Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 26 октября 2020 года №33-16108/2020

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 26 октября 2020 года Дело N 33-16108/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе
председательствующего Турумтаевой Г.Я.,
судей Сыртлановой О.В. и Кривцовой О.Ю.
при секретаре Воробьеве А.Я.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Ленинского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 19 июня 2020 г., по иску ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным завещания.
Заслушав доклад судьи Кривцовой О.Ю., судебная коллегия
установила:
ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3 о признании недействительным завещания ФИО1, дата рождения, на имя ФИО3 на жилой дом по адресу: адрес переправа, адрес, удостоверенного нотариусом ФИО8; возмещении судебные расходы на оплату услуг представителя - 5 000 руб., по уплате госпошлины - 13 765 руб. 57 коп.
Заявленные требования мотивированы тем, что дата умерла тетя истца - ФИО1, проживавшая по адресу: адрес адрес адрес. При жизни ФИО1 никаких мыслей о том, что составит завещание в пользу посторонних людей, не высказывала. Ответчик, проживающий по соседству, воспользовавшись доверчивостью ФИО1, ее престарелым возрастом, юридической неграмотностью, используя ее беспомощное состояние, оформил на себя завещание на принадлежащий ей жилой дом по адресу: адрес адрес, адрес. Указанное завещание было удостоверено нотариусом ФИО8 По факту мошеннических действий ответчика истец дата обратилась в ОП N... УМВД России по адрес, однако, постановлением от дата в возбуждении уголовного дела было отказано.
Решением Ленинского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 19 июня 2020 г. постановлено:
в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным завещания и взыскании судебных расходов отказать.
В апелляционной жалобе ФИО2 ставит вопрос об отмене вышеуказанного решения суда, указывая, что, суд первой инстанции, отказывая в иске, сослался на заключение посмертной психолого-психиатрической экспертизы Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Башкортостан Республиканская клиническая психиатрическая больница (далее - ГБУЗ РКПБ) от дата N..., как достоверное, допустимое и достаточное доказательство, однако не проанализировал его, не учел, что оно не содержит подробного описания проведенного исследования, сделанные в результате его выводы, не мотивированы, носят предположительные неконкретный характер, экспертное заключение не содержит категорические выводы; суд не создал надлежащих условий для всестороннего и полного исследования доказательств, не предоставив стороне истца возможности заблаговременно ознакомиться с заключением эксперта. На основании адвокатского запроса Автономной некоммерческой организацией "Консультативная судебная медицина" представлено заключение эксперта N... от дата, по которому заболевание ФИО1 позволяет диагностировать у нее наличие сосудистой деменции, данное состояние категорически исключает способность ФИО1 правильно осознавать фактический характер своих действий и руководить ими в юридически значимый период времени, для вынесения более обоснованного решения необходимо проведение повторной посмертной судебно-психиатрической экспертизы. При вынесении решения суд сослался на постановление УУП ОП N... УМВД России по городу Уфе от дата по материалы проверки ФИО2, которое было отменено и не имеет юридической силы. На момент составления завещания ФИО1 русским языком не владела, в завещании не указан перевод с русского языка на татарский, не указано присутствие переводчика либо учителя татарского языка. Суд первой инстанции не проверил соответствие оспариваемого завещания требованиям закона, в том числе требованиям о порядке составления оспариваемого завещания (пункт 2 статьи 1125 Гражданского кодекса Российской Федерации) и основания, влекущие его недействительность в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Истец ФИО2, третьи лица - нотариус ФИО8, ФИО17 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом. Нотариус обратилась с заявлением о рассмотрении дела в ее отсутствие, иные лица об уважительных причинах неявки не сообщали. В связи с чем, на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия полагает возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившихся.
Проверив материалы дела, выслушав объяснения адвоката в интересах истца ФИО9, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, ответчика ФИО3 и его представителя ФИО14, полагавших решение законным и обоснованным, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с требованиями частей 1, 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.
Судом установлено и материалами дела подтверждается, что дата умерла ФИО1, проживавшая одна в принадлежащем ей на праве собственности жилом доме по адресу: адрес адрес.
Из материалов наследственного дела N..., открытого к имуществу ФИО1 нотариусом нотариального округа адрес Республики Башкортостан ФИО8, усматривается, что в установленный законом срок дня принятия наследства обратились: дата ответчик по делу ФИО3 - с заявлением о принятии наследства по завещанию, дата истец по делу ФИО2 - племянница наследодателя с заявлением о принятии наследства по закону. Наследственное имущество состоит из вышеуказанного жилого дома. Свидетельства о праве на наследство нотариусом не выданы.
Завещанием, удостоверенным дата нотариусом нотариального округа адрес Республики Башкортостан ФИО8, зарегистрированным в реестре за N..., ФИО1 жилой дом по адресу: адрес адрес, адрес, завещала ФИО3
Как следует из текста завещания (л.д. 62), ФИО1 были разъяснены природа, характер и правовые последствия совершения настоящего завещания, а также содержание статьи 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации о круге лиц, имеющих право на обязательную долю в наследстве независимо от настоящего завещания, и размере причитающихся им долей; разъяснены положения статьи 1130 Гражданского кодекса Российской Федерации о праве ФИО1 в любое время отменить или изменить настоящее завещание без указания причин отмены и согласия кого-либо, в том числе указанных в завещании лиц; завещание составлено в двух экземплярах, один из которых выдан ФИО1 "Текст завещания записан со слов ФИО1 нотариусом верно, до подписания завещания оно полностью ей оглашено нотариусом с переводом с русского языка на татарский язык". Завещание удостоверено подписью ФИО1
Согласно пояснениям нотариуса ФИО8, дата она выехала для совершения нотариальных действий к ФИО1 по адресу: адрес адрес адрес. Беседовала с ней наедине на татарском языке, спрашивала ее о доме, сидели за столом, по дому ФИО1 передвигалась самостоятельно. ФИО1 изъявила волю на составление завещания в пользу ФИО3, сомнений в выражении воли наследодателя не имелось. Завещание ей было оглашено с переводом с русского на татарский, все было разъяснено, она сама его подписала.
Судом также установлено, что ответчик ФИО3 с 2000 г. проживал со своими родителями в соседнем доме по адресу: адрес адрес адрес.
Постановлением УУП ОП N... УМВД России по городу Уфе от дата, представленным в материалы дела стороной истца, по материалу проверки заявления ФИО2 об оформлении ФИО3 завещания после смерти ее тети ФИО1, кражи денег умершей ФИО1 и ее личных документов, в возбуждении уголовного дела по части 1 статьи 158, части 1 статьи 159, части 2 статьи 325 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении ФИО3 отказано за отсутствием состава преступления по пункту 2 части статьи 24 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации. Иного в материалы дела не представлено.
Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО2, приходящаяся дочерью истца, показала, что в 2017 г. часто ездила по субботам к ФИО1, у нее жил квартирант ФИО4, который съехал от нее из-за конфликта с соседями. Соседи ФИО1 не помогали, если она просила их помочь, то они просили деньги. По состоянию своего здоровья ФИО1 путала имена, людей, однако в больницу не обращалась.
Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО10, ФИО11, ФИО11 - соседи умершей ФИО1 и ответчика ФИО3 в судебном заседании показали, что ФИО1 жаловалась только на ухудшение зрения, знают, что ей делали операцию на глаза, больше на здоровье не жаловалась. По хозяйству ФИО1 помогали соседи ФИО3. Родственников ФИО1 они не видели и не знают их. Общалась она как на татарском, так и на русском языке. Летом 2018 г. сидела возле ворот.
Свидетели ФИО12 и ФИО13 - работники почты, приносившие ФИО1 пенсию, суду показали, что ФИО1 была в сознании, на здоровье не жаловалась, самостоятельно считала деньги и расписывалась, потом расписывалась в присутствии соседей. Они разговаривали с ней, шутили.
По результатам проведенной по делу посмертной психолого-психиатрической экспертизы комиссией экспертов ГУБЗ РКПБ представлено заключение от дата N..., согласно выводам которого ФИО1 в интересующий суд период обнаруживала признаки органического непсихотического расстройства со снижением психических функций. Об этом свидетельствуют возраст подэкспертной, наличие у нее сосудистых заболеваний (церебральный атеросклероз, цереброваскулярное заболевание, гипертоническая болезнь, хроническая недостаточность мозгового кровообращения), что сопровождалось церебростенической симптоматикой (слабость, головокружение, головные боли), снижением когнитивных способностей. Однако, в связи с недостаточной информативностью свидетельских показаний, характеризующих психическое состояние ФИО1 на момент подписания завещания (дата), уточнить степень выраженности психических изменений и решить вопрос о ее возможности понимать значение своих действий и руководить ими не представляется возможным. По заключению психолога: юридически значимые ответы на вопросы психологического плана даются в отношении подэкспертных, у которых на момент заключения сделки врачами-психиатрами не были обнаружены такие нарушения в структуре психических процессов и в эмоционально-волевой сфере личности, которые могли бы оказать существенное влияние на способность подэкспертного понимать значение своих действий и руководить ими на интересующий период. Учитывая отсутствие экспертного решения врачей-психиатров на интересующий суд период (в период составления завещания от дата), ответить на вопросы психологического плана не представляется возможным.
Разрешая спор и отказывая истцу в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, оценив по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации собранные по делу доказательства, в том числе, показания свидетелей, письменные доказательства, пришел к выводу о том, что воля ФИО1 при распоряжении имуществом на случай ее смерти в пользу ФИО3 была свободна и полностью соответствовала действительному волеизъявлению наследодателя, а истцом достаточных и бесспорных доказательств в подтверждение своих доводов о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания завещания недействительным, не представлено.
Оценивая представленное в материалы дела заключение судебной экспертизы, суд первой инстанции пришел к выводу, что оно соответствуют требованиям, предъявляемым к доказательствам данного вида, основания для сомнения в достоверности и полноте заключения судебной экспертизы отсутствуют. Выражая несогласие с проведенной судебной экспертизой, истец мотивов и надлежащих доказательность ее необоснованности не привел, о назначении по делу дополнительной и повторной экспертизы не заявлял, указав, что сам по себе факт наличия у ФИО1 признаков органического непсихотического расстройства со снижением психических функций о пороке воли наследодателя на момент составления завещания свидетельствовать не может.
Суд первой инстанции учел, что доводы стороны истца, положенные в основу иска, опровергаются, помимо прочего, свидетельскими показаниями ФИО10, ФИО11, ФИО11, ФИО12, ФИО13, не заинтересованных в исходе дела. Показания свидетеля Свидетель N 2 суд первой инстанции оценил критически, поскольку указанный свидетель приходится дочерью истца, и, следовательно, заинтересована в исходе дела.
Суд первой инстанции, анализируя содержание завещания, пояснения нотариуса, учел, что ФИО1 добровольно выразила свою волю в завещании и подписала его, при этом до самой смерти не изменив содержание завещания.
В силу статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N... "О судебном решении", решение может считаться законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права. Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Вывод суда о том, что не установлено оснований недействительности завещания, сделан с исследованием и установлением всех фактических обстоятельств дела. С учетом изложенного судебная коллегия находит, что данное судебное постановление указанным выше требованиям закона отвечает, не усматривая оснований для иной оценке представленных сторонами доказательств, как о том фактически ставит вопрос в доводах апелляционной жалобы ФИО2
В силу пункта 5 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.
Статьей 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса.
Согласно статье 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание) (пункт 1). Не могут служить основанием недействительности завещания описки и другие незначительные нарушения порядка его составления, подписания или удостоверения, если судом установлено, что они не влияют на понимание волеизъявления завещателя (пункт 3).
Как разъяснил Пленум Российской Федерации в пункте 21 постановления от дата N... "О судебной практике по делам о наследовании" (далее - Постановление N...), сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (параграф 2 главы 9 Гражданского кодекса российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.
Завещание может быть признано недействительным по решению суда, в частности, в случаях: несоответствия лица, привлеченного в качестве свидетеля, а также лица, подписывающего завещание по просьбе завещателя (абзац второй пункта 3 статьи 1125 Гражданского кодекса Российской Федерации), требованиям, установленным пунктом 2 статьи 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации; присутствия при составлении, подписании, удостоверении завещания и при его передаче нотариусу лица, в пользу которого составлено завещание или сделан завещательный отказ, супруга такого лица, его детей и родителей (пункт 2 статьи 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации); в иных случаях, если судом установлено наличие нарушений порядка составления, подписания или удостоверения завещания, а также недостатков завещания, искажающих волеизъявление завещателя.
Обращаясь в суд с иском, ФИО2 ссылалась на недействительность оспариваемого завещания, так как на момент его составления ФИО1 русским языком не владела, в завещании не указан перевод с русского языка на татарский, не указано присутствие переводчика либо учителя татарского языка, как не соответствующего требованиям пунктов 1 и 2 статьи 1125 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции, действующей на момент составления завещания, согласно которым нотариально удостоверенное завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом. При написании или записи завещания могут быть использованы технические средства (электронно-вычислительная машина, пишущая машинка и другие).
Завещание, записанное нотариусом со слов завещателя, до его подписания должно быть полностью прочитано завещателем в присутствии нотариуса. Если завещатель не в состоянии лично прочитать завещание, его текст оглашается для него нотариусом, о чем на завещании делается соответствующая надпись с указанием причин, по которым завещатель не смог лично прочитать завещание.
В соответствии с пунктом 34 Методических рекомендаций по удостоверению завещаний, принятию нотариусом закрытого завещания, вскрытию и оглашению закрытого завещания, утвержденных решением Правления Федеральной нотариальной палаты (Протокол N... от 1-дата, далее - Методические рекомендации), нотариус обязан выяснить волю завещателя, направленную на определение судьбы имущества завещателя на день его смерти. Воля завещателя может быть выяснена в ходе личной беседы нотариуса и завещателя о действительном и свободном намерении завещателя составить завещание в отношении определенных лиц и определенного имущества.
Нотариус принимает меры, позволяющие завещателю изложить волю свободно, без влияния третьих лиц на ее формирование.
Согласно пункту 39 Методических рекомендаций, при нотариальном удостоверении завещания в обязательном порядке предусматривается присутствие при нотариальном удостоверении завещания переводчика, если завещатель не владеет языком, на котором ведется нотариальное делопроизводство, а нотариус не владеет языком завещателя (статья 10 Основ) и (или) рукоприкладчика, если завещатель в силу физических недостатков, тяжелой болезни или неграмотности не может собственноручно подписать завещание (пункт 3 статьи 160, пункт 3 статьи 1125 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как видно из дела, составленное ФИО1 дата завещание совершено в установленной законом письменной форме и удостоверено нотариусом нотариального округа адрес Республики Башкортостан ФИО8, которой было представлено заключение ВК от дата N... (л.д. 63), о том, что по состоянию здоровья ФИО1 не транспортабельна в связи с самотическими заболеваниями, то есть требования, предъявляемые к порядку составления завещания, установленные статья 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации, соблюдены.
Из оспариваемого завещания следует, что текст завещания был записан нотариусом со слов завещателя и до его подписания оглашен нотариусом вслух. Личность и дееспособность завещателя были проверены, требования статьи 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации разъяснены.
Нотариус владеет языком завещателя, при том, что представленными в дело доказательствами подтверждено, что ФИО1 свободно общалась как на русском, так и татарском языке, в связи с чем, обязательное присутствие переводчика при удостоверении завещания, не предусмотрено. В деле не имеется доказательств, позволяющих объективно утверждать, что текст завещания не был оглашен нотариусом для ФИО1 на языке, более понятном для завещателя в целях свободного изложения ею своей воли.
В деле имеются доказательства того, что нотариусом волеизъявление на совершение завещания ФИО1 в пользу ФИО3 было проверено, текст завещания был оглашен нотариусом и его соответствие волеизъявлению наследодателя действительной воле подтверждено собственноручной подписью ФИО1, подлинность которой стороной истца не оспаривалась.
Таким образом, те обстоятельства, на которое указывается в доводах апелляционной жалобы, что ФИО1 русским языком не владела, при составлении завещания должен был присутствовать переводчик, в завещании не указана причина, по которой текст завещания был оглашен нотариусом на татарском языке, в силу вышеприведенных правовых норм не являются достаточными для признания оспариваемого завещания недействительным. Недостаток завещания в виде не указания причины, по которой нотариус огласил завещание наследодателю с переводом на татарский язык, не искажал волеизъявление завещателя.
Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Между тем доказательств, подтверждающих наличие нарушений норм Гражданского кодекса Российской Федерации, влекущих за собой недействительность оспариваемого завещания, или иных нарушений порядка его составления, подписания или удостоверения, истцом в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представлено не было, в материалах дела таких сведений не содержится, как и не представлены достоверные доказательства, свидетельствующие о том, что в момент составления завещания наследодатель не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Не добыто таких доказательств и судом.
Как следует из разъяснений в пункте 27 Постановления N..., завещания относятся к числу недействительных вследствие ничтожности при несоблюдении установленных Гражданским кодексом Российской Федерации требований: в том числе, обладания гражданином, совершающим завещание, в этот момент дееспособностью в полном объеме (пункт 2 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии со статьей 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами в настоящем случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у ФИО1 в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
Вопреки суждениям апелляционной жалобы, данные обстоятельства установлены судом первой инстанции на основании совокупности представленных в дело доказательств, а именно: заключения комиссии экспертов, сделанного в установленной законом процедуре на основании специальных познаний в области психиатрии и психологии, исходя из совокупности всех имеющихся по делу фактических данных, включающих как свидетельские показания, так и всю медицинскую документацию об имеющихся у наследодателя заболеваниях, их особенностях, развитии и течении.
Оснований для вывода о том, что ФИО1 при составлении и подписании оспариваемого завещания дата не понимала значение совершаемых ею действий и не могла ими руководить, как о том указывается в апелляционной жалобе ФИО2, со ссылкой на заключение специалиста N..., не имеется, поскольку в материалы дела в ходе судебного разбирательства такое заключение истцом предоставлено не было, в приобщении такого заключения к материалам дела в суде апелляционной инстанции судебной коллегией отказано за отсутствием правовых оснований для принятия новых доказательств судом апелляционной инстанции.
В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции принимает дополнительные (новые) доказательства, если признает причины невозможности представления таких доказательств в суд первой инстанции уважительными (абзацы второй - четвертый пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N...).
Дополнительные (новые) доказательства не могут быть приняты судом апелляционной инстанции, если будет установлено, что лицо, ссылающееся на них, не представило эти доказательства в суд первой инстанции, поскольку вело себя недобросовестно и злоупотребляло своими процессуальными правами (абзац шестой пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N...).
Истец, действуя через своих представителей, в суде первой инстанции ходатайств о принятии заключения специалиста не заявляла, на указанное в жалобе заключение не ссылалась, хотя в течение более 9 месяцев с момента подачи иска в суд - дата, и до принятия судом решения по существу спора - дата, для стороны истца было более чем достаточно времени для предоставления любых доказательств в обоснование своей позиции.
Отклоняя ходатайство стороны истца о назначении повторной экспертизы, судебная коллегия исходит из положений статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в нескольких заключениях экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам (часть 2).
Проанализировав содержание заключения судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов приводятся соответствующие данные из представленных в распоряжение эксперта материалов, основываются на исходных объективных данных, выводы экспертов обоснованы документами, представленными в материалы дела.
При проведении экспертизы были изучены все собранные в отношении ФИО1 медицинские документы, показания свидетелей, экспертами проанализированы представленные материалы дела, которые были учтены ими при составлении заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов. Иные медицинские документы в отношении наследодателя отсутствуют.
Судом также не выявлено каких-либо нарушений при проведении судебной экспертизы. Члены комиссии обладают специальными познаниями в области психиатрии и психологии, их выводы научно обоснованы. Оснований не доверять заключению комиссии экспертов не имеется, поскольку оно является допустимым по делу доказательством, содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения.
Само по себе несогласие стороны истца с оценкой, которую дал суд заключению посмертной судебно-психиатрической экспертизы не является обстоятельством, влекущим отмену судебного решения, поскольку все доказательства оценены судом в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и оснований для их переоценки у судебной коллегии не имеется. Кроме того, следует отметить, что собранные по делу доказательства не противоречат друг другу и установленным судом обстоятельствам дела.
Тот факт, который нашел свое подтверждение в результатах проведенной экспертизы, что ФИО1 в период составления завещания обнаруживала признаки органического непсихотического расстройства со снижением психических функций, не свидетельствует о том, что в момент подписания оспариваемого завещания она была лишена возможности критически мыслить, осознавать значение своих действий и руководить ими. ФИО1 никогда к врачам по представленным медицинским документам и показаниям свидетелей по поводу каких-либо отклонений в своем психическом здоровье не обращалась, на учете у психиатра не состояла. Убедительных данных о наличии временного психического расстройства у ФИО1 судом не получено.
Доводы апелляционной жалобы ФИО2 о несогласии с оценкой суда представленных доказательств, правильности выводов суда не опровергают, являются субъективными, направленными на получение необходимого правового результата.
Доводы апелляционной жалобы относительно нарушения судом норм процессуального права, не могут быть приняты во внимание, поскольку заявление ходатайства о предоставлении возможности более детально ознакомиться с экспертным заключением, не является уважительной причиной для отложения судебного заседания. Представителю истца была предоставлена возможность ознакомиться с экспертным заключением, о чем имеется расписка в материалах дела (л.д. 115).
О времени и месте рассмотрения дела ФИО2 была извещена заблаговременно дата (л.д. 112), и в течение месяца до даты судебного разбирательства имела достаточно времени для совершения любых процессуальный действий, в том числе ознакомления с заключением экспертов.
В связи с угрозой распространения на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV) был ограничен доступ граждан в суды Российской Федерации в период с дата по дата, к маю 2020 г. указанные ограничения были отменены. Как следует из дела (л.д. 114), представитель ответчика ФИО14 был ознакомлен с заключением эксперта дата В связи с чем, вышеприведенное не препятствовало истцу и его представителям в ознакомлении с делом и подготовки правовой позиции.
Каких-либо процессуальных нарушений, которые могли бы привести или привели к принятию неправильного решения, судебной коллегией не установлено.
Таким образом, судебная коллегия считает, что обжалуемое решение, постановленное в соответствии с установленными в суде обстоятельствами и требованиями закона, подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба, которая не содержит предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения, - оставлению без удовлетворения.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Ленинского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 19 июня 2020 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Справка: судья Ситник И.А.


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка