Дата принятия: 29 мая 2018г.
Номер документа: 33-1598/2018
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ТОМСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 29 мая 2018 года Дело N 33-1598/2018
от 29 мая 2018 года
Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе:
председательствующего Фоминой Е.А.,
судей Вотиной В.И., Ходус Ю.А.,
при секретаре Завьялове Д.А.,
с участием прокурора Емельяновой С.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании в г.Томске апелляционную жалобу представителя истца Килинчук Татьяны Степановны Маровниной Ольги Алексеевны на решение Октябрьского районного суда г. Томска от 28 февраля 2018 года
по гражданскому делу по иску Килинчук Татьяны Степановны к областному государственному автономному учреждению здравоохранения "Томская областная клиническая больница", областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Бакчарская районная больница" о взыскании компенсации морального вреда.
Заслушав доклад судьи Фоминой Е.А., объяснения представителя истца Маровниной О.А., третьего лица Килинчука В.Г., поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика ОГАУЗ "ТОКБ" Водянкиной Е.А., ОГБУЗ "Бакчарская РБ" Шилова С.В, заключение прокурора Емельяновой С.А., полагавших решение законным и обоснованным, судебная коллегия
установила:
Килинчук Т.С. обратилась в суд с иском к областному государственному автономному учреждению здравоохранения "Томская областная клиническая больница" (далее - ОГАУЗ "ТОКБ"), областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Бакчарская районная больница" (далее - ОГБУЗ "Бакчарская РБ"), в котором просила взыскать с ОГБУЗ "Бакчарская РБ" в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб., с ОГАУЗ "ТОКБ" в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., штраф в доход потребителя за неудовлетворение требований в добровольном порядке.
В обоснование требований указала, что умерший 13.09.2016 Килинчук Г.И. приходился ей супругом. В период с 29.08.2015 по 13.09.2015 Килинчуку Г.И. оказывалась медицинская помощь в медицинских учреждениях ОГБУЗ "Бакчарская РБ" и ОГАУЗ "ТОКБ". В частности, 29.08.2015 Килинчук Г.И. почувствовал себя плохо: /__/. Истец вызвала ему скорую помощь, бригада которой по прибытии оказала пациенту первую медицинскую помощь и доставила его в приемный покой ОГБУЗ "Бакчарская РБ", ему установлен диагноз: /__/. На просьбу пациента направить его в областной кардиоцентр был получен отказ. 15.09.2015 пациент переведен в ОГАУЗ "ТОКБ", 09.09.2015 - его парализовало, а 13.09.2015 он умер. Причина смерти - /__/. Считает, что смерть наступила в результате ненадлежащей и несвоевременной медицинской помощи.
Истец Килинчук Т.С. и ее представитель Маровнина О.А. в судебном заседании требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении.
Представитель ответчика ОГБУЗ "Бакчарская РБ" - Шилов С.В. в судебном заседании исковые требования не призналпо основаниям, указанным отзыве, согласно которому недостатки оказания медицинской помощи, выявленные в заключении экспертов N 58, считает формальными и не влияющими на качество оказанной медицинской помощи и исход заболевания. Пояснил, что проведенная судебная экспертиза не установила прямой причинно-следственной связи между действиями врачей и смертью Килинчука Г.И. Полагает, что причиной смерти послужили конкурирующие заболевания: /__/, на фоне сопутствующих заболеваний.
Представители ответчика ОГАУЗ "ТОКБ" - Куковякина Н.Л., Плотников Д.М. в судебном заседании исковые требования не признали по основаниям, указанным в отзыве на иск, согласно которому Килинчук Г.И. поступил в кардиологическое отделение ОГАУЗ "ТОКБ" в тяжелом состоянии. Ему была оказана вся необходимая медицинская помощь. 13.09.2015 больной умер. Недостатки оказания медицинской помощи, выявленные в заключении экспертов N 58, считает формальными и не влияющими на качество оказанной медицинской помощи. Проведенная судебная экспертиза не установила прямой причинно-следственной связи между действиями врачей и смертью Килинчука Г.И., основным в наступлении смерти пациента явились характер и тяжесть имеющихся заболеваний, которые взаимно отягощали друг друга, что уменьшало шансы на благоприятный исход.
Третьи лица Килинчук В.Г., Килинчук И.Г. полагали заявленные требования подлежащими удовлетворению.
Помощник прокурора Октябрьского района г. Томска Тайдонов Н.Н. в заключении полагал заявленные требования не подлежащими удовлетворению.
Дело рассмотрено в отсутствие представителя третьего лица СПАО "Ингосстрах", третьих лиц Килинчук П.Г., Кубриной О.В.
Обжалуемым решением суд на основании ст. 41 Конституции Российской Федерации, ст. 25 Всеобщей декларации прав человека, ст. 12 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, ст. 2 Протокола N 1 от 20.03.1952 к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, ст. 150, 151, 1064, 1068, 1084, 1095, 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 4, 14 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей", ст. 19, 98 Федерального закона Российской Федерации "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" от 21.11.2011 N 323-ФЗ, п. 9 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" от 26.01.2010 N 1, п. 1, 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" от 20.12.1994 N 10 иск Килинчук Т.С. к ОГБУЗ "Бакчарская РБ", ОГАУЗ "ТОКБ" о взыскании компенсации морального вреда оставил без удовлетворения.
В апелляционной жалобе представитель истца просит решение отменить, принять по делу новое решение, в обоснование указав, что заключение эксперта от 30.01.2018 N 319/17 является недопустимым доказательством, поскольку при поступлении пациента в ОГБУЗ "Бакчарская РБ" ему был установлен кардиологический профиль заболевания, однако на экспертизу не были поставлены соответствующие вопросы, в состав комиссии экспертов не вошел кардиолог.
Обращает внимание, что в указанном заключении полностью отсутствуют нормы законодательства, на которые должны ссылаться эксперты при оформлении своих ответов по существу вопросов суда.
Указывает, что выводы в заключения ФГБУ РЦСМЭ Минздрава России N 319/17 на основании ограниченности вопросов расходятся с выводами ОГБУЗ "БСМЭТО" N58.
Кроме того, экспертная комиссия не в полном объеме смогла изучить материалы дела ввиду затруднения расшифровки аббревиатур в медицинской документации.
Полагает, что суд необоснованно отказал представителю истца в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания от 08.02.2018, в связи с чем сторона истца была лишены установленной ч.2 ст.79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации возможности представить суду собственные вопросы эксперту.
28.02.2018 суд также необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства представителя истца о назначении повторной экспертизы и о постановке новых вопросов с поручением проведения повторной судебно-медицинской экспертизы иному экспертному учреждению.
В возражениях на апелляционную жалобу помощник прокурора Октябрьского района г. Томска Тайдонов Н.Н. просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
В соответствии со ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным рассмотреть жалобу в отсутствие истца Килинчук Т.С., представителя третьего лица СПАО "Ингосстрах", третьих лиц Килинчук И.Г., Килинчук П.Г., Кубриной О.В., надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.
Обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела по правилам ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии с пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона Российской Федерации от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.
В силу частей 2, 3 статьи 98 указанного Федерального закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная... и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права гражданина.
Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что истец Килинчук Т.С. являлась супругой Килинчука Г.И. (Т. 1 л.д. 13-15).
Как следует из представительной медицинской документации, Килинчук Г.И. в состоянии средней степени тяжести доставлен бригадой скорой медицинской помощи в ОГБУЗ "Бакчарская РБ" 29.08.2015 в 23:50 с жалобами на слабость, головокружение, нестабильность артериального давления. При поступлении был установлен диагноз: /__/.
В период с 29.08.2015 по 07.09.2015 пациент был осмотрен кардиологом, неврологом, проведены лабораторные исследования, ультразвуковые исследования, назначены лекарственные препараты.
07.09.2015 пациент для дальнейшего обследования был переведен в кардиологическое отделение ОГАУЗ "ТОКБ". При поступлении ему установлен диагноз: /__/.
08.09.2015 больному проведена экстренная операция: /__/.
13.09.2015 зафиксирована остановка сердечной деятельности, констатирована смерть пациента. Посмертный диагноз: /__/ (л.д. Т. 2 л.д. 1-164).
Протоколом патолого-анатомического вскрытия от 14.09.2015N 410 установлено, что при анализе случая смерти имели место две конкурирующие патологии: /__/. Механизм смерти в данном случае сложный, так как имели место две конкурирующие патологии со смертельными осложнениями (Т.2 л.д. 71-77).
Актом проверки территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Томской области от 13.11.2015 N 251 установлено, что предотвратить смертельный исход не представлялось возможным в связи с тяжестью состояния больного (Т.2л.д. 174-177).
Из представленного в материалы дела заключения экспертов N58, подготовленного ОГБУЗ "Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области" на основании постановления заместителя руководителя Шегарского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Томской области в рамках доследственной проверки КУС N37-пр.-2016, следует, что причиной смерти Килинчука Г.И. стали конкурирующие заболевания: /__/. При этом заключением были выявлены недостатки оказания медицинской помощи. Однако эксперты пришли к выводу, что прямой причинно-следственной связи между допущенными недостатками в оказании медицинской помощи Килинчуку Г.И. медицинскими работниками ОГБУЗ "Бакчарская районная больница", ОГАУЗ "ТОКБ" и смертью пациента не усматривается. Вместе с тем, при недопущении выявленных недостатков в оказании медицинской помощи Килинчуку Г.И., вероятность развития смертельных осложнений была бы ниже, что позволяет говорить о наличии косвенной причинной связи между допущенными недостатками медицинской помощи Килинчуку Г.И. на разных этапах ее оказания и наступлением неблагоприятного исхода заболевания (Т. 1 л.д. 29-71).
Поскольку разрешение настоящего дела требовало специальных познаний в области медицины, определением суда первой инстанции по ходатайству стороны ответчиков была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено ФГБУ "Российский центр судебно-медицинской экспертизы" Минздрава России.
Из заключения экспертов ФГБУ "Российский центр судебно-медицинской экспертизы" Минздрава России от 30.01.2018 N 319/17 следует, что смерть Килинчука Г.И. наступила в результате комбинированной патологии: /__/.
Кроме того, эксперты пришли к выводу, что прямой причинно-следственной связи между недостатками, допущенными при оказании медицинской помощи Клинчуку Г.И. медицинскими работниками ОГБУЗ "Бакчарская РБ", ОГАУЗ "ТОКБ", и его смертью не имеется, поскольку /__/ у Клинчука Г.И. развилась на фоне тяжелой комбинированной патологии (/__/), сопровождающиеся нарушением /__/.
Основным в наступлении смерти Килинчука Г.И. явились характер и тяжесть имеющихся заболеваний, которые взаимно отягощали течение друг друга, что уменьшало шансы на благоприятный исход. Даже при отсутствии недостатков медицинской помощи, допущенных в ОГБУЗ "Бакчарская РБ", ОГАУЗ "ТОКБ" вероятность наступления смерти Килинчука Г.И. была достаточно высока. Развитие /__/ было связано не с особенностями оказания медицинской помощи Килинчуку Г.И., а с течением имеющихся у него заболеваний (Т. 3 л.д. 57-87).
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что вред здоровью истца действиями ответчиков причинен не был, а потому оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется.
Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции.
Проверяя доводы апелляционной жалобы в части противоречивости выводов экспертов, судебная коллегия признает их ошибочными, поскольку обе экспертизы, проведенные и в рамках уголовного и в рамках гражданского дела, подтвердили, что отсутствует прямая причинно-следственная связь между действиями ответчиков и смертью пациента.
В основу своего вывода суд первой инстанции положил заключение назначенной судом и проведенной по делу экспертами ФГБУ "Российский центр судебно-медицинской экспертизы" Минздрава России судебно-медицинской экспертизы, указав, что эксперты имеют высшее медицинское образование, специальную подготовку по судебной медицине, высшие квалификационные категории кандидата медицинских наук, доктора медицинских наук, стаж работы более 15 лет. Заключение экспертов содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы, указание на примененную методику и источники информации.
Оснований считать указанное экспертное заключение недопустимым доказательством, не имеется. Судебная экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" N 73-ФЗ и положений ст. ст. 79, 86 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержит необходимые выводы, эксперты до начала производства экспертизы были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса РФ.
Судебная коллегия считает, что суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку заключению судебной экспертизы, оснований не согласиться с которой судебная коллегия не усматривает.
К тому же никакими объективными доказательствами, отвечающими принципам допустимости и относимости, выводы заключения судебной медицинской экспертизы со стороны истца опровергнуты не были.
Таким образом, вывод суда об отсутствии в действиях ответчиков нарушений требований закона в части оказания пациенту медицинской помощи и отсутствие причинно-следственной связи между действиями ответчиков по оказанию пациенту медицинской помощи и наступившими последствиями в виде летального исхода, является объективным, основанным на верно установленных судом фактических обстоятельствах дела, собранных по делу доказательствах, оценка которым произведена судом в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, такой вывод соответствует нормам материального права, верно примененным судом к спорным правоотношениям.
Доводы жалобы представителя о том, что заключением комиссии экспертов ОГБУЗ "БСМЭТО" были установлены дефекты оказания медицинской помощи Килинчуку Г.И., имеется косвенная причинно-следственная связь между оказанием медицинской помощи на ранних этапах ее оказания и наступлением неблагоприятного течения заболевания, повлекшего смерть, основанием для отмены решения суда не являются, поскольку данное заключение было подготовлено в рамках другого дела, а кроме того, оба экспертных заключения выводов о том, что действия медицинских учреждений привели к наступлению неблагоприятных последствий в виде смерти Килинчука Г.И., не содержат.
Довод апелляционной жалобы о том, что суд не удовлетворил ходатайство о назначении повторной экспертизы, такте не является основанием к отмене решения суда.
В соответствии с ч. 2 ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов, суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.
Ходатайство о назначении повторной экспертизы рассмотрено судом по правилам ст. 166 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, после заслушивания мнений всех лиц, участвующих в деле. Отказ в назначении повторной экспертизы мотивирован, выводы суда изложены в определении от 28.02.2018.
В силу закона право определения доказательств, имеющих значение для дела, как и право решения вопроса о целесообразности назначения по делу повторной экспертизы принадлежит суду первой инстанции.
Поскольку заключение судебной медицинской экспертизы является полным и ясным, никаких сомнений в правильности или обоснованности данного заключения не возникло, противоречия в заключениях нескольких экспертов отсутствовали, суд первой инстанции правильно отклонил ходатайство о назначении повторной экспертизы.
Довод апелляционной жалобы на отсутствие в экспертном заключении ссылки на нормы законодательства, на которые должны ссылаться эксперты при оформлении своих ответов, судебная коллегия признает несостоятельным исходя из следующего.
Согласно ст. 25 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" в заключении эксперта или комиссии экспертов должны быть отражены: время и место производства судебной экспертизы; основания производства судебной экспертизы; сведения об органе или о лице, назначивших судебную экспертизу; сведения о государственном судебно-экспертном учреждении, об эксперте (фамилия, имя, отчество, образование, специальность, стаж работы, ученая степень и ученое звание, занимаемая должность), которым поручено производство судебной экспертизы; предупреждение эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; вопросы, поставленные перед экспертом или комиссией экспертов; объекты исследований и материалы дела, представленные эксперту для производства судебной экспертизы; сведения об участниках процесса, присутствовавших при производстве судебной экспертизы; содержание и результаты исследований с указанием примененных методов; оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам.
Представленное экспертное заключением соответствует требованиям, предъявляемым законом к содержанию данного документау.
Указание в жалобе на то, что в состав экспертной комиссии не вошел врач-кардиолог, также является необоснованным, поскольку суд в определении о назначении судебной экспертизы предоставил право экспертному учреждению самостоятельно определять (привлекать) необходимых врачей-членов комиссии соотвествующей медицинской специализации, что не противоречит ст. 15 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации".
Доводы апелляционной жалобы относительно отказа судом первой инстанции в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания, назначенного на 15.02.2018, ввиду отсутствия представителя истца в процессе в связи с выездом в командировку, в связи с чем представитель истца не смог поставить перед экспертом необходимые вопросы в соответствии со ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не могут повлечь отмену состоявшегося по делу судебного акта, поскольку отложение судебного разбирательства по ходатайству лиц, участвующих в деле, является правом, а не обязанностью суда. Кроме того, исходя из протокола судебного заседания от 08.02.2018 следует, что судебное заседание было отложено именно для подготовки ходатайства о назначении экспертизы, следовательно, в период с 08.02.2018 по 15.02.2018 сторона истца имела объективную возможность направить в суд ходатайство с предложением суду своих вопросов. При этом окончательный круг вопросов, по которым требуется заключение эксперта, определяется судом. Кроме того, нахождение представителя истца в командировке не является уважительной причиной для отложения рассмотрения дела.
Таким образом, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не влекут переоценку выводов, сделанных судом первой инстанции, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали бы выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судебной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного постановления.
Решение суда подробно мотивировано, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела, материальный закон применен правильно.
Нарушений процессуального законодательства, которые могли бы привести к неправильному разрешению спора, судом не допущено.
Оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.
Руководствуясь пунктом 1 статьи 328, статьей 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Октябрьского районного суда г. Томска от 28 февраля 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя истца Килинчук Татьяны Степановны Маровниной Ольги Алексеевны - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи:
Электронный текст документа
подготовлен и сверен по:
файл-рассылка
