Определение Судебной коллегии по гражданским делам Севастопольского городского суда от 20 мая 2021 года №33-1602/2021

 
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ СЕВАСТОПОЛЬСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА
 
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
 
от 20 мая 2021 года Дело N 33-1602/2021
Судебная коллегия по гражданским делам Севастопольского городского суда, в составе:
председательствующего судьи - Григоровой Ж.В.,
судей: Устинова О.И., Анашкиной И.А.,
при секретаре - Осколович Ю.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Чижевской М. Н. и Чижевской Д. Д. на решение Гагаринского районного суда г. Севастополя от 22 декабря 2020 года по гражданскому делу по иску Чижевского Д. О. к Чижевской М. Н., третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора - Чижевский Д. Д. об определении порядка пользования квартирой, заслушав доклад судьи Устинова О.И.,
установила:
Чижевский Д.О. обратился в суд с иском к Чижевской М.Н. об определении порядка пользования квартирой, мотивировав свои требования тем, что ему и ответчице на праве общей долевой собственности принадлежит квартира, расположенная по адресу: <адрес>-В, <адрес>, кадастровый N, с Чижевской М.Н. не удалось достичь соглашения о совместном порядке пользования жилым помещением.
Просил определить порядок пользования спорной квартирой, следующим образом:
- закрепить за Чижевским Д.О. 2 комнаты площадью 11,1 кв.м и 15.9 кв.м, а также 2 находящихся в указанных комнатах гардеробных шкафа площадью 2.0 кв.м и 2.1 кв.м;
- закрепить за Чижевской М.Н. 2 комнаты площадью 19,3 кв.м и 11.6 кв.м, а также лоджию площадью 2.7 кв.м, примыкающую к комнате, площадью 11.6 кв.м.
- места общего пользования: санузел площадью 8,9 кв.м, кухню площадью 13.0 кв.м, коридор площадью 18.7 кв.м и гардероб, находящийся в коридоре, площадью 1.9 кв.м, оставить в общем пользовании собственников.
Решением Гагаринского районного суда г. Севастополя от 22 декабря 2020 года исковые требования Чижевского Д.О. удовлетворены частично. Определен порядок пользования трехкомнатной квартирой, расположенной по адресу: <адрес>-В, <адрес>, выделены в пользование Чижевскому Д.О. жилые комнаты N площадью 11,9 кв.м и жилая комната N площадью 16,3 кв.м, лоджия 1,4 кв.м; Чижевской М.Н. в пользование комната (зал) N площадью 39,2 кв.м; места общего пользования: кухня, коридор, санузел - в совместное пользование сособственников.
Чижевская М.Н. в апелляционной жалобе просит решение суда отменить, в иске отказать, ссылаясь на то, что обстоятельства по делу установлены неправильно, суд присудил ответчице в пользование несуществующую жилую комнату N площадью 39,2 кв.м, на месте которой расположены проходные жилые комнаты, площадью 11,1 кв.м, и 19.3 кв.м, что в сумме составляет 30,4 кв.м. Кроме того не учтено, что с ответчицей проживают разнополые дети: совершеннолетний сын и дочь 2010 года рождения.
Судом не учтено, что самовольная перепланировка не создает правовых последствий, но ее наличие при условии изменения параметров жилых и нежилых помещений не дает возможности определить порядок пользования в связи с отсутствием планировки квартиры, на которую ссылается суд в своем решении.
В дополнениях к апелляционной жалобе ответчица полагает, что суд вышел за пределы заявленных требований, выделив истцу в пользование комнату 11,9 кв.м, которую тот просил определить за ответчиком.
Доводы апелляционной жалобы третьего лица Чижевского Д.Д. аналогичны доводам жалобы ответчицы.
В возражениях на апелляционные жалобы Чижевский Д.О. полагает решение суда законным и обоснованным, указывает, что ответчица отказывалась от предложенных им вариантов пользования квартирой, вплоть до возвращение ее в первоначальное состояние, полагает, что Чижевская М.Н. злоупотребляет своими правами, просил жалобы оставить без удовлетворения.
В заседании суда апелляционной инстанции Чижевская М.Н. и представитель третьего лица Чижевского Д.Д. - Плисов Э.С. доводы своих апелляционных жалоб поддержали, просили удовлетворить.
Чижевский Д.О. и его представитель - Мовчан О.В. возражали относительно удовлетворения апелляционных жалоб, просили решение суда первой инстанции оставить без изменения.
Третье лицо Чижевский Д.Д. в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом в соответствии с правилами статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
С учетом мнения стороны апеллянтов, стороны истца, в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определиларассмотреть дело в отсутствие неявившегося Чижевского Д.Д.
Судебная коллегия, выслушав мнение лиц, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы апелляционных жалоб, изучив материалы гражданского дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов жалоб, приходит к следующему.
Судом установлено, подтверждается материалами дела, что собственниками 3-комнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>-В, <адрес>, являются истец и ответчик, по 1/2 доли каждый.
Согласно сведением ЕГРН квартира имеет площадь 107,8 кв.м, 10 ноября 2015 года поставлена на кадастровый учет и ей присвоен кадастровый N.
Квартира в соответствии с техническим паспортом БТИ по состоянию на 16 декабря 2013 года имеет общую площадь 109,2 кв.м (с учетом лоджии), жилую - 67,4 кв.м: 3 комнаты имеют площади - 11,9 кв.м, 39,2 кв.м, 16,3 кв.м, лоджия - площадь 1,4 кв.м, коридор - 20,1 кв.м, кухня - 13,1 кв.м, санузел - 7,2 кв.м.
Согласно техническому плану помещения от 10 сентября 2020 года и экспликации к нему квартира имеет общую площадь всех помещений 107,2 кв.м, жилую 57,9 кв.м: 4 комнаты следующих площадей: 11,1 кв.м, 19,3 кв.м, 15,9 кв.м, 11,6 кв.м, лоджия площадь 2,7 кв.м, коридор - 18,7 кв.м, кухня - 13,0 кв.м, санузел - 8,9 кв.м, гардеробные площадью 2,1 кв.м, 1,9 кв.м и 2,0 кв.м.
Соглашение о порядке пользования жилым помещением между сторонами не достигнуто.
Установив, что в квартире произведена перепланировка без ее согласования в установленном порядке, суд определилпорядок пользования квартирой в соответствии с техническим паспортом БТИ по состоянию до проведения самовольной перепланировки собственниками жилого помещения, выделив истцу комнаты площадью 11,9 и 16,3 кв.м, а также лоджию - 1,4 кв.м, а ответчику комнату площадью 39,2 кв.м, места общего пользования оставлены в общем пользовании.
Судебная коллегия полагает, что устанавливая порядок пользования квартирой, судом не были учтены фактические обстоятельства по делу.
Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
В соответствии с положениями статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1). Регулирование семейных отношений осуществляется в соответствии с принципами добровольности брачного союза мужчины и женщины, равенства прав супругов в семье, разрешения внутрисемейных вопросов по взаимному согласию, приоритета семейного воспитания детей, заботы об их благосостоянии и развитии, обеспечения приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних и нетрудоспособных членов семьи (пункт 3).
К названным в статье 2 вышеназванного Кодекса имущественным и личным неимущественным отношениям между членами семьи, не урегулированным семейным законодательством (статья 3 этого Кодекса), применяется гражданское законодательство постольку, поскольку это не противоречит существу семейных отношений (статья 4 Семейного кодекса Российской Федерации).
Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.
Пунктом 2 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации Кодекса установлено, что местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.
Согласно пункту 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей.
Защита прав и интересов детей возлагается на их родителей (пункт 1 статьи 64 вышеуказанного Кодекса).
В соответствии с пунктом 1 статьи 65 этого же Кодекса обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.
Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 года N 13-П "По делу о проверке конституционности пункта 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки В.В. Чадаевой" пункт 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации в части, определяющей порядок отчуждения жилого помещения, в котором проживают несовершеннолетние члены семьи собственника данного жилого помещения, если при этом затрагиваются их права или охраняемые законом интересы, признан не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 38 (часть 2), 40 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (части 2 и 3), в той мере, в какой содержащееся в нем регулирование - по смыслу, придаваемому ему сложившейся правоприменительной практикой, - не позволяет при разрешении конкретных дел, связанных с отчуждением жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние, обеспечивать эффективную государственную, в том числе судебную, защиту прав тех из них, кто формально не отнесен к находящимся под опекой или попечительством или к оставшимся (по данным органа опеки и попечительства на момент совершения сделки) без родительского попечения, но либо фактически лишен его на момент совершения сделки по отчуждению жилого помещения, либо считается находящимся на попечении родителей, при том, однако, что такая сделка - вопреки установленным законом обязанностям родителей - нарушает права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего.
Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце первом пункта 3 Постановления от 8 июня 2010 года N 13-П указал на то, что забота о детях, их воспитание как обязанность родителей, по смыслу статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации, предполагают, что ущемление прав ребенка, создание ему немотивированного жизненного дискомфорта несовместимы с самой природой отношений, исторически сложившихся и обеспечивающих выживание и развитие человека как биологического вида.
В силу статей 38 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 17 (часть 3), согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, родители при отчуждении принадлежащего им на праве собственности жилого помещения не вправе произвольно и необоснованно ухудшать жилищные условия проживающих совместно с ними несовершеннолетних детей, и во всяком случае их действия не должны приводить к лишению детей жилища. Иное означало бы невыполнение родителями - вопреки предписанию статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации - их конституционных обязанностей и приводило бы в нарушение статей 55 (части 2 и 3) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации к умалению и недопустимому ограничению права детей на жилище, гарантированного статьей 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 38 (часть 2) (абзац первый пункта 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 года N 13-П).
По смыслу статей 17 (часть 3), 38 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 35 (часть 2), при отчуждении собственником жилого помещения, в котором проживает его несовершеннолетний ребенок, должен соблюдаться баланс их прав и законных интересов. Нарушен или не нарушен баланс прав и законных интересов при наличии спора о праве в конечном счете, по смыслу статей 46 и 118 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 38 (часть 2) и 40 (часть 1), должен решать суд, который правомочен, в том числе с помощью гражданско-правовых компенсаторных или правовосстановительных механизмов, понудить родителя - собственника жилого помещения к надлежащему исполнению своих обязанностей, связанных с обеспечением несовершеннолетних детей жилищем, и тем самым к восстановлению их нарушенных прав или законных интересов (абзац третий пункта 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 года N 13-П).
Из апелляционных жалоб усматривается, не оспаривается истцом, и подтверждается имеющимся с материалах дела техническим планом помещения, что в спорной квартире проведена перепланировка. Вместе с тем, ответчице выделена комната 39,2 кв.м, которая фактически не существует, поскольку преобразована в проходные жилые комнаты площадью 11,1 кв.м и 19,3 кв.м. Определяя в пользование истцу две жилые комнаты площадью 11,9 кв.м и 16,3 кв.м, которые также в указанных площадях фактически не существуют, а ответчице одну комнату, суд не учел, что с Чижевской М.Н. проживают разнополые дети: совершеннолетний сын и дочь 2010 года рождения и пользование истцом двумя комнатами, а ответчицей с детьми одной, нарушает баланс прав и законных интересов детей.
Также необходимо отметить, что истцу выделена комната, в которой в настоящее время проживает его несовершеннолетняя дочь 2010 года рождения, что в ходе судебного заседания в суде апелляционной инстанции истцом было подтверждено.
Определяя порядок пользования спорной квартирой, исходя из данных БТИ 2013 года, суд руководствовался тем, что существующая планировка спорной квартиры не узаконена, вместе с тем не учел, что выделяя в пользование сторонам несуществующие комнаты, нарушаются права несовершеннолетней дочери сторон, а также права и интересы совершеннолетнего сына, проживающего в данной квартире.
С учетом приведенных выше требований закона и правовых позиций, изложенных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 года N 13-П, по данному делу юридически значимым для правильного разрешения исковых требований являлось выяснение вопросов о соблюдении прав несовершеннолетнего ребенка, а также совершеннолетнего сына сторон, зарегистрированных и постоянно проживающих в спорном жилом помещении, фактическое отсутствие комнат о выделении в пользование которых истцом ставился вопрос.
При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что правовых оснований для удовлетворения требований иска не имелось, поскольку вопрос о вселении ответчиком не ставился, в связи с чем решение суда подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в их удовлетворении.
Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
отменить решение Гагаринского районного суда города Севастополя от 22 декабря 2020 года полностью и принять по делу новое решение, которым в удовлетворении иска Чижевского Д. О. к Чижевской М. Н., третье лицо не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора - Чижевский Д. Д. об определении порядка пользования квартирой - отказать.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано в кассационном порядке.
Председательствующий судья Ж.В. Григорова
Судьи: О.И. Устинов
И.А. Анашкина


Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка