Дата принятия: 06 июня 2019г.
Номер документа: 33-1695/2019
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ МУРМАНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 6 июня 2019 года Дело N 33-1695/2019
г. Мурманск
6 июня 2019 г.
Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда в составе:
председательствующего
Захарова А.В.
судей
Брандиной Н.В.
Бойко Л.Н.
при секретаре
Сорокиной Н.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Смирнова Александра Леонидовича к Государственному учреждению - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Ленинском административном округе города Мурманска о включении периодов работы в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера, досрочном назначении страховой пенсии по старости,
по апелляционной жалобе Государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Ленинском административном округе города Мурманска на решение Ленинского районного суда города Мурманска от 12 февраля 2019 г., которым постановлено:
"Исковые требования Смирнова Александра Леонидовича к Государственному учреждению - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Ленинском административном округе города Мурманска о включении периодов работы в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера, возложении обязанность назначить досрочную страховую пенсию по старости - удовлетворить частично.
Обязать Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Ленинском административном округе г. Мурманска включить в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера периоды работы Смирнова Александра Леонидовича в ЧИМА "***" с 01 октября 1993 года по 31 декабря 1993 года, с 01 апреля 1994 года по 10 июля 2000 года; период работы в ООО "***" с 01 апреля 2012 года по 30 сентября 2012 года; период работы в качестве индивидуального предпринимателя с 01 января 2018 года по 29 октября 2018 года.
Обязать Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Ленинском административном округе г. Мурманска назначить Смирнову Александру Леонидовичу досрочную страховую пенсию с 29 октября 2018 года.
Взыскать с Государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда РФ в Ленинском округе города Мурманска в пользу Смирнова Александра Леонидовича расходы по оплате услуг представителя в размере 16000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей, а всего 16300 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований Смирнова Александра Леонидовича - отказать".
Заслушав доклад судьи Брандиной Н.В., выслушав объяснения представителя Государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Ленинском административном округе города Мурманска Обрядина В.И., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, возражения против доводов жалобы представителя истца Смирнова А.Л. - Бояринцева Е.В., судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда
установила:
Смирнов А.Л. обратился в суд с иском к Государственному учреждению - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Ленинском административном округе города Мурманска (далее - ГУ - УПФ в Ленинском административном округе г. Мурманска) о включении периодов работы в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера, досрочном назначении страховой пенсии по старости.
В обоснование заявленных требований истец указал, что 29 октября 2018 г. он обратился к ответчику с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости на основании пункта 6 части 1 статьи 32 Федерального закона "О страховых пенсиях".
Решением пенсионного органа от 30 ноября 2018 г. в назначении пенсии отказано по мотиву отсутствия необходимого страхового стажа и стажа работы в районах Крайнего Севера.
В страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера не включены периоды работы: с 1 октября 1993 г. по 10 июля 2000 г. в частном информационно-маркетинговом агентстве (далее - ЧИМА) "***", поскольку агентством не осуществлялась финансово-хозяйственная деятельность, страховые взносы не начислялись; с 1 апреля 2012 г. по 30 сентября 2012 г. в ООО "***", так как данный период не подтвержден выпиской из индивидуального лицевого счета; с 1 января 2018 г. по 29 октября 2018 г. в качестве индивидуального предпринимателя, так как заявителем не представлены сведения об уплате страховых взносов.
Просил включить в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера указанные периоды работы, обязать ГУ - УПФ в Ленинском административном округе г. Мурманска назначить досрочную страховую пенсию по старости с 29 октября 2018 г., взыскать с ответчика в свою пользу судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей и на оплату услуг представителя в размере 30000 рублей.
В судебном заседании истец Смирнов А.Л. и его представители Вушкарник К.Э. и Бояринцев Е.В. просили иск удовлетворить.
Представитель ответчика ГУ - УПФ в Ленинском административном округе г. Мурманска Воробьева С.А. иск не признала.
Судом постановлено приведенное выше решение.
В апелляционной жалобе представитель ГУ - УПФ в Ленинском административном округе г. Мурманска Колганова С.В. просит решение суда отменить в части включения в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера периодов работы истца с 1 октября 1993 г. по 31 декабря 1993 г. и с 1 апреля 1994 г. по 10 июля 2000 г. в ЧИМА "***", с 1 апреля 2012 г. по 30 сентября 2012 г. в ООО "***", в отмененной части принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.
По мнению подателя жалобы, выводы суда об удовлетворении иска в оспариваемой части сделаны без учета того, что ЧИМА "***" не начисляло и не перечисляло страховые взносы на обязательное пенсионное страхование в спорном периоде, данные о ведении указанным работодателем финансово-хозяйственной деятельности отсутствуют.
Находит ссылку суда на Постановление Конституционного Суда Российской Федерации N 9-П от 10 июля 2007 г. несостоятельной, поскольку в Постановлении речь идет о начисленных страховых взносах, но не перечисленных работодателем в бюджет Пенсионного фонда Российской Федерации.
Приводит довод о том, что вывод суда о включении в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера периода работы истца в ООО "***" основан лишь на наличии записи в трудовой книжке истца и справке УПФР в Октябрьском АО г. Мурманска о начислении и перечислении страховых взносов данным работодателем, тогда как период работы Смирнова А.Л. в ООО "***" с 1 апреля 2012 г. по 30 сентября 2012 г. выпиской из лицевого счета не подтвержден, данные о страховом стаже и сумме начисленных работодателем страховых взносов отсутствуют. С учетом изложенного заявитель ставит под сомнение сам факт работы истца у данного работодателя и достоверность выполненной в трудовой книжке истца записи о работе у данного работодателя.
В письменных возражениях на апелляционную жалобу представитель истца Бояринцев Е.В. просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился истец Смирнов А.Л., извещенный о времени и месте рассмотрения дела в установленном законом порядке.
Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося в судебное заседание истца, поскольку его неявка в силу статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием к судебному разбирательству.
В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений относительно жалобы, судебная коллегия не усматривает оснований к отмене решения суда в оспариваемой части по доводам жалобы.
Статьей 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту.
В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.
В соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 32 Федерального закона "О страховых пенсиях" страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30, мужчинам, достигшим возраста 55 лет, женщинам, достигшим возраста 50 лет, если они проработали не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностях и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 и 20 лет. Гражданам, работавшим как в районах Крайнего Севера, так и в приравненных к ним местностях, страховая пенсия устанавливается за 15 календарных лет работы на Крайнем Севере. При этом каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера. Гражданам, проработавшим в районах Крайнего Севера не менее 7 лет 6 месяцев, страховая пенсия назначается с уменьшением возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, на четыре месяца за каждый полный календарный год работы в этих районах. При работе в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, а также в этих местностях и районах Крайнего Севера каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера.
Согласно части 1 статьи 11 Федерального закона "О страховых пенсиях" в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.
В соответствии с частью 1 статьи 14 данного закона при подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 г. N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета за указанный период и (или) документов, выдаваемых работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.
При подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 настоящего Федерального закона, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 г. N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета (часть 2 статьи 14 Закона).
Из положений статьи 3 Федерального закона от 1 апреля 1996 г. N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" следует, что целями индивидуального (персонифицированного) учета являются, в том числе создание условий для назначения страховых и накопительной пенсий в соответствии с результатами труда каждого застрахованного лица; обеспечение достоверности сведений о стаже и заработке (доходе), определяющих размер страховой и накопительной пенсий при их назначении (абзацы первый - третий статьи 3 Федерального закона от 1 апреля 1996 г. N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования").
Статьями 8 и 11 Федерального закона от 1 апреля 1996 г. N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" установлено, что сведения индивидуального (персонифицированного учета) в отношении работника обязан предоставлять работодатель - плательщик страховых взносов.
Порядок подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховой пенсии определен Правилами подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 2 октября 2014 г. N 1015 (далее - Правила N 1015).
Согласно пункту 2 Правил N 1015 в страховой стаж включаются (засчитываются) периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, застрахованными в соответствии с Федеральным законом "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 10 Правил N 1015 периоды работы подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета. В случае, если в сведениях индивидуального (персонифицированного) учета содержатся неполные сведения о периодах работы либо отсутствуют сведения об отдельных периодах работы, периоды работы подтверждаются документами, указанными в пунктах 11-17 настоящих Правил.
Согласно пункту 11 Правил N 1015, документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца.
При отсутствии трудовой книжки, а также в случае если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.
Согласно постановлению Совета Министров СССР N 1029 от 10 ноября 1967 г. Мурманская область отнесена к районам Крайнего Севера.
Как установлено судом и подтверждается материалами дела, Смирнов А.Л., _ _ года рождения, 29 октября 2018 г. обратился в ГУ - УПФ в Ленинском административном округе г. Мурманска с заявлением о назначении страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 32 Федерального закона "О страховых пенсиях".
Решением пенсионного органа N 262570/18 от 30 ноября 2018 г. (с учетом изменений) Смирнову А.Л. отказано в установлении пенсии по старости по причине отсутствия требуемого страхового стажа и стажа работы в районах Крайнего Севера.
Поскольку истец обратился за назначением пенсии в возрасте 58 лет 09 месяцев, в соответствии с требованиями пункта 6 части 1 статьи 32 с учетом части 1.1. статьи 8 Федерального закона "О страховых пенсиях" право на страховую пенсию у него возникает при наличии страхового стажа 25 лет и стажа работы в районах Крайнего Севера 7 лет 6 месяцев.
По подсчетам пенсионного органа документально подтвержденный стаж истца составил: страховой стаж с учетом льготного исчисления периодов работы в районах Крайнего Севера - 20 лет 06 месяцев 02 дня (необходимых 25 лет не выработано), стаж работы в районах Крайнего Севера - 07 лет 05 месяцев 09 дней (необходимых 7 лет 6 месяцев не выработано).
При этом не приняты к зачету в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера периоды работы истца: с 1 октября 1993 г. по 10 июля 2000 г. в ЧИМА "***" по причине неосуществления организацией в указанный период финансово-хозяйственной деятельности, не начисления страховых взносов; с 1 апреля 2012 г. по 30 сентября 2012 г. в ООО "***" по причине отсутствия в выписке из индивидуального лицевого счета указанного периода работы, непредоставления справки, подтверждающей данный период работы; с 1 января 2018 г. по 29 октября 2018 г. в качестве индивидуального предпринимателя по причине непредоставления сведений об уплате страховых взносов за указанный период.
Разрешая спор, основываясь на нормах права, подлежащих применению к спорному правоотношению, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении иска в части требования о включении в страховой стаж и в стаж работы в районах Крайнего Севера периода осуществления истцом индивидуальной предпринимательской деятельности с 1 января 2018 г. по 29 октября 2018 г. и отказал в удовлетворении требования о включении в указанный стаж периода работы истца с 1 января 1994 г. до 1 апреля 1994 г. в ЧИМА "***".
Поскольку доводов о несогласии с решением суда в указанной части в апелляционной жалобе не приведено, его законность и обоснованность в силу положений статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предметом проверки суда апелляционной инстанции не является.
Удовлетворяя требования истца о включении в стаж работы в районах Крайнего Севера и в страховой стаж периодов его работы с 1 октября 1993 г. по 31 декабря 1993 г. и с 1 апреля 1994 г. по 10 июля 2000 г. в ЧИМА "***", а также с 1 апреля 2012 по 30 сентября 2012 г. в ООО "***", суд первой инстанции исходил из того, что факт осуществления Смирновым А.Л. в указанные периоды трудовой деятельности подтвержден записями в его трудовой книжке, показаниями свидетеля о работе истца в ЧИМА "***", данными о произведенных начислениях по страховым взносах указанным работодателем за второй квартал 1994 года, а также сведениями пенсионного органа о том, что в периоде с 1 апреля 2012 г. по 30 сентября 2012 г. ООО "***" производило начисление и перечисление страховых взносов.
Подробные мотивы в обоснование данных выводов, анализ доказательств и установленных по делу обстоятельств, приведены в решении суда и, принимая во внимание конкретные обстоятельства настоящего дела, судебная коллегия полагает возможным с ними согласиться.
Согласно записям в трудовой книжке Смирнова А.Л., 1 февраля 1992 г. он был принят на работу в ЧИМА "***" на должность менеджера (приказ N 03-к от 1 февраля 1992 г.), уволен 10 июля 2000 г. по собственному желанию (приказ N 2-к от 10 июля 2000 г.); 1 мая 2009 г. истец принят на работу в ООО "***" на должность водителя (приказ N 1-к от 1 мая 2009 г.), уволен 31 декабря 2012 г. по собственному желанию (приказ N 2-к от 31 декабря 2012 г.).
Записи работодателей о приеме и увольнении внесены на основании соответствующих приказов, заверены подписью руководителей и печатью организаций.
Суд первой инстанции верно отклонил как несостоятельные доводы ответчика, повторяемые в апелляционной жалобе о том, что неуплата страховых взносов работодателями истца свидетельствует о неосуществлении ЧИМА "***" и ООО "***" финансово-хозяйственной деятельности.
Достаточных и бесспорных доказательств того, что работодатели истца не осуществляли финансово-хозяйственную деятельность, а истец не выполнял свои трудовые обязанности по занимаемым должностям, в материалах дела не имеется.
Так, согласно сообщению ИФНС России по г. Мурманску, сведения о представлении налоговой отчетности ЧИМА "***" (ООО "***") за период с 1993 по 2000 гг. отсутствуют, поскольку истек пятилетний срок хранения документов (л.д. 44).
Из справки ГУ - УПФ РФ в Октябрьском административном округе г. Мурманска от 21 января 2019 г. исх. N 09/69, наряду с данными о том, что ООО "***" (ИЧП ЧИМА "***") не начисляло и не производило перечисления страховых взносов в периодах с 1 октября 1993 г. по 31 мая 1994 г. и с 1 июля 1994 г. по 10 июля 2000 г., указано на то, что с 1 по 30 июня 1994 г. уплата взносов производилась (л.д. 113).
Кроме того, суд принял во внимание справку руководителя ЧИМА "***" о том, что в первом квартале 1994 года агентство хозяйственную деятельность не вело, заработная плата работникам не начислялась и не выплачивалась, начисления в пенсионный фонд не производились, что послужило основанием для отказа истцу в удовлетворении требования о включении периода с 1 января 1994 г. до 1 апреля 1994 г. в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера (л.д. 116).
Однако в отношении других периодов работы истца в ЧИМА "***" работодатель подобных сведений не представлял, таких доказательств в деле не имеется, напротив, материалами дела подтверждено, что ЧИМА "***" произведены начисления страховых взносов за второй квартал 1994 года (л.д. 114-115).
Допрошенный в судебном заседании 28 января 2018 г. свидетель Вушкарник К.Э. подтвердил обстоятельства совместной с истцом работы в ЧИМА "***" в период с 1992 по 1996 гг., указал, что после его увольнения истец продолжил работу, подтвердил, что ЧИМА "***" осуществляло финансово-хозяйственную деятельность в спорном периоде, работникам выплачивалась заработная плата, истец исполнял свои трудовые обязанности (л.д. 174).
Суд также обоснованно принял во внимание, что в период работы истца в ООО "***" указанный работодатель производил начисление и перечисление страховых взносов, что подтверждается справкой ГУ - УПФ РФ в Октябрьском административном округе г. Мурманска, то есть осуществлял финансово-хозяйственную деятельность (л.д. 185).
Помимо этого, определяя подлежащий применению механизм защиты пенсионных прав истца, суд обоснованно исходил из разъяснений, содержащихся в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 г. "О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии", из которых следует, что уплата страховых взносов является обязанностью каждого работодателя как субъекта отношения по обязательному социальному страхованию. Невыполнение этой обязанности не может служить основанием для того, чтобы не включать периоды работы, за которые не были уплачены полностью или в части страховые взносы, в страховой стаж, учитываемый при определении права на трудовую пенсию.
С учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 10 июля 2007 г. N 9-П, пункта 1 статьи 9 Федерального закона "Об основах обязательного социального страхования", пункта 2 статьи 14 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", и учитывая, что обязанность по своевременной и полной уплате страховых взносов в бюджет Пенсионного фонда РФ в соответствии с действующим законодательством лежит на страхователе (работодателе), а не на застрахованном лице (работнике), суд обоснованно пришел к выводу о том, что факт неуплаты страховых взносов сам по себе не может повлечь неблагоприятные последствия для истца в области пенсионного обеспечения, поскольку законодательство не содержит норм, которые бы возлагали в спорные периоды обязанность на застрахованных лиц контролировать своевременную уплату страхователем страховых взносов на обязательное пенсионное страхование либо ставили в зависимость выплату обязательного страхового обеспечения от исполнения застрахованным лицом такой обязанности.
Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что федеральный законодатель, осуществляя правовое регулирование отношений в сфере обязательного пенсионного страхования, должен обеспечивать баланс конституционно значимых интересов всех субъектов этих отношений, а устанавливаемые им правила поддержания устойчивости и автономности финансовой системы обязательного пенсионного страхования не должны обесценивать конституционное право граждан на страховую пенсию.
Исключение из страхового стажа периодов работы, за которые страхователем не уплачены страховые взносы, равно как и снижение в указанных случаях у застрахованных лиц, работавших по трудовому договору и выполнивших требуемые от них законом условия, размера страховой части трудовой пенсии, фактически означает установление таких различий в условиях приобретения пенсионных прав - в зависимости от того, исполнил страхователь (работодатель) надлежащим образом свою обязанность по перечислению страховых пенсионных платежей в Пенсионный фонд Российской Федерации или нет, которые не могут быть признаны соответствующими конституционно значимым целям и, следовательно, несовместимы с требованиями статей 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Это следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой законодатель, осуществляя регулирование условий и порядка предоставления конкретных видов пенсионного обеспечения, а также определяя организационно-правовой механизм его реализации, связан в том числе необходимостью соблюдения конституционных принципов справедливости и равенства и требований к ограничениям прав и свобод граждан, в силу которых различия в условиях приобретения права на пенсию допустимы, если они объективно обоснованы и оправданы конституционно значимыми целями, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им (Постановления от 3 июня 2004 года N 11-П, от 23 декабря 2004 года N 19-П и др.).
Таким образом, поскольку действующее законодательство не содержит норм, которые обязывали бы застрахованных лиц контролировать своевременную и правильную уплату страхователем страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, либо ставили в зависимость выплату обязательного страхового обеспечения от исполнения застрахованным лицом такой обязанности, вины истца в неуплате или не начислении страховых взносов его работодателями не имеется.
По мнению судебной коллегии, совокупность собранных по делу доказательств, тщательно исследованных судом первой инстанции по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, позволила суду сделать вывод о том, что факт осуществления истцом трудовой деятельности в спорном периоде в ЧИМА "***" и ООО "***", зарегистрированных по месту нахождения в городе Мурманске, нашел свое подтверждение.
Доказательств, опровергающих установленные по делу обстоятельства, в соответствии с требованиями статей 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не представлено.
При таких обстоятельствах, периоды работы истца с 1 октября 1993 г. по 31 декабря 1993 г. и с 1 апреля 1994 г. по 10 июля 2000 г. в ЧИМА "***", а также с 1 апреля 2012 г. по 30 сентября 2012 г. в ООО "***" обоснованно включены судом в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера для назначения Смирнову А.Л. досрочной страховой пенсии по старости.
Принимая во внимание, что с учетом включения оспариваемого ответчиком периода, а также включенного судом периода осуществления истцом индивидуальной предпринимательской деятельности, у Смирнова А.Л. имелся требуемый стаж для назначения досрочной пенсии, суд первой инстанции правильно удовлетворил требования истца о назначении ему досрочной страховой пенсии по старости по пункту 6 части 1 статьи 32 Федерального закона "О страховых пенсиях".
Доводы апелляционной жалобы, направленные на оспаривание выводов суда первой инстанции, судебной коллегией отклоняются по приведенным выше мотивам. Указанные доводы не ставят под сомнение правильность выводов суда, по существу направлены на переоценку установленных судом обстоятельств и представленных доказательств, оснований для которой судебная коллегия при конкретных обстоятельствах дела не находит.
Судом первой инстанции правильно установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, представленным доказательствам дана надлежащая оценка в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения суда в соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не допущено.
Вопрос взыскания судебных расходов разрешен судом по правилам главы 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В данной части апелляционная жалоба доводов не содержит.
С учетом изложенного решение суда по доводам апелляционной жалобы отмене не подлежит.
Руководствуясь статьями 327, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда
определила:
решение Ленинского районного суда города Мурманска от 12 февраля 2019 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ГУ - УПФ в Ленинском административном округе г. Мурманска - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
