Определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 28 июля 2022 года Дело N 33-14941/2022

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:
председательствующего Миргородской И.В.судей Ильинской Л.В.,Князевой О.Е.при секретаре Львовой Ю.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании 28 июля 2022 года апелляционную жалобу Епифановой Л. В. на решение Невского районного суда города Санкт-Петербурга от 25 мая 2021 года по гражданскому делу N 2-2750/2021 по иску Епифановой Л. В. к Епифановой И. О. о взыскании суммы долга по договору займа, процентов, судебных расходов.

Заслушав доклад судьи Миргородской И.В., выслушав объяснения истца Епифановой Л.В., поддерживавшей доводы апелляционной жалобы, объяснения ответчика Епифановой И.О., представителя ответчика - Антоновой И.С., возражавших относительно удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

Епифановой Л.В. обратилась в суд с иском к Епифановой И.О., в котором просила взыскать с ответчика задолженность по договору займа от 2 ноября 2009 года в сумме 60 000 рублей основного долга, проценты за пользование займом за период с 03.11.2009 по 27.11.2020 в размере 79694,99 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 29.06.2020 по 27.11.2020 в размере 1070,49 рублей, проценты за пользование займом и проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 28.11.2020 по день возврата суммы займа, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 4021, 00 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указала, что 2 ноября 2009 года между Епифановой И.О., ФИО и Епифановой Л.В. был заключен договор займа, по условиям которого истец предоставила ответчику денежные средства в размере 60 000 рублей на неопределенное время для погашения задолженности по квартплате за неприватизированную комнату ФИО в коммунальной квартире с последующей приватизацией комнаты с целью проживания и пользования членами семьи, с обязательством уплаты процентов в размере 12% годовых. ФИО умерла 11 ноября 2013 года, ответчик является ее наследником. 18 марта 2020 года истец направила в адрес ответчика требования о погашении долга, которое не удовлетворено.

Решением Невского районного суда города Санкт-Петербурга от 25 мая 2021 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 25 января 2022 года, в удовлетворении исковых требований отказано.

Определением судебной коллегии Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 23 мая 2022 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 25 января 2022 года отменено, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.

В апелляционной жалобе истец Епифановой Л.В. просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования удовлетворить в полном объеме.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Судебная коллегия, изучив материалы дела, выслушав явившихся участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений относительно жалобы, приходит к следующему.

В соответствии со ст. ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом и из материалов дела усматривается, 2 ноября 2009 года между Епифановой И.О., ФИО и Епифановой Л.В. был заключен договор займа, по условиям которого ответчик получил у истца денежные средства в размере 60 000 рублей под 12 % годовых на неопределенное время (л.д. 47).

11 ноября 2013 года ФИО умерла.

Свидетельство о праве на наследство по завещанию после умершей ФИО выдано Епифановой И.О. (л.д. 87).

18 марта 2020 года истцом были направлены в адрес ответчика требования о возврате денежных средств и выплате процентов в соответствии с договором займа (л.д. 17-21).

11 июня 2020 года Епифановой Л.В. в адрес Епифановой И.О. и ФИО была направлена досудебная претензия с требованиями о возврате денежных средств и выплате процентов в соответствии с договором займа (л.д. 23-27).

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции Епифанова И.О., возражая против удовлетворения заявленных требований, ссылалась на то, что денежные средства от истца не получала, заявила о пропуске истцом срока давности для обращения в суд с настоящим иском.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, установив, что ответчик оспаривает факт получения заемных средств, что в отсутствие иных доказательств, а также с учетом буквального толкования содержащихся в договоре фраз и выражений, не позволяет прийти к выводу о заключении договора займа на указанных условиях, руководствуясь статьями 807-810, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований Епифановой Л.В. по существу, а также о пропуске по заявленным истцом требованиям срока исковой давности.

Судебная коллегия не может согласиться с такими выводами суда по следующим основаниям.

Согласно статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждения к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

В соответствии с положениями статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Как разъяснено в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", при толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование).

Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что буквальное толкование не является единственным и исключительным способом толкования договора.

В частности, при толковании договора судом должна быть установлена действительная общая воля сторон с учетом их взаимоотношений, включая их переписку и практику, установившуюся во взаимных отношениях.

Принцип свободы договора в сочетании с принципом добросовестного поведения участников гражданских правоотношений не исключает обязанности суда оценивать условия конкретного договора с точки зрения их разумности и справедливости, с учетом того, что условия договора займа, с одной стороны, не должны быть явно обременительными для заемщика, а с другой стороны, они должны учитывать интересы кредитора как стороны, права которой нарушены в связи с неисполнением обязательства.

Таким образом, для правильного разрешения дела юридически значимыми обстоятельствами являются установление характера правоотношений, возникших между сторонами, и характер обязательств, взятых на себя сторонами.

Как усматривается из материалов дела, 2 ноября 2009 года между Епифановой И.О., ФИО и Епифановой Л.В. заключен договор займа, по условиям которого: "Епифановой Л.В. дала в долг на неопределенное время наличные деньги в сумме 60000 руб. своей невестке Епифановой И.О. и ее матери ФИО под 12% с обязательным условием:

погасить долг по квартплате на комнату ФИО по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>;

приватизировать комнату до 01.01.2010 по адресу: Санкт- Петербург, <адрес>;

сразу после приватизации своей комнаты ФИО завещает или оформляет дарственную на комнату своей дочери Епифановой И.О.;

ФИО никогда никого не прописывает в свою комнату по адресу Санкт-Петербург, <адрес>, кроме членов семьи Епифановой И.О.

В случае невыполнения данного договора со стороны ФИО Епифановой Л.В. вправе незамедлительно потребовать от ФИО возврата денег в полном объеме плюс 12% годовых за каждый год, начиная с 02.11.2009.

Согласно справке о проведенной операции и чеку 2 ноября 2009 года в отделении Сбербанка России Епифановой Л.В. выдано 60 000 рублей (л.д. 45,46).

Из ответа АО "ЕИРЦ Петроэлектросбыт" от 22 апреля 2021 года и выписки по лицевому счету N..., открытому на имя ФИО, следует, что 02 ноября 2009 года на счет внесены платежи за жилищно-коммунальные услуги, предоставляемые по адресу: <адрес>, в сумме 4 000,00 руб. и 44 225,00 руб. (л.д. 79, 81).

Свою подпись в договоре от 2 ноября 2009 года ответчик Епифановой И.О. не оспаривала, ссылалась на то, что денежные средства от истца не получала.

Согласно представленным в материалы дела ответам на требования истца условия договора от 2 ноября 2009 года ФИО и Епифановой И.О. полностью выполнены (л.д. 76-77).

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (часть 1).

В силу положений статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договор займа должен быть совершен в письменной форме, его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с заимодавцем или стечения тяжелых обстоятельств (пункт 2).

Согласно пункту 1 статьи 812 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик вправе доказывать, что предмет договора займа в действительности не поступил в его распоряжение или поступил не полностью (оспаривание займа по безденежности).

Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 года, в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

Таким образом, бремя доказывания безденежности договора займа возлагается действующим законодательством на заемщика.

Вместе с тем, доказательств в подтверждение своих доводов о том, что денежные средства по договору займа она не получала, Епифановой И.О. не представлено, в материалах дела такие доказательства отсутствуют.

Таким образом, учитывая, обстоятельства дела, условия заключенного сторонами договора, взаимоотношения сторон, судебная коллегия приходит к выводу, что представленными доказательствами подтверждается факт получения ответчиком денежных средств по договору займа, и того, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая изложенное, а также то, что ответчиком доказательств надлежащего исполнения обязательств по возврату займа не представлено, суд приходит к выводу, что требования истца о взыскании с ответчика задолженности по договору займа от 2 ноября 2009 года в сумме 60 000 рублей обосновано по праву, в связи с чем подлежит удовлетворению.

Доводы ответчика о пропуске по заявленным истцом требованиям срока исковой давности подлежат отклонению.

Разрешая ходатайство ответчика, и определяя начало течения срока исковой давности, суд первой инстанции, руководствуясь п. 2 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу, что по спорному договору займа с неопределенным сроком возврата долга заемщиком у заимодавца право требовать возврата долга возникает сразу же после передачи денег должнику. При этом срок по заявленным истцом требованиям пропущен, поскольку с момента возникновения обязательства прошло более десяти лет.

Судебная коллегия с таким выводом суда согласиться не может, поскольку он основан на неправильном толковании и применении норм права о сроке исковой давности.

Пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В случаях, когда срок возврата займа не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение 30 дней со дня предъявления заимодавцем требования об этом.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно пункту 2 названной статьи по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

По обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования. При этом срок исковой давности, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня возникновения обязательства.

Из содержания приведенных норм можно сделать вывод, что в обязательствах, срок исполнения которых не определен либо определен моментом востребования долга кредитором, течение срока исковой давности начинается не со времени возникновения обязательства, как ошибочно посчитал суд первой инстанции, а с момента, когда кредитор предъявит должнику требование об исполнении обязанности. При этом если должнику предоставляется льготный срок для исполнения такого требования (для договора займа - 30 дней), исковая давность исчисляется с момента окончания льготного срока.

Отказывая в удовлетворении заявленных Епифановой Л.В. исковых требований, суд первой инстанции руководствовался положениями абзаца 2 пункта 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающими пресекательный десятилетний срок исковой давности со дня возникновения обязательств, и не учел, что правоотношения между сторонами по делу возникли до 1 сентября 2013 года - вступления в силу указанного федерального закона.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 15 февраля 2016 года N 3-П часть 9 статьи 3 Федерального закона "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации", в той мере, в какой на ее основании решается вопрос о применении к требованиям, сроки, предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года, положения абзаца второго пункта 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации о том, что срок исковой давности не может превышать десяти лет со дня возникновения обязательства, срок исполнения которого не определен или определен моментом востребования признана не соответствующей Конституции Российской Федерации.