Дата принятия: 28 февраля 2018г.
Номер документа: 33-167/2018
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕССКОЙ РЕСПУБЛИКИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 28 февраля 2018 года Дело N 33-167/2018
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики в составе:
председательствующего: Гришиной С.Г.
судей: Болатчиевой А.А., Асланукова А.Х.,
при секретаре: Урусове Р.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ответчика <ФИО>1 на решение Адыге-Хабльского районного суда Карачаево-Черкесской Республики от 21 ноября 2017 года по делу по иску <ФИО>2, <ФИО>3, <ФИО>4 к <ФИО>1 о признании результатов межевания недействительными, снятии с кадастрового учета и установлении границ земельного участка.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда КЧР Болатчиевой А.А., объяснения представителя истцов Луова С.Б., Луова Э.С., Узденовой З.И. - Чагарова Т.С-А., третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - Морозовой О.Н., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Луов С.Б., Луов Э.С. и Узденова З.И. обратились в суд с иском к Мамаеву А.К. о признании результатов межевания недействительными и снятии с кадастрового учета границ земельного участка. В обоснование иска указали, что протоколом общего собрания пайщиков СПК "Маяк" от <дата> были приняты следующие решения: утвердить земельную комиссию в составе 15 человек; выделить земельные паи в счет земельных долей, согласно распределенного по полям списка, указанного в приложении; утвердить карту и нумерацию полей провести с поля N 1 согласно этой карты; утвердить список пайщиков по полям; пашню в количестве 60 гектаров сельскому поселению не выделять; согласно приложению к указанному протоколу, на поле N 3 в счет земельных долей были выделены паи на поле N 3, Луову С.Б., Луову Э.С. и Узденовой З.И. Впоследствии Луов С.Б., Луов Э.С. и Узденова З.И. зарегистрировали право общей долевой собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, с кадастровым номером N..., о чем <дата> года внесен номер в государственный кадастр недвижимости и внесена запись в ЕГРП <дата> года. Ранее, решением Адыге-Хабльского районного суда КЧР от 25.01.2016 года исковые требования Гербекова Р.И., Гербековой Л.С-Х. к ним о признании результатов межевания незаконными и снятии земельных участков с кадастрового учета - удовлетворены. Суд признал недействительными результаты межевания и исключил сведения о границах земельных участков, в том числе и границы земельного участка истцов с кадастровыми номерами: N....
Впоследствии им стало известно, что права на земельные участки по адресу: <адрес>, с кадастровым номером N... зарегистрировал ответчик, тогда как решением общего собрания местоположение данных участков закреплено за ними.
Со ссылками на положения ст. 13 Федерального закона от 24.07.2002 N 101-ФЗ "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" истцы просили признать результаты межевания земельного участка ответчика недействительными, снять с кадастрового учета и установить границы земельного участка в соответствии с собственным межевым планом.
В судебном заседании суда первой инстанции истец Луов С.Б., представитель истцов Луова С.Б., Луова Э.С., Узденовой З.И. - Чагаров Т.С-А., доводы, изложенные в исковом заявлении поддержали в полном объеме.
Представитель ответчика Мамаева А.К. - Семенова М.М. требования истцов не признала, просила отказать в иске в полном объеме, поскольку истцы выбрали ненадлежащий способ защиты своего права.
Истцы Луов Э.С. и Узденова З.И., извещенные о времени и месте проведения судебного разбирательства, в судебное заседание не явились, ходатайствовали о рассмотрении дела в их отсутствие с участием их представителя.
Ответчик Мамаев А.К., третьи лица, не заявляющих самостоятельных требований, относительно предмета спора: ФГУП "Ростехинвентаризация Федеральное БТИ", Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по КЧР, Черкасов А.И., Морозова О.Н., Ксирова Г.В., Климов А.Н., Напсов М.Б. и Байрамуков А.А., извещенные о времени и месте проведения судебного разбирательства, в судебное заседание не явились, об отложении рассмотрения дела не ходатайствовали.
Дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ).
Решением Адыге-Хабльского районного суда от 21 ноября 2017 года исковые требования Луова С.Б., Луова Э.С., Узденовой З.И. к Мамаеву А.К. о признании результатов межевания недействительными, снятии с кадастрового учета границ земельного участка, установлении границ земельного участка, принадлежащего Луову С.Б., Луову Э.С., Узденовой З.И. на праве собственности удовлетворены. Суд постановил:
- признать недействительными результаты межевания земельного участка с кадастровым номером N..., расположенного по адресу: <адрес>. Снять с кадастрового учета границы земельного участка с кадастровым номером N..., расположенного по адресу: <адрес>.
- установить границы земельного участка площадью 108 000 кв.м, с кадастровым номером N..., расположенного по адресу: <адрес>, принадлежащего Луову С.Б., Луову Э.С., Узденовой З.И. на праве собственности в соответствии с межевым планом от <дата>, изготовленным кадастровым инженером <ФИО>18
- решение суда является основанием для снятия с государственного кадастрового учета недвижимости земельного участка с кадастровым номером N..., расположенного по адресу: <адрес>.
В апелляционной жалобе ответчик полагает решение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просит его отменить и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований истцов в полном объеме, поскольку суд не полностью исследовал обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела; неправильно применил нормы материального права; обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, не доказаны, однако, суд посчитал их установленными; выводы, изложенные в решении, не соответствуют обстоятельствам дела, а так же имело место грубое нарушением норм процессуального права при рассмотрении дела. В частности со ссылками на ст. 12 Гражданского кодекса РФ, п. 1 ст. 69 Земельного кодекса РФ, ст.ст. 35-37 Федерального закона от 24.07.2007 N 221-ФЗ "О кадастровой деятельности", ст.ст. 1, 22 Закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" указывает, что неправомерно удовлетворено исковое требование о признании недействительным результатов межевания, поскольку истцами избран ненадлежащий способ защиты права. Судом не установлен факт наличия у истцов права собственности на земельный участок с кадастровым номером N... в границах, указанных в иске, на основании документов, которые соответствовали бы требованиям ст. 22 Закона о государственной регистрации недвижимости. Указывает, что межевой план земельного участка не может являться документом, которым могут быть подтверждены данные обстоятельства, поскольку это технический документ, не имеет правоустанавливающего значения и не может служить документом, подтверждающим права, в соответствии со ст. 22 Закона о государственной регистрации недвижимости. Так же постановление главы администрации Адыге-Хабльского района об утверждении списка пайщиков земельных долей СПК "Маяк" от <дата> N... протокол общего собрания пайщиков СПК "Маяк" от <дата> N... не являются документами, подтверждающими возникновение права собственности в тех границах, которые указанны истцами в исковом заявлении. Ответчик полагает, что признанные судом установленными обстоятельства определения границ земельного участка с кадастровым номером N... не в соответствии с законом не доказаны, а также указывает, что судом первой инстанции не указано какому закону они не соответствуют. Кроме того, не доказан факт нахождения данного участка в границах поля N..., факт наличия кадастровой ошибки. Суд оставил без правовой оценки довод о том, что заключение кадастрового инженера от <дата> не может быть признано надлежащим доказательством, поскольку невозможно достоверно установить, что земельные участки с кадастровыми номерами N... были поставлены на кадастровый учет в границах поля N 3, а не перешли после признания границ недействительными в поле N 2, поскольку установленных границ таких полей не существует.
В суде апелляционной инстанции представитель истцов Луова С.Б., Луова Э.С., Узденовой З.И. - Чагаров Т.С-А. и третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора - Морозова О.Н. просили оставить решение суда первой инстанции без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Ответчиком Мамаевым А.К. заявлено ходатайство об отложении судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции, в связи с направлением его ООО "Комбинат Строительных Материалов и Механизмов "Индустрия" в командировку в г. Адлер. Других сведений о месте и характере работы ответчика материалы дела не содержат.
Действительно, в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными, суд рассматривает дело без их участия (часть третья статьи 167 ГПК РФ).
Удовлетворение ходатайства об отложении разбирательства дела в случае неявки кого-либо из участников процесса, является правом, а не обязанностью суда (часть 6 статьи 167, часть 1 статьи 169 ГПК РФ). Это полномочие суда направлено на пресечение злоупотреблений лиц, участвующих в деле, связанных с затягиванием рассмотрения дела судом, и, следовательно, на реализацию таких задач гражданского судопроизводства, как правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел.
Уважительность причин неявки определяется судом на основании анализа конкретных фактических обстоятельств. Данное полномочие суда вытекает из принципа самостоятельности и независимости судебной власти; лишение суда данного полномочия приводило бы к невозможности выполнения стоящих перед ним задач по руководству процессом. Гарантией прав лиц, участвующих в деле, их представителей на личное участие в судебном заседании являются предусмотренные процессуальным законодательством процедуры проверки судебных постановлений вышестоящими судебными инстанциями и основания для отмены судебных постановлений. Как следует из материалов дела, в суде первой инстанции по настоящему спору состоялось десять судебных заседаний, в которых ответчик ни разу не принял участие. Его интересы всегда представлял представитель на основании нотариально удостоверенной доверенности.
Согласно ст. 35 ГПК РФ, лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться принадлежащими им процессуальными правами и не злоупотреблять ими. Из публичных данных Единого Реестра Юридических лиц следует, что Мамаев А.К. учредитель ООО "Комбинат Строительных Материалов и Механизмов "Индустрия" (размер доли 96,9977%), и являясь аффилированным лицом, способным оказывать влияние на деятельность юридических лица не предпринял меры направленные на обеспечение своего участия в судебном разбирательстве.Таким образом, неявка в судебное заседание ответчика Мамаева А.К., в адрес которого заблаговременно направлялось уведомление о времени и месте судебного заседания, в силу ч. 3 ст. 167 ГПК РФ не является основанием для отложения судебного разбирательства.
Истцы: Луов С.Б., Луов Э.С., Узденова З.И., представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора - ФГУП "Ростехинвентаризация Федеральное БТИ" и Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по КЧР, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: Черкасов А.И., Ксирова Г.В., Климов А.Н., Напсов М.Б., Байрамуков А.А., будучи надлежащим образом извещены о месте и времени судебного заседания в суд не явились, об отложении судебного заседания не ходатайствовали, о причинах неявки суд не уведомили.
В соответствии со ст. 167, 327 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.
Выслушав лиц, явившихся в судебное заседание, изучив материалы дела, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены судебного акта.
Порядок выделения земельных участков в счет долей в праве общей собственности на земельный участок установлен статьей 13 Федерального закона "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения", в редакции на момент возникновения спорных отношений).
Данной нормой было установлено, что местоположение земельного участка, выделяемого в счет земельной доли, определяется участником долевой собственности в соответствии с решением общего собрания участников долевой собственности при утверждении границ части находящегося в долевой собственности земельного участка, предназначенной для выделения в первоочередном порядке земельных участков в счет земельных долей в соответствии со статьей 14 данного Федерального закона.
Образование земельного участка, выделяемого в счет земельной доли, осуществляется на основании этого решения общего собрания участников долевой собственности (часть 2 статьи 13 Закона "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения").
Из материалов дела следует, что решением общего собрания пайщиков СПК "Маяк" от <дата> были утверждены: карта и нумерация полей; список пайщиков по полям. Согласно приложения к указанному протоколу, на поле N 3 в счет земельных долей были выделены паи Луову С.Б., Луову Э.С. и Узденовой З.И. Впоследствии Луов С.Б., Луов Э.С. и Узденова З.И. зарегистрировали право общей долевой собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, с кадастровым номером N..., о чем <дата> внесен номер в государственный кадастр недвижимости и внесена запись в ЕГРП <дата>.
В материалах гражданского дела имеются сведения о выделе Черкасовым А.И. в счет своей доли в СПК "Маяк" земельного участка общей площадью <данные изъяты> га в виде пашни на поле N 2 участок N 2 ( том 1 л.д. 130). Аналогичным образом произошло и выделение земельного участка Морозовой О.Н., Ксировой Г.В., Климова А.Н. (том 1 л.д. 131- 133). При этом все они без исключения указали, что выделаются на основании решения общего собрания участников долевой собственности СПК "Маяк" определяя впоследствии свои доли на участке (по 1/5), указали его месторасположение как поле N 2 (том 1 л.д. 138).
<дата> Мамаева М.Ю. приобрела данные земельные участки у Черкасова А.И., Морозовой О.Н., Ксировой Г.В., Климова А.Н. на основании договора купли-продажи (том 1 л.д. 165). При этом местоположение предмета сделки указано как - СПК "Маяк", поле N 2 участок N 2.
<дата> Мамаев А.К. приобрел вышеуказанный земельный участок у Мамаевой М.Ю. на основании договора купли-продажи с местоположением по адресу: СПК "Маяк", поле N 2 участок N 2 (том 2 л.д. 11).
Из содержания протокола и его приложений следует, что местоположение земельного участка ответчика на поле N 3 не определялось, а его правопредшественники были обязаны выделиться на поле N 2 (том 2 л.д. 66).
Таким образом, границы участка ответчика должны были быть расположены на поле N2 с адресными характеристиками: <адрес> с кадастровым номером N..., подтверждены материалами дела.
Следовательно, границы земельного участка Мамаева А.К. на поле N 3, определены не в соответствии с законом и решением общего собрания участников долевой собственности СПК "Маяк". При таких обстоятельствах, выводы суда первой инстанции о том, что участок, который должен располагаться на поле N2, незаконно поставлен на учет на поле N3, являются обоснованными.
Однако, указание в резолютивной части решения о необходимости снятия с государственного кадастрового учета недвижимости земельного участка ответчика является ошибочным.
С 1 января 2017 года вступили в силу положения Федерального закона от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", предусматривающего ведение Единого государственного реестра недвижимости, являющегося сводом достоверных систематизированных сведений об учтенном недвижимом имуществ, о зарегистрированных правах на такое недвижимое имущество, основаниях их возникновения, правообладателях, а также иных установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом сведений.
Таким образом, государственный кадастровый учет недвижимости и регистрация прав объединены в единую систему учета и регистрации.
При этом в соответствии с пунктом 3 части 3 статьи 14 Федерального закона от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ государственный кадастровый учет и государственная регистрация прав осуществляется одновременно в связи с прекращением существования объекта недвижимости, права на которые зарегистрированы в Едином государственном реестре недвижимости.
Как видно из материалов дела, судом было принято решение о снятии и исключении с государственного кадастрового учета земельного участка ответчика как объекта права, тогда как спор о праве собственности у сторон отсутствует, а имеется спор об установлении границ.
Частью 3 ст. 1 Закона о кадастре установлено, что государственным кадастровым учетом недвижимого имущества признаются действия уполномоченного органа по внесению в государственный кадастр недвижимости сведений о недвижимом имуществе, которые подтверждают существование такого недвижимого имущества с характеристиками, позволяющими определить такое недвижимое имущество в качестве индивидуально-определенной вещи, или подтверждают прекращение существования такого недвижимого имущества, а также иных предусмотренных названным Законом сведений о недвижимом имуществе. Описание местоположения границ земельного участка относится к уникальным характеристикам объекта недвижимости и включается в государственный кадастр недвижимости (ст. 7 данного Закона).
Частью 2 ст. 16 указанного Закона предусмотрено, что постановка на учет и снятие с учета объекта недвижимости, а также кадастровый учет в связи с изменением уникальных характеристик объекта недвижимости осуществляются на основании заявления о кадастровом учете и необходимых в соответствии с этим Законом для осуществления такого учета документов, представленных заявителем.
Принимая решение об удовлетворении требований истцов, суд первой инстанции должен был указать о необходимости исключения спорного земельного участка в границах, имеющихся в ЕГРН, сохранив право собственности ответчика на земельный участок по адресу: СПК "Маяк", поле N... участок N..., в связи с чем резолютивная часть решения подлежит изменению.
Доводы апелляционной жалобы о ненадлежащем способе защиты нарушенного права, избранного истцами судебная коллегия находит неубедительными.
Так, истцы обратились в суд с взаимосвязанными исками. Истцы были вправе соединить в одном исковом заявлении требования о защите разных по своему характеру субъективных прав и законных интересов, которые возникают из одного и того же либо разных материальных правоотношений, и удовлетворение одного из них может повлиять на юридическую судьбу другого. Требование о признании недействительными результатов межевания земельного участка сельскохозяйственного назначения фактически сопряжены с требованием об исключении из государственного кадастра недвижимости сведений о границах земельного участка ответчика.
Кроме того, требование о признании недействительными результатов межевания направлено на создание технических условий для перехода к следующему требованию - об установлении границ, которое по своей сути является требованием о признании права на земельный участок. В его состав в качестве технической составляющей входит требование об установлении границ в соответствии с представленным истцами каталогом (списком) координат характерных точек границ земельных участков.
Доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к несогласию с решением суда и не могут служить основанием для отмены судебного акта, так как не содержат фактов, которые не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного решения по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судебной коллегией несостоятельными.
Несогласие с выводами суда не может рассматриваться в качестве основания отмены судебного постановления в апелляционном порядке. Поскольку судом первой инстанции были правильно установлены юридически значимые обстоятельства по делу, спор разрешен с правильным применением норм материального и процессуального права, решение подлежит оставлению без изменения, а жалоба ответчика - без удовлетворения.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Абзац четвертый резолютивной части решения Адыге-Хабльского районного суда Карачаево-Черкесской Республики от 21 ноября 2017 года изложить в следующей редакции:
Настоящее решение является основанием для исключения из Единого государственного реестра недвижимости сведений о границах земельного участка с кадастровым номером N..., расположенного по адресу: <адрес>
В остальной части решение Адыге-Хабльского районного суда Карачаево-Черкесской Республики от 21 ноября 2017 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу ответчика <ФИО>1 - без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
