Определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 21 сентября 2022 года Дело N 33-16928/2022

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе
председательствующего Игнатьевой О.С.судей с участием прокурора Игумновой Е.Ю.Сопраньковой Т.Г.Скибенко С.А.при секретаре Петерс О.В.
рассмотрев в открытом судебном заседании 21 сентября 2022 года гражданское дело N 2-546/2021 по апелляционной жалобе Стригалева Дениса Александровича на решение Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 11 мая 2021 года по иску Стригалева Дениса Александровича к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием.

Заслушав доклад судьи Игнатьевой О.С., объяснения истца, участвующего в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, поддержавшего доводы жалобы, представителя третьего лица УМВД России по Выборгскому району Санкт-Петербурга - Шумаенко И.Ю., действующей на основании доверенности, возражавшей против доводов жалобы, представителя прокуратуры Санкт-Петербурга, полагавшего решение законным и обоснованным, не подлежащим отмене или изменению, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда,

УСТАНОВИЛА:

Стригалев Д.А. обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ, в котором просил о взыскании с ответчика 1 500 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 15.06.2010 года он был задержан по подозрению в совершении преступления, предусмотренного <...>. 16.06.2010 года в отношении истца возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного <...>; постановлением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 17.06.2010 в отношении истца избрана мера пресечения в виде заключения под стражу; постановлением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 25.01.2011 уголовное дело возвращено прокурору для устранения препятствий рассмотрения дела судом; мера пресечения истцу изменена на подписку о невыезде и надлежащем поведении; постановлением следователя Следственного управления УВД по Выборгскому району Санкт-Петербурга упомянутое уголовное дело прекращено по основанию, предусмотренному <...> (отсутствие события преступления), в связи с чем истец обладает правом на реабилитацию. Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства и указывая, что вследствие незаконных процессуальных действий истцу причинен моральный вред, Стригалев Д.А. обратился в суд с заявленными требованиями.

Решением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 11 мая 2021 года исковые требования удовлетворены частично: суд взыскал с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Стригалева Д.А. компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, в удовлетворении остальной части исковых требований судом отказано.

В апелляционной жалобе истец Стригалев Д.А. просит решение суда отменить, удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 02.02.2022 решение оставлено без изменения, апелляционная жалоба Стригалева Д.А. - без удовлетворения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 22.06.2022 апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 02.02.2022 отменено с направлением дела на новое апелляционное рассмотрение.

Представитель ответчика Министерство финансов РФ в заседание судебной коллегии не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом согласно требованиям ст. 113 ГПК РФ, документов, подтверждающих уважительность причины своей неявки, в судебную коллегию не представил.

В соответствии с ч. 3 ст. 167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или если суд признает причины их неявки неуважительными, в связи с чем судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность принятого по делу решения в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В силу ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В соответствии с ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Права и свободы человека и гражданина, согласно ст. 18 Конституции Российской Федерации, являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Согласно ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В соответствии с п.1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со статьей 1101 данного кодекса размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2).

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п. 8).

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 года по делу "Максимов (Maksimov) против России" указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Следовательно, если суд пришел к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то ее сумма должна быть адекватной и реальной.

В противном случае присуждение чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы означало бы игнорирование требований закона и приводило бы к отрицательному результату, создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

Таким образом, по смыслу приведенного выше правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела, разрешение такого вопроса не предполагает произвольного усмотрения суда.

Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных же обстоятельств дела. При определении размера компенсации морального вреда действует принцип свободного усмотрения суда, основанного на индивидуальных обстоятельствах каждого дела и характере спорных правоотношений.

Как установлено судом и подтверждено материалами дела, 15.06.2010 года истец доставлен в отдел по подозрению в совершении преступления, предусмотренного <...>, что следует из рапорта оперативного уполномоченного 36 отдела милиции УВД по Выборгскому району Санкт-Петербурга.

Постановлением от 16.06.2010 года следователя следственного управления при УВД по Выборгскому району Санкт-Петербурга в отношении истца возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного <...>.

Постановлением от 17.06.2010 года N 3/1-387/10 Выборгского районного суда Санкт-Петербурга истцу, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного <...> РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу (л.д. 18).

Постановлением от 25.01.2011 года N 1-78-11 Выборгского районного суда Санкт-Петербурга уголовное дело по обвинению истца в совершении преступления, предусмотренного <...>, возвращено прокурору Выборгского района Санкт-Петербурга, для устранения недостатков обвинительного заключения и препятствий к рассмотрению дела судом; мера пресечения истцу изменена на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Постановлением от 17.03.2011 года следователя следственного управления при УВД по Выборгскому району Санкт-Петербурга уголовное дело в отношении истца прекращено, по основанию, предусмотренному <...> (в связи с отсутствием события преступления); за истцом признано право на реабилитацию (л.д. 19-22).

По сведениям ИЦ ГУ МВД РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области истец многократно привлекался к уголовно ответственности; приговором Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 01.10.2018 осужден на <...> лишения свободы, в настоящее время отбывает наказание.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, на основании объяснений сторон, фактических обстоятельств дела, достоверно установив, что само по себе незаконное уголовное преследование является обстоятельством, обусловливающим как нравственные, так и физические страдания, что является общеизвестным фактом, не требующим доказывания, принимая во внимание, что истец многократно привлекался к уголовной ответственности, как до, так и после рассматриваемого случая, в настоящее время отбывает наказание в виде лишения свободы, соответственно рассматриваемый случай привлечения к уголовной ответственности является для истца не экстраординарным, а вполне рядовым эпизодом биографии, учитывая, что о своих нравственных и физических страданиях истец заявляет спустя 10 лет после рассматриваемого случая, что свидетельствует о невысокой оценке самим истцом характера и степени своих нравственных и физических страданий, обусловленных незаконным привлечением к уголовной ответственности, пришел к обоснованному выводу, что разумный и справедливый размер компенсации морального вреда истца составит 10 000 рублей.

Судебная коллегия не может в полной мере согласиться с выводами суда, поскольку признав установленным факт нарушения прав истца со стороны государственных органов, изложив вывод о том, что компенсация в размере 10000 рублей в полной мере компенсирует причиненный истцу моральный вред с учетом времени уголовного преследования и содержания под стражей, суд в нарушение приведенных положений закона и актов их толкования при обосновании размера компенсации морального вреда лишь формально сослался на обстоятельства дела, характер и степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, не указывая, в чем они выражаются.

Из материалов дела следует, что период уголовного преследования в отношении истца составил 9 месяцев и 1 день, под стражей истец находился 7 месяцев и 8 дней.

Из искового заявления следует, что моральный вред истца выражался в претерпевании им нравственных страданий, связанных с доставлением в следственный изолятор с ненадлежащими условиями содержания, неоднократным продлением срока содержания под стражей без достаточных к тому оснований; после его заключения под стражу бабушка инвалид 2 группы сильно за него переживала, осталась без помощи; в связи с отсутствием справедливого разбирательства он испытывал чувство безысходности; к нему применялись недозволенные методы ведения следствия с применением физической силы, после чего граждане в полицейской форме стали вызывать у него страх.

Учитывая, что предметом исковых требований является размер компенсации морального вреда в связи с фактом незаконного уголовного преследования, доводы жалобы о ненадлежащих условиях содержания под стражей подлежат учёту, однако, оценка конкретных нарушений, которые, как полагает истец, имели место, выходят за пределы предмета спора.

Принимая во внимание приведенные доводы, судебная коллегия полагает, что содержание под стражей безусловно свидетельствует о претерпевании неудобств, а само по себе предъявление обвинения в совершении преступления вызывает нравственные переживания за свою судьбу в связи с возможностью вынесения обвинительного приговора и лишения свободы.

Доказательств, свидетельствующих бы об ухудшении состояния здоровья истца в связи с незаконным уголовным преследованием, в материалы дела не представлено, также являются бездоказательными доводы о применении физической силы со стороны органов следствия; довод о том, что за истца переживала бабушка, являющаяся инвалидом, не может быть учтен, так как материалами дела не подтверждается семейное положение истца.

Доводы о необоснованном продлении сроков содержания под стражей не могут повлиять на размер компенсации в том смысле, что в порядке гражданского судопроизводства не может быть осуществлена проверка законности постановлений суда об избрании меры пресечения по уголовному делу.

Доводы о длительном бездействии прокуратуры приняты во внимание при учёте длительности уголовного преследования.

Таким образом, рассмотрев доводы истца по имеющимся доказательствам, судебная коллегия при определении размера компенсации морального вреда полагает необходимым учесть, что истец неоднократно привлекался к уголовной ответственности и содержался в изоляторе, то есть случай привлечения к уголовной ответственности является для истца не экстраординарным, в то же время коллегия принимает во внимание, длительность незаконного уголовного преследования и срок содержания под стражей, безусловное претерпевание нравственных страданий в связи с помещением в следственный изолятор, связанных с бытовыми неудобствами, страхом и переживанием за свою судьбу, в связи с чем приходит кт выводу о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 50 000 рублей.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд отказал в удовлетворении ходатайства истца об обеспечении его участия в судебном заседании посредством проведения видеоконференц-связи, в связи с чем, лишил его возможности участвовать лично в судебном заседании, в исследовании доказательств, задавать вопросы участникам процесса, давать объяснения суду в устной форме, возражать относительно ходатайств и доводов других участников процесса, не может служить основанием к отмене обжалуемого решения суда, поскольку возможность участия стороны в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи, предусмотренная ст. 155.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по смыслу закона, является правом, а не обязанностью суда, необходимость применения которой определяется судом исходя из существа рассматриваемого дела.

При этом, истец реализовал право приводить свою позицию по делу путем подачи письменных объяснений по исковому заявлению, самого искового заявления.

Ссылка в дополнениях на то обстоятельство, что судом оставлено открытым ходатайство о проведение судебного заседания с помощью средств видеоконференцсвязи подлежит отклонению, поскольку, как усматривается из акта от 16.02.2021 года, суд содействовал в организации ВКС, однако, проведение ВКС не было возможно, в связи с отсутствием ответа на заявку по ВКС от ФКУ ИК-6 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Также, данный акт свидетельствует о снятии дела с рассмотрения 16.02.2021 года, что объясняет отсутствие в материалах дела протокола судебного заседания от 16.02.2021 года (л.д. 84).

Апелляционная жалоба не содержит указаний на существенное нарушение норм материального вреда, тогда как в силу ч.3 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации только существенное нарушение норм процессуального права влечет отмену решения.

Вопреки доводам жалобы исходя из предмета иска о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации ответчик определен верно.

Согласно ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно разъяснениям абз. 2 п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.05.2019 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации", субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 ГК РФ, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).

Распорядителем бюджетных средств в качестве уполномоченного финансового органа является Министерство финансов РФ.