Дата принятия: 07 июля 2020г.
Номер документа: 33-1629/2020
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ЛЕНИНГРАДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 7 июля 2020 года Дело N 33-1629/2020
Санкт-Петербург 07 июля 2020 года
Судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда в составе:
председательствующего: Насиковской А.А.,
судей: Ильичевой Т.В., Тумашевич Н.С.,
при секретаре: Максимчуке В.И.,
рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Всеволожского городского суда Ленинградской области от 20 мая 2019 года по гражданскому делу N 2-1085/2019 по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО1 о взыскании задолженности по договору купли-продажи.
Заслушав доклад судьи Ленинградского областного суда Насиковской А.А., выслушав пояснения представителя ответчиков ФИО3 и ФИО1 - Пушкиной Я.А., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, возражения против удовлетворения апелляционной жалобы представителей истца ФИО2 - Богомолова А.П. и Терениной М.В., судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда
установила:
ФИО2 обратился во Всеволожский городской суд Ленинградской области с исковым заявлением к ФИО3 о взыскании задолженности по договору купли-продажи недвижимости в размере 4 452 339 рублей, расходов по уплате государственной пошлины в размере 30 462 рубля.
В обоснование требований истец указал, что между ним и ответчиком ФИО3 29 апреля 2016 года был заключен договор купли продажи земельного участка с жилым домом по адресу: <адрес> По условиям договора стороны согласовали общую стоимость земельного участка и жилого дома в размере 4 452 339 рублей.
Государственная регистрация перехода права собственности произведена 19 мая 2016 года. Однако до настоящего времени оплата по договору ответчиком ФИО3 не произведена.
Представитель ответчика ФИО3 возражала против исковых требований, полагая их необоснованными и ссылаясь на отсутствие правовых оснований для взыскания с ответчика задолженности по договору купли-продажи.
По ходатайству истца ФИО2 к участию в деле в качестве соответчика на основании определения суда от 27 февраля 2019 года был привлечен ФИО1. Требования к данному ответчику истцом мотивированы тем, что ФИО1 при подписании договора купли-продажи от 29 апреля 2016 года действовал в качестве представителя истца ФИО2
Так же истец указал, что по утверждению ответчика ФИО3, денежные средства за объекты недвижимости были переданы представителю продавца ФИО2 - ФИО1
ФИО2 просил суд установить надлежащего ответчика, и в зависимости от этого взыскать долг по договору купли-продажи от 29 апреля 2016 года либо с ответчика ФИО3 (покупателя объектов недвижимости), либо с ответчика ФИО1 (представителя истца в сделке купли-продажи от 29 апреля 2016 года).
Решением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 20 мая 2019 года исковые требования ФИО2 к ФИО3 удовлетворены в полном объеме.
Суд взыскал с ФИО3 в пользу ФИО2 денежные средства в счет оплаты по договору купли-продажи от 26 апреля 2016 года в размере 4 452 339 рублей, расходы по уплату государственной пошлины в размере 30 462 рубля.
Дополнительным решением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 17 декабря 2019 года исковые требования ФИО2 к ФИО1 были оставлены без удовлетворения.
В апелляционной жалобе ответчик ФИО1 просит решение суда первой инстанции отменить, как незаконное и необоснованное. В обоснование доводов жалобы указывает, что судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.
Истцом ФИО2 представлены возражения на апелляционную жалобу, в которых истец критически оценивает доводы апелляционной жалобы ответчика ФИО1
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что ФИО2 являлся собственником земельного участка, площадью 2 563,6 кв.м., с кадастровым номером <данные изъяты> и размещенного на нем жилого дома, площадью 223,7 кв.м., с кадастровым номером <данные изъяты>, по адресу: <адрес>
29 апреля 2016 года между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи вышеуказанного недвижимого имущества. Стороны в договоре согласовали цену данного имущества в размере 4 452 339 рублей.
Как усматривается из материалов дела, со стороны покупателя договор был подписан ответчиком ФИО3, а со стороны продавца ФИО2 договор подписан его представителем ФИО1, действующим от имени ФИО2 на основании нотариально удостоверенной доверенности от 15 декабря 2015 года (л.д. 15).
Право собственности покупателя ФИО3 на приобретенные объекты недвижимости было зарегистрировано в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ленинградской области 19 мая 2016 года, номер регистрации <данные изъяты>
По утверждениям истца ФИО2, ответчик ФИО3 не произвел оплату по договору, денежные средства в счет приобретения земельного участка и жилого дома истцу не передал.
Разрешая спорные правоотношения и удовлетворяя требования истца о взыскании с ответчика ФИО3 долга по договору купли-продажи, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что доводы ФИО2 об отсутствии оплаты от ФИО3 в счет стоимости недвижимого имущества нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, поскольку ответчик ФИО3 не опроверг эти доводы и не доказал факт оплаты по договору купли продажи. При этом суд первой инстанции в своих выводах опирался на пояснения представителя ответчиков ФИО3 и ФИО18. - Пушкиной Я.А., которая пояснила суду, что денежные средства по договору купли-продажи от 29 апреля 2016 года ФИО2 не передавались.
Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции, находит их неправильными.
В соответствии с пунктом 1 статьи 486 Гражданского кодекса РФ, покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.
Согласно содержанию пункта 7 Договора купли продажи от 29 апреля 2016 года, продавец продал, а покупатель купил указанный земельный участок и жилой дом за 4 452 339 рублей. Стороны подтверждают, что расчет между сторонами был произведен полностью до подписания договора (л.д. 18).
В соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.
В пункте 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).
При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.
Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.
Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).
Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.
Таким образом, при разрешении спора суду первой инстанции следовало исходить из положений статьи 431 Гражданского кодекса РФ, которая устанавливает, что при толковании условий договора имеет приоритет именно буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. И только в том случае, если изложение текста договора не позволяет установить условия договора, суд обязан выяснить действительную общую волю сторон с учетом цели договора.
Буквальное содержание пункта 7 Договора купли-продажи от 29 апреля 2016 года, гласит о том, что стороны подтверждают, что расчет между сторонами был произведен полностью до подписания договора.
Исходя из буквального смысла данных слов и выражений, следует сделать вывод о том, что истец ФИО2 получил денежные средства от ответчика ФИО3 за отчуждаемые им объекты недвижимости до момента подписания договора купли-продажи, то есть не позднее 29 апреля 2016 года.
Интерпретировать содержание пункта 7 Договора купли-продажи от 29 апреля 2016 года иначе, чем исходя из буквального значения выражения "расчет между сторонами был произведен полностью до подписания договора", не представляется возможным, поскольку данное выражение имеет однозначное значение, не допускающее двоякого толкования.
Таким образом, с учетом положений ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, подписав указанный договор в лице своего представителя, истец ФИО2 тем самым подтвердил факт оплаты ему стоимости и, соответственно, надлежащего исполнения покупателем обязательств по договору купли-продажи. (Аналогичная правовая позиция к вопросу о толковании условий договора купли-продажи отражена, например, в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 22.05.2018 N 58-КГ18-110).
Кроме того, факт получения ФИО2 денежных средств за объекты недвижимости подтверждается его заявлением от 18 октября 2017 года, подписанным собственноручно, согласно которому он опровергает утверждения предыдущего собственника недвижимости ФИО9 о том, что он не получал денежные средства от продажи объектов недвижимости от ФИО3 Как следует из содержания данного заявления, ФИО17 подтверждает, что по договору купли-продажи земельного участка с жилым домом по адресу: <адрес> никаких претензий к ФИО1 и ФИО3 не имеет (л.д. 191).
С учетом изложенного, договор купли-продажи от 29 апреля 2016 года и вышеупомянутое заявление ФИО2 от 18 октября 2017 года признаются судебной коллегией достоверными доказательствами, отвечающими требованиям статей 59 и 60 ГПК РФ и подтверждающими факт получения истцом от ответчика ФИО3 денежных средств за отчужденные объекты недвижимости.
Также при разрешении настоящего спора следует учитывать решение Всеволожского городского суда от 18 декабря 2018 года по гражданскому делу N 2-4709/2018 по иску ФИО9 (предшествующего собственника спорного имущества) к ФИО2, ФИО3, о признании договора купли-продажи между ФИО9 и ФИО2 неисполненным ФИО2 в части оплаты, признании права собственности на спорное имущество, истребовании данного имущества у конечного приобретателя ФИО10.
Как следует из упомянутого решения, Всеволожский городской суд установил, что расчет в размере 4 452 339 рублей между ФИО2 и ФИО3 по договору купли-продажи от 29 апреля 2016 года произведен полностью до подписания договора.
Указанное решение было обжаловано в апелляционном и кассационном порядке, и вышестоящими судебными инстанциями решение было оставлено без изменений.
В соответствии с частью 2 статьи 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
Таким образом, решение Всеволожского городского суда от 18 декабря 2018 года по гражданскому делу N 2-4709/2018, в котором участвовали и ФИО2 и ФИО3, имеет преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора, в силу чего, ФИО2 не вправе при рассмотрении настоящего дела оспаривать обстоятельства, установленные указанным решением суда, и ссылаться на отсутствие оплаты от ФИО3 по договору купли-продажи, поскольку подобные доводы противоречат установленным Всеволожским городским судом обстоятельствам по гражданскому делу N 2-4709/2018.
Что же касается, пояснений представителя ответчиков ФИО11, положенных судом в основу вывода о том, что денежные средства ФИО3 не передавались, то такие пояснения не могут оцениваться как приоритетные над содержанием договора купли-продажи от 29 апреля 2016 года.
Как поясняла в суде первой инстанции представитель ответчиков Пушкина Я.А., договор купли-продажи являлся мнимой сделкой, а действия сторон были направлены на иной правовой результат, нежели чем продажа объектов недвижимости; цепочка сделок по отчуждению спорного имущества не предполагала денежных расчетов за имущество между сторонами, данные сделки были направлены на получение денежных средств с конечного покупателя в целях исполнения долговых обязательств ФИО16, супруга которого являлась первоначальным собственником спорного имущества, а также в целях возмещения за счет проданного имущества расходов на транспортировку праха ФИО16 из Германии в РФ и его захоронение.
При этом, одновременно этот же представитель Пушкина Я.А. представила письменный отзыв, в котором выразила противоположную позицию, указав на возмездность договора купли-продажи от 29 апреля 2016 года. В частности, представитель ссылалась на пункт 7 Договора купли-продажи от 29 апреля 2016 года, как на подтверждение факта оплаты по договору купли-продажи, и утверждала об отсутствии задолженности ФИО3 по договору (л.д. 23).
Судебная коллегия полагает, что с учетом подобной противоречивой и непоследовательной позиции представителя, применение в данном случае положений статьи 68 ГПК, регулирующей вопросы признания стороной обстоятельств, не представляется возможным.
Кроме того, как было указано выше, пояснения представителя ответчиков Пушкиной Я.А. не могут быть признаны превалирующими над содержанием договора купли-продажи от 29 апреля 2016 года, иное означало бы отступление от требований статьи 431 Гражданского кодекса РФ.
Также судебная коллегия учитывает, что никто из сторон не оспаривал договор купли-продажи от 29 апреля 2016 года, требований о применении последствий недействительности ничтожной сделки участники спорных правоотношений в установленном порядке не заявляли. Правовых оснований для применения последствий недействительности ничтожной сделки по своей инициативе в порядке статьи 166 Гражданского кодекса РФ, судебная коллегия не усматривает. С учетом этого, доводы представителя Пушкиной Я.А. о том, что между сторонами сложились отношения иного характера, чем отношения по договору купле-продаже, и что такие отношения не предполагали расчеты между сторонами, не могут быть приняты во внимание.
При таком положении, решение Всеволожского городского суда от 20 мая 2019 года об удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 не может быть признано законным и обоснованным, а потому данное решение подлежит отмене с принятием по делу нового решения об отказе истцу ФИО2 в удовлетворении исковых требований к ответчику ФИО3
При оценке правомерности требований ФИО2, предъявленных к соответчику ФИО1 о взыскании стоимости имущества, отчужденного по договору купли-продажи от 29 апреля 2016 года, судебная коллегия также приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскание заявленных сумм с указанного ответчика.
Как следует из нотариальной удостоверенной доверенности, выданной ФИО12 на имя ФИО1, истец уполномочил ФИО1 продать за цену и на условиях по своему усмотрению вышеуказанный земельный участок и расположенный на нем жилой дом. В доверенности оговорены полномочия ФИО1 получить следуемые истцу ФИО13 деньги (л.д. 15).
ФИО1, действуя по доверенности в качестве представителя ФИО2, заключил договор купли-продажи с ФИО3
Как уже указывалось судебной коллегией выше, факт получения ФИО2 денежных средств за объекты недвижимости подтверждается его заявлением от 18 октября 2017 года, подписанным собственноручно, согласно которому он опровергает утверждения предыдущего собственника недвижимости ФИО9 о том, что он не получал денежные средства от продажи объектов недвижимости от ФИО3
В частности, в досудебной претензии ФИО9 (предшествующего перед ФИО2 собственника спорного имущества), направленной на имя ФИО3, она указывает на то, что ФИО2, денежные средства в счет оплаты по договору купли-продажи ФИО3 не получил.
Опровергая данные утверждения ФИО9, ФИО2 в своем заявлении подтверждает, что по договору купли-продажи земельного участка с жилым домом по адресу: <адрес> никаких претензий к ФИО1 и ФИО3 не имеет (л.д. 191).
При этом ФИО2 не оспаривал подписанное им заявление ни в рамках рассмотрения гражданского дела N 2-4709/2018, ни в рамках рассмотрения настоящего дела.
Процессуальное поведение истца ФИО2, при котором истец в рамках рассмотрения двух гражданских дел, приводит противоположные по своему содержанию доводы, не может быть признано разумным и добросовестным; такое поведение истца ФИО2 обладает признаками злоупотребления гражданскими и процессуальными правами.
В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса РФ).
В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса РФ).
Также судебная коллегия учитывает, что требование о взыскании оплаты по договору купли-продажи от 29 апреля 2016 года были заявлены 24 сентября 2018 года, то есть спустя более чем два года после совершения сделки, при этом до обращения в суд истец ФИО2 каких-либо претензий к ФИО3 либо ФИО1 на протяжении всего этого времени не заявлял (доказательства в материалах дела отсутствуют), что позволяет судебной коллегии усомниться в разумности и добросовестности действий истца.
Учитывая, что из поведения истца ФИО2 явствует злоупотребление своими правами, его требования к ответчикам, в том числе и к ФИО1, удовлетворению не подлежат.
При тех обстоятельства, что в основу дополнительного решения Всеволожского городского суда от 17 декабря 2019 года об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО1 судом были заложены мотивы, связанные с отсутствием как таковой оплаты от ФИО3 по договору купли-продажи от 29 апреля 2019 года и обстоятельства, связанные с принятием судом решения о взыскании оплаты с ответчика ФИО3, судебная коллеги считает, что дополнительное решение Всеволожского городского суда подлежит отмене, поскольку легшие в основу данного дополнительного решения выводы суда являются необоснованными, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и противоречат закону.
Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда
определила:
решение Всеволожского городского суда Ленинградской области от 20 мая 2019 года и дополнительно решение Всеволожского городского суда Ленинградской области от 17 декабря 2019 года отменить. Принять по делу новое решение.
В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 и ФИО1 о взыскании задолженности по договору купли-продажи от 29 апреля 2016 года отказать.
Председательствующий:
Судьи:
Судья Мартьянова С.А.
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
