Дата принятия: 06 марта 2020г.
Номер документа: 33-170/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ СУДА ЕВРЕЙСКОЙ АВТОНОМНОЙ ОБЛАСТИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 6 марта 2020 года Дело N 33-170/2020
Судебная коллегия по гражданским делам суда Еврейской автономной области в составе:
председательствующего Серга Н.С.
судей Кнепмана А.Н., Слободчиковой М.Е.,
при секретаре Мерзляковой А.Ю.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе Караваева Д. А. на решение Облученского районного суда Еврейской автономной области от <...>, которым постановлено:
Исковые требования федерального казенного учреждения "Следственный изолятор N 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по <...>" к Караваеву Д. А. о взыскании материального ущерба, удовлетворить.
Взыскать с Караваева Д. А. в пользу федерального казенного учреждения "Следственный изолятор N 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по <...>" материальный ущерб в размере 202 270 рублей 58 копеек.
Взыскать с Караваева Д. А. в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 5 222 рубля 70 копеек.
Заслушав доклад судьи Серга Н.С., пояснения представителя ответчика Теленковой Ю.А., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Федеральное казенное учреждение "Следственный изолятор N 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по <...>" (далее - ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по ЕАО) обратилось в суд с исковым заявлением к Караваеву Д.А. о взыскании материального ущерба в размере 202 270 рублей 58 копеек. Требования мотивированы тем, что Караваев Д.А. осуждён <...> Облученским районным судом ЕАО по <...> УК РФ с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. <...> во время дежурства младшим инспектором отдела режима и надзора ФКСИЗО УФСИН России-1 СИЗО УФСИН России по ЕАО К.Е.А. был зафиксирован факт того, что Караваев Д.А., содержащийся в камере N <...> сборно-следственного отделения, в 23 часа 04 минуты и в 23 часа 32 минуты оторвал от стены две видеокамеры вместе с настенными креплениями.
Согласно акту технического состояния от <...> повреждённые видеокамеры и настенные крепления к ним восстановлению не подлежат. Стоимость одной видеокамеры составляет 95 099,9 рублей, настенного крепления - 6 035,39 рублей, что подтверждается письмом ФКУ УС-101 ФСИН России от <...> N <...> Сумма причинённого учреждению ущерба - 202 270 рублей 58 копеек. Факт причинения ущерба ответчиком подтверждается материалами проверки, проведённой сотрудниками ФКСИЗО УФСИН России-1 СИЗО УФСИН России по ЕАО, фотоматериалами. Кроме того, данный факт зафиксирован на видеорегистратор "Дозор" N <...> ДСП.
В судебном заседании представитель истца ФКСИЗО УФСИН России-1 СИЗО УФСИН России по ЕАО Теленкова Ю.А. исковые требования поддержала по доводам, изложенным в исковом заявлении.
Дополнительно пояснила, что согласно акту проверки фактического наличия, комплектности, технического состояния оборудования интегрированной системы безопасности объекта "Следственный изолятор на 300 мест <...>" от <...> N <...>, составленной по результатом работы комиссии, утверждённой Приказом ФСИН России по ЕАО, видеокамеры, находящиеся в камере N <...> КСО, до их повреждения Караваевым Д.А., находились в исправном состоянии. Вина Караваева Д.А. в причинении истцу материального ущерба подтверждается совокупностью доказательств, представленных в суд. По факту причинённого ущерба осуждённый Караваев Д.А. отказался давать письменные объяснения, о чём сотрудниками учреждения составлен акт.
Ответчик Караваев Д.А., участвующий в судебном заседании в режиме видеоконференц-связи, исковые требования не признал. Суду пояснил, что <...> он содержался в камере КСО ФКСИЗО УФСИН России-1 СИЗО УФСИН России по ЕАО перед этапированием, номер камеры не помнит. Видеокамеры он не повреждал, а только выражал недовольство по поводу ненадлежащих условий содержания. <...> до 18-00 часов в камере он содержался не один. Сотрудники учреждения не предлагали ему дать объяснение по поводу повреждённых видеокамер, доказательств того, что именно он повредил имущество истца, в судебное заседание не представлено.
Представитель ответчика - Громовой А.А. позицию ответчика Караваева Д.А. поддержал. Суду пояснил, что в нарушение ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено достоверных и бесспорных доказательств, подтверждающих причинение Караваевым Д.А. материального ущерба учреждению. Проверка по факту порчи государственного имущества проведена работниками истца, которые являются заинтересованными лицами, однако не являются непосредственными очевидцами факта повреждения видеокамер ответчиком. Из показаний свидетеля К.Е.А. не следует с достоверностью, что видеокамеры повредил Караваев. Из приказа N <...> от <...> не следует, что К. была в составе какой-либо дежурной группы по СИЗО УФСИН России. Свидетель К. указала источник своей осведомленности - данные видеорегистратора "Дозор" N <...> ДСП. Однако истцом в судебное заседание видеозапись с этого регистратора не представлена, несмотря на то, что у истца имелась такая возможность. Свидетель К. была допрошена в суде с грубым нарушением требований ст.ст. 163, 177, 155.1 ГПК РФ, поскольку до дачи показаний находилась в одном помещении с представителем истца и другими свидетелями. К.Е.А. выслушивала пояснения представителя истца, ответчика, а затем сама давала показания в присутствии других, не допрошенных свидетелей. Другие свидетели также слышали её показания и не были удалены судом из помещения, в котором допрашивалась К.. Караваев Д.А. <...> содержался не в одиночной камере, с ним также находились иные лица. Однако при проведении проверки истцом не выяснялся вопрос, кто ещё находился в камере совместно с Караваевым. Доказательств того, что Караваев Д.А. содержался в камере N <...> один, равно как и того, что Караваев Д.А. содержался именно в камере N <...> истцом суду не представлено. Отпечатков пальцев Караваева на креплениях, видеокамерах не имеется, экспертных исследований на предмет того, по какой причине оборвались видеокамеры со стены, которые находились в эксплуатации 32 месяца и возможно были плохо закреплены, истцом не проводилось. Также истцом не проводился эксперимент, имел ли Караваев Д.А. физическую возможность, с учётом его роста и высоты крепления видеокамер, повредить их. Серийные номера повреждённых видеокамер и креплений к ним при осмотре зафиксированы не были, при осмотре видеокамер в судебном заседании установлено отсутствие на них серийных номеров. При осмотре повреждённых видеокамер установлено, что без помощи отвертки их не повредишь, однако у Караваева Д.А. никаких предметов обнаружено не было. На видеозаписи, представленной истцом, факта повреждения Караваевым Д.А. видеокамер не зафиксировано. Свидетель Г.С.В. также пояснил, что он не видел, чтобы Караваев Д.А. срывал камеры, а также не видел в камере N <...> повреждённых видеокамер. Аудиозапись, представленная истцом, не может быть признана относимым и допустимым доказательством по делу, так как непонятно, когда и из какого источника она получена, нельзя с достоверностью установить, что на ней зафиксирован именно разговор К.. Кроме того, истцом не представлено бесспорных и достоверных доказательств того, что повреждённые видеокамеры и крепления не подлежат восстановлению либо их ремонт нецелесообразен по причине превышения его стоимости балансовой стоимости видеокамер. Представленные истцом документы, подтверждающие, что ремонт видеокамер и креплений к ним невозможен своими силами, нельзя принять как достоверное доказательство, поскольку независимого экспертного исследования повреждённого имущества не проводилось. Доказательств того, что работники истца, которые дали заключение по повреждённым видеокамерам и креплениям к ним, имеют соответствующую квалификацию, не имеется. Из акта от <...> следует, что видеокамеры и крепления к ним осматривались работниками истца только визуально, без испытаний и исследований, однако повреждённое имущество - это электроника и техника. В силу своего образования и должностного положения Гончар вправе давать заключения о техническом состоянии определённого оборудования в связи с его эксплуатацией, однако не вправе проводить экспертные исследования на предмет технического состояния оборудования и определять нецелесообразность его ремонта. В обоснование требований истцом представлены документы, подтверждающие только балансовую стоимость повреждённого имущества без учёта фактического износа, который составляет 32 месяца. Доказательств рыночной стоимости повреждённого имущества с учётом степени его износа истцом не предоставлено. Просил отказать в удовлетворении требований.
Суд постановилуказанное решение.
В апелляционной жалобе Караваев Д.А. просил решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. Жалоба мотивирована аналогичными доводами, приведёнными представителем Караваева Д.А. - Громовым А.А. в суде первой инстанции. Указал, что истцом не представлено бесспорных и достоверных доказательств тому, что Караваев Д.А. содержался в КСО N <...>, а также, что именно он повредил видеокамеры и крепления к ним. Указал, что при допросе свидетелей в режиме видеоконференц-связи судом допущены грубые нарушения гражданско-процессуального законодательства. Свидетель К.Е.А. допрашивалась в здании ФКСИЗО УФСИН России-1 СИЗО УФСИН России по ЕАО, при этом до дачи пояснений находилась в одном помещении с представителем истца и другими свидетелями. К. и Г., допрошенные в судебном заседании <...>, должны были допрашиваться посредством видеоконференц-связи судом по месту их жительства. Устанавливать личности данных свидетелей, а также отбирать у них подписку о предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний должен был суд, обеспечивающий проведение судебного заседания посредством видеоконференц-связи. Также указал, что допрошенные в судебном заседании свидетели не являлись непосредственными очевидцами того, что именно Караваев Д.А. повредил видеокамеры и крепления к ним в камере N <...> сборно - следственного отделения. На видеокамерах и на креплениях к ним отсутствовали отпечатки пальцев ответчика. В рамках проведенной проверки по факту порчи государственного имущества истцом не проводился эксперимент на предмет физической возможности Караваева Д.А. дотянуться до видеокамер, закреплённых на потолке, а также не исследовался вопрос по какой причине видеокамеры оборвались со стены. При осмотре видеокамер и креплений к ним в ходе судебного заседания было установлено, что на них отсутствуют серийные номера, также серийные номера не были зафиксированы и при осмотре места происшествия. Кроме того, указал, что не согласен с размером причинённого ущерба, поскольку истцом не представлено доказательств, что повреждённое имущество не подлежит восстановлению либо ремонту. В обоснование размера материального ущерба истцом представлены документы, подтверждающие балансовую стоимость повреждённого имущества без учёта фактического износа. В протоколе судебного заседания неверно отражено, что свидетель Г.В.С. видел в операторской по видеонаблюдению, как ответчик стал откручивать камеры, после чего камера погасла. Данный свидетель в судебном заседании об этом не говорил. Истец был обязан сохранить видеозапись видеорегистратора, поскольку она могла подтвердить кто повредил видеокамеры. Суд пришёл к необоснованному выводу о том, что показания свидетелей согласуются между собой и подтверждают друг друга. Из показаний свидетеля К.Е.А. следует, что после повреждения первой видеокамеры она направила об этом сообщение дежурному. Однако свидетель Г.В.С. в судебном заседании пояснил, что от К.Е.А. поступило сообщение лишь о том, что он шумит и выбивает форточку. Также в решении неверно указано, что на видеозаписи, исследованной в судебном заседании, зафиксирован его разговор с Г.В.С., в ходе которого ответчик выразил недовольство наличием видеокамер в КСО N <...>, поскольку данная видеозапись такого разговора не содержит. Считает, что судом необоснованно признана допустимым и относимым доказательством аудиозапись, прослушанная в судебном заседании, поскольку неизвестны источник её получения, дата и время, когда она была записана. Кроме того, невозможно установить, что голос на прослушанной аудиозаписи, принадлежит К.Е.А.
В возражениях на апелляционную жалобу ФКСИЗО УФСИН России-1 СИЗО УФСИН России по ЕАО с её доводами не согласилось, указало, что в суде первой инстанции установлен факт причинения Караваевым Д.А. материального ущерба в размере 202 270 рублей 58 копеек, что подтверждается материалами дела.
В суде апелляционной инстанции ответчик Караваев Д.А. поддержал доводы апелляционной жалобы.
Представитель истца Теленкова Ю.А. в удовлетворении апелляционной жалобы Караваева Д.А. просила отказать.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на неё, выслушав пояснения лиц, участвующих в апелляционной инстанции, судебная коллегия пришла к следующему.
Из материалов дела установлено, что приговором Облученского районного суда ЕАО от <...> ответчик Караваев Д.А. осуждён по ч. 1 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на срок 12 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Перед этапированием в колонию Караваев Д.А. содержался в камере КСО N <...> сборно-следственного отделения ФКСИЗО УФСИН России-1 СИЗО УФСИН России по ЕАО, что подтверждается справкой заместителя начальника отдела режима и надзора СИЗО УФСИН России по ЕАО Д.К.А. от <...>.
<...> Караваев Д.А., находясь в указанной выше камере, в 23 часа 04 и 23 часа 32 минуты повредил две видеокамеры и крепления к ним, что подтверждается материалами проверки, проводимой по данному факту, а также показаниями свидетелей Г.В.С., К.Д.А.., Г.К.Ю., допрошенных судом первой инстанции.
Ссылка ответчика и его представителя на нарушение судом первой инстанции норм процессуального права при рассмотрении дела, в частности на то, что свидетели, допрошенные судом, присутствовали в зале в ходе судебного заседания, и были допрошены после заслушивания сторон по делу, и друг друга, не может служить основанием к отмене судебного решения. Согласно ст. 330ГПК РФ нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для отмены решения суда первой инстанции только при условии, если это нарушение или неправильное применение привело или могло привести к неправильному разрешению дела. Из протокола судебного заседания следует, что все свидетели в судебном заседании давали показания по различным обстоятельствам, а также в отношении составленных ими документов. Их позиция не связана с объяснениями других лиц. Суд правомерно указал, что нет оснований не доверять показаниям опрошенных свидетелей, поскольку они последовательны, согласуются с иными доказательствами по делу, представленными стороной истца. Свидетели предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. То обстоятельство, что свидетели являются сотрудниками ФКСИЗО УФСИН России-1 СИЗО УФСИН России по ЕАО само по себе не свидетельствует о их личной заинтересованности в исходе дела, объективных причин для оговора ответчика со стороны свидетелей судом не установлено и не указано на наличие таковых ответчиком и его представителем.
В ходе осмотра и проверки технического состояния повреждённых малоформатных купольных видеокамер и настенных креплений к ним, произведенного старшим инженером группы ИТОСиВ отдела охраны ФКСИЗО УФСИН России-1 СИЗО УФСИН России по ЕАО Г.К.Ю., инженером группы ИТОСиВ отдела охраны ФКСИЗО УФСИН России-1 СИЗО УФСИН России России по ЕАО Ж.А.Г., техником группы ИТОСиВ отдела охраны ФКСИЗО УФСИН России-1 СИЗО УФСИН России по ЕАО А.А.А. установлено, что две малоформатные купольные видеокамеры серии Sarix IMP с защитой от внешних воздействий и ИК-подсветкой, 2,8-10 мм IMPS110-1ERP, два настенных крепления светло-серого цвета WMVE-SR находятся в эксплуатации 32 месяца, технический ресурс - 60 месяцев, серийный номер видеокамер Т 62402834 и Т 62402732. На видеокамерах оторваны сетевые кабели, повреждены защитные стекла, повреждён металлический корпус, оторваны и разбиты матрицы видеонаблюдения от платы управления, разломаны платы управления, повреждены настенные крепления. Ремонт видеокамер и настенных креплений произвести невозможно. Восстановить работоспособность видеокамер невозможно по причине механических повреждений корпусов, защитных стекол, матриц видеонаблюдения и платы управления. Восстановить настенные крепления невозможно по причине механических повреждений. Техническое состояние видеокамер и креплений к ним отражено в акте от <...>, утвержденном начальником ФКСИЗО УФСИН России-1 СИЗО УФСИН России по ЕАО, а также в фототаблице, имеющейся в материалах дела.
Доводы ответчика Караваева Д.А., что Г.К.Ю. не имел право давать заключение о техническом состоянии оборудования инженерно-технических средств охраны и надзора опровергаются имеющейся в материалах дела должностной инструкцией старшего инженера группы инженерно-технического обеспечения, связи и вооружения отдела охраны ФКСИЗО УФСИН России-1 СИЗО УФСИН России по ЕАО Г.К.Ю., который имеет высшее техническое образование по специальности "Информационные системы и технологии", квалификацию "инженер".
Материалами дела также опровергаются доводы ответчика и его представителя Громового А.А. о том, что истцом не представлено доказательств об исправности в камере, где содержался Караваев Д.А., видеокамер на <...>.
Оценивая доказательства в их совокупности, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что обязанность возместить истцу причиненный ущерб лежит на ответчике. Поскольку с достоверностью установлено, что Караваев Д.А., находясь <...> в камере КСО N <...> ФКСИЗО УФСИН России-1 СИЗО УФСИН России по ЕАО, умышленно повредил две видеокамеры и два крепления к ним.
Суд правомерно отверг доводы ответчика и его представителя о том, что в камере КСО Караваев Д.А. содержался не один, поскольку из пояснений самого ответчика следует, что иной арестованный содержался с ним <...> в одной камере до 18 часов, в то время как видеокамеры и крепления к ним в соответствии с материалами дела были повреждены <...> после 23-00 часов.
В соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежат возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно ч. 2 ст. 102 УИК РФ в случае причинения во время отбывания наказания материального ущерба государству или физическим и юридическим лицам осуждённые к лишению свободы несут материальную ответственность за ущерб, причинённый государственному имуществу, в размерах, предусмотренных гражданским законодательством РФ.
Материалами дела подтверждается, что стоимость одной малоформатной купольной видеокамеры Sarix IMP с защитой от внешних воздействий и ИК-подсветкой, 2,8-10 мм IMPS110-1ERP Реlko cоставляет 95 099 рублей 90 копеек, стоимость одного настенного крепления WMVE-SP Pelko - составляет 6 035 рублей 39 копеек. Купольные видеокамеры Sarix IMР серийные номера Т 62402732, Т62402834 и настенные крепления к ним стоят на балансе учреждения. Как следует из письменных материалов дела, в соответствии с уставом ФКСИЗО УФСИН России-1 СИЗО УФСИН России по ЕАО имущество учреждения является федеральной собственностью и принадлежит учреждению на праве оперативного управления (п.5.1).
При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).
Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ).
Сторона ответчика, оспаривая необходимость замены повреждённого имущества, в судебное заседание не представила доказательств, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления повреждений указанного имущества.
Доводы жалобы о не согласии ответчика с размером причинённого ущерба, в связи с тем, что истцом в его обоснование представлены документы, подтверждающие балансовую стоимость повреждённого имущества без учёта фактического износа, а также отсутствии доказательств невозможности восстановления повреждённого имущества, были предметом рассмотрения судом первой инстанции, им дана оценка, с которой коллегия согласилась.
В связи с изложенным, судебная коллегия считает, что суд первой инстанции правомерно пришёл к выводу об удовлетворении требований истца и взыскании с ответчика Караваева Д.А. в пользу ФКСИЗО УФСИН России-1 СИЗО УФСИН России причинённого материального ущерба в размере 202 270 рублей 58 копеек.
В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика правомерна была взыскана в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 5 222 рублей 70 копеек, от уплаты которой истец был освобождён.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Облученского районного суда <...> от <...> оставить без изменения, апелляционную жалобу Караваева Д. А. - без удовлетворения.
Председательствующий Н.С. Серга
Судьи А.Н. Кнепман
М.Е. Слободчикова
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
