получении Казаниным Ю.Ю. поручений на защиту с нарушением норм Положения по 511 делам, указанным в представлении вице-президента АПТО, что свидетельствует о нарушениях принципов привлечения истца к дисциплинарной ответственности при принятии решения Совета о применении к адвокату крайней меры ответственности, которое не мотивировано с учетом установленных судом обстоятельств. В отсутствие такой мотивации вывод о наказании за систему аналогичных проступков обоснованным, а соответственно, законным признать нельзя.
Кроме того, из обжалуемого решения Совета АПТО не следует, что при привлечении к дисциплинарной ответственности истца были приняты во внимание, обсуждались какие-либо смягчающие вину и наказание обстоятельства (возраст, состояние здоровья, состав семьи, материальное положение, наличие иждивенцев, характеризующий материал, отношение истца к выполнению профессиональных обязанностей и т.п.). Не указано в решении и на то, что таковые отсутствуют либо признаны несущественными. При этом обязанность доказать наличие законного основания применения меры дисциплинарного взыскания и соблюдение установленного порядка ее применения возлагается на ответчика, когда истцом заявлено о незаконности ее применения. Задачей суда в данном случае является проверка и установление всех факторов, которые являются основанием к применению той или иной меры юридической ответственности, в том числе наличие либо отсутствие смягчающих, отягчающих вину обстоятельств, когда они влияют на меру ответственности.
Таким образом, решение Совета адвокатской палаты о применении крайней меры дисциплинарной ответственности принято без учета юридически значимых для дела обстоятельств, не является результатом взвешенного подхода к оценке действий истца, его предшествующего поведения и отношения к исполнению своих профессиональных обязанностей.
Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что доказательств причинения существенного вреда проступком истца в суд не представлено. Равно как не представлено допустимых, достоверных и бесспорных доказательств тому, что указанные действия истца порочат честь и достоинство адвоката, умаляют авторитет адвокатуры.
При таких обстоятельствах усмотрение Совета адвокатской палаты по определению тяжести совершенных истцом проступков, влекущее лишь исключительную меру ответственности, нельзя признать обоснованным, а потому - законным.
Между тем общими принципами юридической ответственности в силу ст.1, 2, 15, 17, 18, 19, 54, 55 Конституции Российской Федерации являются справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина и гуманизм. Оспариваемое решение в силу изложенного в части избранной меры ответственности не отвечает основополагающим принципам юридической ответственности: справедливости, соразмерности, гуманизму, а при их отсутствии - соответственно, законности.
Указанное, вопреки мнению апеллянта, свидетельствует о наличии оснований для удовлетворения иска, в связи с чем доводы апелляционной жалобы в указанной части не могут быть приняты во внимание.
Доводы апелляционной жалобы о недопустимости вмешательства суда во внутренние дела адвокатского образования, исключительности компетенции Совета АПТО при применении меры дисциплинарной ответственности к адвокату не могут быть приняты во внимание, поскольку основанием к отмене решения не являются.
Так, наделение адвокатов публичными функциями обусловливает необходимость организации эффективного контроля за их деятельностью, однако с учетом того, что адвокатура является профессиональным сообществом адвокатов и как институт гражданского общества не входит в систему органов государственной власти и органов местного самоуправления, действует на основе принципов законности, независимости, самоуправления, корпоративности, а также принципа равноправия адвокатов (пункты 1 и 2 статьи 3 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации"), наделение адвокатских палат правом прекращать статус адвоката за виновное неисполнение или ненадлежащее исполнение адвокатом возложенных на него обязанностей - при том, что решение совета адвокатской палаты о прекращении статуса адвоката может быть обжаловано в судебном порядке (пункт 5 статьи 17 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации"), не является произвольным, а проверка законности принятых Советом АП решений не может расцениваться как вмешательство во внутренние дела адвокатского образования. Такой вывод судебной коллегии соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 11.05.2012 N 838-О).
Таким образом, выводы суда первой инстанции о наличии предусмотренных законом оснований для удовлетворения исковых требований являются правильными и сомнений у судебной коллегии не вызывают.
Доводы подателя апелляционной жалобы относительно несогласия с действиями суда по оценке представленных доказательств не свидетельствуют о незаконности судебного постановления, поскольку согласно положениям статей 56, 59, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Доводы апелляционной жалобы о несогласованности выводов суда являются несостоятельными, судебная коллегия признает выводы суда последовательными, объективными, принятыми в соответствии с положениями статей 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, должным образом проверенными доказательствами, представленными сторонами.
Ссылка в жалобе на то, что при назначении истцу дисциплинарного наказания ответчиком не учитывался факт его привлечения к дисциплинарной ответственности в 2016 году, не может повлечь отмену правильного по существу судебного постановления, поскольку опровергается содержанием обжалуемого решения Совета АПТО, в связи с чем подлежит отклонению.
Вместе с тем доводы апеллянта о ненадлежащем извещении истца о дате заседании Совета АПТО, назначенного на 27.12.2017, по мнению судебной коллегии, заслуживают внимания.
Так, заседание Совета АПТО по поступившему дисциплинарному делу истца было назначено на 27.12.2017 на 10.00 час. по адресу: /__/.
Из пояснений истца следует, что о заседании Совета АПТО он извещен не был, письмо с извещением о заседании Совета АПТО, назначенном на 27.12.2017, он получил только 29.12.2017.
Представитель ответчика, возражая, указал, что извещение о дате и месте проведения Совета АПТО по вопросу привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности направлялось по единственному известному адресу регистрации истца, на имя коллегии адвокатов N 1 Советского района г. Томска для вручения Казанину Ю.Ю., посредством телефонной связи.
В деле представлен почтовый конверт с вложенным уведомлением о дате и месте проведения Совета АПТО в адрес Казанина Ю.Ю. по месту его жительства (/__/ ), информация об отправлении указанного почтового конверта (т. 1, л.д. 14, 226), согласно которым заказное письмо направлено 21.12.2017, 23.12.2017 осуществлена неудачная попытка вручения, 29.12.2017 - вручено адресату.
Учитывая, что иные адреса для почтовых извещений адвокат не сообщил, данное сообщение направлено заблаговременно, является надлежащим извещением.
Поскольку о возбужденном дисциплинарном производстве адвокат знал, процедура привлечения к дисциплинарной ответственности ему была известна, соответственно, о рассмотрении на заседании Совета АПТО в установленные КПЭА сроки материалов дисциплинарного производства он не мог не знать, поэтому был обязан, действуя разумно и добросовестно, обеспечить получение в свой адрес любой корреспонденции, представить в Совет доказательства уважительности своей неявки и доказательства, касающиеся дисциплинарного производства, чего не сделал.
При таких обстоятельствах, по мнению судебной коллегии, материалы дисциплинарного производства рассмотрены на заседании Совета АПТО в отсутствие адвоката правомерно (п. 5 ст. 24 КПЭА, ст. 165.1 ГК РФ), в связи с чем выводы суда об обратном ошибочны.
Однако указанное не повлекло принятия неправильного решения, поскольку выводы суда об удовлетворении исковых требований являются верными.
Нарушений норм процессуального права, которые в соответствии со ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации привели или могли привести к неправильному разрешению дела, судом не допущено.
При таких данных решение суда является законным и обоснованным,оснований для отмены решения по доводам жалобы не имеется.
Руководствуясь п.1 ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Ленинского районного суда г. Томска от 12 марта 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика Адвокатской палаты Томской области Козырева Петра Федоровича - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
